39 Глава.

Денис провел рукой по лицу, ощущая дрожь в пальцах. Слова врача эхом отзывались в его сознании.
- Вы говорите так, будто это её вина? - голос его был хриплым и полным гнева. - Она же жертва! Её изнасиловали, избили, сломали! А вы приписываете это её... психическому состоянию?
Кирилл сохранял молчание, не вмешиваясь в разговор. Он осознавал, что оба участника диалога находятся на грани эмоционального напряжения.
Врач перевел взгляд с них на обездвиженную Нику, которая продолжала всхлипывать во сне.
- Не я это утверждаю. Это медицинский факт. В результате пережитого травматического события её психика не способна адекватно воспринимать реальность. Она пытается защититься единственным доступным ей способом. - Он сделал паузу. - От самой себя. От своего тела.
- Тогда почему вы не лечите это? тихо произнес Денис, не отрывая взгляда от Ники. - Как это... можно исправить?
Врач аккуратно поправил капельницу, внимательно следя за ритмом её дыхания. Цифровые показатели на мониторе замедлились, а стрелки стабилизировались.
- Лечение? - произнёс он, тяжело выдохнув. - Это не поддаётся полному излечению. Существует терапия, работа с психотерапевтом и применение медикаментов. Однако, учитывая перенесённую травму, её состояние может ухудшиться. Наблюдаются признаки миноритарной депрессии и возможные галлюцинации, которые могут усилиться. Процесс восстановления будет проходить в три-четыре этапа. Если повезёт.
Кирилл стоял у стены, скрестив руки на груди, его взгляд выражал тяжесть.
- Три-четыре этапа? Это сколько? Месяцы? Годы?
Врач промолчал, и это молчание было более красноречивым, чем любые слова.Денис опустился на стул у кровати, его плечи опустились. Он смотрел на её лицо - маленькое, бледное, покрытое синяками, с закрытыми глазами. Тишина повисла между ними, нарушаемая только мерным звуковым сигналом монитора и тихим дыханием пациентки. Денис сидел так тихо, что казалось, он перестал дышать. Его руки лежали на коленях, пальцы были сжаты в кулаки.
- Сколько времени? - его голос звучал глухо, словно доносился из глубины. - Вы можете сказать что-то приятное, чтобы утешить нас?
Врач посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Кирилла, который не отводил глаз от двери.
- Я честен только потому, что она заслуживает правды, врач закрыл папку.
- Возможно, потребуется более полугода интенсивной терапии. Возможно, два года. А возможно,
он сделал паузу, подбирая слова,
- она никогда не вернётся полностью к прежнему состоянию. Личность может измениться после таких событий, даже без постановки диагноза.
Кирилл оттолкнулся от стены и направился к кровати, где лежала Ника. Его шаги были тяжёлыми и размеренными. Он остановился перед кроватью и пристально посмотрел на девушку. Её фигура, ранее казавшаяся живой и энергичной, теперь выглядела как разбитая кукла, лишённая всякой энергии.
- Она никогда не вернётся,
тихо произнёс Кирилл, его голос был едва слышен.
- И что мы будем делать? Просто сидеть и ждать, пока она перестанет помнить нас?
Денис поднял голову. Его глаза были красными и влажными, но он не позволил себе заплакать. Он сосредоточенно смотрел на Нику, пытаясь представить, что она испытывает в своём состоянии. Страх и ужас, которые она недавно испытывала, всё ещё присутствовали в её сознании, словно отпечатавшись в каждой клетке её тела.
- Нет...
прошептал Денис, его голос дрожал от напряжения.
- Она вспомнит.
Он положил руку на край кровати, держа её на небольшом расстоянии от пальцев Ники, но не касаясь их. Он ждал, когда она проснётся, и в его сердце нарастала тревога. Он боялся, что первое, что она увидит, будет его лицо, и в её глазах отразится только боль.
- Если она меня не узнает, продолжил Денис, обращаясь к Кириллу,
- я всё равно останусь здесь.
Кирилл медленно опустился на край стула рядом с Денисом и провел ладонью по лицу, оставляя на нем следы усталости.
- Я останусь тоже,
тихо сказал он, не глядя на друга.
- И... мне искренне жаль. За все.
Денис не ответил. Он пристально смотрел на Нику, чье лицо, несмотря на видимую расслабленность, оставалось напряженным. На его щеках виднелись засохшие следы слез. Он вспомнил, как всего две недели назад она смеялась, как делилась с ним шуткой, как смотрела на него с теплотой.
- "Отрежьте", повторил он безэмоциональным голосом.
- Она сказала "отрежьте". Это было связано не только с физическим насилием. Это... это было нечто внутреннее. Она ненавидит себя.
Врач тихо вздохнул и закрыл за собой дверь. Кирилл поднялся, похлопал Дениса по плечу и покинул помещение, оставив его в одиночестве.
Денис сидел, устремив взгляд на монитор. Показатели пульса постепенно стабилизировались, медленно снижаясь.