14. Когда гаснут огни.

Часы на стене тихо отсчитывали минуты, приближая полночь. Ромашковый чай в кружках давно остыл, а тарелка из-под печенья опустела. Киетака, аккуратно собрав посуду на поднос, поднялся со стула и направился к выходу.- Ну что, Наэги-кун, режим сна нарушать недопустимо! - уже тихим, непривычно мягким голосом произнес староста, задерживаясь в дверях. - Ложись спать. Завтра нас ждет великий день и новые свершения! Доброй ночи!- Доброй ночи, Киетака. Спасибо за чай, - улыбнулся ему вслед Макото.Дверь тихо защелкнулась. Шаги Ишимару стихли в глубине коридора общежития.Макото постоял у двери еще несколько секунд, а затем его улыбка медленно, словно смытая холодной водой, исчезла с лица. Наэги выключил верхний свет, оставляя комнату в полумраке, и подошел к окну. За стеклом шумели раскидистые деревья академии «Пик Надежды», а в небе ярко светили холодные звезды.Он прижался лбом к прохладному стеклу. Вся та теплая, уютная атмосфера, которую так отчаянно создавал Киетака, мгновенно испарилась, стоило Макото остаться в одиночестве. В груди тяжелым, удушающим комком снова заворочалась темнота. Та самая, от которой он бежал всю свою жизнь.Макото посмотрел на свои ладони, которые еще помнили тепло кружки, заваренной лучшим другом.«Ты такой яркий, Киетака... - пронеслось в голове у Наэги, и по его щеке скатилась одинокая, горькая слеза. - Ты заслуживаешь образцовый класс. Идеальных друзей. А я... я просто занимаю чужое место».Макото отошел от окна, лег на кровать прямо в одежде и накрылся одеялом с головой, пытаясь спрятаться от собственного разума. До наступления четвертого дня оставалось всего несколько часов.