Глава 5

На следующее утро Лан вернулся в академию так, словно ничего не произошло. Со стороны казалось, что ему стало лучше, но сам он чувствовал странную, вязкую слабость в теле, которая его дико злила.

«Сейчас не время болеть», — твердил он себе. Тренировка в бассейне далась ему с огромным трудом, но он не мог подвести команду.

Домой возвращаться не хотелось, но снова бежать к дяде было бы подозрительно. Он все же вернулся вместе с Алеком. Они почти не разговаривали по дороге домой, погруженные каждый в свои мысли.

Со среды состояние Лана начало только ухудшаться, а четверг и вовсе выбил из колеи. Его мутило от запахов еды, он едва заставлял себя съесть хоть пару ложек, лишь бы отец не начал задавать лишних вопросов.

Алек видел это. Его злило, что брат упрямится, превращая себя в тень.

— Лан, может, сбавишь обороты? — спросил Алек по дороге в академию на следующий день. — Ты выжат как лимон.

— У меня всё в порядке, не преувеличивай, — отрезал Лан.

«Ну да, конечно... — раздраженно подумал Алек.

Он уже не раз замечал, как у Лана дрожат пальцы, когда тот переворачивает страницы книги, или как тот на несколько секунд прикрывает глаза, будто пытаясь собраться с силами.

Стоит отметить, что после случая на стадионе в понедельник, альфа перестал навязывать Лану свои бесконечные соревнования. Даже ребята из команды по регби словно почувствовали перемену и больше не цепляли его при каждом удобном случае.

Дома Крис поделился своими опасениями с Марком:
— Меня беспокоит Лан. Он совсем закрылся в себе и почти не ест. Может, это какой-то очередной протест?
— Думаю, он просто перегорел, — мягко ответил Марк. — Напряженный график, нервы перед премьерой...
— Попробую поговорить с ним вечером, — решил Крис.

Но у Лана уже не осталось сил на разговоры. Ему пришлось выбирать: плавание или театр. Он выбрал театр, ведь премьера была уже на следующей неделе.

Домой он возвращался в состоянии полного истощения. Лан тешил себя мыслью, что у Алека еще тренировка и дома никого нет — можно будет просто упасть и не притворяться. Но стоило ему зайти в лифт, как мир снова поплыл.

Едва он ступил в холл, спортивная сумка соскользнула с плеча, и Лан осел прямо у косяка, чувствуя, как сознание мутится. Он заставил себя открыть глаза: «Надо встать... Сейчас придет Алек, он не должен видеть...»

Но брат уже был дома. Услышав звук лифта и странный шум, он вышел из кухни в холл. Увидев Лана, медленно сползающего по стене на пол, он на мгновение оцепенел.

Алек мгновенно оказался рядом и схватил его за плечи. — Лан? Ты слышишь меня?! Что с тобой?

Лан с трудом поднял веки. Его голубые глаза блестели лихорадочно и неестественно, обрамленные белоснежными ресницами. Не дожидаясь ответа, альфа легко подхватил его под руки и почти донес до дивана.

Лан чувствовал себя паршиво: и физически, и морально, от того, что именно Алек стал свидетелем его краха. «Полный провал...» — мелькнуло в голове.

Алек принес стакан воды. — На, выпей.
— Не хочу... Позже... — прошептал Лан.

— Зачем ты это делаешь? — в голосе Алека послышалась странная смесь злости и отчаяния. — Что ты хочешь доказать? Лан чуть пришел в себя и медленно сел, фокусируя взгляд на брате. — Я..? — Его голос был слабым, но колючим. — Это же ты всё начал...

Алек запнулся, глядя на него в упор. Между ними повисло тяжелое молчание. Собрав последние крохи сил, Лан встал и, пошатываясь, направился к лестнице.

Поднимаясь к себе, он отчетливо осознавал: ситуация вышла из-под контроля. Завтра он обязательно сходит в больницу.

На следующий день Лан вычеркнул из графика и плавание, и баскетбол. Внутри него росло липкое предчувствие, которое больше нельзя было игнорировать. После последнего занятия он спешно собрал вещи, на ходу отправляя сообщение ребятам, что на тренировках сегодня не будет.

Он уже почти выбежал из аудитории, когда Алек преградил ему путь. — Куда уходишь? Решил всё-таки бросить спорт? Так бы сразу и сказал, Далгарт.

Лан даже не поднял головы, голос его был ледяным: — Иду к Люциану.

— И зачем? Ты там прописался? — Алек прищурился, пытаясь поймать его взгляд. — Тебе-то что? — Лан наконец посмотрел на брата. — Он редко бывает в городе, я хочу провести время с семьей.

Алек не нашелся что ответить, и Лан быстро зашагал прочь, не давая втянуть себя в очередной спор. Альфа остался в коридоре, озадаченно хмурясь: «Разве Крис не говорил утром, что он снова улетел на задание?..»

Лан вызвал такси и уже через полчаса сидел в кабинете частной клиники. Доктор еще раз внимательно просмотрел результаты анализов, затем снял очки и устало потер переносицу, переводя взгляд с монитора на юношу.

— Господин Далгарт, — наконец произнес он, — уровень гормонов действительно крайне высокий. Но одновременно мы наблюдаем выраженное физическое истощение организма. В любом случае, поздравляю. Начался процесс вашего пробуждения.

Сердце Лана пропустило удар. Радость, острая и яркая, вспыхнула внутри. «Наконец-то... Наконец я стану Альфой. Наконец докажу всем...»

— Однако, — продолжил доктор, и тон его голоса заставил Лана похолодеть, — результаты показывают, что вы проходите становление не как альфа. Доктор поднял взгляд.

— Вы пробуждаетесь как омега. Сейчас вам нужно немедленно прекратить все физические нагрузки и поберечь себя. Ваше тело сейчас перестраивается и тратит на это много сил...

После слова «Омега» Лан перестал слышать. Звуки превратились в невнятный гул, реальность схлопнулась до размеров вакуумной капсулы. Внутри что-то с оглушительным треском оборвалось.

— Вы меня слышите? — Доктор обеспокоенно подался вперед. — Вам нужен отдых и полноценный сон.

Обязательно сообщите новость семье, во время проявления омеги очень уязвимы, Вам понадобится их поддержка господин Далгарт. И запишитесь на прием на следующей неделю, мы должны контролировать процесс становления.

Лан вышел из больницы как в тумане. Погода в Вене окончательно испортилась: небо затянуло свинцовыми тучами, пошел мелкий, колючий дождь.

Лан просто стоял под каплями, не чувствуя холода. Он поднял глаза к небу, и в них плескалось чистое отчаяние. «Омега?.. Нет. Нет... В роду Далгарт никогда не было омег... Это ошибка. Этого просто не может быть».

Кое-как придя в себя, он доехал до квартиры Люци, но у самого порога вспомнил — дяди нет в городе. Остаться в пустой квартире было бы не так плохо, но отец заподозрит неладное, а Лан меньше всего на свете хотел сейчас столкнуться с его расспросами.

Юноша пошел домой пешком. Эти пятьсот метров казались ему дорогой на эшафот. Зайдя в холл жилого комплекса, он без сил опустился на диван в лаунж-зоне. Ему нужно было время, чтобы собрать осколки своей маски, прежде чем зайти в квартиру. О своем пробуждении он не собирался говорить ни единого слова. Только не им.

Прошло около получаса. Лан сидел неподвижно, глядя в одну точку. Даже шум открывающихся дверей не вывел его из оцепенения — с академии вернулся Алек.

Заметив сводного брата, он замер. Перед ним предстала невероятная картина: обычно безупречный Лан сидел с влажными от дождя волосами, а его взгляд был настолько пустым и отстраненным, что становилось не по себе.

— Лан? — Алек сделал шаг к нему. Ноль реакции. — Лан! Тот вздрогнул и поднял глаза. Глядя на него — сильного, уверенного, пробужденного альфу — Лан почувствовал физическую тошноту. Он уже проиграл. Окончательно.

— Почему ты здесь? Ты же ушел к Люциану. — Он... он уехал, — тихо ответил Лан. — Так чего в дом не идешь? Застыл тут как статуя.

Лан медленно встал, подхватил сумки. — Да... Надо идти.

В лифте Алек не сводил с него подозрительного взгляда. — Что с тобой такое? На себя не похож. Так расстроился из-за отъезда Люци?

— Нет... Наверное, просто погода, — Лан выдавил из себя тень привычного безразличия, но голос звучал тускло. Алек понимал: что-то случилось. Что-то, что перевернуло мир этого гордого парня за последние пару часов.

Дома Лан вел себя подчеркнуто «нормально», и эта напускная обыденность бесила Алека еще больше. Позже после ужина, Лан снова взял спортивную сумку.

— Ты куда собрался? — Алек преградил ему путь в холле.
— Я пропустил плавание днем. Иду в бассейн.
— Какой бассейн?! — Алек почти сорвался на крик. — Ты даже на тень свою не похож, хочешь в обморок прямо в воде грохнуться?
— Не нагнетай. Я делаю то же, что и всегда.

Лан ушел. Спустившись в зону бассейна, он заперся в раздевалке. Народу почти не было. Он сидел на скамье, глядя на свои руки, и не мог заставить себя даже переодеться. Тело было чужим. Будущее — разрушенным.

Вместо бассейна он направился в почти пустую кофейню при жилом комплексе.

Купив большой стакан кофе, Лан так и не сделал ни одного глотка. Он вышел на открытую террасу, поставил стакан перед собой и долго смотрел на дождь, барабанивший по стеклянной крыше.

Рядом безмолвно лежала спортивная сумка, когда-то она казалась символом его будущего. Теперь — лишь напоминанием о жизни, которая в одно мгновение перестала ему принадлежать.