Глава 46. Дневник моей матери

 Прошло больше месяца, прежде чем Линь И выписали из больницы.

К тому времени рана на руке Линь Цзяруя зажила, оставив лишь едва заметный след.

В день выписки было холодно и пасмурно, а от ветра болели щеки. Линь Цзяруй сидел в машине. Он видел через окно машины Линь И, выходящего из ворот больницы.

Тот опирался на черную трость и слегка прихрамывал на левую ногу, но, как ни странно, его спина оставалась такой же прямой, как и прежде.

Линь Цзяруй глубоко вздохнул.

Линь Цзявэнь, исполнявший обязанности водителя, сказал:

– Почему бы тебе не выйти и не поздороваться с ним?

– Нет необходимости, нам нечего сказать друг другу.

– Линь И был ранен, спасая нашего брата. Я думал, он воспользуется возможностью, чтобы приставать к тебе, но я не ожидал... Хм, а у него есть чувство такта. Ты не думаешь, может он все-таки достоин тебя?

Линь Цзяруй сказал:

– Да, лицо у него неплохое.

Линь Цзявэнь покачал головой, словно не веря, что его младший брат может быть таким поверхностным. Однако после случая с похищением его отношение к Линь И значительно улучшились. Увидев, как этот человек хромает, идя к машине, он не мог не сказать:

– На самом деле, прошло уже столько лет с того случая, и можно считать, что все обиды прошлого улажены. Дедушка умер отчасти из-за того случая, а отчасти из-за своей вины перед Линь И. Если ты действительно не можешь его отпустить, почему бы и нет...

Линь Цзяруй положил руку на руль и сказал:

– Третий брат, поехали.

У Линь Цзявэня не было выбора, кроме как завести машину.

Линь Цзяруй издалека увидел, что машина Линь И движется в другом направлении.

Инцидент с похищением был исчерпан, и Линь Цзяруй вновь посвятил всего себя работе. Вскоре начались съемки нового фильма. Он был так занят каждый день, что у него не было времени думать о чем-то еще. Он только чувствовал, как неумолимо быстро летит время. Весна наступила в мгновение ока.

***

В Цинмин моросил дождь.

Линь Цзяруй встал рано и пошел на кладбище.

Дорога была немного скользкой после дождя. Линь Цзяруй ничего не взял с собой, только несколько букетов, чтобы положить перед могилами. Здесь похоронена его любимая семья, и, возможно, через несколько лет его привезут сюда, чтобы воссоединиться с ними.

Хотя дождь был не сильным, мелкая водяная пыль вскоре намочила волосы Линь Цзяруя. Все больше и больше людей приходило навестить могилы. Линь Цзяруй постоял некоторое время перед могилой своего деда и уже собирался уйти, когда услышал этот звук.

Стук, стук, стук.

Удар трости о землю.

Сердце Линь Цзяруя дрогнуло. Он повернул голову и увидел Линь И, идущего в его сторону.

Линь И был одет в черный костюм, у него тоже не было зонта. Его плечи намокли от дождя. Черная трость стучала по земле, и он шел гораздо медленнее, чем раньше, но все-равно, когда он шаг за шагом приближался к Линь Цзярую, в нем чувствовалась какая-то стремительность.

Линь Цзяруй стоял на месте, не двигаясь. Когда Линь И подошел к нему, он поприветствовал его, как старого друга.

Линь И спросил:

– Ты пришел один?

– У меня работа во второй половине дня, поэтому я пришел сюда рано утром. – Линь Цзяруй также спросил: – Как твоя нога?

– Почти зажила, но все еще немного болит в дождливые дни.

Линь Цзяруй посмотрел на окутывающий их дождь:

– Я не вернул тебе зонт, который одолжил у тебя в прошлый раз.

– Ты все еще хранишь его? – улыбнулся Линь И. – Можешь выбросить, если хочешь.

Линь Цзяруй сказал:

– Хорошо.

Его голос звучал вежливо, но отстраненно.

Линь Цзяруй подумал о том, как совсем юным по глупости влюбился в Линь И. Он, вероятно, никогда и не думал, что подобный день настанет. Больше всего он боялся иметь дело с такими неловкими ситуациями. Как раз, когда он собирался найти причину, чтобы уйти, он услышал, как Линь И спросил:

– Ты пришел, чтобы увидеть дедушку?

– Гм.

– У меня тоже есть кое-что для него.

Линь Цзяруй был поражен и спросил:

– Что?

Линь И протянул правую руку, и Линь Цзяруй понял, что тот держит блокнот в черном твердом переплете. Блокнот выглядел довольно старым.

Линь И объяснил:

– Это дневник моей матери.

Линь Цзяруй тихонько выдохнул:

– Ах.

– Тогда я не понимал, почему она выпрыгнула из здания Линь, пока не нашел этот дневник. В нем она написала правду о смерти моего отца, включая причину, по которой она решила покончить жизнь самоубийством – не потому, что ее обманул враг, а потому, что она влюбилась в него.

Линь Цзяруй удивился:

– Она и дедушка...

– Сначала она просто искала убежища, но потом по-настоящему полюбила своего врага. Я очень боялся повторить ошибки матери, но в итоге совершил еще больше ошибок. – Линь И достал зажигалку. Может быть, из-за дождя он несколько раз пытался высечь огонь, но так и не смог. – Позже я много раз думал, что бы случилось, если бы я никогда не нашел этот дневник? А что, если...

Линь Цзяруй прервал его и сказал:

– В этом мире нет возможности узнать, что было бы если...

Он взял зажигалку Линь И, и с шипящим звуком взметнулось пламя. Как и ожидалось, Линь И не стал продолжать разговор. Он просто наклонился, вырвал пожелтевшую страницу и поджег ее.

Линь Цзяруй стоял рядом, защищая его от дождя, и наблюдал, как понемногу сгорает дневник. Вся любовь и ненависть, которые они испытали, были поглощены пламенем и превратились в пепел.

Вся ненависть началась отсюда и должна закончиться здесь.

Когда дневник сгорел, оба вздохнули с облегчением.

Дождь все еще шел.

Линь Цзяруй посмотрел на часы и сказал:

– Мне пора на работу.

Линь И встал и сказал:

– Я порошу Шрама отвести тебя.

– Не надо, я просто возьму такси. – Линь Цзяруй постоял немного, посмотрел на него и сказал: – До свидания.

Линь И крепко сжимал рукой трость и не прощался.

Только когда Линь Цзяруй повернулся и начал удаляться, он внезапно позвал:

– Сяо Руй. – Линь И еле слышно перевел дыхание. – Что было написано на обороте фотографии, которую ты мне дал?

Линь Цзяруй остановился, по его щекам катились капли дождя.

Он помнил. Была весна. Полдень. Ярко светило солнце...

Весна уже началась, теплый ветер приносит аромат цветов и нежно касается моих щек.

Он наклонился над столом и написал предложение штрих за штрихом.

Вот что хотел сказать Линь И восемнадцатилетний Линь Цзяруй.

Двадцатидевятилетний Линь Цзяруй не оглянулся, а просто небрежно махнул рукой и пошел прочь.