Глава 42: Маркиз, разве вы не хотите этого?

-

Внутри Императорского дворца страны Тэн люди услышали крики снаружи и поняли, что окружение Тэн Синя было прорвано. Стражники открыли дворцовые ворота, чтобы приветствовать своего спасителя.

Императорский гвардеец бежал всю дорогу от входа до главного зала суда. Он упал на колени и обрадовался: «Ваше Величество, министр Шан вернулся! Министр Шан разгромил повстанческую армию и прорвал окружения!»

Сначала Тэн Ван был счастлив. Кто не почувствует себя счастливым, когда освободится от кризиса? Но он сразу же почувствовал негодование, потому что после всего этого времени простые люди и даже его собственная Императорская Гвардия все еще высоко ценили Тэн Шана в своих сердцах.

Поскольку он всегда был подозрителен ко всему, Тэн Ван, естественно, думал, что Тэн Шан воспользуется этой возможностью, чтобы получить власть и в конечном итоге свергнуть его с трона. Более того, Тэн Шан попал под действие указа Сюэ Цзюньляна. Тэн Шан отправился в страну Сюэ и не был убит, вместо этого ему позволили возглавить довольно мощный отряд солдат. Это доказывало, что Тэн Шан совершил измену и вступил в сговор с вражеской страной.

Чем больше Тэн Ван думал об этом, тем больше он боялся Тэн Шана. В это время Тэн Шан уже вошел в главный зал суда; позади Тэн Шана двое стражников тащили Тэн Синя за веревку, связывавшую его.

Когда они остановились посреди зала суда, Тэн Синь не опустился на колени и только холодно рассмеялся.

Тэн Ван завопил: «Наглец, ты еще смеешь смеяться!»

Тэн Синь сказал: «Конечно, я смею. Честно говоря, если бы Тэн Шан не пришел сегодня, вы бы не увидели меня и остались живы».

Тэн Ван задрожал от гнева. Он схватил лежащий перед ним на столе отчет и швырнул его в лицо Тэн Синю: «Наглец! Такой неподобающий сын!»

Выражение лица Тэн Синя на мгновение стало мрачным, прежде чем он громко рассмеялся и сказал: «Вы даже знаете, что я ваш сын...»

Прежде чем он закончил фразу, Тэн Синь встал, разорвал веревки, связывающие его, и схватил меч одного из охранников. Тэн Синь прыгнул прямо на Тэн Вана.

Тэн Шан, стоявший в стороне и ничего не говоривший, насторожился, когда Тэн Синь начал двигаться. Он тут же шагнул вперед и выбил меч из руки Тэн Синя. Стражники быстро схватили Тэн Синя и повалили его на землю.

Испуганный внезапным движением Тэн Синя, Тэн Ван присел и спрятался под столом. Видя, что Тэн Синь был подавлен, он понял, как плохо его действия могут выглядеть в глазах людей. Он тут же вскочил, но так как встал слишком резко, то ударился головой о нижнюю сторону стола, сбив с себя корону и ослабив заколку для волос.

Тэн Ван испортил свою внешность прямо на глазах у всех. Его лицо быстро превратилось из красного в зеленое, а затем из зеленого в пурпурное. Он крикнул одному из своих слуг, чтобы тот принес ему меч, и поклялся обезглавить Тэн Синя прямо здесь и сейчас.

Ближайшие к Тэн Вану чиновники удерживали его и умоляли не делать этого. С древних времен ни один король не убивал своих собственных отпрысков. Даже если дети императора восстанут против короля, король может только послать людей, чтобы подавить восстание, но никогда не убивать своих детей. Если на этот раз Тэн Ван убьет своего собственного сына, это определенно вызовет волнение среди его народа.

Тэн Шан молчал, в то время как все остальные пытались убедить Тэн Вана не обезглавливать Тэн Синя. Казалось, что после встречи с Сюэ Цзюньляном Тэн Шан еще больше осознал, насколько некомпетентен Тэн Ван. Действительно ли этот человек был королем страны, которой Тэн Шан был верен все эти годы?

Чиновники, не сумев убедить Тэн Вана, обратились за помощью к нему. Прежде чем Тэн Шан успел открыть рот, кто-то вошел в зал суда. Этот человек был одним из доверенных лиц Сюэ Хоуяна.

Мужчина сказал: «Сюэ Ван просит у Тэн Вана снисхождения. Наш король видит, что генерал Тэн Синь - храбрый военачальник, и очень ценит его талант. Сюэ Ван просит Тэн Вана передать Тэн Синя стране Сюэ».

Выражение лица Тэн Вана стало еще более кислым. Поскольку он был обязан Сюэ Вану за помощь, у него не было другого выбора, кроме как согласиться на просьбу Сюэ Вана.

Два дня спустя Сюэ Хоуян и часть его солдат прибыли в Императорский дворец. Сюэ Хоуян не вошел во дворец, а послал кого-то сообщить Тэн Шану, чтобы он вышел, а затем они все вернулись в страну Сюэ.

Тэн Ван отослал Сюэ Хоуяна и Тэн Шана, сказав, что лично отправится в страну Сюэ через несколько дней.

Таким образом, страна Тэн стала территорией под именем Сюэ Цзюньляна.

-

Тэн Юнь и наследный принц Сюэ Пэй занимались боевым искусством на тренировочной площадке. В это время Верховный наставник Чэнь И прошел мимо и остановился, чтобы отдать дань уважения.

Сюэ Пэю, похоже, не очень нравился этот наставник. Он нарочито рассмеялся и сказал: «Верховный наставник, вы будете упражняться с нами в стрельбе из лука?»

Чэнь И был умен, естественно, он знал, каковы намерения наследного принца. Он просто прямо сказал: «Я не умею стрелять из лука».

«Тогда вы попрактикуетесь с нами в верховой езде?»

«Я также не умею ездить на лошади».

«О...» - сказал Сюэ Пэй; его манеры были очень похожи на манеры Сюэ Цзюньляна, а затем он сказал: Этот ученик, кажется, помнит одну шутку, но не уверен, что Верховный наставник хочет услышать это или нет».

«Расскажите, Ваше Высочество».

Сюэ Пэй улыбнулся и сказал: «Белолицые ученые не могут носить тяжести на плечах, не могут брать в руки инструменты».

[Bái miàn shū shēng (白面书生) - «белолицый ученый»; идиома о молодом и неопытном человеке, который учился по книгам, но не имел практического опыта.]

Тэн Юнь громко кашлянул, чтобы напомнить Сюэ Пэю. Чэнь И все еще был человеком с талантом, надсмехаться над ним, как сейчас, было уже чересчур.

Чэнь И не выглядел обеспокоенным этим предложением, вместо этого он сказал: «Это правда, что этот скромный слуга не может носить тяжести и не может поднимать инструменты, но этот скромный слуга может видеть мир, сидя на своем месте, может создавать могущественных солдат, распространяя семена бобов. Ваше Высочество должно помнить об этом; физические силы могут потрясти весь мир, но знание может принести мир».

Сюэ Пэй поджал губы. Тэн Юнь заметил выражение лица наследного принца и догадался, что Сюэ Пэй был немного недоволен своим наставником, но не мог сказать этого вслух.

Когда Чэнь И наконец ушел, Тэн Юнь спросил Сюэ Пэя: «Почему ты был так груб со своим наставником? Неужели ты думаешь, что он недостаточно хорош, чтобы стать наставником?»

Сюэ Пэй цыкнул, вытирая пот со лба. Он сказал: «Он хорош только в книгах. Я поспрашивал вокруг, Хэ Чжун и его братья рассказали мне о нем, но я им не поверил. Но сегодня я убедился... Но я также думаю, что его слова по отношению ко мне тоже слишком грубы».

Тэн Юнь кивнул, соглашаясь с мнением Сюэ Пэя. Чэнь И слишком полагался на свои книги, он был также высокомерен. Это делало его слишком привязанным к своему принципу. Другим он казался слишком прямолинейным и грубым. Ему пришлось переехать из страны Тэн в страну Фэн, а затем в страну Сюэ, потому что люди находили его невыносимым и не хотели оставаться с ним.

Тэн Юнь сказал: «И все же он твой наставник. Что он сказал и сделал, ты должен рассмотреть уроки, стоящие за ними».

После тренировки в течение некоторого времени Сюэ Пэй должен был вернуться к своим урокам литературы. эн Юнь также вернулся во дворец Юньфэн.

По дороге во дворец Юньфэн Тэн Юнь увидел, что Чэнь И ждет его у дороги.

Чэнь И улыбнулся и сказал: «У этого скромного слуги есть что обсудить с Вашим Величеством. Не могли бы вы, Ваше Величество, отослать своих слуг на несколько шагов назад?»

Тэн Юнь не знал, к чему клонит Чэнь И, действуя столь скрытно, но все же приказал Сю Яо отвести остальных дворцовых служанок на несколько шагов назад.

Тогда Чэнь И сказал: «На самом деле, у этого скромного слуги есть две проблемы, и я надеюсь, что Ваше Величество Императрица сможет ответить на них»

Чэнь И улыбался, но его пристальный взгляд на Тэн Юня был нервирующе напряженным, как будто он следил за каждой реакцией Тэн Юня.

Чэнь И сказал: «Когда я путешествовал в страну Фэн, я часто слышал истории о Великой принцессе...»

Все еще пристально глядя на Тэн Юня, он продолжил: «Я никогда не понимал, какое оскорбление нанесло Ваше Высочество премьер-министру, что заставило вас выйти замуж так далеко от дома?»

Тэн Юнь нахмурился. Он ничего не знал о первоначальном владельце этого тела. Кроме того, Великая принцесса страны Фэн была членом королевской семьи, и было невозможно, чтобы любое преступление, которое она совершила, распространилось на людей за пределами дворца, не говоря уже о других странах. Тэн Юнь был занят борьбой со страной Сюэ на границе, у него никогда не было необходимости слышать новости о Великой принцессе страны Фэн.

Поэтому, когда Чэнь И спросил его об этом, Тэн Юнь даже не знал, что ответить.

Улыбка Чэнь И стала шире. Не настаивая на том, чтобы Тэн Юнь ответил на первый вопрос, он продолжил: «Этот скромный слуга жаждет задать второй вопрос. Императрица слышала о ком-то по имени Тэн Юнь?»

Сердце Тэн Юня екнуло, но он старался сохранять спокойствие. Он сказал: «Верховный наставник упомянул об этом и том, что вы действительно хотите сказать?»

«Я не собираюсь ничего скрывать от Вашего Величества. Я жил в стране Тэн почти двадцать лет, я узнал много сказок и историй, особенно сказок о героических людях. Самым почитаемым героем этого скромного слуги на самом деле является шестой Императорский принц страны Тэн, Тэн Юнь, который был уважаемым великим военным генералом. Может быть, Ваше Величество никогда не слышало или, может быть, никогда не обращало внимания на эту историю. Легенда гласит, что он был жестоким генералом, который был очень талантлив в бою. Однажды, когда он сражался с маркизом Ваньнянем, его правая рука была тяжело ранена. Позже, хотя он все еще мог великолепно стрелять из лука, говорили, что его правая рука слегка дрожала, когда он натягивал лук...»

Лицо Тэн Юня слегка побледнело. Чэнь И заметил это, но все же продолжил: «В тот раз министр Шан послал очень известного и талантливого лекаря на границу, чтобы осмотреть и вылечить раненую руку Тэн Юня. Но я подумал, что, может быть, рана генерала Тэн Юня была слишком серьезной, чтобы ее можно было полностью вылечить... Только что я видел стрельбу из лука Вашего Величества. Ваша правая рука слегка дрожала, но наконечник стрелы не был затронут ни в малейшей степени. Этот скромный слуга догадался, может быть, это уже стало привычкой».

Тэн Юнь прищурился, но Чэнь И, по-видимому, не закончил говорить: «Раньше этот скромный слуга спрашивал Ваше Величество, что Великая принцесса сделала, чтобы оскорбить премьер-министра, но правда в том, что Великая принцесса никогда не оскорбляла премьер-министра. Вместо этого она оскорбила короля страны Фэн; она выступала против отношений Фэн Вана с маркизом Чжулу и в результате была отослана Фэн Ваном в Сюэ в качестве сделки о брачном союзе».

«Итак, - улыбнулся Чэнь И, - что думает об этом Ваше Величество?»

Тэн Юнь некоторое время молча смотрел на Чэнь И, прежде чем рассмеяться и сказал: «Верховный наставник действительно очень наблюдателен и обладает великим умом. Я даже не знаю, как с вами спорить. Итак, что вы хотите мне сказать?»

«Этот скромный слуга не хотел ничего говорить, просто я из тех, кто не может сдержать то, что у меня на уме. Я уверяю Ваше Величество, что никогда никому не расскажу. В конце концов, это удивительная вещь. Если я попытаюсь рассказать об этом другим людям, они подумают, что у меня галлюцинации... Как я уже говорил в самом начале, я всегда восхищался и уважал генерала Тэн Юня и его блестящие достижения. Даже если Чэнь И будет читать книги всю свою жизнь, я никогда не смогу быть таким, как генерал Тэн Юнь».

Тэн Юнь сказал: «О ... Неужели вы даже не боитесь, что я отрублю вам голову?»

«За всю мою жизнь Чэнь И больше всего боится, что кто-нибудь отрубит мне голову. Но я также думаю, что никто не захочет этого делать. Генерала Тэн Юня все уважают, я думаю, это потому, что генерал Тэн Юнь очень доброжелателен. Если бы он не был добрым, люди не уважали бы его».

Слушая это, Тэн Юнь кивнул и улыбнулся: «Вы больше меня, я не могу отрицать ни одного из ваших утверждений. Я только хочу, чтобы вы держали рот на замке».

Затем Тэн Юнь повернулся и пошел прочь. Он позвал Сю Яо и вернулся во дворец Юньфэн.

Чэнь И долго стоял в изумлении. Он много слышал о репутации Тэн Юня. Он прожил в стране Тэн довольно долго, прежде чем ему пришлось уехать, а затем переехал в страну Фэн, пытаясь заработать себе на жизнь, прежде чем ему снова пришлось уехать. Он никогда не ожидал, что, как только он прибудет в страну Сюэ, он столкнется с такой шокирующей вещью. Если бы он не верил собственным глазам и собственным наблюдениям, то, возможно, никогда бы в это не поверил.

-

Сюэ Хоуян вскоре вернулся в столицу страны Сюэ. Сюэ Хоуян был достаточно умен, чтобы понимать, что он не должен возвращать все свои войска. Он оставил небольшую часть своих войск, чтобы помочь обеспечить безопасность страны Тэн.

Помочь Тэн Вану усмирить повстанческую армию было достаточно легко, но, если Тэн Ван попросит всех солдат страны Сюэ уйти, Сюэ Хоуян не сможет этого допустить.

На этот раз Сюэ Хоуян вернулся с великой победой. Он также поймал и сопровождал Тэн Синя живым, и убедился, что страна Тэн согласилась присягнуть стране Сюэ. Он внес большой вклад в развитие страны. Сюэ Ван хотел наградить маркиза Ваньняня, но больше он ничего не мог дать, так как статус маркиза Ваньняня и так был очень высок. Сюэ Хоуян был умен и нарочно сказал, что ему не нужна никакая награда.

Сюэ Цзюньлян сказал несколько похвал и легко принял просьбу Сюэ Хоуяна не давать наград. Но, конечно, все равно было необходимо дарить золото и серебро. Сюэ Ван также наградил маркиза Ваньняня тремя красивыми девушками, которых Тэн Ван лично выбрал в качестве подарка для Сюэ Вана.

Говорили, что эти три прекрасные юные леди были тщательно отобраны Тэн Ваном по пути в страну Сюэ, чтобы быть подаренными Сюэ Вану в знак доброй воли. Но все знали, что истинным намерением Тэн Вана было купить хорошее мнение Сюэ Вана.

Поскольку он не любил, когда ему льстили и подкупали, Сюэ Цзюньлян отдал этих молодых леди Сюэ Хоуяну. Хотя он не хотел заставлять Сюэ Хоуяна забыть о своем увлечении Тэн Шаном, он все же надеялся, что Сюэ Хоуян произведет хорошее впечатление на женщин.

Сюэ Хоуян не хотел принимать этих трех молодых леди, но поскольку Сюэ Ван распорядился об этом, он не мог отказаться. После утреннего заседания суда Сюэ Ван приказал Цзян Юю лично сопроводить трех молодых леди в резиденцию маркиза Ваньняня.

В это время Тэн Шан только что вернулся из тюрьмы, где сидел Тэн Синь. Он вошел в резиденцию как раз вовремя, чтобы увидеть трех красивых и грациозных молодых леди, выходящих из великолепно украшенного паланкина, и Сюэ Хоуяна, стоявшего рядом, чтобы приветствовать этих дам в резиденции.

Сюэ Хоуян никогда в жизни не общался с женщинами. Он просто устроил двор для этих трех женщин и приказал слугам подавать еду и напитки; в конце концов, они все еще были людьми, которые нуждались в еде и питье. Что касается каких-либо других потребностей, Сюэ Хоуян понятия не имел, поэтому он ничего больше не устраивал.

Сюэ Хоуян испугался, что Тэн Шан увидит, как он приветствует трех молодых леди, и был о себе плохого мнения, поэтому он пошел к Тэн Шану, чтобы осторожно спросить его о настроении.

Даже если он и Тэн Шан поженились по необходимости, чтобы спасти Тэн Шана от возможной казни, в его сознании брак между ним и Тэн Шаном был истинным, и они уже были мужем и женой.

Но затем Сюэ Хоуян обнаружил, что Тэн Шан вел себя так, словно ничего не произошло; он не казался ни ревнивым, ни сердитым. Сердце Сюэ Хоуяна сжалось.

Несколько дней спустя Сюэ Хоуян услышал слабые звуки чьего-то плача. Он попросил своего слугу проверить. Оказалось, что плачущими были три прекрасные молодые леди, подаренные Сюэ Ваном. Все трое сказали, что их привезли в такое далекое от дома место, что им не разрешили служить Лорду маркизу. Дни и ночи они молились о том, чтобы увидеть лицо Лорда маркиза, но желание так и не исполнилось. По их прекрасным лицам невольно потекли слезы.

Три женщины сказали, что у них нет никаких эгоистичных желаний, они только надеются, что Лорд маркиз хотя бы раз увидит их танцующими и играющими музыку.

Сюэ Хоуян оказался в беспомощном положении. Что, если другие люди узнают и будут критиковать его за то, что он позволил прекрасным молодым леди, дарованным Его Величеством, плакать? Сюэ Хоуян мог только стиснуть зубы и заставить себя пойти во двор трех молодых леди и послушать их выступления.

Три прекрасные юные леди пользовались очень сильными духами. Они пели, играли на музыкальных инструментах и танцевали, все это время уговаривая Сюэ Хоуяна выпить чашу за чашей вина. Сюэ Хоуян был слишком ошеломлен, он мог только принимать напиток снова и снова.

В конце концов Сюэ Хоуян выпил слишком много вина. Три женщины увидели, что он начинает дезориентироваться, и потащили его к кровати. Сюэ Хоуян чувствовал себя неуютно, как будто огонь пожирал его изнутри и снаружи. Ему показалось, что на него напали три водяные змеи. Его дыхание тоже стало прерывистым.

В это время все услышали, как кто-то стучит в дверь. Прежде чем кто-либо успел отреагировать, Тэн Шан толкнул дверь и вошел внутрь, улыбаясь: «Извините, что я нарушил ваше хорошее времяпрепровождение».

Сюэ Хоуян почувствовал свежий и холодный воздух, идущий от двери, внезапно его разум прояснился. В одно мгновение он вскочил с кровати и бросился догонять Тэн Шана. Он чувствовал, что должен объяснить, но не знал, что сказать; мог только пробормотать несколько незаконченных слов.

Тэн Шан вернулся в свою комнату, прежде чем повернуться к Сюэ Хоуян: «Если Лорд маркиз хочет спать с красивыми женщинами, конечно, вы можете это сделать. Но намерения этих трех женщин не чисты. Ароматное вино, которое они вам дали, на самом деле...»

Внезапно Тэн Шан осознал, что ведет себя не так, как обычно - спокойно и собранно. «Лорд маркиз должен сначала вернуться в свою комнату... Постарайтесь успокоиться, хорошо?»

Когда Тэн Шан сказал это, Сюэ Хоуян почувствовал, что все его тело горит. Он попытался подавить это чувство, боясь, что Тэн Шан заметит его и подумает, что Сюэ Хоуян сделает что-то аморальное. Но жгучее чувство становилось все более и более невыносимым.

Кожа Сюэ Хоуяна была не такой толстой, как у его брата, и если бы это был Сюэ Ван, то в подобной ситуации он просто воспользовался бы эффектом вина и переспал бы с кем угодно. Но Сюэ Хоуян не был похож на него; он был честен и прямолинеен. Поскольку в его сердце жил Тэн Шан, он не считал нужным спать ни с кем, кроме Тэн Шана.

Сюэ Хоуян просто хотел избежать этой неловкой ситуации. Он повернулся, чтобы вернуться в свою комнату, но затем услышал, как Тэн Шан сказал: «Хм... Вы все еще хотите заниматься этим с женщинами? Потому что, возможно, сделать это одной рукой будет недостаточно...»

Лицо Сюэ Хоуяна побагровело от смущения, его обычная величественная и доблестная поза исчезла. Но на сердце у него было тяжело. Он сказал: «Хоуян не считает это уместным... Вы можете не понимать чувства Хоуяна, но Хоуян никогда не захочет, чтобы вы предлагали такую вещь».

Тэн Шан некоторое время смотрел на Сюэ Хоуяна, а затем сказал: «Предлагать что? Найти женщину, которая поможет удовлетворить вас?»

Сюэ Хоуян не мог понять, почему Тэн Шан был так равнодушен к его чувствам. Он вздохнул и пошевелил ногами, чтобы идти.

Сюэ Хоуян принял решение, даже осмелился сказать перед Сюэ Цзюньляном, что не будет любить никого, кроме Тэн Шана. Не имело значения, согласится ли Тэн Шан жить с ним в качестве беженца. По его мнению, больше всех пострадал Тэн Шан, тот, кто должен был злиться из-за этой ситуации.

Сюэ Хоуян еще не вышел из комнаты, когда внезапно Тэн Шан протянул руку, чтобы закрыть дверь, не давая Сюэ Хоуяну уйти.

Когда Сюэ Хоуян застыл в шоке, Тэн Шан развернул его и прижал спиной к двери. Рука Тэн Шана медленно соскользнула с плеча Сюэ Хоуяна на его талию, где он ослабил ремень Сюэ Хоуяна и начал поглаживать его мужское достоинство.

Сюэ Хоуян был потрясен. Жгучее чувство вспыхнуло в его голове, почти превратив его здравый смысл в пепел. Он собрал все свои силы, чтобы оттолкнуть Тэн Шана.

Тэн Шан в изумлении уставился на Сюэ Хоуяна и сказал: «Лорд маркиз, разве вы не хотите этого?»

Выражение лица Сюэ Хоуяна было мрачным, когда он сказал: «Скажите мне, как вы относитесь ко мне в своем сердце?»

Тэн Шан прищурился на Сюэ Хоуяна и спросил в ответ: «Как Лорд маркиз относится ко мне?»

«Вы очень мудры и умны, я уверен, что вы знаете, шучу я или нет. Почему вы все еще задаете вопрос, на который уже знаете ответ?»

Тэн Шан усмехнулся: «Лорд маркиз, вы слишком высоко обо мне отзываетесь. Я не божество, а всего лишь человек из плоти и костей. У меня есть сердце, которое может чувствовать эмоции, и я могу видеть, действительно ли кто-то заботится обо мне... Но поскольку у меня есть сердце, я тоже могу колебаться».

Сказав это, Тэн Шан слегка наклонил голову и уткнулся лбом в плечо Сюэ Хоуяна. Сюэ Хоуян стоял неподвижно с прямой спиной, боясь сделать хоть малейшее движение. Он все еще был пьян от вина, его тело все еще горело, а в горле пересохло.

Тэн Шан сказал: «Если я скажу, что... у меня есть чувства к Лорду маркизу, но я не всегда хочу подчиняться под чужим телом, вы думаете, что все еще хотите меня?»

Говоря это, рука Тэн Шана скользнула за спину Сюэ Хоуяна, а затем обвела его напряженную спину до самых ягодиц Сюэ Хоуяна.

Сюэ Хоуян стоял еще более напряженно, и его лицо стало еще более красным. «Я думал, что Лорд маркиз не любит меня таким образом, - рассмеялся Тэн Шан. - Другие люди не могли сказать вам и заставить вас понять, что я чувствую. Теперь вы понимаете?»

Сюэ Хоуян схватил Тэн Шана за запястье и сказал: «Пожалуйста, не думайте обо мне так низко. Все, что я когда-либо говорил, было правдой и хорошо продумано. Мои чувства к вам искренни, и не из-за недолгой влюбленности».

Тэн Шан замер, пристально глядя на Сюэ Хоуяна.

Сюэ Хоуян подумал, что, возможно, его речь была слишком тяжелой и обременительной для Тэн Шана, но прежде чем он успел что-то сказать, Тэн Шан снова погладил его мужское достоинство.

Сюэ Хоуян хотел сказать Тэн Шану, чтобы он перестал шутить с ним; сильное приятное чувство нахлынуло на него, и он больше не мог сдерживаться. Но затем Тэн Шан опустил голову Сюэ Хоуяна, положив руку ему на затылок, и поцеловал в уголок губ Сюэ Хоуяна.

-

Сюэ Цзюньлян поиграл с нефритовым кулоном, подаренным Тэн Ваном, и сказал: «Цзян Юй, как ты думаешь, молодые леди, подаренные маркизу Ваньняню, красивы?»

Цзян Юй горько жаловался в своем сердце; Его Величество спрашивал евнуха, красивы ли молодые леди или нет. Конечно же, Его Величество пошутил, верно?

Цзян Юй мог только сказать: «По наблюдениям этого старого слуги, их красота зависит от того, с кем их сравнивают. По сравнению с теми женщинами, которые прячут свое лицо за чрезмерным макияжем, три молодые леди более красивы. Но они все равно ничто по сравнению с Ее Величеством Императрицей».

Когда Сюэ Цзюньлян услышал, что Цзян Юй говорит «Императрица», его обычная легкая улыбка мгновенно стала мягче и шире, немного напугав Цзян Юя.

Сюэ Цзюньлян снова спросил: «Тогда, как ты думаешь, они заставят маркиза Ваньняня передумать?»

Цзян Юй на мгновение задумался, прежде чем ответить: «Согласно наблюдениям этого старого слуги, эти три молодые леди даны Тэн Ваном, возможно, их намерения не чисты. Маркиз Ваньнянь - человек зрелый и мудрый, он наверняка уже видел их невинный фасад. Лорд маркиз ни за что не поддастся на уговоры».

Сюэ Цзюньлян молча покосился на Цзян Юя. Цзян Юй снова пожаловался про себя; он только высказал свое честное мнение.

-

[Солнышки, мне нужна ваша помощь. Скажите, пожалуйста, в диалогах между Тэн Шаном и Сюэ Хоуяном ставить местоимение «вы» или «ты»? Тэн Шан обращается к Сюэ Хоуяну, как «Лорд маркиз», значит подразумевается «вы», но они женатая пара и по логике вещей должны обращаться на «ты». Этот вопрос беспокоит меня с 20 главы, мой мозг скоро взорвется QAQ...]