Глава 45. Про портал

Та зима

В тот день снег сыпался с особым остервенением, перекрывая гигантскими сугробами входы в дома и некоторые окна. Утро не задалось сразу: вместо вкусного завтрака и расслабляющего душа Линч был занят тем, что отвоёвывал у погоды вход в свой дом, потратив на выматывающее дело все несколько свободных часов, в течение которых планировал заниматься совершенно не этим, а потом позвонил Джон. Не так давно они с Линчем договорились встретиться в одной полюбившейся кофейне, чтобы кое о чём поговорить. Инициатором был Линч, и он чётко знал, о чём будет этот разговор. Давно стоило. Вот только из-за того, что именно он назначил встречу, опаздывать самому было бы неправильно. Видимо, в этот день придётся обойтись без привычных утренних удобств. Прекратив расчищать снег, Линч нерешительно ответил на звонок:

— Ало?

— Алё, да! Слушай... Я опоздаю чутка. Не страшно? — с ходу заявил Джон. Голос у него был будто слегка обеспокоенный или просто заведённый. Но Линч слишком хорошо знал этого человека, чтобы не задавать ему правильные вопросы:

— «Чутка» – это на сколько? — Линч тяжело опёрся на лопату, с трудом восстанавливая сбитое дыхание. До того момента, как он переехал в загородный дом, он и понятия не имел, насколько, оказывается, тяжело чистить снег. Теперь понятно, почему все дачные и деревенские не ходят в зал – у них свой прямо перед домом. Низкий поклон всем дворникам, которые занимаются этим каждый день каждую зиму!

— А ты чё так дышишь? — то ли перевёл тему, то ли искренне поинтересовался Джон. Линч решил не увиливать. Да и ни к чему особо, всё-таки подобная рутина – никакой не секрет.

— Снег убирал.

— Точняк, у тебя ж там с этим непросто! То ли дело мы, городские жители... — тот поспешный тон быстро сменился нахальным, раззадоренным, и Джон уже почти начал своё обыкновенное хвастовство на тему того, что жить в городе по всем параметрам круче, и что Линч занимается какой-то глупостью, выбирая частный дом в глуши. Но Линч, уже наученный горьким опытом, быстро его прервал:

— Так, не начинай!

— Да в смысле? В чём я не прав? Чувак, я правда не понимаю, нафига ты возишься с этой рухлядью? Просто переедь в квартиру – проблем будет раз в сто меньше! — упрямо продолжал о своём Джон. «Сегодня и поймёшь», — ответил Линч мысленно, но вслух сказать ничего не решился. Вернулся к тому, от чего Джон его успешно отвлёк:

— Так на сколько ты задержишься?

— Ну... Не знаю. На полчасика где-то, — высказал Джон неопределённо и замолчал. Где-то на заднем фоне, позади, раздалось смутно различимое кряхтение, а затем вполне узнаваемый звук рвоты. Кажется, кого-то рядом с Джоном стошнило.

— Ой, блять... Ну не на пол же... — протянул Джон изнывающе, вероятно, тому самому человека с заднего плана. От услышанного мата Линча немного встряхнуло – несмотря на свою дерзкую манеру речи, Джон нечасто матерился, а потому слышать что-то такое от него было как-то странно, инородно.

— Всё, короче, давай. Я занят. Встретимся в кафешке, — быстро проговорил Джон уже Линчу и раньше, чем он успел что-либо спросить, сбросил трубку. Любопытство мучило недолго. Вскоре всевозможные вопросы отступили на задний план, а на передний вышла более приятная мысль: раз Джон задержится на полчаса, немного времени на рутинные утренние дела всё же оставалось.

Руки напрочь окоченели, и уже даже прятать их в карманы нисколько не помогало. Линч отчаянно пытался отогреть синие пальцы тёплым дыханием, но мороз упорно продолжал неприятно покалывать кожу. Прошёл уже где-то час с того момента, как он ждал Джона возле входа в обговоренное для встречи кафе. Линч учёл тот звонок и специально приехал на полчаса позже, но это не помогло: Джон умудрился опоздать вдвое сильнее, чем обещал. И это при том, что он жил относительно недалеко и ездил на машине, а Линч, в свою очередь, жил за городом и ездил на автобусе или метро – своей машиной он не обладал, да и не планировал. Помимо сильного снегопада и рекордной отметки температуры в минус тридцать, чего Линч уже очень давно не встречал, на улице разбушевался неслабый ветер, подносящий острые снежинки в воздух и на огромной скорости впечатывающий их в чувствительные оголённые участки кожи. При таких условиях ждать целый лишний час казалось настоящей пыткой, откровенным издевательством. Видимо, стоило всё-таки надеть шапку и перчатки... Линч, как любитель элегантных плащей с удлинённым подолом, старательно избегал всех подобных атрибутов, потому что смотрелись они на нём нелепо и совершенно не уместно. Но в погоне за красотой он едва не потерял пальцы, по ощущениям готовые отвалиться, а потому всё-таки сдался и решил пройти внутрь здания. Изначально Линч не хотел так делать: думал, что лучше помёрзнет, чем помешает другим посетителям, которые также прибегают в это кафе, чтобы отогреться. Но после того, как поднялся ветер, терпеть стало уже невыносимо, и Линч оставил свои попытки быть правильным, уже схватившись за ледяную ручку двери своими онемевшими пальцами. Не успел он толкнуть дверь и пройти внутрь, как вдруг позади окликнул знакомый голос:

— Линч! Линч, подожди!

Преодолевая на глазах выросшие сугробы, к зданию подбежал Джон в ненормально лёгкой для такой погоны куртке. Он остановился, опёршись на свои же колени, и принялся с трудом восстанавливать дыхание, параллельно пытаясь что-то сбивчиво объяснить:

— Я... Я здесь. Сорян, что... ждать заставил. Там просто...

— Джон, ты опоздал на час, — Линч не смог скрыть укоризненного тона. Как бы там ни было, он злился. Ему пришлось хорошенько помёрзнуть, пока Джон непонятно чем занимался, не подумав даже предупредить. Мог бы сразу сказать, что ещё сильнее задержится...

— Я знаю, да... Сорян, — Джон состроил виноватые глазки, уподобляясь котам. Тяжело вздохнув, Линч мучительно коснулся пальцами своего лба. В злости не было никакого смысла. Всё уже случилось.

— Курить будешь? — спросил Линч скорее из вежливости, помня о не самой здоровой привычке друга, хотя на деле мечтал лишь о том, чтобы поскорее оказаться внутри тёплого здания.

— Не, я вроде как бросаю, — признался Джон, неловко улыбнувшись.

— Опять? Ну, поздравляю, — Линч безразлично пожал плечами. Джон пытался бросить уже не первый раз, и каждый раз всё равно безвыигрышно возвращался к тому, от чего пытался избавиться. Линч уже не верил в то, что у него когда-то получиться. Хотя, стоит отметить, что между каждыми срывами промежутки становились всё больше и больше. Может, рано или поздно Джон всё же доберётся до своей цели и по-настоящему бросит курить.

— Ладно, пойдём внутрь, — Джон положил свою удивительно тёплую ладонь на плечо Линча и подтолкнул его ко входу.

Внутри кофейня оказалась забитой подчистую. Занят был абсолютно каждый столик, стоял совершенно неуютный шум – все о чём-то разговаривали со своими друзьями или родственниками, с которыми они пришли или по дороге забежали в неприметную кофейню, чтобы переждать страшную холодную бурю. В здании было намного теплее, чем снаружи, и Линч наконец-то начинал чувствовать пальцы, с силой растирая их несмотря на боль, параллельно выискивая глазами какой-нибудь свободный столик. Но такого не нашлось, и Джон уже предложил, отчаявшись:

— Слушай, может в другую пойдём?

Девушка-бариста за стойкой, заприметив новых подоспевших посетителей, поспешно оставила кофеварочный аппарат, попросив присмотреть за ним свою коллегу, а сама быстрым шагом направилась к парням, вероятно для того, чтобы сообщить им об отсутствии свободных мест. Линч не слушал Джона и старался не обращать внимания на приближающуюся девушку, продолжая судорожно высматривать зал. Может, где-то всё-таки есть свободный столик? Это место было просто идеальным для того, что запланировал Линч, и он не мог его так просто отпустить. Здесь подавали вкусный кофе, который очень нравился Джону и мгновенно поднимал ему настроение, вдобавок парни часто сюда ходили и уже чувствовали себя, как дома, и третье, самое важное: в такой холодный день, когда куча людей сбежалась погреться, кафе захлёбывалось в шуме голосов, за которыми удачно сможет притаиться разговор Линча и Джона. Буквально все факторы складывались просто идеально. Нельзя упустить...

— Линч? — поторопил Джон, всё ещё ожидающий ответа. И девушка-бариста уже практически подошла. Неужели всё-таки придётся оставить это чудное место? Возможно, тогда и разговор придётся перенести. Тогда когда появится следующий шанс? Внезапно краем глаза Линч зацепился за какое-то движение в углу кофейни. Двое посетителей освобождали неприметный столик в некоторой отдалённости от остального зала. Просто идеально.

— Там освобождается, — Линч указал Джону на столик и поспешно двинулся к нему. Парни заняли освободившееся место сразу после предыдущих посетителей. Девушка-бариста, до этого нёсшаяся к ним, чтобы сообщить об отсутствии мест, теперь подошла в качестве официантки и спросила обыденно:

— Здравствуйте, вам как обычно?

Её приветливая улыбка была настоящей и, казалось, практически светилась. По меркам кофейни парни считались постоянными клиентами, а эта девушка – постоянной работницей, у которой, как Линчу казалось, совершенно не было выходных. Иначе как им с Джоном везло абсолютно каждый раз натыкаться на неё? Джон вальяжно раскинул плечи, хвастливо выпятив грудь, чтобы визуально сделать её больше и массивнее, и заговорил чуть более низким, брутальным голосом:

— Привет. Да. И вот ещё, держи, — Джон нагло, при всём очень мягко схватил девушку за руку и вложил ей в ладонь небольшую сумму денег. — Чаевые.

— Спасибо, — она кокетливо раскраснелась и ушла к стойке, где коллега с нетерпением ждала её возвращения. Каждый раз, как парни приходили в кофейню, Джон вот так заигрывал с этой девушкой, по ощущениям работающей без выходных. Для него это всё было просто несерьёзной забавой, ему нравилось красоваться и лицезреть чужой смущённый румянец. Линч не был уверен, знала ли об этом девушка или правда считала, что между ними мелькает что-то серьёзное, но не пытался вмешиваться: это дела и проблемы Джона. В данный момент его интересовало нечто совершенно иное, и он скрестил уже отогревшиеся пальцы, пытаясь собраться с мыслями. Не вынуждая собеседника ждать, Линч попытался хотя бы начать, робко, неуверенно:

— Слушай, я тебя зачем позвал-то...

— Да, кстати, по поводу опоздания! — внезапно перебил Джон. Кажется, он даже не заметил, что Линч пытался что-то сказать. Линч не обиделся и спокойно уступил: зато будет время, чтобы обдумать все слова, хотя он и так сделал это уже более сотни раз за все прошедшие часы ожидания. К тому же, ему правда было интересно узнать, что же послужило причиной, из-за которой он был вынужден лишний час мёрзнуть в минус тридцать.

— Во-первых, реально прости, я не специально, сам понимаешь. Во-вторых... — Джон запнулся, видимо пытаясь подобрать слова. — Помнишь того бомжа, тут сидел? — он указал пальцем за окно. Линч свёл брови, пытаясь вспомнить. Однажды, прийдя в эту кофейню, парни увидели рядом со входом пожилого бездомного, который был настолько худым, что трясся от любого дуновения ветра, и всё без конца шептал себе под нос: «Убейте меня или дайте выпить». Странно, что он просил о подобным именно возле здания кафе, где попросту не было алкоголя. Выглядел он ужасно жалко, и парни даже захотели ему помочь, но в тот момент, как, в целом, и в любой другой, Линч был занят слишком многими делами и не мог разорваться ещё и на помощь какому-то бездомному. Джон тогда тоже не решился брать на себя такую ответственность. Хотя Линч начинал понимать, к чему он теперь клонил, и что это был за человек, чей приступ рвоты он застал при разговоре по телефону.

— Ну, помню, — Линч кивнул, решив не прерывать чужой рассказ. Мало ли он всё-таки ошибся.

— Ну, короче, да... Я его подобрал, — признался Джон с некоторой неохотой. Всё же Линч не ошибся, хотя удивления от этого меньше не стало. Джон и помог бездомному? Он, конечно, относительно добрый, весь из себя борец за справедливость, честный, прямолинейный, но у него всё равно неизвестно что на уме, и потому Линча в любом случае удивляло такое его решение.

— Серьёзно? — спросил он, не веря. — Ты же говорил, что это слишком большая ответственность и всё в таком духе.

— Да знаю, чё я говорил, но... Не знаю, мне чё-то стало его жалко. Сначала думал в приют сдать. Ну, знаешь, вот эта «Помощь бездомным», где с ними возятся волонтёры. Но потом, как повёз его, понял, что он мужик хороший, и решил сам ему помочь. Его, кстати, Дейл зовут.

— Ваш заказ, — объявила словно из ниоткуда взявшаяся официантка и поставила на стол пару напитков и тарелок с блюдами. Для Джона – его фирменный любимый кофе, который абсолютно каждый бариста этого заведения уже выучился делать идеальным, и обыкновенные сырники, которые Джон ел здесь вместо обычного завтрака. Для Линча – его нелюбимый чай, который он, на самом деле, любил, но только не в этой кофейне. Всё-таки это кофейня, а не чайная. И миндальный круассан, который Линч обычно брал, чтобы перебить паршивый вкус плохого чая, хотя теперь ему стоило заранее предупредить официантку и отказаться от своего обычного блюда. Предстоящий разговор напрочь отбил всякий аппетит, к тому же он успел позавтракать дома перед выходом. Но главное, что Джону всё нравилось. Он с восторгом оглядел всё, выставленное перед ним на стол, и обыденно поблагодарил официантку в своей неизменной наглой манере:

— Спасибо, дорогая!

— Пожалуйста, приятного аппетита! — девушка вновь лучезарно улыбнулась и ушла в глубь зала, обслуживать остальных посетителей.

— Так вот, его зовут Дейл, и он хороший мужик, просто ему сильно не повезло, — продолжил Джон свой героический рассказ о спасении бездомного, только теперь с набитым сырниками ртом. — История там довольно обычная, в принципе. Ну, для таких, как он. Был отец, увлекался азартными играми. Наиграл себе гигантский долг и повесился, а все-все кредиты и всю хрень повесил на сына – на Дейла, то есть. Тот кучу лет пытался их выплатить, кое-как выживал, но потом его попёрли с работы по какой-то дебильной причине, и он больше не мог долги выплачивать. У него отжали хату, все деньги, и он остался на улице. Выбраться так и не смог.

— Довольно... печально, — Линч сильнее сжал пальцами тёплую чашку чая. Ни одного глотка он до сих пор так и не сделал, и к круассану так и не притронулся. История этого Дейла пусть и звучала трагично, но мало цепляла Линча: он слушал вполуха, а все его мысли были заняты причиной, по которой он позвал Джона в кафе.

— Да, невесело, — согласился Джон, расслабленно откинувшись на спинку стула. Свои сырники он уже доел. — В общем, да, мужик он хороший, рукастый, много чё может, только забухивает сильно, плюс уже отчаялся нехило так. Я всё пытаюсь ему сказать, что жить ещё можно, но он как-то не слушает. Не знаю... Думаю, ещё сам немного попытаюсь, но если не выйдет – сдам его в рехаб, там его чутка подправят, а потом уже я сам его на ноги поставлю. Чё-то, несмотря на всё, я верю в этого мужика.

— Понятно... — Линч чуть нервно огляделся. Зал по-прежнему был полностью забит, а на пороге показалось ещё несколько посетителей, отчаянно пытавшихся выискать глазами какое-нибудь свободное местечко. Метель за окнами и не думала сбавлять силы. Шум не прекращался, и всё ещё играл Линчу на руку. Не упустить бы этот момент...

— Так, ну ладно, хорэ обо мне. С тобой-то чё? Ты какой-то... нервный, — подметил Джон проницательно. Вся его расслабленность резко куда-то делась. Он выпрямил спину, отставил свой кофе и нахмурил брови, уставившись на Линча серьёзно, изучающе. По коже пробежались мурашки. Появилось странное, стойкое ощущение, будто тебя сканируют рентгеном. Линч неуверенно заёрзал, пытаясь избавиться от этого чувства, и нервно застучал пальцами по своей по-прежнему полной чашке. Вновь принялся озираться. На него точно никто не смотрит? Вроде не столкнувшись ни с каким ответным взглядом, Линч вернул его к Джону и быстро опустил вниз, в очередной раз ощутив себя как-то неуютно. Принялся с фальшивым интересом изучать узор искусственного дерева, из которого был сделан стол, чтобы немного успокоиться и привести в порядок мысли. Линч сотни раз представлял этот разговор, сотни раз прокручивал его в голове, и сотни раз оказывался в тупике, осознав одну страшную вещь: он не имел ни малейшего понятия о том, как отреагирует Джон. Несмотря на то, что парни общались уже много лет, Джон по-прежнему оставался для Линча некой тёмной лошадкой, непонятной личностью, покрытой множеством тайн и лжи. Как вести себя с ним? Что ему говорить? Прошло так много времени, а Линч до сих пор продолжал задаваться однотипными вопросам, так и не отыскавшими своего ответа.

— Линч, нафига ты меня сюда позвал? — спросил Джон удивительно метко, проницательно. Он был настоящим мастером задавать правильные вопросы. Линч вновь съёжился, ощущая на себе его выжидающий взгляд, и, постаравшись совладать с дрожащим голосом, неуверенно замямлил:

— Слушай, Джон... Да, я тебя не просто так позвал. У меня к тебе разговор. Серьёзный разговор.

— «Серьёзный»? Это о чём это? — теперь занервничал Джон. Видимо, посчитал, что в чём-то провинился, и теперь боялся, что его будут отчитывать. Даже смешно немого. Джон, по-настоящему свирепый человек, однажды при Линче избивший огромного амбала из простого чувства справедливости, сидел и боялся, что его за что-то наругают. Правда забавно, но Линч не смог даже усмехнуться. Он вновь крепче стиснул пальцами чашку и продолжил:

— О том... Эм... Слушай. Скажу честно, с самого начала нашего знакомства я тебе кое в чём врал.

— Врал? — Джон поудобнее пересел на стуле, видимо уже вне себя от любопытства и желания хоть что-то понять.

— Ну, недоговаривал скорее, — Линч робко пожал плечами. Сколько бы сотен раз он ни продумывал этот разговор – итог оказывался один: Линч без конца запинался и всё не мог подобрать нужных слов. Будучи в некотором роде журналистом, пусть и не официальным, пусть и работающим на самого себя, он практически не знал такого понятия, как запинки, почти всегда говорил чётко и отточено. Мысли всегда возникали в его голове, он почти всегда знал, что сказать и ответить. Но только не в этот раз. В этот раз этот крайне полезный талант куда-то запропастился.

— Ты же знаешь, я живу в загородном доме, — начал Линч издалека, очень издалека, безумно боясь добираться до сути. — И когда ты впервые приехал, я сказал о двух правилах: всегда предупреждать меня заранее, если собираешься приехать, и ни в коем случае, ни под каким предлогом не заходить в подвал и на чердак. Помнишь?

— Ну да, помню, — Джон сложил руки на груди, заметно расслабившись. Видимо посчитал, что Линч просто будет отчитывать его за несоблюдение первого правила. И, хотя речь шла не об этом, Линч всё же не упустил возможности:

— Кстати, раз помнишь, мог бы всё-таки предупреждать.

— Да, блин, я знаю! Просто забываю каждый раз... Вспоминаю только когда уже подъехал. Ты ж сам знаешь, как это! — вскрикнул Джон едва ли не громче всей толпы в зале, разведя руками в попытке оправдаться. Линч прочистил внезапно засаднившее горло, собрался с мыслями и продолжил, с каждым словом дрожа всё сильнее, осознавая, что правда, которую придётся озвучить, всё ближе:

— В общем... Как понимаешь, я не просто так придумал эти правила.

— Ну, очевидно, — Джон пожал плечами и принял прежнюю позу, расслабленно облокотившись на спинку стула и сложив руки на груди.

— Дело в том, что... В общем... У меня дома есть то, во что ты, возможно, даже не поверишь... — сам того не замечая, Линч искусственно растягивал свой рассказ, оттягивая тот момент, когда ему всё же придётся выложить всё, как есть. Как, оказывается, тяжело признаваться в том, что скрывал несколько лет!

— Ты чё, поймал какую-нибудь фиговину? Ту перекошенную чупакабру с прошлого раза? — Джон, кажется, даже заинтересовался, и уже был готов вновь выпрямить спину, чтобы слушать ещё внимательнее. Линч опешил на пару секунд. Такого он предположить не мог. Но Джон ошибался, а потому его пришлось спустить с небес на землю:

— Да нет! Нет... Речь не об этом. Я... даже не знаю, как сказать.

— Ну! Не томи уже! — поторопил Джон, всё же выпрямившись в нетерпении. Его синие глаза, вечно скрытые под стёклами очков, так ярко запылали любопытством, что смотреть в них уже просто не получалось: они сжигали, как если посмотреть на солнце. По-прежнему отчаянно стараясь оттянуть момент, не в силах справиться с собой, Линч схватился за остывшую чашку чая и немного отпил. Холодная, невкусная жидкость, походящая скорее на плохо разбавленную воду, обволокла язык и стенки рта, надолго засев неприятным осадком. В такие моменты Линч понимал, для чего люди хватались за сигареты: ужасный, неприятный вкус отрезвлял и немного отвлекал от всего, что тревожило и мешало. Хотя лично для себя Линч всё равно не считал это поводом хвататься за отраву. Он сделал ещё один омерзительный глоток, сдержавшись, чтобы не поморщиться, и всё-таки заговорил:

— Ты же помнишь, я рассказывал, что дом достался мне при... странных обстоятельствах? Завещание взялось словно из ниоткуда. И про дневник дяди я тебе тоже рассказывал. Ну, понятное дело, без него мы бы не занимались тем, чем занимаемся.

— И? — Джон был вне себя от нетерпения, всё ёрзал на стуле и, кажется, готов был вернуться к своей только оставленной привычке.

— И... я говорю об этом не просто так. Я думаю, что это странное завещание и дневник связаны. Думаю, мой дядя не пропадал без вести. Он отправился в путешествие... по временам, — Линч понизил голос, боясь, что его кто-то услышит, хотя переполненный зал продолжал источать шум, без труда перебивающий его.

— Как понять «по временам»? — растерялся Джон, став удивительно серьёзным, сведя брови к переносице в попытке хоть что-то понять. — Подожди... Ничего не понял! Как это вообще связано с тем, что ты говорил? Чё-то там про штуку у тебя дома, в которую я не поверю...

— Дослушай, — сказал Линч не менее серьёзно, и наклонился, перегнувшись через стол, чтобы его слова точно никто кроме Джона не услышал. Тот поступил также, наклонился и чуть повернул голову, готовый слушать. Наверное, со стороны они выглядели странно. Как парочка, пытающаяся обменяться нежным шёпотом. Ну, пусть лучше окружающие думают так, чем подозревают их в конфиденциальных разговорах. Задумавшись, Линч даже сбился с толку и забыл, о чём хотел сказать. Они с Джоном парочка? Нет уж, никогда! Они слишком долго дружили, чтобы вдруг ни с того ни с сего влюбляться. Линч мотнул головой, вернувшись к насущному:

— Я запретил тебе заходить в подвал и на чердак, верно?

— Ну, да, — Джон кивнул, едва не ударив Линча виском по лбу.

— И на входе в подвал у меня стоит железная, бронированная дверь.

— Ага. Я ещё всё время с неё угараю, потому что по ней прям очевидно, что ты что-то прячешь.

— Да, наверное... Но она стояла там ещё до меня. Я сам, когда переехал в дом, пытался попасть в неё ещё где-то неделю, пока не нашёл ключи. Нашёл я их, кстати, на чердаке. И вместе с ними кучу каких-то... сувениров, можно сказать. Рыцарские доспехи, мечи, различные артефакты, — перечислял Линч, внимательно отслеживая чужую реакцию. Джон сосредотачивался и удивлялся, сводил брови к переносице и приподнимал их, прикрывал глаза и широко их раскрывал. Вроде не злился, да и не восхищался. Пока что прибывал в замешательстве, пытался разобраться и только удивлялся. Наверное, это хорошо. Лучше, чем если бы он кричал, что Линч обманщик.

— У тебя чё, дядя был заведующим музея? — усмехнулся Джон, а затем сообразил: — Хотя... Ты сказал про «путешествие во времени»? Кажись, я понял.

— Да, именно. Я тоже сначала подумал, что дядя был каким-нибудь коллекционером, но потом я спустился в подвал. И увидел там... это, — парой ловких движений Линч выудил из рюкзака один из дневников Болтона, который всегда таскал с собой. Именно в нём была вся имеющаяся информация о портале, а потому Линч всегда держал его при себе, на всякий случай. Он нашёл нужную закладку, которыми уклеил весь дневник, чтобы в нём было проще ориентироваться, и открыл необходимую страницу. На ней был рисунок – вернее, скорее набросок – портала, изображающий его в общих чертах, без каких-либо деталей. Возможно, Болтон зарисовывал в спешке. А может быть, специально избежал деталей, чтобы в случае чего никто не смог его отыскать или соорудить такой же. Линч положил дневник с изображением перед Джоном и аккуратно прикрыл его рукой так, чтобы никто посторонний не смог разглядеть, что нарисовано.

— Это чё за кольцо? — недоумевал Джон. По наброску правда было трудно понять, что пытался изобразить автор. Линч попытался пояснить:

— Это по...

— Уже поели? — невинно спросила официантка, вновь словно взявшаяся из ниоткуда. Линч вздрогнул, едва не свалившись со стула. И как он умудрился не услышать её шаги? Наверное, из-за этого дурацкого шума, переполняющего зал. С одной стороны, он играл на руку, а с другой – очень даже мешал. Линч истерично закрыл дневник и накрыл его рукой, убеждаясь, что официантка ничего не видела, после чего уставился на неё растерянно, с подозрением, совершенно забыв, о чём она их с Джоном спросила.

— Да, было вкусно. Спасибо, дорогая, — ловко выкрутился Джон, натянув дежурную улыбку.

— Ой, а ты ничего не съел, — удивилась она, взглянув на нетронутый круассан Линча и его едва ли отпитый чай. Обращаться на «ты» было для них в порядке вещей, всё-таки парни – постоянные посетители, и с официанткой этой знакомы уже давно, хотя Линч каким-то особым родством к ней так и не пропитался. Возможно из-за того, что с ней постоянно заигрывал Джон, тем самым непроизвольно выстраивая между ними барьер. Но это было далеко не самым важным. Суетясь, Линч поспешил оправдаться:

— Да я просто... не голодный. Забыл сказать, что мне нужен только чай.

— А, поняла. Тогда забираю? — она приподняла тарелку с круассаном. Линч кивнул в знак согласия и прежде, чем официантка ушла, окликнул её:

— И... послушай! Ты не слышала, о чём мы с Джоном сейчас говорили?

— Нет, а что? Это что-то важное? — она застыла с опустошённой чашкой Джона и нетронутым круассаном Линча в руках, растерянно приподняла бровь.

— Нет-нет... Просто спросил. Ничего такого, — отвертелся Линч, попутно убирая дневник. Всё-таки не лучшей идеей было доставать его в таком людном месте.

— Ну ладно, — официантка безразлично пожала плечами и ушла. Когда она оказалась достаточно далеко от столика парней, Линч вновь наклонился к Джону и продолжил шёпотом:

— В общем, да, в подвале моего дома стоит настоящий портал. Вернее, скорее это машина времени.

— Офигеть. Надо покурить, — Джон настолько удивился, что у него едва не отвалилась челюсть. Линч немного растерялся:

— Покурить? Ты же бросил, нет?

— Бросил, но тут такая... новость, что мне всё-таки надо покурить. Допивай быстрее, пойдём на улицу, — Джон нетерпеливо затряс ногой, в предвкушении выглядывая в окна. Линч послушно сделал ещё один глоток чая и, всё же не сдержавшись, поморщился. Он окончательно остыл, и вкус стал ещё хуже.

— Ты... веришь мне? — недоумевал Линч. Пусть он и не мог догадаться, какая реакция будет у Джона, но почему-то предполагал, что тот засмеётся и не поверит. А тут такое. Кажется, Линч впервые обрадовался тому, что его ожидания не оправдались.

— Конечно! — уверил Джон. — А на кой тебе врать? И кстати... Когда ты эту штуковину мне покажешь?

— Что?! — попытавшись сделать ещё один глоток омерзительного чая, Линч едва не подавился, выплюнув всё содержимое обратно в чашку. — Нет! Нет, Джон, погоди! Правила те же: предупреждать заранее и ни в коем случае, никогда не заходить в подвал и на чердак, и ничего там не трогать.

— Чё? — протянул Джон недовольно, разочарованно опёршись щекой на свою ладонь. — А нафиг ты мне тогда рассказывал?

— Ну... Чтобы быть с тобой честным. Но пока я не изучил эту «штуковину» – тебе лучше к ней не подходить. Я и так уже кучу лет над ней бьюсь... Если когда-то мне всё-таки удастся разобраться, как правильно и безопасно её использовать – конечно, я тебя позову, — Линч попытался закончить на более-менее позитивной ноте, но Джон уже был разочарован. Может, в самом деле не стоило ничего рассказывать? Но с каждым днём Линчу становилось всё тяжелее скрывать. Наверное, лучше так, чем если бы Джон узнал обо всём случайно.

— Ясно, короче. Теперь мне точно надо покурить, — вздохнул Джон раздосадовано. — Допивай быстрее.

— Да я... не буду. Можем идти, — Линч подальше отставил чашку отвратительного чая. Нет, всё! Больше он не сможет сделать ни глотка.

— Дорогая! Неси счёт! — выкрикнул Джон, подняв руку. Может, в настоящий момент он и выглядел недовольным, но как только покурит – уже станет добрее. И где-то через пару дней раздумий без вопросов примет позицию Линча.