Точка невозврата,Глава 20

1 мая

Томас сидел на холодных ступеньках загородного дома, водя пальцами по камню. Дом всегда казался ему слишком большим. Слишком пустым. Слишком чужим — как будто он жил внутри фотографии, а не реального пространства.

Сегодня ему исполнялось семнадцать.И это был первый день рождения, который он встречал в одиночестве,без родителей.Он бросил взгляд на телефон.Пусто.И только спустя пару минут — вибрация.

Сообщение от Мэтью:

«Мы выезжаем. Будем скоро. Все: Алекс, Берн, Шелли, Лиза... и Рен.

Норм?»

Томас уставился на последнее имя, слегка нахмурившись.

Он знал Рена уже... сколько? Неделю? Две?

Слишком мало, чтобы доверять.

Слишком много, чтобы игнорировать то ощущение опасности, которое он когда-то приносил с собой.

Но Мэтью просил — и Томас уступил.

Он выдохнул, поднялся и прошёл в дом. Включил свет. Протёр стол. Подправил напитки. Вроде всё готово, но внутри у него странно дрожали руки.

Как будто что-то должно случиться.

Что-то, что поменяет всех.

Снаружи раздался резкий, слегка агрессивный звук тормозов.

Но никакого Алекса за рулём — это была чёрная машина, которую Томас видел впервые. Стильная, чуть побитая жизнью, но мощная. Машина с характером.

Машина Рена.

Двери распахнулись.

Сначала вышел Алекс — громкий, уверенный.

Потом Мэтью — спокойный, уже светло улыбающийся.

Бернард и Шелли держались за руки.

Лиза шла после них, тихая, немного смущённая.

И последним — без пафоса, без лишнего внимания — вышел Рен.

Он даже не выглядел так, будто пришёл на чей-то день рождения.Просто стоял, закрывая машину, слегка наклонив голову — изучая дом и всех вокруг, но не показывая своих эмоций.

Томас заметил его взгляд.Понимающий.Холодный.Спокойный.

Ничего больше он про Рена и не хотел знать.

Алекс первым зайдя в дом, громко рявкнул.

— С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, Томи!

Шелли подняла пакеты с подарками:

— Мы тут принесли... ну, столько, сколько смогли купить.

Бернард усмехнулся.

— Надеюсь, у тебя есть шкаф побольше — это только часть.

Лиза тихо сказала.

— Спасибо, что позвал нас.

Мэтью хлопнул Томаса по плечу.

— Без нас бы вечер был скучный.

Томас улыбнулся — искренне.Он правда был рад их видеть.

И только потом Рен, проходя мимо него, коротко сказал.

— Поздравляю, Хилфер. Надеюсь, вечер получится нормальным.

Ни улыбки.Ни холодности.Ничего лишнего.

И от этого Томаса пробрала лёгкая дрожь.

Не от страха — от предчувствия.

Дом наполнился голосами, смехом, шагами, светом.

Давно забытое чувство — будто стены стали теплее.

Томас стоял немного в стороне, наблюдая за своей компанией. За людьми, которых он едва не потерял — и которые всё равно пришли.

В гостиной стоял аромат лёгкого дыма от свечей, которые Томас зачем-то заранее расставил на каминной полке. Тёмные стены загородного дома поглощали звук, но компания заполнила его теплом так, что пространство казалось живым.

Алекс первым развалился на кресло, закинув ногу на ногу:

— Ну что, Томи, ты вообще понял, что мы сейчас будем делать? Мы твоему дому приносим радость. Так что готовься.

Томас усмехнулся:

— Я уже морально сдался.

Шелли нашла на столе тарелки, поставила перед всеми.

Бернард сразу сел рядом с ней — почти рефлекторно.

Мэтью опустился на диван рядом с Лизой.

Рен остался стоять у стены, словно телохранитель на смене.

Когда все немного расположились, разговоры как-то сами собой начали течь.

— «Берн, ты как?»

Первым заговорил Алекс, странно мягким голосом.

Бернард на секунду замолчал.

Его взгляд был спокойным... но в глубине зрачков скрывались следы бессонных ночей.

— После бабушки... тяжело, — сказал он тихо. — Первое время я не мог вообще заходить в её комнату. Сестренки постоянно плакали.Поэтому я отправил девочек к дедушке, так безопаснее.

Шелли слегка коснулась его руки.

— Ты сильный. Ты правда справился с этим лучше, чем кто угодно.

Бернард улыбнулся

— Если бы не ты, Шелли... я бы не вытянул.

Рен слегка приподнял бровь, будто отметил это для себя.

— Сильные люди редко признают, что нуждаются в помощи. Так что, парень, ты нормальный.

Бернард посмотрел на него, хотел что-то ответить, но просто кивнул.

Пауза была теплая. Живая.

— «Алекс,как с отцом?»

Мэтью повернулся к Алексу.Его голос был тихим, но прямым.

Алекс откинул голову назад и криво усмехнулся.

— О, это. Папаша объявился. На днях. Будто его кто-то из шкафа достал.

— Он был трезвый? — осторожно спросил Томас.

— Настолько, что я его не узнал, — буркнул Алекс. — Глянул на меня... и сказал: «сын». Как будто мы последние десять лет в шашки играли по вечерам.

Мэтью смотрел на друга внимательно.Он знал, что Алекс редко показывает боль.

— Ты его послал? — спросил Бернард.

Алекс выдохнул и отвел взгляд.

— Почти. Я сказал ему, что поздно. Что он просрал семью. Что мама страдала. Что я рос без него. Он хотел меня обнять...

А я...

— Алекс резко сжал кулак. — Я его толкнул.

Никто не знал, что сказать.

И только Рен произнёс.

— Иногда человеку дают второй шанс, а он уже не нужен. Такое бывает.

Алекс коротко взглянул на него.

Тема постепенно затихла,и Мэтью, немного нервно подвинув стакан, сказал.

— Ребята... Я хотел сказать одну вещь. Мы с Лизой... встречаемся.

На секунду повисла тишина.

Алекс громко фыркнул.

— Брат, спасибо, что сообщил. Мы уже с прихода Лизы в нашу школу делаем вид, что не замечаем.

Бернард расхохотался.

— Серьёзно, Мэт? Ты думаешь, никто не видел, как ты на неё смотришь? Там ещё птицы начинали петь каждый раз.

Шелли прикрыла рот ладонью, едва сдерживая смех.

— Вы такие милые, что это невозможно скрыть.

Только Томас сидел с абсолютно искренним, честным удивлением.

Он даже привстал.

— Подождите... ЧТО? Когда это случилось? Я же в больнице лежал, вы ничего не говорили...

Мэтью неловко улыбнулся.

— Ну... как раз тогда. Всё как-то само получилось.

Лиза опустила глаза, слегка смутившись, но улыбка всё равно проскользнула по её лицу.

Томас медленно кивнул, ещё раз переводя взгляд с Мэтью на Лизу — на его лице появилось настоящее, тёплое облегчение.

— Я рад за вас. Честно.

Алекс улыбнулся.

— Видите? Даже Хилфер одобряет. Это победа.

— «А ты?» — спросил Алекс, взглянув на Рена.

— Я что?

— У тебя есть отношения? — улыбнулся Алекс.

Рен усмехнулся коротко, низко.

— Я слишком занят работой, чтобы кого-то тащить в свою жизнь.

А тем более... — он усмехнулся. — В мою жизнь никому не стоит приходить.

Слова были сказаны легко, но в них слышалась правда, от которой холодело внутри.

Лиза нахмурилась.

— Рен.

— Всё нормально, Лиз.

И тогда Рен начал рассказывать истории.Но не те, что могла рассказать нормальная семья.Не истории о походах или поездках.

А истории...

о людях, которым нечего терять.

О ночах, после которых остается синяк на душе, а не на теле.

О работе, которой он не гордится, но которая платит.

Его тон был ровным.Не хвастовство — констатация фактов.

Компания слушала, затаив дыхание.

— «Прекрати, — сказала Лиза, — ты их пугаешь.»

— Наоборот, — ответил Рен. — Я их предупреждаю. Мир — это не только классная комната и прогулки по парку. Мир такой, какой я вижу его каждый день.

— А зачем им это знать? — спросила Лиза.

Рен посмотрел прямо на них всех.

— Потому что вы все думаете, что проблемы решаются словами.

На самом деле — они решаются тем,на что вы готовы ради своих принципов.

И в комнате снова стало тихо.Слишком тихо.

Но атмосферу разрядил Бернард.

Он улыбнулся, посмотрел на Шелли и сказал.

— Я никогда не думал, что смогу жить один. После бабушки... дом стал пустым. Но я научился. Теперь... тишина не пугает меня. Она напоминает, что я должен быть сильным ради сестрёнок. Ради себя.

Шелли прижалась к нему.Её глаза блестели.

— Я горжусь тобой, — прошептала она.

Алекс поднял бокал кока-колы.

— Ну всё. Тост. За то, что мы все живы. И за то, что кто-то из нас наконец-то научился, как не пахнуть бомжом с района.

Алекс посмотрел на Бернарда с улыбкой.Все рассмеялись.Рен тоже усмехнулся.Его взгляд смягчился.

И Томас впервые за много месяцев почувствовал.

ему хорошо.Этот вечер был как передышка.Светлая глава перед тьмой.

Двор позади загородного дома Томаса сверкал от света фонарей. Весенний воздух был прохладным, но бассейн — подогреваемый, и вода в нём казалась живой, будто отражала всё тепло компании.

Шелли первой забралась в воду, вздрогнув от контраста.Лиза аккуратно спустилась следом.

— Ого... — Лиза улыбнулась. — Я думала, в доме Томаса не такой теплый бассейн...

— Дом как дом, — засмеялась Шелли. — Просто пустой. Как музей.

Обе рассмеялись и отплыли в центр бассейна.

— «Можно вопрос?» — тихо сказала Лиза.

Шелли кивнула.

— Ты давно с Бернардом?

Шелли слегка всплеснула воду руками.

— Мы соседи. Уже лет... четыре, наверное. Сначала просто здоровались. Он ходил мимо, вечно какой-то серьёзный, молчаливый.

А потом его бабушка однажды сказала мне: «Бернард — хороший мальчик. Он просто боится много говорить». И... — она улыбнулась. — Он сам начал открываться. Сначала понемногу. Потом больше. И так как-то само вышло, что мы решили встречаться.

— Это мило, — Лиза тихо засмеялась. — У вас прям... настоящая история.

Шелли посмотрела на неё.

— А ты? Ты как познакомилась с Мэтью?

Лиза глубоко вдохнула — и начала.

— Я шла после работы. Хотела просто купить кофе. И какой-то парень выхватил сумку у девушки. Я даже не успела ничего сделать, как этот... сумасшедший... — она улыбнулась. — Мэтью. Он рванул за ним, будто всю жизнь этим занимался. Догнал его, упал с ним, получил по лицу, но вернул сумку.

Шелли округлила глаза.

— Вот это Мэтью...

— Ага. — Лиза рассмеялась. — И потом он стоял такой, весь в в грязи, разбитый, и говорит: «На, это твоё». я ему даже номер дала, а он просто улыбнулся и ушёл. Я его догнала,и попросила его номер.

Шелли закричала от смеха:

— ЧТО? Он даже не взял номер?!

— Нет! — Лиза хохотала. — Он вообще не понял, что ему дают номер. Он просто сказал: «Классно, что ты в порядке!» и всё!

Ещё минуту они не могли остановиться от смеха.

Именно в эту секунду они стали ближе — как будто между ними появилась ниточка настоящей дружбы.

Тем временем парни вышли на задний двор.

Холодный воздух сразу обжёг лёгкие.

Алекс щёлкнул пальцами, разминая шею.

— Наконец-то вышли. В доме уже как в печке.

Рен встал чуть в стороне, прислонившись к перилам.

Томас рядом с ним, но напряжённый.

— Эй, Томи, — сказал Алекс. — Чё ты такой деревянный? Расслабься. День рождения всё-таки.

— Я норм, — Томас отмахнулся. — Просто... думаю.

Алекс подошёл ближе:

— Ты хотел что-то сказать?

Томас вдохнул, выбрав момент.

— Это про Нико.

Мэтью повернулся к нему.

— Про Нико?..

Томас посмотрел на землю:

— Он позвонил мне. Сказал... что хочет поговорить. Что жалеет про ту драку.

Я вышел.

И он начал просить деньги. На «лечение бабушки». А потом пошёл покупать бухло.

Алекс выругался.

— Я говорил, что он крыса.

Томас сжал кулаки:

— И Волк это видел. Он... ну... он сломал Нико руку. Просто схватил камень... и...

Алекс и Бернард одновременно сказали.

— СЛОМАЛ?

Томас кивнул.

Рен медленно поднял взгляд.

— Волк был прав.

Все мгновенно посмотрели на него.

— Как это... «прав»? — сказал Томас.

Рен говорил спокойно, но в его голосе было что-то стальное.

— Кто-то должен показать границы. Люди вроде Нико иначе не понимают. Мир работает очень просто — если ты не можешь защитить себя, тебя будут рвать по кускам. Волк сделал ровно то, что должен был сделать телохранитель. Он защитил тебя.

Томас нахмурился.

— Но это жёстко.

— Жизнь жёстче, — отрезал Рен. — И если ты хочешь жить в мире, где тебя уважают, иногда нужно отвечать ударом. Или двумя.

Парни молчали.Каждый переваривал сказанное по-своему.

Рен слушал разговор, но его взгляд всё чаще уходил куда-то в темноту. Он ощущал опасность раньше, чем её замечали остальные — будто у него внутри стоял радар.

И вот снова.

Шорох.

Тихий скрип.

Как будто кто-то медленно тянулся вдоль забора.

Рен чуть наклонил голову.

— Вам не кажется, что кто-то шастает за домом? — пробормотал он.

Алекс усмехнулся:

— Может, кот? Или сосед...

Но Рен уже двинулся вперёд, взгляд стал резко серьезным.Он прошёл несколько шагов, заглянул между кустов — и его лицо изменилось мгновенно.

Там стоял мужик.

Вонючий, пьяный, шаткий.

Мятая куртка, красные глаза. Он держался за щель в заборе и, сопя носом, подглядывал в сторону бассейна.

— ну... девочки... ну давай... — бормотал он, облизывая губы.

Он смотрел прямо на Лизу и Шелли.

На сестру Рена.Девушку Мэтью.Девушку Бернарда.

В следующую секунду мир для Рена исчез.

Он рванул вперёд так резко, что Томас даже не успел понять, куда тот пропал.

Рен схватил алкаша за воротник, как будто тот весил десять килограмм, и с рычанием вытащил его на открытое пространство.

Мужик ещё пытался что-то сказать, но не успел.

Первый удар — быстрый, прямой, под губу.

Второй — в грудь.

Третий — снизу в челюсть, так что тот отлетел, упав на гравий.

Мужик завизжал, захрипел, закрывая лицо руками, но Рен навис над ним — как зверь, защищающий свой дом.

— Ты... ПОДГЛЯДЫВАЛ... за Лизой?!! — Рен кричал так, будто его душили. — За МОЕЙ СЕСТРОЙ?!

Удар.Удар.Ещё удар.

Вся грязь летела в стороны.

Мужик ревел, но Рен был в ярости, которую никто прежде не видел.

— РЕН! — Алекс подбежал первым. — СТОЙ! Хватит, хватит! Ты его убьёшь!

Алекс обхватил Рена за плечи, пытаясь оттащить, но тот будто окаменел. Его мышцы были напряжены как сталь.

— ОТПУСТИ! — взревел Рен.

— Он уже не дышит почти! Ты что творишь?! — Алекс повысил голос.

Томас, ошеломлённый, дёрнулся вперёд, но остановился — слишком опасно.

Мэтью стоял с побледневшим лицом.

С бассейна выбежала Шелли, а за ней мокрая, испуганная Лиза.

— РЕН! — закричала Лиза. — ПРИОСТАНОВИСЬ!

Только её голос заставил его дрогнуть.

Рен дернулся, тяжело дыша. Алекс, воспользовавшись моментом, оттащил его назад.

Пауза.Тишина.

Алкаш лежал, еле дыша, всё лицо — сплошная синяя масса.

И вдруг —Он вскочил.

Как зверь, раненный, в панике.

Он схватил осколок бутылки, зажатый в руке, и резко метнулся в сторону ближайшего человека — это оказался Бернард, который как раз выходил из дома с полотенцем.

— Берн!! — крикнул Мэтью.

Бернард повернулся — но слишком поздно.

Осколок вонзился в его низ живота.

Грязный, ржавый, рваный стеклянный край вошёл глубоко.

Бернард выдохнул, как будто в нём вырвали воздух из лёгких.

Опёрся о стену.

Глаза его расширились.

— А-а-а-а... — вырвался крик, полный боли.

— БЕРНАРД! — Шелли побледнела и бросилась к нему.

Томас подлетел к парню первым, схватил его под руки и потащил к дому.

— Шелли, Лиза — быстро внутрь! Я один его не дотащу!

Девушки тут же побежали за ним.

Шелли поддерживала Бернарда с другой стороны, Лиза открывала дверь.

Через пару секунд они исчезли внутри дома.Мэтью, в шоке, остался позади, ближе к дому, а не к месту драки.Он слышал только крики и видел кровь на земле — но самого столкновения Алекса с алкашом он не видел.Он стоял почти за углом дома, полуприкрытый стеной, не двигаясь от ужаса.Рядом с алкашом остались только двое.

Алекс и Рен.И только они видели друг друга.

Только они остались лицом к лицу с тем, что произойдёт дальше.

Алкаш попятился, дрожа, кровь капала с его рук.

Алекс стоял перед ним — тяжело дышащий, с бешеным взглядом, который он сам не узнавал.

Рен тихо сказал:

— Алекс... ты видел, на кого он полез?

— ...

Алекс молчал, но глаза его наливались яростью — такой, что даже Рен чуть отступил.

Рен глухо добавил, почти шёпотом:

—Он попытался убить твоего друга.

Эта фраза лопнула внутри Алекса, как тонкая нить.

Он сделал шаг.И ещё один.Алкаш поднял руки.

— Не надо... парень... я... я не хотел...

Но Алекс уже не слышал ничего.

Он думал только об одном —Бернард в крови.

И тогда он ударил.

Сильнее, чем когда-либо в жизни.

Снова.И снова.

Алкаш упал на землю — раз, другой, третий — и только Рен видел, как всё заканчивается.

Мэтью, который стоял далеко позади, увидел только силуэты.Только размытые движения.Только то, как Алекс стоит над телом.Но не видел самого удара.

Томас, Бернард, Шелли и Лиза — вовсе не видели ничего.

Они в этот момент уже были в доме, захлопнув за собой дверь.

И только Рен Рейн

видел всё.

От начала до конца.

Он стоял рядом с Алексом и тихо сказал.

— ...теперь ты понимаешь, как устроен этот мир?

Алекс не ответил.

У тела под ним не было ни одного живого места.

Алекс всё ещё бил алкаша, как будто тот был не человеком, а скоплением всех его страхов и боли за последние годы.Лицо Алекса было перекошено, дыхание рваное, руки в крови.Алкаш уже не сопротивлялся... потому что не мог.

Даже Рен — тот самый Рен, который видел тёмную сторону людей каждый день — впервые выглядел так, будто в нём треснуло что-то.

— Эй... — выдохнул он. — Хватит, Алекс. Он же...

Но Алекс не слышал.

Он был где-то глубоко внутри себя, там, где всё сжималось.

И тогда раздался дрожащий голос.

— АЛЕКС!

Мэтью подбежал, поскользнулся в песке и едва удержался на ногах.

Он увидел тело.Увидел руку, которая нелепо выгнулась.Увидел неподвижную грудь.

Увидел Алекса — всего дрожащего, с кровью по локоть.

И его лицо перекосилось от ужаса.

— А-Алекс... что ты... что ты сделал... — голос сорвался.

— Он... он не дышит...

Алекс отшатнулся, будто очнулся. Покачнулся.

Посмотрел на руки — и резко отдёрнул их, будто они были обжигающими.

— Я... Я не... я не хотел... — прошептал он, в горле всё пересохло.

— Я не... Господи... что я сделал?..

Мэтью стоял бледный, губы дрожали.

Он выглядел так, будто вот-вот рухнет.

— Алекс... — он почти шептал. — Он... мёртвый... Он правда...

И заплакал.Без звука.Просто слёзы текли сами, как будто из него вырвали воздух.

Рен, в отличие от них, действовал быстро.

его лицо стало каменным, почти холодным, но руки дрожали едва заметно.

— Всё. Слушайте меня. — Его голос резанул воздух.

— Если нас сейчас кто-то увидит... это тюрьма, ясно?

Не штраф, не условка — тюрьма.

Мэтью потрясённо покачал головой.

— Н-нет... Нет! Мы не можем... мы... мы должны вызвать...

— Кого? — перебил его Рен резко. — Полицию?

И сказать им что — что твой друг убил человека, а мы стояли рядом?

Он ткнул пальцем в кровь у ног Алекса.

— Нас запрут всех. До конца жизни.

— Полиция не будет разбираться, кто из нас что сделал, — прошипел Рен. —

Тебе, мне, Алексу — всем конец.

Даже если ты не бил — ты был рядом.

Ты видел.

Ты не остановил.

Нас свяжут в одно дело.

Алекс опустился на колени.Руки дрожали так, что он не мог сжать пальцы.

— Я... я не хотел... я просто... он ударил Бернарда... я... я не думал...

Рен посмотрел на него, и даже он на секунду смягчился.

Но только на секунду.

— Алекс, слушай. Сейчас паника нас похоронит.

Мы должны думать. Чётко. Быстро.

Мэтью закрывал лицо руками.

— Мы не можем... Мы не можем прятать труп... это же...

— Это либо труп в багажнике, — твёрдо сказал Рен, — либо вы трое — в камере.

Повисла тишина, такая густая, что казалось — воздух стал тяжёлым.

Потом Алекс резко поднялся.Перестал дрожать.Глаза опустели, взгляд стал стеклянным.

— Где... машина... — выдохнул он.

— Мне нужно... спрятать... пока никто не видел...

Он подошёл к мёртвому телу.Взял его под руки.

Мэтью вскрикнул.

— АЛЕКС, НЕ НАДО!

Рен держал Мэтью за плечи, чтобы тот не рванул вперёд.

— Дай ему. — сказал он тихо. — Сейчас он делает то, что должен.

Мэтью кричал, но голос умирал где-то в груди.

— Мы... мы монстры... это... это неправильно...

Алекс тащил безжизненное тело к машине — быстро, нервно, оглядываясь по сторонам.

Щёлкнул багажник.

Алекс аккуратно уложил труп внутрь.Пальцы дрожали.Слёзы текли по его лицу, но он не замечал.

Он захлопнул багажник и упёрся лбом в крышку, пытаясь дышать.

— Прости... — прошептал он. — ...прости... я не хотел...

Рен присел рядом с ним, положив руку ему на плечо:

— Всё. Хватит.

Теперь — главное не словить статью.

Алекс смотрел на свои руки — красные, липкие.

— Я... убил человека...

Мэтью стоял в стороне, обхватив себя руками, весь в слезах.

— Мы... не выберемся из этого... мы погибли... — прошептал он.