Глава 29. Нельзя пропустить 12 число

Линь И замолчал, зная, что Линь Цзяруй только что ответил на вопрос.

Ни во сне, ни наяву он не верит ни единому сказанному им слову.

Линь И ожидал такого ответа, но, услышав это, оцепенел. Он лишь слегка покачнулся, очень медленно повернул дверную ручку, открыл дверь и вышел.

На вилле была аптечка, поэтому для Линь И не составило труда обработать раны Линь Цзяруя. Правда его пальцы сильно дрожали, когда он наносил лекарство. Несмотря на то, что он контролировал свою силу, но все еще боялся случайно причинить ему боль.

Напротив, Линь Цзяруй вел себя гораздо спокойнее. Он даже не нахмурился, как будто вообще не чувствовал никакой боли.

Или, может быть, ему нужна такая боль, чтобы не заснуть?

Линь И сначала продезинфицировал рану спиртом, затем обмотал марлей. После этой несложной обработки он спросил Линь Цзяруя:

– Ты не хочешь принимать лекарства?

Голос Линь Цзяруя звучал безразлично:

– А можно?

Линь И всегда был властным человеком, и ему проще всего было насильно скормить лекарство Линь Цзярую, но в этот раз он не стал его заставлять, а просто сказал:

– Забудь, если не хочешь, я буду беречь твой сон.

Говоря это, он снял обувь и лег в постель, затем обнял Линь Цзяруя, укутав одеялом, придерживая его руки, чтобы тот не причинил себе снова вреда.

Линь Цзяруй не мог спать без лекарства, поэтому в темноте он мог только держать глаза открытыми, как обычно. Линь И тоже лежал рядом с открытыми глазами и слушал вместе с ним тиканье будильника.

Ночь длинна.

Линь И никогда раньше не думал, что время в темноте течет так медленно. А потом он подумал, что Линь Цзяруй пережил бесчисленное множество подобных ночей в одиночестве...

К тому времени, как утренний свет осветил небо, рука Линь И почти онемела от слишком долгого нахождения в одной позе. Но Линь Цзяруй все-таки закрыл глаза и уснул в его объятиях, словно застыв. Линь И боялся разбудить его, поэтому продолжал лежать там, не двигаясь. Только около полудня он осторожно встал с кровати.

Состояние Линь Цзяруя было настолько серьезным, что он не посмел скрыть это от Сюй Юаня. Он вкратце рассказал ему о том, что произошло накануне вечером. В результате, прежде чем Сюй Юань, как настоящий врач, успел отреагировать, Линь Цзявэнь вскочил и хотел броситься в комнату, чтобы немедленно увидеть брата.

Линь И очень пожалел, что позвал его, и хотел выгнать. В конце концов, Сюй Юань остановил его и сказал:

– Господин Линь наконец-то уснул. Не будите его.

К словам доктора нужно было прислушаться, поэтому Линь Цзявэнь сдержался и свирепо посмотрел на Линь И.

Линь И проигнорировал его и просто спросил Сюй Юаня:

– Сяо Руй сейчас в таком состоянии... что мне делать?

– Просто позвольте ему продолжать лечение. Болезнь мастера Линя нельзя вылечить быстро. Рецидивы – это нормально. Если у членов семьи недостаточно терпения, мы не сможем продолжить лечение.

Линь Цзявэнь фыркнул и сказал:

– Зачем беспокоиться? Как только человек, который сделал его больным, исчезнет, ​​Сяо Руй немедленно поправится и станет еще более живым, чем прежде.

Линь И сжал кулаки. Но когда он вспомнил, что сказал ему вчера Линь Цзяруй, то внезапно потерял всякую силу, махнул рукой и позволил Линь Цзявэню говорить.

В последнее время Сюй Юань много общался с Линь Цзяруем и предположил, что причиной его болезни был Линь И, но не сказал этого прямо, а просто продолжил:

– Подождите, пока господин Линь проснется, я поговорю с ним еще раз.

Если бы Линь Цзяруй не принимал лекарств, ему было бы трудно нормально спать. Обычно он просыпался от своего сна во второй половине дня. Поев, Сюй Юань попросил шумного Линь Цзявэня и молчаливого Линь И покинуть комнату, придвинул стул к изголовью кровати и завел непринужденный разговор о погоде. Увидев, что Линь Цзяруй расслабился, он сказал:

– Господин Линь, разве вы не хотите поскорее выздороветь?

– А это возможно? – Линь Цзяруй на мгновение остолбенел и сказал: – Я бы хотел вернуться и снять новый фильм как можно скорее.

Сюй Юань посчитал это положительным знаком, поэтому ковал железо, пока горячо, и спросил:

– Тогда почему бы вам не сотрудничать со мной?

– Если бы я не сотрудничал, я бы не разговаривал с вами, доктор Сюй.

– Но я слышал, что вы отказались принимать лекарства.

Линь Цзяруй молчал, его темные глаза смотрели в окно, и через некоторое время он произнес несколько слов:

– Я не могу.

– Почему?

– Сегодня уже седьмое число, – Линь Цзяруй нежно погладил правую руку, которую кусал, его глаза были наполнены светом и тенью, немного затуманены. – Я боюсь, что после приема лекарства я просплю.

Это был второй раз, когда он упомянул дату так серьезно. Сюй Юань задумался на мгновение и вдруг угадал ключевой момент. Он спросил:

– Что будет, если мы пропустим 12-е?

Линь Цзяруй был поражен.

Выражение его лица резко изменилось, бледное лицо стало совсем бескровным, он покачал головой, но сказал:

– Я не буду скучать, – а после паузы подчеркнул: – Но пропустить нельзя.

Сюй Юань никогда не видел его таким взволнованным, и боялся нечаянно разозлить, поэтому не осмеливался задавать слишком подробные вопросы. Сказав несколько слов, чтобы утешить его, он встал и вышел из комнаты. Он знал только, что 12-го числа Линь Цзяруй приходил в психологическую клинику каждый месяц. Теперь он подумал, что для этого есть какая-то очень серьезная причина. Однако, когда он вышел поговорить с Линь И и остальными, никто из них не мог сказать, что было особенного в этой дате.

Ночью Линь Цзяруй по-прежнему отказался принимать лекарства.

Линь И не смог его уговорить, поэтому ему пришлось нести его на руках до кровати, как и вчера, по-прежнему зажимая его руки своими. Среди ночи Линь Цзяруй внезапно сел на кровати, подошел к шкафу и начал искать одежду.

Линь И был поражен:

– Сяо Руй, что ты делаешь?

Линь Цзяруй действовал очень спокойно, достал костюм и надел его, сказав:

– Я ухожу.

– Куда ты собрался в такой час?

– Я иду... – Линь Цзяруй, казалось, не знал точно, куда надо идти, но уверенно сказал: – Я должен идти.

Он быстро оделся, повернулся и сказал Линь И:

– Будь осторожен, не дай моему третьему брату узнать об этом, он не отпустит меня.

Линь И не знал, спит он или бодрствует, поэтому крепко обнял его за талию и сказал:

– Сегодня уже поздно. Давай пойдем завтра вместе, хорошо?

– Нет, – не задумываясь, отверг Линь Цзяруй. – Завтра 12-е.

Увидев, что он даже перепутал дни, Линь И понял, что парень, должно быть, спит, поэтому крепче сжал его руку и спросил:

– Что важного в 12-м числе?

– Ты не знаешь? – Линь Цзяруй посмотрел на него в замешательстве, словно удивляясь, как он не знает чего-то, что знают все. Он сказал медленно, выговаривая каждое слово: – 12-е... это день, когда он женится.

На мгновение выражение лица Линь И стало пустым. Затем он почувствовал, как будто его ударили в грудь. Его сердце, печень, селезенка и легкие сместились и смешались в кровавое месиво. Он испытал такую ​​сильную боль, что не мог говорить.

Он совершенно забыл год и день, когда женился на определенной женщине.

Но Линь Цзяруй помнил. Когда-то он так же одевался в темноте, в ужасе ожидая его свадьбы. Он погрузился в старый сон десятилетней давности. Он боролся, пытаясь вырваться из объятий Линь И, чтобы успеть на давно закончившийся пир, тревожно и отчаянно крича:

– Отпусти меня! Я должен идти сейчас, иначе будет слишком поздно.