Часть 19

Все вышли на улицу и отошли от дома на безопасное расстояние. Нил прижался к Эндрю спиной. Он всё ещё не мог прийти в себя после произошедшего. Миньярд приобнял его, но не проронил ни звука.

Нил перевёл взгляд на Дазая.

— Как ты мог так поступить?! — наконец не выдержал он. Эндрю прижал его к себе плотнее. — Ты убил Элисон так легко, словно она не была человеком.

— Она уже не была человеком, — холодно произнёс Дазай, наблюдая за тем, как пламя жадно пожирает деревянные стены.

— Это была не она, — тихо сказал Акутагава. — Что-то захватило её тело. Она стала одержима. Убила Рене и пыталась убить меня.

— Да, я знаю, но… Может быть, можно было её спасти?

— Спасти? — Дазай усмехнулся и перевёл взгляд на Нила. — От этого не спастись. Тебе нужно было нырнуть вместе с нами. Тогда бы ты понял. На дне озера — не просто кладбище. Трупы везде. И в машинах. Во многих — они сидят за рулём. Все эти люди были одержимы. Убили своих друзей и сами утопили тачки, похоронив и себя вместе с ними. Никто не спасся. И мы бы не спаслись.

— Дазай прав, — сказал Эндрю. — Элисон стала опасна. Мы не можем выбраться отсюда. Нет смысла пытаться её связать в надежде на чудо. Она могла убить кого-то ещё.

Нил не ответил. Он прикрыл глаза и выдохнул.

— А что, если это произойдёт с кем-то другим? — спросил Ацуши.

— Если такое случится со мной, — решительно заговорил Акутагава, — убейте меня. Я не хочу стать таким.

— Но что нам делать, если это может произойти с каждым? В любой момент. Как это произошло с Элисон. Ведь когда мы были на чердаке, с ней было всё нормально.

— Дождёмся, когда догорит дом, и тогда попробуем снова уехать, — сказал Эндрю.

Пламя быстро распространилось и яростно полыхало, слышался треск, а вскоре начали с грохотом обваливаться балки и перекрытия. Жар от огня стал практически невыносим, и ребята отошли дальше. Огонь перекинулся на ближайшие деревья.

— Если загорится весь лес… — начал Чуя, но не закончил.

— Ничего страшного не произойдёт. Мы успеем выбраться.

— А если снова вернёмся сюда?

— Значит, и пожара не будет. В прошлый раз дом не сгорел.

Прошло ещё некоторое время. Дом почти догорел, а пламя всё быстрее перекидывалось на деревья. Вскоре они полыхали не хуже, чем дом. Ветер дул в другую сторону, но всё равно дышать стало нечем.

Эндрю направился к машине.

— Здесь нельзя больше оставаться.

— Разделимся по трое, — сказал Дазай. — Вдруг снова с кем-то что-то произойдёт.

Все заняли свои места. Автомобили рванули прочь, поднимая за собой клубы пыли.

Дазай открыл бардачок и закинул туда пакет с документами погибших здесь людей.

— Зачем ты их взял? — спросил Чуя.

— Если выберемся, нужно сообщить в полицию.

— А если полиция не найдёт на дне озера тачки? Это какая-то аномалия, куда затянуло всех этих людей… и нас.

— А мы не скажем про кладбище на дне озера. Скажем, что нашли документы в доме. Пусть полиция разбирается с владельцем.

Накахара не ответил.

Пламя и дым остались далеко позади. Дышать стало гораздо легче.

Эндрю ехал первым, как вдруг ему показалось, что он услышал голос Ники. Миньярд резко обернулся назад. На заднем сиденье — только Акутагава.

— Что случилось? — спросил Нил и тоже оглянулся.

— Ничего, — ответил Эндрю. — Показалось.

— Что показалось?

— Показалось, что я слышал голос Ники.

— Что? — Нил шокированно посмотрел на Миньярда. — Подожди, может, тебе не показалось?

— Но вы же ничего не слышали? Это место пытается свести с ума.

Нил не ответил, лишь сжал руку Эндрю в своих пальцах. Акутагава тоже промолчал.

Они проехали ещё несколько километров.

— Эндрю… — снова послышался голос Ники. Он как будто доносился с заднего сиденья.

Миньярд бросил взгляд в зеркало заднего вида. Конечно, Ники там не было. И вдруг в голове резко зазвенело.

— Остановись! — раздался крик.

Эндрю резко ударил по тормозам. Всех бросило вперёд. Ремни безопасности больно врезались в рёбра. Нил непроизвольно вскрикнул. Звон в ушах Эндрю усилился. В его голове зазвучали голоса: мужские и женские. Кто-то отчаянно кричал, срываясь на визг. Эндрю сжал пальцами виски. Голова будто раскалывалась на части.

Он не понимал, где находится. От дикого гомона в ушах ему стало дурно. А затем кто-то отчётливо прохрипел утробным, нечеловеческим голосом:

— Ты мой.

Эндрю почувствовал, как его швырнуло назад, а затем на него навалилась давящая тяжесть. Тело будто оцепенело. Он не мог пошевелить даже пальцем. Это был словно удар — невидимый, но сильный. Голова закружилась сильнее, воздух словно исчез, в глазах потемнело. Миньярду показалось, что кто-то утягивает его вниз, а затем он снова услышал голос Ники:

— Не слушай их. Сопротивляйся.

Чья-то рука сжала его запястье и резко дёрнула вверх, будто вытаскивая из тёмной бездны.

Эндрю открыл глаза. Возле него собрались все. Нил тряс его за плечи, хлопал по щекам, звал по имени.

— Что случилось? — прошептал Эндрю.

Нил резко обнял его и прижался к нему всем телом.

— Слава богу… — шептал он. — Я думал, что потерял тебя.

Все облегчённо выдохнули, а Дазай внимательно посмотрел Эндрю в глаза.

— Это уже не страх, — сказал он.

— Нет, — ответил Миньярд. — Нечто другое. Мне кажется, что-то пыталось захватить моё тело. Какая-то злая сила.

— Вот оно что? И что же ей помешало?

— Ники, — последовал короткий ответ.

— Ники? — переспросил Нил.

— Да. Я слышал его голос. Это было так странно. Он сказал мне остановиться. Я машинально ударил по тормозам. Если бы не остановился, всё могло закончиться плохо для всех.

— Ты видел Ники? — спросил Дазай.

— Нет. Я слышал его голос. И ещё множество других. Они что-то кричали, перекрикивали друг друга, а один отчётливо сказал: «Ты мой». На меня навалилась какая-то тяжесть, и я стал куда-то проваливаться. А потом снова услышал голос Ники. Он сказал, чтобы я их не слушал. Кто-то выдернул меня оттуда. Я думаю, это он, Ники.

— Со стороны всё выглядело не так, как раньше, — сказал Нил. — Ты смотрел в одну точку, но глаза не закатывались, как мы уже видели.

— Почему Ники тебе не сказал, как отсюда выбраться? — спросил Чуя.

— Наверное, не до того было. Может, у нас всё же получится?

— Нет, — произнёс Акутагава. — Мы не доехали до озера метров тридцать. — Пожар потух. А дом снова стоит на прежнем месте.