Глава 18

Мы просидели у моря еще около часа, болтая ни о чем. Ждали, когда силы духа восстановятся, чтобы он смог нас переместить. Бесеныш рассказал о том, что снова видел сны, и в последнее время все чаще и чаще. Ему снилось, что он работает на заводе, по его рассказам определила, что это было во время СССР, скорее всего. У него был один друг, с которым они часто проводили время после работы, семьи не было, он возвращался в пустую квартиру, где ждал его лишь пес Тапок.

Я подумала, что это воспоминания его прошлого подопечного, однако тот факт, что они стали ему так часто сниться, немного вводил в замешательство.

Оказавшись дома, практически сразу же завалились на кровать, уставшие.

Наступил день проведения третьего этапа ритуала. Дух стал еще более бледным, однако честно признавался, что не чувствовал каких-либо изменений с нашего последнего разговора. Я была склонна ему верить, ведь он пообещал больше не врать мне насчет своего самочувствия, однако переживать за него не переставала.

Не буду в этот раз рассказывать, как все прошло, ведь ничего нового не было. Могу лишь пожаловаться, ведь теперь на моей руке красовался еще один глубокий порез рядом с предыдущим, не успевшим полностью затянуться. А через неделю еще один такой же украсит и вторую мою ладонь. Радовало лишь то, что оставался последний шаг, и все закончится.

Знала бы я, как именно все закончится – никогда бы не решилась на это...

Все прошло хорошо, как минимум, мне так казалось. Бесеныш не жаловался на новые недомогания, активно пытаясь меня убедить, что даже стал лучше себя чувствовать. Хотелось бы мне в это верить, но я-то видела, как впали его щеки, с каким трудом он удерживал чашку кофе, да он стал практически прозрачным! Чем больше проходило времени, тем сильнее мне все это не нравилось. Я все чаще задумывалась о том, что ритуал стоит остановить, прекратить. Не знала, правда, как начать разговор об этом с духом, как уговорить его согласиться.

Все свое свободное от работы время я теперь тратила на поиск трав, которые хоть как-то облегчат его муки. Мои попытки ни к чему не приводили, пока я не наткнулась на одну якобы целебную травку – адамова голова помогала мужчине унять его боль. Я была невероятно рада, когда обнаружила это открытие, поэтому скупила буквально все доступные запасы растения в городе.

Прикупила специальный мешочек с веревочкой на шею, чтобы дух не расставался с травкой, и периодически подкладывала новую.

В его глазах видела огромную благодарность, в то время как он лишь выдавливал из себя слабое «Спасибо, но не нужно было». Не понимаю до сих пор, с кем он воюет.

Дня через четыре после проведения ритуала я решила навестить родителей. Провела у них буквально час, как отца неожиданно вызвали по работе. Мама сразу запричитала, мол, дочь и так нечасто приезжает, а он уезжает, на что папа лишь грустно пожал плечами, слабо улыбнувшись. Я его прекрасно понимала, отказать начальнику порой бывает очень трудно.

Мне пришлось распрощаться с ними раньше, чем я планировала, и поехать домой. Мама, как всегда, сунула мне в руки несколько пакетов с продуктами, все еще не веря в то, что я действительно не нуждаюсь в этом. Ну и как можно отказать этой милой, заботливой и любящей женщине? Я считаю, что никак, поэтому тепло поблагодарила ее и ушла, подхватив в руки три пакета средней тяжести.

Хотела обрадовать духа тем, что мы сможем провести больше времени вместе, как раз-таки приготовим ужин из маминых продуктов.

Воодушевленная своими мыслями, проворачивала замок в дверном проеме своей квартиры.

– Хей, а вот и я! К сожалению, папу вызвали по рабочим делам, и мне пришлось уехать раньше, чем хотелось бы. Однако теперь мы сможем больше времени провести с тобой. Посмотрим что-нибудь совместно и приготовим ужин. Что думаешь? – проговаривала я, пока снимала с себя верхнюю одежду. Слегка напряглась, не услышав ответа от мужчины.

Пройдя на кухню, я поняла, почему он не откликался. Бросила из рук пакеты и подбежала к нему.

Он лежал у холодильника, рядом были капли крови, как и вокруг его рта. Выглядел он ужасно, не жив, но вроде и не мертв.

Я присела рядом с ним на корточки и принялась осматривать его, ощупывать.

– Что произошло? Эй, ты слышишь меня? – я немного потрясла его, на что он слегка приоткрыл глаза.

– Прости, – слабо прохрипел мужчина, – не думал, что ты это увидишь. Видимо, потерял сознание.

Он слегка приподнялся с моей помощью, я помогла ему опереться спиной на холодильник.

– Что случилось? У тебя было такое раньше? Я же специально купила тебе мобильник недавно на случай каких-нибудь непредвиденных обстоятельств! – мой голос дрожал, сердце нервно дергалось в груди. Я была слишком напугана, слишком волновалась за него.

– Раньше не было такого. Все было нормально, а потом я вдруг почувствовал, что голова закружилась, а во рту появился привкус крови, – это объясняет алые капли на полу и на его лице, – наверное, это своеобразное испытание. Пройду его – стану полностью человеком, – он попытался сказать что-то еще, но ему помешал резкий кровавый кашель.

Кровь полетела прямо на меня, хотя он и пытался зажать рот рукой, однако приступ все не прекращался. Я стала придерживать его, так как сам он с трудом справлялся с этим.

Я была в панике, буквально не знала, что мне делать. Как помочь ему? В голове крутилось множество мыслей, однако ни одна из них не задерживалась надолго, вызывая еще большую панику с моей стороны. Попыталась взять себя в руки – если уж я поддамся ей, то духу вообще никто не поможет. Зацепилась за одну мысль, единственную адекватную, как мне казалось.

Адамова голова лежала в нескольких местах дома, чтобы дух всегда мог взять ее сам, если понадобится, также несколько пучков лежало в моей сумке – на случай, если мы соберемся вместе погулять, а ему станет нехорошо. Вот и сейчас я кинулась к сумке, доставая траву. Кашель у мужчины остановился, кровавыми руками он пытался вытереть свой рот от остатков, размазывая кровь вокруг лишь сильнее. Я развязала мешочек на его шее, чтобы вложить в него новую порцию растения. Я не знаю, что именно почувствовала в момент, когда вынула оттуда предыдущее содержимое – удивление, страх или замешательство.

Я решила подумать об этом потом, поэтому просто вязала и высыпала неизвестно каким образом взявшийся пепел из мешочка прямо на пол, вложив в него новую порцию травы. Продолжала сидеть рядом, все также поддерживая мужчину в принятом положении и отслеживая его состояние. Его глаза были расфокусированы, он сидел, не двигаясь, не пытаясь сказать что-то. Спустя несколько минут он начал приходить в себя, видимо, адамова голова начала свое действие.

Чуть приподнявшись, он огляделся, будто не понимал, где находится. Сказав ему, что все в порядке и ему пока не о чем переживать, я помогла ему встать и отвела в гостиную, уложив на диван. Он все еще ничего не говорил, внимательно следя за моими действиями. Я же сходила в ванную, нашла чистую тряпку, намочила ее и вернулась к мужчине, присела рядом и принялась обтирать его лицо и руки от засохшей крови.

– Твоя одежда... она в крови... – его голос все еще был слаб, он кивнул на мою блузку, а я только сейчас осознала, что все еще не переоделась и была забрызгана.

– А, да ничего страшного, не переживай об этом.

Закончив обтирать его и убедившись, что ничего лишнего не осталось на нем, что ему сейчас ничего не угрожает, отправилась переодеваться, найдя чистые вещи и для него.

Присела рядом, заметила, что взгляд его стал намного осознаннее.

– Готов к увлекательному рассказу?

Уверенно кивнув, он начал.

– Пока тебя не было, я решил заняться полезным делом. Сам обновил траву в мешочке и отправился в архив духов. Подумал, что, может быть, сейчас та странная книженция все же даст себя прочесть, – он выдержал паузу, только непонятно – для того, чтобы заинтриговать меня, или потому что ему все еще было трудно разговаривать. – Я был прав. В этот раз текст не убегал от меня, голова хоть и болела, но я к этому привык, поэтому мало обращал внимания на это.

– И что же ты прочел? – я была слишком взволнована тем, что он сказал. И слишком заинтересована – сейчас мы наконец-таки раскроем одну из тайн.

– Истории, – я удивленно моргнула, ловя взглядом его глаза, – истории духов и людей. А конкретнее – как духи и люди влюблялись друг в друга. Кто-то из духов проходил ритуал, чтобы стать человеком и быть вместе с любимым, кому-то такой возможности не доставалось: «Меридор было принято решение расторгнуть союз» и так далее. В книге записана история каждой влюбленности.

Я не верила в услышанное. Получается, люди и раньше могли взаимодействовать с духами, а история бабушки Нины – не выдумка. Почему только сейчас эта Меридор не дает никаких ответов? Почему сейчас никто из духов не знает ничего об этом?

– Вот только последняя история слишком странная, записана несколько столетий назад, – дух остановился, слегка задумавшись, а я не хотела перебивать его своими вопросами, желая услышать все, что ему удалось выяснить, – женщину духа и ее возлюбленного наказали за что-то, что они решили сделать. Дальше никакой информации нет.

– Это, конечно, что-то объясняет, но немногое. Наверное, трава в мешочке превратилась в пепел, когда ты попал в свой архив. Думаю, это как-то связано.

– Нет, так подействовало прочитанное, ибо я проверил все, прежде чем начал читать. После прочтения я почувствовал себя плохо и поспешил вернуться в квартиру. Потом мало что помню, как раз ты пришла к этому времени.

– Черт, опять какая-то путаница, – я зажала пальцами виски, пока в моей голове происходили активные мыслительные процессы. Мужчина же в это время молчал, раздумывая о своем.

Спустя несколько минут я приняла решение.

– Считаю, что мы должны отказаться от ритуала. Тут явно что-то не так. Ну не должно так быть!

– Пожалуй, в этот раз я с тобой соглашусь. Чушь какая-то. Старик из ордена нам явно что-то не рассказал.

– И мы должны выяснить что именно прямо сейчас.

Я попыталась убедить духа в том, что сейчас он не в лучшей форме, ведь он не до конца пришел в себя и не сможет защищаться в случае чего, однако в то же время понимала, что чем дальше мы тянем, тем хуже ему будет становиться.

Бесеныш отказался слушать что-либо от меня, заявив, что мы отправляемся в штаб ордена прямо сейчас. Мы стали собирать все необходимое: травы, нейтрализующие воздействие храма на духа, ножи, я взяла свой пистолет, почему-то уверенная, что в этот раз он пригодится.

Убедившись, что мы взяли все необходимое, дух начал собираться с силами, чтобы телепортировать нас прямо ко входу в храм.

Оказавшись в нужном месте, мы направились прямо к подземному входу. Видела по мужчине, что перемещение далось ему с тяжелым трудом, периодически он зажимал рот платком, который я отдала ему, а потом пытался скрывать от меня алые разводы на нем. Все-таки он был прав в том, что нам нужно решить все как можно быстрее.

К нашему общему удивлению, головорезы, что якобы были членами ордена, свободно нас пропускали, как-то странно и мерзко ухмыляясь.

Наконец мы добрались до кабинета Виктора. Дверь, как ни странно, была не заперта, поэтому дух пнул ее ногой, после чего мы вошли внутрь. Старик сидел за своим рабочим столом, а когда услышал шум и заметил нас, то расплылся в мерзкой, широкой улыбке, поднимаясь со своего места.

– А, господин дух и его спутница, рад вас видеть! Я, конечно, думал, что ты уже сдох, однако ты оказался довольно живучим.

Я встала как вкопанная, услышав такие слова. Дух же, все сильнее закипая, сделал пару шагов вперед.

– Рассказывай, какого черта тут происходит, старикашка. Что за ритуал ты нам подсунул, – он хотел сказать что-то еще, но снова закашлялся кровью.

– Вижу, третий этап вы уже прошли, – он облизнул губы, наблюдая за тем, как Бесеныш выплевывает сгустки крови, – ну неужели не могли довести дело до конца? Опять мне этим заниматься, – он глубоко вздохнул, возвращаясь опять к своему месту, – хотите услышать правду? Я расскажу вам ее. Присаживайтесь, гости дорогие.

Клянусь, в этот момент он выглядел как хищник, смотрящий на свою добычу, уверенный, что она никуда не денется от него. В тот же миг я услышала, как за нами закрывается дверь, резко обернулась, чтобы убедиться, что слух меня не подвел, вытаскивая нож.

Старик заметил мое движение, однако никак не отреагировал на него. Садиться мы явно не собирались, но это его не особо огорчало. Я видела, что дух с трудом держится на ногах, однако пытается не подавать виду.

– Я был обычным человеком, – начал свой рассказ Виктор, сцепив пальцы в замок, – только-только вступил в орден, еще будучи юнцом. В то время мы действительно занимались тем, что оберегали духов, тесно взаимодействовали с ними. Звались братством. Я с воодушевлением выполнял свой долг, радуясь каждый раз, когда кто-то из вас посещал нас. Пока не встретил ее – Гэйю. Ваше поколение не знает, но раньше у каждого духа было свое имя, которое он получил при рождении в людском мире, – мне не послышалось? Бросила быстрый взгляд на Бесеныша, на его лице было такое же непонимание. Виктор заметил это и поспешил добавить, усмехнувшись, явно довольный вызванной реакцией, – все духи, перед тем, как ими стать, были обычными людьми. Когда человек умирает, у него есть два пути – переродиться вновь человеком, либо же стать духом. Это, конечно же, выбирают высшие силы. Ты, девочка, должна была стать духом после своей прошлой жизни, – он указал на меня, вызвав мурашки по всему телу, – из-за это и начали происходить всякие сбои: потерянные ключи, возможность видеть своего духа, который должен был стать твоим коллегой, собратом. А дух же, в свою очередь, должен был переродиться человеком, ведь в его жизни остались незаконченные дела. Ты ведь совсем недавно стала его подопечной, правда? Именно из-за того, что встретились две души, которые являются не тем, кем должны, вы и попали в такую ситуацию.

Он остановился, чтобы сделать пару глотков воды.

Не могла поверить в то, что услышала. Не знаю, как это переваривает дух, однако я пребывала в шоке. Я должна была стать такой же, как он? Получается, и он раньше был человеком. А его сны – и не сны вовсе. Это воспоминания его прошлой жизни. И у него тоже было свое имя. Если это только начало его рассказа, то что же нас ожидает дальше?

– Так вот, я сразу же влюбился в Гэйю, как и она в меня. Раньше союзы духа и человека были вполне нормальным явлением, мы были рады, что сможем быть вместе после того, как она пройдет ритуал и станет человеком. Если, конечно, ваша гребанная сфера позволит это. Не каждому будет доступно это, и все решает Меридор. Не знаю точно, как сейчас, но тогда с ней можно было разговаривать, задавать вопросы, на которые она всегда ответит, – он замолчал на какое-то время, предаваясь своим воспоминаниям. – Однако после долгих совместных размышлений, мы с Гэйей поняли, что это неправильно – почему кто-то может получить благословение этой сферы и жить счастливо, а кому-то это не дано и никогда не будет? Почему кто-то должен страдать, в то время как остальные наслаждаются? Признаюсь, тогда я был еще юн и верил в справедливость, считал, что возможность собственного выбора должна быть у всех. И тогда я подбил свою любовь на совершение преступления. Тем самым я навлек на себя проклятие и потерял самое дорогое, что было в моей жизни – ее. Я уговорил ее уничтожить Меридор, чтобы духи смогли сами строить свою судьбу. Мы пытались убедить в этом и остальных, но все как один утверждали, что это безумие и нам не стоит это делать.

Все это время мы не задавали вопросов, я внимательно следила за духом и за Виктором, готовая в случае чего давать отпор. Бесеныш с трудом, но держался, я видела, как он периодически сжимает мешочек на шее, и надеялась, что он сможет выстоять.

– Когда мы попытались избавиться от этой чертовой сферы, то потерпели поражение. Моя любимая умерла, а меня в наказание прокляли бессмертием и невозможностью полюбить кого-либо еще. С тех пор ваше мироустройство изменилось. Больше духи не помнят свою предыдущую жизнь, Меридор больше никому не отвечает, любое воспоминание или упоминания о том, что было прежде, о нашем с вами союзе было навсегда забыто, отныне духи не могли полюбить человека, их чувства угасли, их буквально заперли. За все это время было всего лишь два исключения – вы третье. Поверьте, ни один из предыдущих союзов не заканчивался хорошо. И ваш не закончится.

Он медленно встал, в одной руке сжимая непонятно откуда взявшийся нож и пучок какой-то травы. Приглядевшись, я узнала в нем папоротник.

– Я ненавижу вас, – он обращался к духу, – почему вы продолжаете жить, в то время как моя Гэйа навсегда исчезла? У нее даже не было шанса на перерождение.. – он подходил все ближе, а мы все дальше отступали к двери, пока еще не зная, как будем спасаться и что вообще делать, – с тех пор я истребляю вас, прикрываясь орденом. Того, что оставалось от предыдущих ваших союзников и защитников, больше нет. Я убил их всех, чтобы никто не смел вам помогать. Если бы вы сами закончили ритуал, провели четвертый этап, то мне не пришлось бы самому пачкать сейчас руки. Ритуал действительно был не тот, я сам его вывел путем долгих экспериментов. Долгая и мучительная смерть – именно то, что должно ждать каждого из вас, – он мерзко ухмыльнулся, делая еще шаг нам навстречу. Да он же чокнутый! – всего один ингредиент. Но какой важный... Если бы вы с самого начала использовали травку, что висит на твоей шее, вместо папоротника, то сейчас дух был бы уже человеком, – он поочередно обращался то ко мне, то к духу, довольствуясь выражениями ужаса и осознания на наших лицах.

Я держала в руках вытащенный пистолет, решив, что ножи явно ничем мне не помогут против этого психопата.

– Думаешь, поможет, девочка? Я же бессмертный, – он разразился безумным хохотом, в то время как я кинулась к духу, увидев, как тот осел на пол от изнеможения.

Мои мысли метались в панике, пытаясь найти хоть какой-то выход из данной ситуации.

– Расскажу тебе перед вашей смертью, что могло бы спасти эту душу, чтобы вы поняли, насколько были близки к победе, – он облизнул кончик ножа, все больше убеждая в своем безумии, – твоя кровь и адамово голова – все, что вам было нужно, – ловя мой взгляд, полный отчаяния, он сделал еще шаг.

К этому моменту он уже возвышался над нами, занеся нож и готовый нанести удар, пока я пыталась оттащить тело духа, потерявшего сознание, подальше от старика.

Зажмурившись ровно перед тем, как мужчина собирался нанести удар, я услышала выстрел.

Резко распахнув глаза я увидела, как Виктор сжимает дымящуюся грудь. Дух сжимал мою руку с пистолетом, держа палец на курке, а вокруг была разброшена трава из его мешочка. Потратив последние силы на то, чтобы затолкать сушеное растение в дуло, он понадеялся, что это как-то поможет. Когда он успел прийти в себя?

– Бессмертный, говоришь? Уверен, что раньше никто и не пытался убить тебя при помощи целебной травки, – дух усмехался, сплевывая кровь, в то время как старик перед нами переводил удивленный взгляд с нас на свою грудь.

Не знаю, что именно я увидела в следующий момент, однако Виктор, не осознающий, что произошло, рассыпался пеплом. Я не могла поверить в происходящее, зажмурилась, надеясь, что мне показалось, однако, открыв глаза, увидела всю ту же кучку пепла перед нами.

– Откуда ты знал, что это убьет его? – я все еще была в шоке от увиденного, однако потом все больше приходила уверенность в том, что это действительно реальность.

– А я и не знал. Просто понадеялся, – он попытался улыбнуться, но вновь начал заходиться кровавым кашлем, – я вспомнила недавние слова мужчины и кинулась доставать адамову голову, заранее положенную во внутренний карман куртки на всякий случай. Достав ее и нож, провела им по ладони, не заморачиваясь насчет боли. Смешала кровь и траву, размяв ее в руках. Я не знала, что именно нужно было теперь делать, поэтому решила, что лучшим решением было поджечь то, что у меня получилось, как при ритуале.

Я вытащила зажигалку, благодаря мысленно Бесеныша за то, что заставил меня взять ее с собой на всякий случай. Он к этому моменту вновь потерял сознание, поэтому мне оставалось лишь надеяться, что все получится.

Я просидела минут пятнадцать после того, как трава догорела, превратившись в пепел, напоминающий то, что осталось от Виктора, сжимая в руках тело духа. По моим щекам скатывались слезы, однако я все равно продолжала верить в лучшее, гладя мужчину по лицу и шепча всякую чушь, пытаясь успокоить то ли его, то ли себя.

Сначала не поняла, что происходит, когда почувствовала шевеление, однако потом пришло осознание, я чуть отодвинулась от мужчины и принялась смотреть на то, как он медленно открывает глаза, приходя в себя. Немножко поздно осознала, что на его щеки вернулся румянец, кожа потеряла прежнюю бледность.

Он приподнялся и огляделся, остановив взгляд на мне.

– Ты как? Нормально? – первое, что он сказал.

– При чем тут я? Ты сейчас главнее всего. Как себя чувствуешь? – я подавила в себе желание начать его ощупывать самой, ожидая, пока он сам проанализирует свое состояние.

– Знаешь, а я отлично. Слабость чувствуется намного меньше, чем раньше.

– Сам подняться сможешь?

Вместо ответа он продемонстрировал свои возможности, вставая с пола с легкостью.

Осмотрев еще раз горстку пепла и одежду рядом, оставшиеся от старика, и убедившись, что нам он теперь точно не угрожает, решили как можно скорее выбираться отсюда. Проблемой оставались приспешники безумца, мы не нашли лучшего решения, чем попытаться тихо прошмыгнуть мимо них всех. Ох, ну и непросто же это будет. Но попробовать как минимум надо. Если не получится – придется с боем пробиваться, а нам обоим этого очень не хотелось. Хотя мне все еще казалось странным, что никто не прибежал сюда на звук выстрела. Мы долгое время не рисковали выходить, ожидая, когда кто-нибудь все же решит заявиться, но напрасно, никого не было.

Обыскали стол Виктора в надежде найти свежие записи о кодовых замках на всех дверях и возымели успех. Записи лежали практически на самом верху кипы бумаг. Забрав их с собой, мы двинулись осторожно в сторону коридора. Я шла за духом, готовая выпрыгнуть в любой момент и защищаться. Однако когда он выглянул за дверь, то издал звуки удивления.

– Ну надо же... Юна, иди сюда, не бойся.

Я не понимала, на что он так реагировал, поэтому из любопытства поспешила аккуратно выглянуть вслед за ним.

Увиденное немного повергло меня в шок. По всему коридору валялся такой же пепел, какой остался от главы ордена. Вокруг каждой горстки валялась такая же одежда, что была на членах ордена. Неужели они все умерли вместе со стариком? Тоже были частью проклятия?

– Скорее всего, – похоже, последнее сказала вслух, на что отреагировал дух, – это сейчас неважно. Главное, что мы спокойно можем покинуть это место теперь.

Обрадовавшись, что все препятствия на нашем пути исчезли, мы все же не забывали об осторожности, проверяя каждую комнату на пути. Нигде не обнаружили признаков жизни, все эти головорезы будто испарились, и только мы могли предполагать, что с ними стало.

Как только мы выбрались из подземного штаба, дух сразу же перенес нас в мою квартиру.

Оказавшись дома, спокойствия и отдыха мы так и не познали. Из моей спальни на нас вылетел какой-то паренек и кинулся к духу, пока я поспешно пыталась достать что-нибудь для обороны.

– Я уж думал, что вы не вернетесь! Я все знаю благодаря вам. Меридор отправила меня сюда, чтобы прояснить все, – пока я переводила взгляд с этого тараторящего мальчугана на духа, он дал мне понять, что знает его и не стоит бояться, – после того, что вы сделали, ко всем вернулись воспоминания! Меридор вновь может говорить с нами. Мы пытались вычислить, где вы находились, но место было недоступно по какой-либо причине.

Ко мне вдруг пришло осознание, что этот парень тоже является духом. Тогда какого черта я его вижу?

– Потому что ты закончила ритуал, теперь сможешь видеть нас всех, – этот что, тоже бесцеремонно в мои мысли вторгается?

– Хей, прекрати, ей это не нравится, – а вот и Бесеныш решил заступиться за меня, – сейчас мы все сядем, и ты все расскажешь по порядку.

Так и случилось, мы устроились на кухне, пока мы, ужасно голодные и уставшие, уплетали все, что нашли в холодильнике, парень вещал. Он рассказал, что, предположительно, как только дух уничтожил Виктора, ко всем остальным духам вернулась память обо всем, что нам рассказывал уже мертвый глава ордена. О том, что раньше они были людьми, о любовных союзах с людьми, о Меридор, что стала прежней. Поведал также и о том, что благодаря тому, что мы уничтожили Виктора, эта сфера сняла заклятия со всех остальных и вернула предыдущие порядки с некоторыми поправками.

Выслушав всю необходимую информацию, мы, ужасно гордые за свой поступок, завалились спать. В этот раз никто никого не спрашивал – мы молча улеглись рядом, закрепив нашу победу долгим поцелуем.