Глава 4

В холл почти одновременно вышли Кристоф и Марк. Заметив обоих сыновей, Крис машинально взглянул на часы и нахмурился.

— Вам собираться не пора? Поторопитесь, — он уже собирался отвернуться, но вдруг внимательно посмотрел на Лана.
— Лан, что с тобой? Ты в порядке?

«Да что вы все ко мне прицепились?.. — раздраженно подумал Лан, чувствуя, как внутри всё сжимается от навязчивого внимания. — Будто мне самому мало этого состояния». — Я в норме, — коротко бросил он, — иду собираться.

Алек не проронил ни слова, лишь пристально вглядывался в черты сводного брата. Лан держался исключительно на остатках своей гордости.

Он направился к лестнице, ведущей на второй этаж, и в этот момент она показалась ему бесконечно высокой, почти непреодолимой. На мгновение его сковал страх: «Если я сейчас осяду прямо здесь... посреди лестницы... это будет конец».

Собрав всю волю в кулак, он начал подъем. — Алек, ты тоже иди, чего застыл? — окликнул сына Марк.

Лан старался ускорить шаг, чтобы не пересекаться с братом еще и на ступенях. Алек поднимался следом, сверля взглядом его прямую спину.

Где-то на задворках сознания у него промелькнула совершенно дикая, несвойственная ему мысль: подхватить Лана под локоть и просто проводить до комнаты.

Осознав это, Алек внутренне съежился и разозлился сам на себя. Он даже мысленно выругался. «Какого черта? Что за мерзкое утро...» — бесился альфа.

Лан быстро скрылся в своей спальне и плотно прикрыл дверь. Сил хватило только на то, чтобы дойти до кровати и рухнуть на покрывало, даже не сняв обуь. «Да что со мной... Как идти в школу?»

Он лежал, глядя, как утреннее солнце заливает комнату яркими красками, бьющими по глазам. «Не пойду на первый урок. Нужно собраться с силами, ведь сегодня еще баскетбол и репетиция...»

Чуть позже Алек, уже собранный, проходил мимо двери Лана и невольно задержал на ней взгляд. В комнате было подозрительно тихо. «Странно... Вообще не слышно, чтобы он собирался. Да какое мне дело?» — одернул он себя и спустился вниз.

В холле его ждали родители. — Мы уезжаем, — сообщил Крис.
— Отец устраивает важный бранч, нам пора, по пути еще в офис нужно заехать. Вы тоже не медлите, водитель ждет внизу.

Едва за родителями закрылась дверь лифта, Алек постоял несколько секунд в холле. Потом раздраженно цокнул языком и, словно сам не понимая зачем, снова поднялся на второй этаж и постучал в дверь Лана.

— Далгарт, почему так долго? Пора ехать!

Лан открыл глаза, с трудом осознавая реальность.
— Приеду ко второму занятию. Я уже сообщил старосте, так что иди без меня.
— Да что с тобой сегодня такое? — голос Алека звучал требовательно.
— Решил... прогулять, — выдохнул Лан.
— Хах, как хочешь. Я ухожу, — Алек резко развернулся и зашагал прочь.

По дороге в академию он не переставал прокручивать этот разговор: «Прогулять? Ну да, конечно... Просто признал бы, что выдохся после стадиона».

Тем временем Лан понемногу приходил в себя. Горячий душ возвращал телу силы. Стоя под тугими струями воды, он признавал очевидное: «Видимо, я и правда загнал себя. Мышцы не восстанавливаются, сна почти нет... Ладно, после постановки станет легче, нужно просто продержаться».

Ко второму уроку Лан вошел в аудиторию, как всегда, безупречно одетым и с идеально уложенными волосами. Однако его бледность не укрылась от окружающих.

— Лан, ты пришел! — староста подошел к нему, обеспокоенно вглядываясь в лицо. — Что с тобой? Ты совсем белый. Заболел? Мог бы остаться дома.

Лан мягко улыбнулся — той самой безупречной светской улыбкой, которой его учили с самого детства.

— Всё в порядке, просто не выспался. Допоздна  репетировал роль. — Побереги себя, выглядишь очень уставшим...

«Да сколько можно... — думал Лан, чувствуя, как маска начинает тяготить. — Я же не  умираю, в самом деле».

В другом конце аудитории сидел Алек. Его взгляд мгновенно зацепился за вошедшего брата, но особенно больно кольнула эта открытая улыбка, адресованная старосте. «Значит, им ты улыбаешься? Бесит...»

Учебный день тянулся бесконечно. Несмотря на слабость, Лан заставил себя пойти на тренировку по баскетболу. Он выложился на полную, буквально выжимая из себя остатки ресурса. Впереди оставалась репетиция.

Он шел по коридору, и сумки на плече сегодня казались ему неподъемными. «Что за отвратный день...» — билось в висках. У поворота к залу он снова столкнулся с Алеком, который только закончил свою тренировку.

— Едешь домой? — спросил Алек, оглядывая его. — Нет, у меня репетиция. Поезжай один. — Как хочешь, — Алек быстро ушел.

Но он не уехал. Необъяснимый импульс заставил его вернуться в школу и бесшумно зайти в актовый зал.

Там уже вовсю шла репетиция. В свете софитов Лан выглядел нереально, почти призрачно. Его сапфировые глаза ярко сияли на фоне белоснежной кожи. Он играл так, словно переставал быть собой. Каждая реплика звучала естественно, каждое движение было наполнено жизнью.

Алек впервые видел его на сцене. На несколько секунд альфа просто замер. Он привык видеть Лана холодным, колким и высокомерным. Но сейчас перед ним был совершенно другой человек.

«Вот, значит, на что ты тратишь силы...» — прошептал он про себя. Внезапно разозлившись на собственное наваждение, Алек развернулся и быстро покинул школу, на этот раз окончательно.

После репетиции Лан чувствовал себя совершенно выжатым. Ему до дрожи не хотелось идти домой — там он не имел права на слабость. Дома нужно было держать лицо, делать вид, что всё под контролем, а на эту маску у него просто не осталось сил.

Он быстро написал отцу, что задержится у Люци, и попросил персонал привезти кое-какие вещи. Дядя как раз вернулся из тренировочного центра пару дней назад, и это было идеальным предлогом.

Время близилось к восьми вечера. Выйдя из академии, Лан жадно вдохнул прохладный воздух конца сентября. За ним приехал водитель. Машина плавно скользила к DC Tower, проезжая мимо реки. Глядя на огни Вены, отражающиеся в темных водах Дуная, Лан чувствовал, как ком в груди немного расслабляется.

Люциан встретил его с искренней радостью, которая тут же сменилась тревогой.

— Лан, рад тебя видеть... Но что ты на ночь глядя?.. — Он осекся, разглядев изможденную фигуру племянника.

— Что стряслось? Почему ты так выглядишь?

Лан молча бросил сумки на пол и подошел к дяде.

— Люци. Он замолчал всего на секунду. —Я скучал... Почему ты всегда уезжаешь так надолго? Люциан крепко обнял его, чувствуя, как мелко дрожат плечи парня.

— Так, живо рассказывай. Ты же знаешь, я не отстану.

Они устроились на диване. Лан, которому с Люцианом было легче всего говорить открыто, вкратце рассказал о своем безумном графике, «новом семействе» и постоянном давлении.

— Я так устал, Люци... Почему всё так сложно?

— Ты требуешь от себя невозможного, — Люциан серьезно посмотрел на него.
— Твое тело на пределе. Даже у меня в центре эсперы не нагружены настолько. У них есть время на восстановление, а они, на секунду, эсперы...

— Наверное, — тихо отозвался Лан.
— Но отступать я не намерен.

Люциан лишь тревожно вздохнул.
— Давай так: все разговоры потом. Поднимайся, прими горячий душ и выходи к ужину. Тебе нужно поесть.

У Лана была своя комната у дяди, и здесь ему дышалось гораздо легче. За ужином, глядя сквозь панорамные окна на ночную столицу, они говорили о пустяках, и к Лану постепенно возвращалось подобие равновесия. Это было лучшее решение за весь день.

Тем же вечером в апартаментах Криса место Лана за столом пустовало. Алек молча ел, не задавая вопросов, хотя отсутствие брата нервировало его больше, чем он готов был признать.

— Крис, меня беспокоит, что Лан так резко уехал к Люциану, — заметил Марк. — Еще и так поздно.

— Всё в порядке, это совсем рядом, — успокоил его Кристоф. — Лан всегда проводил много времени с Люци. Они скорее как братья, чем как дядя с племянником. У них ведь разница всего восемь лет, так что не волнуйся.

«Братья...» — Это слово неприятно царапнуло внутри.

Перед глазами снова всплыл Лан — призрачно бледный утром, потом на сцене, освещенный софитами, и та улыбка, которой он одарил какого-то старосту.

Алек раздраженно сжал вилку. «Да что со мной сегодня происходит?..»