БОНУС 2. Ответка Нана 🔞

Примечание автора: строго для совершеннолетних

***

— Дьяволёнок, — мурлыкнул Нан, и Крит сразу понял: тот что-то задумал.

Он скрестил руки на груди, отложил книжку, которую читал на диване, и посмотрел на своего парня:

— Что?

Нан подсел ближе, провёл рукой по его плечу, прижался грудью, шепча на ухо:

— Помнишь, что я тебе должен?

— Ты мне много чего должен. Например: наконец-то собрать команду для нашего нового ресторана, поговорить с отцом, чтобы он помог с разрешением на строительство приюта для беженцев...

У Нана вытянулось лицо. Он закатил глаза, поморщившись:

— Одна работа на уме.

— Ну так у кого-то она должна быть в голове, иначе мы по миру пойдём.

— С моими предками и твоими деньгами?

Крит тихо засмеялся, развернулся к нему и легко обнял за талию.

— Говори уже, что ты мне должен, Нан. Я слушаю.

— Я тебе должен видео-подарок...

Нану не пришлось объяснять дважды — оба всё прекрасно поняли.

Его разрядившийся телефон тогда не заснял самое интересное...

В тот раз было очень весело, но Крит его так потом оттрахал, что Нан сам задавался вопросом — кто из них первым не дотянет до свадьбы в мае.

Крит тут же притянул его ближе и, целуя шею, с хрипотцой спросил:

— Видео готово? Или ты меня дразнишь?

— Ещё нет, — протянул Нан, обвивая его шею, — но скоро будет.

— Значит, всё-таки дразнишь.

— Неа, — усмехнулся Нан. — Пошли в спальню, малыш.

Он встал и, соблазнительно улыбнувшись, протянул ему руку. Крит тут же вложил свою ладонь в его — без колебаний, без вопросов, полностью доверяя.

Что же там задумал его Нан?

Они поднялись в спальню, открыли дверь... и Крит замер.

Бля, этого он не ожидал.

Напротив кровати стоял штатив с камерой. Не телефон — именно камера. Небольшая, но явно с хорошим зумом, с качественной оптикой. Видно было — Нан подошёл к делу серьёзно.

Крит остался стоять у двери, немного опешив. А Нан, как ни в чём не бывало, подошёл к кровати, лёг на бок и похлопал по матрасу, приглашая:

— Ты хочешь заснять наш секс? — без обиняков спросил Крит. Он всё-таки подошёл, но пока не сел рядом. — Зачем?

— Чтобы сделать нам подарок. Будем потом вместе смотреть.

— Домашнюю порнушку? — Крит усмехнулся. Снял очки, положив их на тумбочку, и рухнув на кровать, тут же подтянул Нана к себе. — Откуда у тебя такие извращённые фантазии?

— Почему извращённые? Это же только для нас.

— Точно? Ты не собираешься потом это куда-то выкладывать?

— Конечно нет, — засмеялся Нан. — Просто мне очень понравилось твоё видео. Ты тогда так стонал, так красиво смотрелся в кадре... Я тоже хочу что-то подобное — с тобой.

Крит приподнялся на локти, поцеловал его в нос и, повернувшись к камере, усмехнулся:

— И как ты себе это представляешь? Мы будем просто трахаться, а камера нас снимать? Или будет сюжет? Там сантехник? Грозный начальник и секретарь? — усмехнулся Крит.

— Слушай, — Нан задумался на секунду, — насчёт ролевых я не подумал... Но вот другое — да. — И его губы растянулись в той самой лукавой, фирменной улыбке, которая всегда предвещала что-то чертовски интересное.

Он тут же оживился, потянулся к своей тумбочке, открыл верхний ящик и достал оттуда аккуратную чёрную коробку.

— Открой.

Крит с подозрением глянул на коробку:

— Если это наручники... Я тебе уже говорил, я не любитель БДСМ.

— Это не они, — Нан ухмыльнулся. — А насчёт БДСМ — мы ещё обсудим. Никогда не говори «никогда».

Крит не ответил и стал открывать чёрную коробку. Сверху — ни названия, ни марки. Только гладкая матовая поверхность.

Открыл.

На бархатной подложке лежало...

Он сглотнул и аккуратно достал из коробки тонкое силиконовое кольцо чёрного цвета, гладкое, гибкое, но упругое. На внешней стороне — небольшая насадка в виде овальной капсулы с лёгким рельефом для стимуляции. Рядом — небольшой глянцевый пульт управления.

Кровь прилила к лицу, дыхание стало чаще.

— Это же...

Нан хитро улыбнулся, и, не дав Криту опомниться, легко повалил его на спину, перехватив игрушку.

— Ага. Виброкольцо. А мощность ты будешь сам регулировать, — прошептал он, наклоняясь ближе.

— Оно для тебя? — усмехнулся Крит, перекатываясь и переваливая его на спину. — Почему тебе, а не мне?

Он спросил больше для шутки, одна только мысль, что Нан войдёт в него с этой штуковиной на члене, уже заставила его дрожать, а его отверстие — заныть от желания. Хотя для вида он всё равно попытался немного поломаться перед ним.

— Ага, малыш, — тихо рассмеялся Нан. И в следующий момент Крит уже снова оказался на спине, а Нан уселся сверху, на его бёдрах.

Он потянулся за ещё одним пультом, быстро активировал камеру и, глядя в объектив, с бархатной хрипотцой прошептал:

— Малыш, сегодня я буду твоим дьяволом.

Крит тяжело задышал, сердце застучало сильнее, живот сжался от предвкушения.

— Будь, — только и выдохнул он в ответ.

И Нан наклонился, начал целовать его — сначала губы, потом шею, спускаясь ниже. Одной рукой потянул край футболки Крита, медленно стягивая её вверх, другой продолжал гладить его кожу, вылизывать каждый сантиметр. При этом он то и дело краем глаза посматривал на камеру, следя, чтобы не загораживать самое интересное.

Это было волнительно. Это было возбуждающе. Это было дико непривычно. Нан раньше никогда не снимал секс. Он даже не думал о таком — а теперь кровь в жилах горела от одного осознания, что всё это будет запечатлено.

Губы, руки, языки. Зубы впивались в кожу, языки ласкали, дыхание сбивалось, перехватывало. Они уже были полностью раздеты — возбуждённые, налитые, красивые. Два мужских тела: мышцы, подтянутые силуэты, кожа блестела в мягком тёплом свете лампы под потолком.

Они уже давно забыли о камере. Забыли обо всём, кроме друг друга. Даже Нан — и он теперь просто наслаждался телом своего мужчины, как всегда — до дрожи, до безумия, от одного его вида сносило крышу.

Он улёгся между его ног, целуя низ живота, нежную кожу внутри бёдер, постепенно подбираясь к его члену. Но, остановившись на полпути, Нан лишь лизнул его головку, коротко, дразняще, и стал опускаться ниже — поцелуи ложились на лобок, на мошонку, всё ниже

Крит стонал, всхлипывал, пока, наконец, тёплый, влажный язык Нана осторожно, почти невинно коснулся его ануса. Он не выдержал: приподнялся на локтях, тяжело, сбивчиво дыша.

— Так когда кольцо? Или ты, как всегда, хочешь сначала увлажнить меня своей слюной? — выдохнул он со слабой улыбкой.

Нан поднял голову, оставаясь лежать у его ног. Его глаза светились лукавым огнём.

— Ты же знаешь, как я люблю твою развратную дырочку... Как она мне покоя не даёт. — Его голос стал почти медовым. — Развернись. Я хочу тебя там поцеловать. А потом уже — можно и кольцо.

Крит застонал, но уговаривать его не пришлось — он быстро встал на четвереньки, выгибая поясницу. Нан устроился рядом и только тут вспомнил, что камера работает.

— Слушай, Крит, — протянул он деловито, чересчур деловито для такой позы. — Повернись задом к камере, чтобы всё было видно.

— Ты что? — ужаснулся Крит, тоже вспомнив о камере. — Чтобы мою задницу в кадр?!

— Ну да. Она у тебя очень сексуальная. Я раскрою её, а потом и видно ничего не будет — когда залезу в тебя языком.

Крит замолчал, колеблясь — согласиться или уже чересчур? Но в этот момент Нан потянулся к тумбочке, взял смазку, нанёс немного на палец и легко вошёл в него. С первого раза.

Крит выгнулся, застонал, ощущая, как Нан нежно массирует его простату — нажимает, давит, играется. А потом внезапно убрал палец, вызвав у Крита разочарованный всхлип.

— Вставай уже, — нетерпеливо выдохнул Нан и игриво укусил его за попку.

— Только потому что я тебя люблю, — проворчал Крит, разворачиваясь задом к камере.

— Ну, я очень надеюсь, что любишь, — усмехнулся Нан.

Он встал, проверил ракурс через камеру. Всё было в фокусе. Вернулся и тут же устроился сзади, стал медленно раздвинул руками его ягодицы, чтобы видеть каждую деталь. Влажный блеск кожи, дрожащая дырочка, уже приоткрытая от возбуждения. Его пальцы легко снова скользнули внутрь — мягко, но с нажимом, нащупывая знакомую точку, вызывая короткий сдавленный стон Крита.

— Боже... — выдохнул тот, выгибаясь навстречу пальцам.

Нан медленно наклонился, позволяя своему горячему дыханию коснуться его чувствительной кожи. Крит даже вздрогнул от одного этого теплого прикосновения воздуха.

— Ты такой красивый... — прошептал он и дотронулся ануса кончиком языка.

Легкое влажное касание, нежный круговой скользящий движение — и Крит сдавленно всхлипнул, хватаясь за простыни, его тело дернулось в ответ.

— Нан... — уже срывающимся голосом простонал он, — ты меня сводишь с ума...

Язык скользнул глубже, а пальцы продолжали массировать щель, ласкать её, то обводя, то надавливая, заставляя Крита тихо подвывать в такт этим движениям.

— Ещё... — прошептал он, кусая губы. — Ещё, пожалуйста...

Но когда язык углубился ещё сильнее, скользнув внутрь быстрым дерзким движением, Крит повернул голову, тяжело дыша.

— Нан... — его голос задрожал, — давай уже кольцо. Иначе я просто не выдержу. Всё закончится, не успев начаться..

Нан снова укусил его за попку, поцеловал поясницу, медленно провёл языком вверх по позвоночнику, укладывая Крита на живот и прижимаясь сверху. Кольцо лежало на подушке. Он откатился вбок, выключил камеру и взял игрушку в руки.

— Не хочу снимать техническую часть, — усмехнулся он.

— Ты ещё потом монтаж сделай, — подхватил Крит. — И озвучку.

— Конечно. И спецэффекты.

— Это какие же? — с прищуром поинтересовался Крит.

— Когда ты кончишь — вокруг тебя будут летать сердечки, — рассмеялся Нан, перекатывая кольцо между пальцами.

— Ты хоть знаешь, как им пользоваться? — с лёгким сомнением спросил Крит.

— Конечно знаю. Что тут знать? Надеть, засунуть в тебя член. А ты уже пультом поуправляешь скоростью вибрации.

— Так чего ты ждёшь? — в нетерпении выдохнул Крит.

Он выхватил у него из рук чёрное кольцо, легко нашёл кнопку и включил его. Игрушка еле заметно дрогнула в его пальцах — лёгкая вибрация пошла по руке.

— Дилетант, — усмехнулся он с наигранным укором.

Крит усадил Нана так, чтобы его было идеально видно на камере, и, устроившись сверху на его бёдрах, позволил себе немного подразнить его. Крит наигранно отбросил волосы назад, потянулся к тумбочке и надел очки, которые так нравились Нану.

— Боже мой, Крит, ты действительно прирождённый порноактёр, — прыснул Нан, наблюдая, как тот стал гладить себя, проводя руками по груди, прессу, ногам, слегка задевая свой член.

— У меня много талантов. — Крит подмигнул.

Он медленно взял кольцо, посмотрел на него с деловым видом и вдруг нахмурился:

— Слушай, лучше я одену его сейчас — пока ты не в полной боевой готовности. Иначе натянуть его будет проблемно.

— Ты у нас тут эксперт, — хмыкнул Нан, — командуй.

Крит ловко ухватил основание его полутвёрдого члена, аккуратно раздвинул силикон и медленно надел кольцо до основания.

— Надо пониже, — объяснил Крит, — чтобы было плотно и заодно прижало мошонку. Тогда и тебе кайф, и мне — когда ты будешь двигаться, вибрация дойдёт до моей простаты.

— Откуда ты всё это знаешь? — удивился Нан, прищурившись. — Ты же до меня никогда не был снизу.

— Зато я был сверху. А техника везде техника. — усмехнулся Крит. — Странно, что ты до сих пор этого не знал. Ну что, готов к премьере?

Нан притянул его, запечатлев поцелуй на его красивых губах, и выдохнул:

— Я хочу, чтобы ты кончил только от моего члена в твоей заднице. Этого давно не было.

— Неделя — это уже «давно»? — Крит усмехнулся, покачал головой, но спорить не стал.

Он на секунду прищурился, сделал наигранно обиженное лицо:

— Вот ты, кстати, ни разу ещё не кончил от моего члена в своей заднице.

— Как это?.. — Нан замер, задумался, потом нахмурился:

— А ведь точно. Тогда второй раунд  — ты меня с кольцом.

— Так не честно. Тебе будет тяжелее кончить, и ты снова не сможешь.

Нан фыркнул, прищурился, хлопнул Крита по бедру:

— Боже мой, Крит, мы тут порно снимаем, а не бурчим, как пожилая пара за чашкой чаем.

— Не вижу тут ни чая, ни пожилой пары, — рассмеялся Крит.

Он склонился и поцеловал его член, сначала легко, потом обвёл языком чувствительный кончик, заставив Нана громко выдохнуть. Он знал каждую его реакцию, знал, как играть на его теле так, чтобы держать Нана на грани, но не дать ему сорваться раньше времени.

— Ложись уже на спину, — прохрипел Нан, тяжело дыша.

Крит оторвался от него, с ленивой усмешкой лег на спину, раскинув руки на подушках, будто приглашая:

— Ну давай, твой выход, дьявол мой.

Нан устроил его ноги, подогнул, уложил так, чтобы войти как можно глубже. Медленно, с осторожной нежностью смазал вход, потом тщательно обработал свой член, не сводя голодного взгляда с Крита.

— Держи пульт. Тут пять скоростей, — он протянул Криту маленький пульт, их пальцы при этом сплелись на секунду. Ещё один поцелуй — долгий, влажный, почти агрессивный — так, что у обоих закружилась голова.

И только после этого Нан начал входить, глубоко, размеренно, медленно наслаждаясь каждым миллиметром тугого тепла Крита, чьё дыхание тут же сбилось.

Кольцо было уже плотно прижато к его телу. Крит нажал первую скорость.

Лёгкая дрожь

— Бля... — простонал он сквозь зубы.

Ощущения были странно новыми: вибрация будто разносилась по всему телу, от основания члена и глубже — словно мелкие волны пробегали к самой простате. Нан продолжал двигаться в нём, управляя ритмом, а кольцо вторило каждому его толчку — усиливая пульсацию, заставляя Критa выгибаться под ним, то откидываясь на подушки, то наоборот тянулся к нему, хватаясь за плечи, за влажную от пота спину Нана, ловя его губы на вдохе — влажные, чуть припухшие от поцелуев.

— Вторую, — выдохнул Нан.

Крит нажал. Вибрация усилилась, толчки стали глубже, агрессивнее.

Воздух в комнате густел от запаха пота и возбуждения. Кровать скрипела под ритмичными движениями, их тела сливались в единое целое — напряжённые мышцы, сбитое дыхание, глухие стоны. Голова кружилась от наплыва удовольствия.

— Давай ещё! — прохрипел Нан, чуть кусая его мочку уха.

И Крит не раздумывая нажал пятую скорость.

Вибрация словно взорвалась внутри него. Он выгнулся дугой, издав низкий, хриплый стон. Нан резко наклонился к нему, сложил его ноги почти к груди, вжимая бедра глубже и глубже, проникая до самого дна.

— Чёрт... — простонал Крит сквозь зубы, — бля...

Каждый толчок был будто мощный удар в чувствительную точку внутри, кольцо вибрировало одновременно на стволе Нана, возбуждая их обоих до предела. Слипающиеся тела, влажные хлопки кожи о кожу, бешеный ритм.

Воздух наполнился их стонами, запахом пота и спермы, звуками натянутой кожи и влажного скольжения. Руки Крита вцепились в спину Нана, оставляя красные полосы на разгорячённой коже.

— Ещё... — простонал Крит.

— Держись, малыш, — прохрипел Нан, вжимаясь ещё глубже.

Крит почти кричал от разрывающего наслаждения — как будто всё его тело сжалось в одну точку блаженства. И когда Нан толкнулся особенно резко, Крит кончил, тяжело выгнувшись, выплескивая горячие струи спермы себе на живот, на грудь, на их переплетённые тела.

Не останавливаясь, Нан заработал бёдрами ещё быстрее, захватил пульт, быстро отключил кольцо, чтобы ощутить наконец без остатка эту плотную тугую теплоту, сжимающую его член изнутри. Он рванул ещё несколько раз — и тоже кончил, с глухим, низким рыком, уткнувшись в шею Крита, оставляя на его коже влажные укусы, жадные поцелуи и багровые следы на ключицах.

Их сердца гремели в унисон. Тела дрожали. Кожа блестела от пота и спермы. Запах секса,  — витал над ними, как будто даже воздух был пьян от этой сцены.

Крит даже не реагировал — он лежал распластанный, полностью обездвиженный, с ногами раскиданными в разные стороны, грудь тяжело вздымалась. Казалось, он не может ни вздохнуть, ни пошевелиться. Всё его тело будто пульсировало остатками оргазма.

— Бля... это было круто... Очень, — прохрипел он, едва находя в себе силы выговорить слова.

Нан тяжело дышал, повалившись сверху на него, не выходя из него, уткнувшись носом в его влажную шею. Его горячее дыхание щекотало кожу Крита, пальцы лениво гладили ребра.

— Да... шикарная штука. Но под конец я уже почти перестал тебя чувствовать... — пробормотал он, выдыхая прямо на ухо Крита. — Поэтому и выключил.

Крит хрипло рассмеялся, обняв его за спину, чувствуя, как липкая сперма с их тел медленно стекает вниз.

— Какой ты, блядь, романтик, — улыбнулся он сквозь усталую полуулыбку. — Зато заботливый. Давай теперь посмотрим, что ты там наснимал, мой режиссер .

Нан кивнул, на слегка подгибающихся ногах подошёл к камере, снял её со штатива и, вернувшись, плюхнулся обратно рядом с Критом.

— Ну что, посмотрим нашу первую порнушку? — хихикнул он, нажимая на экран.

Несколько минут: стоны, тела, крупный план его дырочки, натянутые члены...

И вдруг — чёрный экран.

— Бля! — простонал Нан, едва не швырнув камеру в стену. — Я забыл её снова включить!

Крит заржал, уткнувшись лицом в подушку, трясясь от смеха:

— Не стать тебе, Нан, порно-звездой. Как и оператором — тоже не стать.

Нан нахмурился, но через секунду тоже рассмеялся. Он отложил камеру на тумбочку и растянулся рядом с ухахатывающимся Критом.

— Ты сейчас сам вибрируешь сильнее, чем эта игрушка.

— Можешь заснять это, — всё ещё всхлипывая от смеха, выдавил Крит. — Если, конечно, сумеешь найти кнопку «запись». Надо как-нибудь тебя научить пользоваться техникой.

Нан закатил глаза, но улыбался, как довольный чертёнок. Он не больно укусил Крита за лопатку, тут же ласково поцеловал след.

— А я так хотел увидеть летающие сердечки, — продолжал поддразнивать Крит, всё ещё посмеиваясь.

Нан потянулся выше, прижался губами к его шее, к плечу, шепча прямо в кожу:

— Закрой глаза... расслабься... и будут тебе сердечки.

Он медленно сполз вниз, устроился между его ног, запуская язык в привычный, любимый маршрут — по бедру, ниже, к паху...

И Криту действительно под конец показалось, что перед глазами у него летают сердечки