37 Глава.

Больница встретила их резким запахом антисептических средств и приглушённым светом люминесцентных ламп. Денис сидел в коридоре, прислонившись спиной к холодной стене, его колени были подтянуты к груди в позе эмбриона. Кирилл стоял у окна, его лицо выражало напряжение, а взгляд был устремлён вдаль сквозь прозрачное стекло.Через сорок минут врач вышел из палаты, держа в руках планшет с медицинской документацией. Он обратился к молодым людям:
- Пациентка стабилизирована. Травмы серьёзные, однако её жизни ничего не угрожает. Обнаружены гематомы в области шеи и таза, а также многочисленные ушибы внутренних органов. При изучении её медицинской карты выяснилось, что она страдает от психического расстройства - гебефренической шизофрении. Следует понимать, что физические травмы будут постепенно излечены. Однако, учитывая её психическое состояние, существует вероятность, что полное восстановление до прежнего уровня психоэмоционального функционирования может оказаться невозможным.
Денис резко выпрямился у стены, его тело напряглось, словно он стал частью бетонной конструкции.
- Психическое расстройство? произнёс он, с трудом выдавливая слова, словно они застревали в горле.
- И это всё, что вы можете сказать? Она сидит там, сломленная, и вы утверждаете, что она страдает от болезни?
Кирилл, оторвавшись от окна, повернул голову в сторону Дениса. Его лицо приобрело мрачный оттенок.
- Ден, прекрати, - произнёс он, но в его голосе не было привычной агрессии, скорее звучала нотка отчаяния.
- Ей необходима медицинская помощь, а не допрос.
Врач, не отрывая взгляда от планшета, который держал в руках, как будто пытаясь найти скрытые смыслы в словах Дениса, произнёс:
- Шизофрения не является приговором к безумию. Почти. Ей были введены седативные препараты, и в данный момент она находится в состоянии сна.Кирилл сохранял молчание, не предпринимая попыток утешить Дениса вербально. Он осознавал, что в данный момент это было бы неэффективно. Вместо этого он глубоко выдохнул и заговорил.
- Знаешь, что вызывает у меня наибольшее раздражение? - его голос был ровным, но в нём прослеживались нотки подавленной злости. - То, что мы не имеем представления о личности виновного. Она упомянула лишь «высокого человека» и «камеру».
Он откинул голову на стену, упираясь затылком.
- Денис, помнишь наш вчерашний разговор в школе? О том, кто распространил слухи о ней?
Денис медленно опустил руки от лица, его глаза покраснели.
- Мы... да, - он сглотнул, избегая прямого взгляда. - Я был одним из тех, кто распространял информацию. Я не предполагал, что это правда.
- Теперь задумайся, - Кирилл повернулся к нему, в его взгляде отсутствовала жалость. - Поскольку она проснётся, мы установим личность того, кто причинил ей вред. И тогда мы обсудим степень твоей вины.
Тишина в коридоре приобрела гнетущий характер. Денис кивнул, его плечи опустились под тяжестью вины.