Глава 1. Йогурт и булочка
- Я не намерена это больше терпеть! Почему он так смотрит, - заявляет женщина, которая уже пол часа пытается написать заявление на кота. На кота!
Введу в курс дела. Этой женщине не нравится как на её смотрит соседский кот. Со злым умыслом. Не ну вы представляете?! И это я слушаю уже пол часа.
Вообще сегодняшний день прошёл отвратительно: три кражи велосипедов, одна драка у ларька с шаурмой и женщина, которая вызвала полицию, потому что «соседский кот смотрит на неё так, как будто хочет наброситься». Я жутко устала и мечтаю лишь о том, чтобы смыть груз этого дня под горячим душем и поскорее добраться до мягкой кроватки.
В свои двадцать четыре я уже год и четыре месяца как следователь. Я невысокого роста - метр шестьдесят два в ботинках. Русые волосы к концу смены выбились из пучка и торчат во все стороны, шпильки потеряны где-то между допросом женщины и осмотром ларька. Под строгими чёрными брюками - носки с енотами. Это мой маленький бунт. Глаза голубые, прищуренные, цепкие - профессиональная деформация, от которой не отключиться даже после смены. Родинка над левой бровью, которая уже начала дёргается от усталости.
Двигаясь с трудом домой, я осознаю, что холодильник пуст, и к моему утомлению присоединяется необходимость решить вопрос с ужином.
Я на столько вымоталась, что до магазина добралась лишь к двум часам ночи. Стоя в «Ночном уюте» в своих тапках-зайчиках, я лениво изучала банку ананасов.
- Берите те, что кусочками, они для пирога лучше,- вдруг я услышала голос за спиной, обернулась и увидела такого же заспанного парня.
- Спасибо, но мой максимум сегодня - доползти до кровати, не уснув в этих тапках,- на что лишь криво усмехнулась.
В два часа ночи в «Ночном уюте» было странно оживленно: я, в своих тапках-зайчиках, застыла с банкой ананасов под ледяным взором Зинаиды, чья прическа-башня возвышалась над кассой, парень возле чипсов, мужчина в пальто, женщина с коляской, листающая журнал.
- Девушка, вы эти ананасы рожать собираетесь или всё-таки брать будете? - громом прорезал тишину голос кассирши, заставив вздрогнуть и парня у чипсов, и нервного мужчину в дорогом пальто.
- Испечь хотела пирог на выходных, но передумала, - пробормотала я, поспешно ставя жестянку на полку под синхронный шелест страниц журнала, который яростно листала девушка.
На кассе, прямо перед носом у суровой Зинаиды, я наткнулась на объявление о блокировке дверей с двух до шести утра и почувствовала холодный пот: мой телефон предательски мигнул последним процентом и погас. Очень вовремя. А как домой то попасть. Завтра на работу.
- Зинаид, а как мы выйдем, если дверь закрыта? И пробейте уже мне товары, а то я сейчас прямо тут у вас на ленте усну, - взмолилась я.
-Ждите, пока администратор выйдет из подсобки, он и решит проблему с дверью, - на что кассирша лишь кивнула в сторону запертого входа.
В этот момент выключается свет. А уже через пару минут, свет снова заливает весь зал.
О ужас! Я не верю своим глазам. Мужчина в пальто лежит неподвижно, а из-под его головы растекается липкий сироп от той самой банки ананасов с издевательской наклейкой «Ударная цена».
- Это не я, я её поставила на полку! - выкрикнула я, судорожно сжимая корзинку с йогуртом и булочкой, пока Зинаида медленно поднималась из-за прилавка, а парень в худи испуганно выронил пачку чипсов.