Глава пятая, в которой градус жути увеличивается

– Долго же тебя не было, дружище, – заметил Вася, едва я переступил порог дома.

Ирина в тот момент выглядела весьма удивленной. Я сделал вывод, что она явно не ожидала увидеть меня в целости и сохранности.

– Как твоя невеста и просила, – я показал ей двух купленных в шинке карпов. – Рыба к ужину. Последнему перед ее замужеством.

Всем своим видом я старался не подавать признаков тревоги.

– А где же ваш друг? – спросила она. – Неужто остался выловить всю рыбу в пруду?

– Нет-нет. Самую крупную мы уже поймали.

– И все же, Женя, а где Митрич?

– Митрич срочно вынужден был уехать. И просил прощения, что не смог сообщить об этом лично.

– Как жаль, – отвечала Ирина, всем своим видом не показывая абсолютно никакой жалости. – Вам непременно стоило ехать вместе с ним.

– Ирочка, ты хочешь прогнать единственного нашего гостя? – удивился Вася.

– Нет, что ты! Но, боюсь, что произошло нечто весьма серьезное, раз Женин друг так быстро сорвался с места.

– Ничего опасного для жизни не случилось, поверьте мне. И он просил передать, что жареного карпа лучше всего подавать с сыром.

На этих словах глаза мои блеснули, Глаза же хозяйки изобразили прищур.

– В таком случае надо как можно скорее отдать рыбу Александре Николаевне, – медленно проговорила она.

Я передал ей рыбу и предложил моему другу прогуляться. В тот момент я был уверен, что взгляд его невесты насквозь прожигал мою спину.

Мы обошли с ним территорию вокруг поместья, и он еще раз рассказал о своих грандиозных планах на его счет. Я справился о финансовом состоянии, и он заверил меня в своей полной обеспеченности.

– А что на счет поместья? Ты слышал о каких-нибудь долгах? – поинтересовался я.

Он отрицательно покачал головой. Тогда я рассказал о слухах, которые вчера вечером вычитал в библиотеке. Он поблагодарил меня и обещал поинтересоваться у своей невесты на этот счет.

За нашим променадом незаметно подкрался вечер. Из-за страха быть отравленным, за ужином я «по ошибке» сел на место своего друга и поспешил попробовать жареного карпа. Меня позже поправили, указав задуманное для меня место, и порция моя переместилась вместе со мной. К удивлению, Ирина никак на это не отреагировала.

– А что с Александрой Николаевной? – поинтересовался я. – Она обрела дар речи, или то была секундная слабость?

– Боюсь, что второе. Я немного почитала на этот счет, как вы ушли. Вы были правы, Евгений Андреевич: на шок ее организм отчего-то избрал такую странную реакцию.

– Ни разу не слышал, чтобы немые от страха говорить начинали, – заметил Вася. – Надо будет поинтересоваться об этом у своего батюшки. Он ведь у меня врач, каких поискать.

Оставшаяся часть ужина прошла в полнейшей тишине, изредка сопровождаемой комментариями Васи по поводу хорошо приготовленной рыбы.

В течение оставшегося вечера я не отходил от Васи ни на шаг. Ирина несколько раз пыталась увлечь его за собой, но я в те моменты делал жалостливое лицо и напоминал другу, что с завтрашнего дня мы распрощаемся на долгое время. Вася внимал моим аргументам, оставляя невесту свою одну. Он предлагал ей присоединиться, но та всегда находила повод отказаться.

Так мы гуляли до позднего вечера, в конце которого Вася все-таки распрощался со мной, как бы я не настаивал погулять еще, и удалился спать. Я тут же выпустил своего бану, и вместе с этим шариком света спустился в свой флигель. Там я влил в себя остатки настойки из крапивы и звездной астры, и тут же почувствовал неимоверный прилив сил.

План был на удивление прост: раз в несколько минут я поднимался до комнаты моего друга, проверяя его сон. Всякий раз из-за двери доносился его успокаивающий душу храп. Несколько раз я набирался храбрости открыть дверь, всегда заставая его спящим. Проходя мимо комнаты Ирины, я постоянно прислушивался, но оттуда не доносилось ни малейшего звука.

Я уже было собрался на очередную свою патрульную вылазку, как из двери на меня выплыл призрак. При свете я его не испугался, и сдержал крик от столь неожиданного визита. К удивлению, то был призрак не старика, а молодого человека без рта. При ближнем рассмотрении он отчего-то напомнил мне Васю, однако вскоре я убедился в ошибочности первого впечатления. Призрак приложил палец к тому месту, где у него должен был быть рот. Опасности от него не исходило, и я дал понять, что не собираюсь поднимать шум. Тут он жестом попросил идти за ним.

Его предложение застало меня врасплох. Я не хотел оставлять своего друга без присмотра, но великая просьба была в глазах этого привидения. Очевидно, оно собиралось показать нечто очень важное. После небольших раздумий я кивнул, показывая свое согласие.

Тогда он аккуратно просунул голову сквозь дверь, убеждаясь, что проход чист, и прошел сквозь нее. Я сделал глубокий вдох, открыл дверь из флигеля и последовал за ним. Мы шли по коридору первого этажа, свернули в общую залу и позже направились в северное крыло, которое выглядело заброшенным. Перед всяким поворотом или дверью, призрак просил меня остановиться и первым убеждался, свободен ли путь. Однажды мы чуть не попались на глаза старому привидению, но я быстро нырнул за посуденный шкаф, а призрак вошел в стену рядом.

Свернув в северное крыло особняка, я выставил перед собой волшебную палочку. Будучи неуверенным в искренности призрака, я не хотел быть застигнут врасплох. Мой проводник привел меня в северный флигель, про который Ирина как-то пошутила, что в нем живет пустодомка. В абсолютнейшей концентрации я двигался в темноте, несколько раз едва не споткнувшись. Я порывался выпустить бану, но со страшными глазами призрак давал понять, что делать этого не стоит.

В конце концов, оказавшись в нужной комнате, я огляделся. Обстановка тут была не такая спартанская, как у нас. Всюду висели картины и ковры, а столы были завалены книгами и неизвестными мне приборами. Призрак попросил меня отодвинуть диван, стоявший в углу. Я подчинился. Не без труда оттащив его с положенного места, я заметил сокрытую под ним дверь в полу, за которой меня ждали ведущие вниз ступени. Призрак дал знак спускаться вниз.

Сильные сомнения в ту минуту одолевали меня. Неведомый призрак привел меня в заброшенную часть ужасного особняка. Не уверен, что читатель вспомнит хоть одну историю, которая при сходных данных заканчивалась хорошо. Но минуту раздумий спустя я сделал вывод, что по большому счету, выбора у меня нет. Раз уж вышел в путь, дойти нужно до конца.

Однако перед этим я еще раз осмотрел комнату. В неизвестных приборах я ничего не понимал, а вот один из портретов привлек мое внимание. С него на меня смотрели Ирина и Вася. Это обстоятельство меня удивило. Судя по количеству пыли и паутины этим помещением не пользовались несколько месяцев, в то время как Вася заехал сюда две недели назад. Но как такое возможно? Я снял картину и поднес ее к окну. Призрак же наблюдал за всеми этими манипуляциями и не вмешивался. Я пригляделся к изображению.

Вася и Ирина стояли на крыльце этого дома, но что-то меня во всем этом смущало. Улыбки их были естественны, разве что на картине они казались немного старше своих лет. И взгляд у моего друга был какой-то не такой. И осанка у Васи была гораздо прямее изображения на картине. Ирина тоже выглядела чуть иначе. Другая улыбка, другая прическа. Такие маленькие детали, подсказывающие, что передо мной вовсе и не Вася с Ириной, а совершенно другие люди, хоть и очень на них похожие.

Тут ноги у меня подкосились, и я опустился на стул. Но как такое могло быть? Какова вероятность попадания на одну картину двух настолько похожих на Васю с Ириной людей. Окончательно я в этом убедился, когда посмотрел в окно и понял, что меня смутило. На дворе был август месяц, а изображение рисовало осенний пейзаж, и в то время они никак не могли быть знакомы.

Подпись на картине гласила, что передо мной Елена и Илья Образцовы. Изображение было сделано в 17** году, то есть почти сорок лет назад. Удивительным было сходство моего друга с Ильей Образцовым. А Ирина... Она же была вылитой его супругой, Еленой.

Тут призрак отчего-то оживился и залетал по комнате. Я был настолько шокирован происходящим, что не сразу обратил на него внимание.

– Ну что тебе еще надо? – сам не зная зачем, спросил я у призрака с отсутствующим ртом.

Я развернулся на стуле и непременно вскрикнул бы, не будь так шокирован происходящим. В метре от меня стояла Александра Николаевна. Я ждал, что в комнату вот-вот войдет Ирина. Точнее эта девушка, кем бы она ни была. Вот только дверь все не открывалась, и слуга изучающе смотрела на меня.

Так же внезапно, как она тут появилась, она заговорила. И когда это начало происходить, клянусь, лицо мое было бледнее призрачного, и волоски стояли по всему телу.

– Не пугайтесь, – сказала Александра Николаевна похожим на мужской голосом. Точнее, он и был именно мужским, и никаким другим. – Времени очень мало.

Я несколько раз закрыл и открыл глаза, чтобы удостовериться, что мне все это не чудится. Прямо сейчас я находился в заброшенном флигеле, рядом со мной кружило привидение без рта, а напротив стояла женщина, разговаривающая мужским голосом. Потерять сознание мне не позволяли то ли настойка Митрича, то ли состояние абсолютного, ни с чем не сравнимого, удивления.

– Кто вы? – смог лишь выдавить из себя я.

– Меня зовут Александр Орехин, – мужской голос этой женщины по-прежнему резал мне уши. – Александр Николаевич Орехин.

– Но вы – женщина.

– Последний год – да.

– Последний год?! Да что тут вообще происходит?

– Я был слугой при Образцовых. При обоих Образцовых.

Чем больше он говорил, тем отчетливее я начинал видеть в человеке напротив меня мужчину. Мужскую осанку, мужские жесты, мужскую походку.

– Что значит «при обоих Образцовых»?

– Это значит, когда был жив Илья Савельич.

– Постойте, то есть Елена Образцова – это...

– ... это Ирина Борисовна. Точнее, Галя, девушка, продававшая...

– ... варежки. Я знаю, кто такая Галя! Но как это возможно?

– Опыты. Их ужасные опыты. Все началось с животных, а потом они перешли на людей...

– В таком случае, где же ваше настоящее тело?

Слуга кивком головы указал на дверь в полу. Я посмотрел на призрака, уверенно мне кивнувшего.

– Когда окажетесь внутри – постарайтесь не кричать.

Я уже боялся представить, что может удивить меня сильнее.

– Почему я должен кричать?

– Потому что призраков в этом доме гораздо больше двух.

Я проглотил комок в горле.

– И они... Они не похожи на тех, что вы видели до этого.

На этих словах он начал спуск по лестнице, я двинулся следом, а привидение замыкало нашу жуткую процессию. Путь занял половину минуты, и в конце я уперся в спину слуги. Он развернулся ко мне и еще раз попросил:

– Несмотря на то, что мы сейчас глубоко под землей, постарайтесь держать себя в руках.

Он открыл дверь, впустил меня с призраком внутрь и тут же ее закрыл. Судя по эху наших шагов, помещение было весьма внушительного размера. Я прошептал «бану», чтобы осветить хотя бы пространство возле себя. Слуга молчал, а призрак держал палец у рта, если бы он у него был. Вдруг в островке света стали появляться другие привидения, и их внешний вид... В тот момент я был уверен, что вот-вот отдам концы.

Со всех сторон на меня двигались призраки обезображенных людей. У одного обе руки торчали с одной стороны, голова второго росла прямо из груди, у третьей руки и ноги были поменяны местами. Был там и призрак ребенка, глаза которого находились на локтях, отчего он вынужден был постоянно закидывать руки за голову. При виде ребенка Александр Николаевич опустился на колено и, если бы только было возможно, он бы непременно обнял мальчика.

– Это мой сын, – сказал он.

Тут слезы потекли у него из глаз, и он даже не пытался их остановить. Мальчик смотрел на папу не отрываясь, пока тот сидел на земле, не в силах обнять собственного ребенка. Обезображенные призраки окружили меня, но, увидя волшебную палочку в моих руках, отступили назад.

– Он не из них, – сказал слуга.

Я не совсем понял, что он имел в виду, но фраза подействовала. Привидения вновь окружили меня. Мне противно было смотреть на их обезображенные тела, но какое-то оцепенение просто не позволяло отвести взгляд. Я изучал эти причудливые телесные формы еще некоторое время, пока один из них не заговорил:

– Зачем ты привел его?

Вопрос был адресован к призраку без рта. Тот на жестах попытался что-то объяснить.

– Он нам поможет? Волшебник?

Призрак утвердительно закивал головой.

– С чего бы это?

– Я могу вам помочь, – поспешил сказать я.

– Вы умеете перемещать души людей? – с надеждой в голосе спросил Александр Николаевич. – Вы же волшебник.

– Нет, – ответил я абсолютно искренне. – Но я обязательно что-нибудь придумаю.

– То есть вы не сможете вселить привидение в живого человека? – в этот раз в голосе слуги появилось разочарование.

– Такая магия мне недоступна. Никому не доступна.

– Никому, кроме наших хозяев, – ответил Александр Николаевич.

– Что это значит?

Слуга встал и отошел от меня.

– Это значит, – отвечал он. – Что если у Елены Игоревны получилось это один раз, получится и второй.

Тут он резко рванул к двери, открыл ее и также быстро захлопнул. Когда я подбежал к ней, он уже поворачивал ключ.

– Что вы делаете?!

– Спасаю вам жизнь.

– Какую жизнь? Что вы несете?

– Я выпущу вас через несколько дней.

– Какие еще несколько дней? Моему другу угрожает опасность! Он может умереть.

– А мой сын уже умер.

– И вы думаете, что Образцовы вернут вашего сына к жизни?

– Так они сказали. Завтра Илья Савельич вновь обретет тело, а потом и мой мальчик вернется ко мне.

На этих словах Александр Николаевич прервал диалог, и я услышал звук удаляющихся шагов. Я что-то кричал ему в спину, но это было бесполезно. А затем до меня стал доходить истинный смысл происходящего в этом поместье.

Вася был нужен Ирине... Точнее, Елене Образцовой не как личность, он интересовал ее как сосуд для ее мужа, с которым обладал удивительным внешним сходством. Единственным кандидатом на роль мужа мог быть только призрак того старика.

Вмиг стал мне понятен затхлый запах, исходивший от Ирины и замеченный мною еще при первой встрече. То гнил старушечий призрак внутри ее, и причину запаха она старалась свалить на старые книги, в компании которых проводила все время. Озарения сыпались на меня одно за другим. Ну, конечно! Вот с кем она говорила той ночью, и вот почему я не нашел его следов! Но едва я обернулся по сторонам, радость сделанных открытий тут же оставила меня. Я был заперт в подвале с кучей изуродованных призраков, а друг мой находится в смертельной опасности.

Они меж тем молча собрались вокруг меня, долго не решаясь со мной заговорить, косясь на волшебную палочку в моих руках. Я поспешил убрать ее во внутренний карман.

– Меня зовут Евгений, – я решил начать знакомство первым.

– А я – Степа, – отвечал мне сын Александра Николаевича. Он старался сводить локти как можно ближе друг к другу, чтобы мне удобно было смотреть ему в глаза.

Остальные тоже представились, не буду перегружать читателя их именами. Призрак с головой на груди сел передо мной.

– Как вы сюда попали? – спросил он. Других этот вопрос тоже заинтересовал, и они придвинулись поближе. Признаться честно, во многих компаниях я бывал и до и после, но с подобной невозможно сравнить ни одну другую.

Я решил, что времени у меня все равно много, оттого рассказал про наши с Митричем приключения во всех подробностях. Когда я дошел до смерти Нины Сергеевны, единственная девушка без увечий заплакала.

– Значит, мама мертва, – сквозь слезы заметила она.

– Мне жаль выступать в роли горевестника.

Возникла недолгая пауза, которую прервала она же сама:

– Надеюсь, когда-нибудь я с ней встречусь, – прошептала она, пытаясь унять слезы. – Прошу вас, продолжайте.

Так я и поступил. К удивлению, слушателей шокировали не повороты сюжета в моей истории, а совершенно другой момент.

– Друг? Вы называете своего слугу – другом? – удивленно спросил призрак, обе руки которого торчали из одного плеча.

– Да, – ответил я, как это было само собой очевидно. – То есть, он мне, конечно, слуга. Но я никогда ничего ему не приказывал, а лишь просил помочь.

Ответ мой погрузил слушателей в глубокую задумчивость.

– А не врете ли вы нам часом? – спросил призрак с двумя головами. – Чтобы подмазаться.

Я огляделся по сторонам.

– С чего же мне врать, если я даже не уверен, что выйду отсюда живым? – отвечал я вопросом на вопрос. – А Митрич – мой друг. И точка. Хотите верьте, хотите – нет.

Тут я решительно замолчал, показывая серьезность и искренность своей фразы.

– Мы верим вам, Евгений, – снова заговорил мальчик. – Просто непривычно нам как-то про такие отношения слушать. Тут он обвел взглядом других, и я понял, в чем дело.

Вокруг меня сидели призраки крестьян, постоянно страдающих от своих хозяев. А коль хозяева их были учеными, проводившими антигуманные опыты, то положение их в разы ухудшалось. А если добавить к тому, что ученые эти были волшебниками, изучающими темнейшие из магических аспектов, то ужасающим становилось их положение. Люди эти не видели от волшебников другого с собой обращения, кроме как из-под волшебной палочки. Оттого-то и на мою они первое время недобро косились.

Осознав это, я поспешил заверить новых знакомцев, что по своей воле ни одному человеческому существу не причинил вреда. Разговоры мои возымели на них нужное действие, и они утвердительно закивали.

Мне вспомнился вдруг рассказ Нины Сергеевны, как вместе с Образцовыми пропали сразу все их крестьяне. Я сделал вывод, что речь идет о находящихся рядом со мной призраках. Но почему все получилось так, как получилось, я не имел ни малейшего понятия. Этот вопрос и был мною озвучен.

– В тот день случилось нечто ужасное, – начала рассказ Галя, дочь Нины Сергеевны. – Они готовились к этому много лет. Искали похожих на себя людей. Меня нашли быстро. В конце концов, я долгое время торговала у них под самым носом. Товары продавались как горячие пирожки, и мы с матушкой едва успевали вязать варежки да шарфы. Кто бы мог подумать, что это Образцовы так держат меня под рукой? Они заставляли крестьян скупать все мои вещи, и у меня просто не было другого выбора, как вернуться сюда вновь. Позже, как мы стали... такими, они признались, что были под каким-то подавляющим волю заклинанием, и не могли меня предупредить.

Тут призраки опустили головы, подтверждая слова Гали.

– А вот поиски юноши для Ильи Савельича у них затянулись. Затянулись настолько, что они влезли в огромные долги. Однако спустя несколько месяцев поиски завершились успехом, и они нашли Диму.

Я посмотрел на призрака без рта, который мрачно кивнул.

– И вот, – продолжала она, – пообещав нам огромные суммы, они привели нас в парадный зал. Старики, коими они тогда уже были, представили нас друг другу и попросили всего-навсего стоять на месте и ничего не делать. Непыльная работа и за весьма большие деньги. В долю секунды они навели на нас волшебные палочки, мы не успели даже и среагировать. Я не успела... Образцовы должны были сделать это одновременно, но Илья Савельич отчего-то замешкался, и заклинание произнесла лишь Елена Игоревна. Мне вдруг стало очень холодно, потом сильно жарко, а потом я уже парила над собственным телом. Я увидела, как тело Елены Игоревны рухнуло на пол, а мое тело без меня вдруг стало проверять себя на ощупь. Странно это было в тот момент... Но как же Дима тогда перепугался... Он успел сообразить, что его ждет, дернулся было с места, но Илья Савельич заклинанием сковал его. Тогда Дима в ужасе принялся кричать, но Илья Савельич попросту стер с его лица рот, будто того никогда и не было. И вот пришел его черед переродиться в молодом теле. Но, то ли оттого, что Дима так сильно перепугался, то ли еще почему, но дух Димы оставил его тело раньше, чем Илья Савельич успел договорить заклинание. В итоге его душа оставила стариковское тело, которое тут же рухнуло на пол, но вселиться в молодое Димино тело не успела, потому как оно было уже на полу.

Тут она замолчала.

– А что было после?

– А после был нескончаемый гнев Елены Игоревны Образцовой. Она согнала всех нас сюда и пытала. Так шли дни и недели. Эта темница запечатана магией, так что мы не можем ее покинуть даже в таком виде. Они с мужем, точнее, с его призраком, пытались найти выход, но ничего не получалось. А когда у них ничего не получалось, они спускались сюда и пытали нас. Пробовали какие-то жуткие заклинания, результаты которых перед вами.

Я в ужасе огляделся по сторонам, но призраки смотрели на меня с вызовом.

– А я говорила, что их не кормили? Ни разу. То ли от злости, то ли она просто забыла, что люди должны есть. Я-то к тому моменту уже была призраком, и мне еда была не нужна. Поэтому спустя две недели все здесь были мертвы, стали привидениями и даже после смерти не смогли обрести свободу.

Она замолчала, а я и не встревал.

– Как и ее муж, – продолжила она. – Но Образцовы не оставили попыток вернуть Илье Савельичу молодое тело. Однако то было уже другое заклинание, которое им лишь надлежало открыть. В поисках нужного прошли многие месяцы с того дня.

– Но на ком... , – начал было я и тут же остановился. Ответ был мне и так понятен.

– Именно. Все заклинания она проверяла на нас. Приводила сюда живых людей и все пыталась, пыталась и пыталась. И вот несколько месяцев назад у нее получилось. К тому моменту ей было уже плевать, что призрак и человек разного пола. По Александру Николаевичу, я думаю, вы это уже поняли. Он, возможно, первый и единственный случай в истории, когда призрак вселился в живого человека.

– А потом она отправилась на поиски тела для своего мужа.

– Так и было. А спустя какое-то время она появилась в доме с вашим другом. Мы узнали об этом, когда к нам спустился Александр Николаевич. Он периодически появлялся здесь, чтобы побыть с сыном. Он-то и рассказал, что скоро все закончится. Или продолжится. Образцовы пообещали вернуть тело его сыну, вот он и согласился им служить.

– Но ведь тогда понадобиться забрать жизнь у другого ребенка.

– Он даже присмотрел одного в деревне.

– Но... Но это же ужасно.

– А самое ужасное, что он до сих пор не понял, что ему врут. Никто ничего для него делать не будет. Мы пытались ему объяснить, но он вбил себе в голову, что Степа вновь вернется к жизни. Во время одного из его появлений Диме удалось сбежать. Александр Николаевич обмолвился, что в доме гости, и Дима решил помешать ритуалу. Как видно, не очень-то у него получилось.

– Но почему в деревне никто не помнит о вашей пропаже? И о криках?

– Магия. Вы еще не поняли, что Елена Образцова была выдающейся волшебницей? Ужасными были ее поступки, но столь же ужасной была и сила, с которой она их совершала.

– Но почему ваша матушка все помнила?

– Наверное потому, что она моя мама. Какая мать легко забудет свое дитя? Да и за год сила вернулась к Елене Игоревне не полностью.

Доводы ее показались мне весьма внушительны.

– Но почему Ирина... То есть Елена не сделала этого сразу? Почему она сразу не вселила призрак мужа в Васино тело?

– Я говорила вам про долги, в которые они влезли? Они все время говорили об этом и, как я поняла, это огромные суммы.

– А что толку? Как это связано...

Тут до меня стал доходить истинный смысл завтрашней церемонии. И такое количество похожих друг на друга стариков и молодых в шинке, и этот «случайно» доставленный вал еды, и приготовления именно в парадной зале. Образцовы собирались публично показать действие своего заклинания. На завтра здесь была задумана самая настоящая демонстрация для желающих переродиться в молодом теле. За большие деньги. За огромные деньги.

Я тут же высказал это предположение призракам, и их молчание лишь подтвердило его ужасную правдоподобность. Что же мне было делать? Как помочь своему другу и остановить это ужасающее представление? Много мыслей было в моей голове, и ни одну из них я не мог воплотить в жизнь. Так, погруженный в думы о своем бессилии, я и уснул в компании обезображенных привидений.