Глава 2

Лан вернулся домой лишь к самому торжеству. Свадьбу решили провести в родовом поместье Далгартов. Церемония получилась по-настоящему роскошной.

Почти весь клан собрался под одной крышей; отсутствовали лишь эсперы, которые находились на патрулировании или выполняли очередную миссию. Среди гостей конечно же были и представители трех других великих родов — Роуз, Гарланд и Клейн.

Кристоф и Марк выглядели удивительно гармоничной парой. Мария не скрывала счастья. После стольких лет одиночества ее сын наконец встретил человека, с которым решил связать свою жизнь.

Виктор тоже был доволен. Марк происходил из достойного рода, обладал безупречной репутацией и, по мнению главы клана, был прекрасной партией для Криса. Да и слишком долго тот оставался один.

Но для самого Лана этот день стал совсем другим. Перед ним словно окончательно материализовалась новая реальность. И звали ее Алек. Сын Марка, ровесник Лана, уже успел пробудиться как альфа. Он уверенно держался рядом с Кристофом, словно всегда был частью семьи.

Лан смотрел на эту почти идеальную картину и чувствовал, как внутри медленно выгорает что-то очень важное. На смену приходили лишь злость и холодная пустота. Сам же Алек воспринял молчаливую отстраненность Лана по-своему. Как вызов. Как дерзость, которую ему осмелился бросить какой-то бета.

Не желая оставаться в Вене ни минутой дольше, чем того требовали приличия, Лан собрал чемодан.

— Я улетаю в Штаты, — коротко бросил он отцу перед самым вылетом.
И, не дожидаясь ответа, уговорил Дена отправиться вместе с ним.

Полтора месяца в доме дяди Аристарха стали для Лана настоящим спасением. Только там он смог наконец выдохнуть. Они с Деном тренировались до изнеможения, плавали в океане, подолгу гуляли по вечернему Нью-Йорку и хотя бы ненадолго позволяли себе почувствовать себя обычными подростками, а не наследниками древнего клана.

Ден почти не задавал вопросов. Наверное, потому что и без слов понимал слишком многое.

Но лето неумолимо подходило к концу. Оно таяло, оставляя после себя то странное чувство, которое возникает вечером воскресенья, когда впереди неизбежно начинается новая неделя.

За две недели до сентября Лану пришлось вернуться в Австрию. Даже тогда он до последнего оттягивал момент встречи с новой жизнью. Почти каждый день проводил либо в родовом поместье у деда Виктора, либо в квартире Люциана.

И лишь в собственный день рождения ему пришлось снова переступить порог новой семьи. Семнадцатилетие представлялось ему совсем иначе.

А возвращения в прежние апартаменты так и не произошло. Они остались пустыми и тихими.

Кристоф приобрел новое двухуровневое жилье в элитном комплексе Danube Flats — с панорамным видом на Дунай, поближе к академии, где учился Алек.

В плане комфорта новые апартаменты ничем не уступали прежним: круглосуточная охрана, спа-комплекс, винные бутики, ресторан и уютная кофейня на первом этаже с ароматом свежей выпечки и отдельный лифт, ведущий прямо в просторный холл квартиры.

Но атмосфера изменилась полностью. Первый район Вены и двадцать второй словно принадлежали разным мирам.

Вместо старинных фасадов, дворцов и узких улиц здесь возвышались стеклянные небоскребы — символы новой эпохи, технологий и стремительного будущего.

Для Лана подготовили комнату именно такой, какой он любил. Но, переступив порог, он понял простую вещь. Здесь он был чужим. Чужими казались стены. Чужим казался этот дом. И семья тоже больше не ощущалась его семьей.

Очередной удар последовал почти сразу. Кристоф не позволил Лану вернуться в прежнюю гимназию. Вместо этого он перевел сына в престижную международную академию, где уже учился Алек. Более того, расписание составили таким образом, что большинство занятий у них совпадало.

Первые недели стали для Лана настоящей проверкой характера. Несмотря на желание снова сбежать в пансион, он остался. Гордость Далгартов и нежелание окончательно сжигать мосты в отношениях с отцом не позволили отступить. Если судьба решила навязать ему эту игру — он собирался выиграть.

В академии Лан появился не как испуганный новичок. Он вошел туда как человек, привыкший побеждать. Свободно говорил на нескольких языках, быстро стал одним из лучших учеников, а его безупречные оценки почти сразу заставили преподавателей ставить его в пример остальным.

Высокий, статный, с платиново-белыми волосами и аристократической внешностью, он моментально оказался в центре внимания. Даже строгая школьная форма сидела на нем так, словно была создана специально для него.

Для Алека это стало неприятным сюрпризом. Будучи пробужденным альфой и капитаном команды по регби, он давно считал академию своей территорией. Но теперь появился человек, который буквально за несколько недель начал перетягивать внимание окружающих на себя.

Особенно раздражало Алека то, что перед ним стоял настоящий Далгарт — наследник основной ветви клана. Тот самый «принц», о котором многие знали лишь по слухам. Сам Лан тоже решил не ограничиваться простым существованием.

Он собирался превзойти Алека во всем. Его расписание стало почти безумным. Плавание, где он вскоре стал капитаном команды, баскетбол, дополнительные занятия для поступления в университет, иностранные языки. Каждая свободная минута была занята.

Отчасти потому, что он хотел доказать собственное превосходство. Но еще сильнее — потому что не хотел возвращаться домой раньше необходимого.

— Посмотрим, как долго ты выдержишь мой темп, — бросил Алек в первую же неделю.

Лан лишь спокойно посмотрел ему в глаза. И молча прошел мимо.

Это раздражало Алека сильнее любых слов.

Вскоре школа будто разделилась надвое. Одни тянулись к уверенному и жесткому капитану регбийной команды. Другие же восхищались спокойствием, интеллектом и аристократическим обаянием Лана.

Друзья Алека постоянно пытались вывести его из равновесия, вызывая то на забеги, то на баскетбольные матчи, то на очередное бессмысленное соревнование. Альф невыносимо злило, что официальный бета способен держаться с ними практически на равных.

Но настоящая война происходила не в школе. Она продолжалась дома. Каждый вечер Лан видел, как тепло Кристоф относится к Алеку. Отец искренне принял пасынка. Они быстро нашли общий язык, и со стороны казалось, будто между двумя альфами давно существует особая связь.

С каждым днем Лану все сильнее казалось, что он постепенно теряет собственное место рядом с отцом. Именно это заставляло его выкладываться еще сильнее.

После занятий они с Алеком часто устраивали стихийные состязания — бег до изнеможения или бесконечные серии отжиманий; каждый хотел доказать, что его воля крепче. Никто не собирался уступать.

Ситуация окончательно накалилась, когда театральный кружок объявил о большой постановке по мотивам древнегреческой мифологии. Спектакль назывался «Яблоко раздора». Главную роль Париса преподаватели практически единогласно предложили Лану.

Свою роль сыграл и опыт, полученный еще в драматическом кружке прежней гимназии.

— У тебя же совсем нет времени, — заметил один из новых друзей.

— Найду, — коротко ответил Лан.

Он не собирался отказываться. Главная роль была еще одним подтверждением его статуса, еще одной победой над сводным братом, который в театральном искусстве смыслил мало.

Однако Алек не собирался сдаваться без боя. Он и его «свита» из команды по регби превратили жизнь Лана в бесконечную череду вызовов.

— Эй, «актер», покажешь, на что ты способен на поле? — Алек часто перехватывал его после репетиций, навязывая спонтанные состязания: от изматывающих подтягиваний до жестких стычек на баскетбольной площадке.

Лан принимал каждый вызов. К вечеру мышцы буквально горели от усталости, голова раскалывалась от языков, домашних заданий и бесконечных репетиций, но он продолжал идти вперед. Постепенно у него появились друзья. Многие ученики начали равняться именно на него.

И в какой-то момент ему начало казаться, что он побеждает. Он искренне верил, что вся эта изнурительная борьба — лишь подготовка к главному дню его жизни. Дню, когда он наконец пробудится. И станет сильнейшим альфой своего клана.

💬 Как думаете, Лан и Алек когда-нибудь смогут поладить?