Глава 14. «И снова здравствуй»/Узник обезьяньего острова, ч VIII

— Рад снова видеть тебя, Азул-кун.

Асано отшатнулся, словно увидел призрака.

— Понимаю, ты в замешательстве, — Гото достал из портсигара ещё одну сигарету и зажал её в зубах.

— Й...Йоши-кун?

— Исполнительный офицер Флота Земли и Федеративных Республик, коммандер Гото Йошитоки. Теперь вспомнил?

— Йоши...

Азул был готов раздавить коммандера в обьятиях, но пиратская неприязнь к флотскому офицериату заставила его отступить ещё на шаг.

— Вижу, ты не шутил, когда говорил, что хочешь стать военным. Что ж, мои поздравления, — пират отвернулся к экрану-псевдоиллюминатору. — Теперь мы по разные стороны баррикад.

— А ты мне обещал, что скорее дашь отсечь себе оба мизинца, чем станешь якудза!

Ответной колкости не последовало. Азул продолжал изучать звёздную россыпь, простирающуюся по ту сторону экрана, словно бы не замечая старого друга, что сейчас стоял за его спиной.

— Будем считать, что этого разговора не было, — Гото развернулся, чтобы уйти.

— Йоши!

Повисла неловкая пауза. Оба застыли, глядя друг на друга с плохо скрываемым недоверием.

— Как неловко-то получилось, — прервал тишину Гото. — Впервые в жизни мне нечего сказать.

— Как и мне, — Асано снова отвернулся к экрану.

— Мне... жаль, что так получилось, — бросил напоследок Гото и покинул кают-компанию.

***

... — Док?

— А, Сато! Проходи, присаживайся. Есть новости? — Севиньи отложил печатную книгу в обветшалом переплёте, которую как раз дочитывал.

— Док, у нас проблемы. На Гэла что-то напало и вырубило. Джейсон всё видел, но не признаётся.

— Это плохо, — Док вырулил из-за стола. — Отвези меня в центр управления, посмотрим на записи с камер.

— Записей нет. Я отключил камеры на «крыше» для... Ну, для Джейсона.

— Это вдвойне плохо...

— Док! Сато! — в комнату учёного влетел Гэл. — Я обнаружил сигналы трёх кораблей на орбите, класс «Прометей», не меньше!

— Сигнатуры?

— Один — точно флотский.

— Ками-сама... — вздохнул Сато. — Они нашли маяк!

— Остальные две сигнатуры я так и не смог расшифровать, но мне кажется, это наёмные суда, — продолжил Гэл. — Это «Рейгаллион»? Мы спасены?

— Не будем спешить с выводами, — возразил Севиньи. — Не забывайте, что «Медуза» потерпела крах, и «Рейгаллион» не станет рисковать ради провальных проектов, — Док сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла.

— Может, это их дочерняя компания? — предположил Сато.

— «Дедалус»? Вряд ли. «Спейс Солюшнз»? Тоже вряд ли.

— «Стар Эссеншн Тэк»?

— Исключено, — отрезал Док. — Этот старый упырь Занн не станет рисковать даже парой ржавых «Нефилимов», даже если выигрыш перевесит его вшивые амбиции.

— В таком случае нам остаётся лишь ждать и надеяться, что наша милая тварь просто отпустит нас со своей планеты, — подытожил Сато.

— Но чёрта с два она нас просто так отпустит, — учёный потёр пальцами переносицу и перевёл взгляд на Гэла. Тот был бледнее мертвеца и стоял как вкопанный, уставившись в одну точку.

— Гэл? Гэл! Очнись! — Сато тряхнул его за плечи.

— Вы это слышите? — тихо мямлил Гэл, продолжая смотреть прямо перед собой. Сато отшатнулся — взгяд у того был безумный, а глаза словно стеклянные. — Это... флейта. Заунывная такая, ... мать её, ... богомерзкая... флейта...

— Чёрт, Сато! Он под влиянием!

***

— Капитан?

— Гото! Ты как раз вовремя, подержи вахту полчаса, я наведаюсь на инженерную палубу, — Рид сбросил авторизацию и спустился с капитанского помоста, едва старпом объявился на мостике.

— В этом нет нужды, Рид, — Навахий вошёл следом за Гото. — Техники уже отчаялись, эзо-энергопилоны не отвечают ни на одну программу диагностики.

— Вот ведь скотство! — процедил Рид.

— Запрошу пару-тройку инженеров эзо в штат, как только вернёмся в сектор Республик, — Навахий в несколько шагов пересёк мостик и уселся на ступеньки капитанского помоста. — У Ренджи есть одна мысль, но...

— Говори уже, не тяни кота! — Рид уселся на ступеньки рядом с главинжем. — Есть риск разлететься в щепки?

— Нет, это рискованно лишь для самого Ренджи, — Навахий достал сигареты, вытащил одну из пачки и протянул Риду. — Он предложил перенаправить все свои мощности на диагностирование эзо-систем и использовать особенности кода Нантилль. Для него это может стать фатальным.

— Погодите-ка, Навахий-сан! Электронный ронин вызвался на самоубийство? — Гото уселся рядом с Ридом, наклонился вперёд, упираясь локтями в колени, и засверлил главинжа крайне подозрительным взглядом.

Рид лишь закатил глаза, взял из навахиевских рук сигарету и зажал её в зубах.

— Удивительно... — Гото достал из нагрудного кармана портсигар и зажигалку.

— Ричард, я за него волнуюсь. Нет, я горжусь Ренджи и его жертвенностью, но вот в чём загвоздка — я не хочу им жертвовать! — Навахий достал ещё одну сигарету и зажал её в зубах. От внимания Рида не ушла мелкая дрожь в руках главинжа.

— Обстановка снаружи не лучше — у нас под боком два судна «Маледикти», а у нас в кают-компании их капитан. И это... — Рид достал из кармана «ханский ключ» Асано и, повертев им перед носом Навахия, снова спрятал, — ничегошеньки не меняет. Кстати говоря, Йошитоки! Ты не пытался разболтать нашего гостя?

— Он мне не доверяет, — Гото прикурил и протянул Риду зажигалку.

— Он и не обязан, если уж на то пошло.

Зажигалка Гото пошла по рукам и вернулась к хозяину.

— Блядства господни, Сенека! — закашлялся Рид. — Что за ядрёную хрень ты куришь?

— Капитан, немедленно потушите сигарету, — вмешался Ренджи и приглушил освещение на мостике. — Напоминаю, что курить вне специально отведённых зон на судне запрещено. Коммандер, Сенека, вас это тоже касается.

— Заткнись и не тошни, Ренджи! — огрызнулся Рид и сделал осторожную затяжку. — Лучше расскажи, что за харакири ты решил устроить?

— Я предлагаю перевести все мощности своей серверной на углубленную диагностику эзо-энергопилонов, предварительно сняв все имеющиеся задачи в системах судна. Я провёл двадцать восемь пробных расчётов. Вероятность успеха — семьдесят процентов, но погрешность расчётов составляет от семи целых одной десятой до одинадцати целых шести десятых процента. Следовательно, существует фактор риска. Учитывая все переменные, я считаю этот риск оправданным. А вы немедленно потушите сигарету.

Рид опешил, старпом и главинж ошарашено переглянулись.

— Совсем охренел? — съязвил Рид, но сигарету потушил о ступеньку и отправил в полёт по направлению мусорного бачка. — Ладно, зараза электронная, делай всё, что считаешь нужным.

— Начинаю подготовку к процедуре. Активирую «спящие» бортовые ВИ. До встречи, капитан.

— Вот же ж блять... — Навахий выдохнул струйку дыма и тайком затушил сигарету о запястье.

Гото молча встал и ретировался по направлению к ближайшей курилке.

— Он действительно любит тебя, — неловко хохотнул Навахий. — Беспокоится о тебе в первую очередь, хоть и прикрывается правилами.

— Может быть, может быть, — пожал плечами Рид, поднимаясь со ступенек. — Но та тварь, что укусила нас за корму, вряд ли отстанет. Если у него всё получится, мы хотя бы сможем встретить её во всеоружии.

Освещение на мостике потухло и снова включилось. Повисла гнетущая тишина.

— Всем вернуться к обязанностям, — рыкнул Рид и поднялся на помост, авторизовался и включил общекорабельное вещание. — Внимание по всему борту. По некоторым техническим причинам мы временно остались без поддержки бортового ИИ. Мобилизовать все подразделения, всем быть начеку. Это приказ. Капитан Рид, конец связи.

Навахий молча поднялся со ступенек и удалился с палубы. Офицеры мостика засуетились, занимая места. Краем глаза Рид заметил, что Новак выудил из кармана крестик-розарио и намотал его чётки на руку. В чём-то Рид был с ним согласен — сейчас в их арсенале были только вера и надежда.

— Сильватика, Новак! Сканирование планеты что-то дало?

— Ренджи поставил сканирование на автоматический фоновый режим, программа обрабатывает данные. Это займёт время, побочные данные я обрабатываются вручную, отчиталась штурман.

— Новак?

— Сканирую все запеленгованные частоты, провожу анализ. Однако сканеры улавливают слабый электромагнитный сигнал, — Новак вывел на экран общего обсора блок данных. — Намедни Ренджи составил программу на случай обнаружения подобных аномалий. Прогоняю сигнал через неё.

— Кэп! Два неопознанных объекта на три часа, уклон сорок, — сообщил Киин по интеркому.

— Вижу их на сканерах, — ответила Сильватика. — Два судна малого боевого класса, истребители или разведчики. Сигнатура принадлежит флоту эзо, но визуальные данные указывают на земское происхождение.

— Входящий сигнал, непонятно как пробивающийся через помехи. Вывожу на палубное вещание, — отрезал Новак.

— Говорит «Бьякхи-1», разведка дисс Аэдэ. Прошу разрешения на ангар.

Голос явно принадлежал Акирэрэ. Ренджи мог бы сказать точнее, но...

— Говорит капитан Рид. Назовитесь немедленно, — Рид открыл канал.

— Элло Рид, это Акирэрэ. «Ева» сообщила мне о вашей находке. Мы отбыли с «Гекаты», как только получили извещение.

— Как вы добрались в такой короткий срок?

— Нам пришлось войти в семидесятипроцентный излом, чтобы покрыть расстояние, нашим «Бьякхи» требуется ремонт.

Рид скептично покосился на данные систем обнаружения. Ионные следы «Бьякхи», образовавшиеся после затяжно ССТ-прыжка, тянулись за ними на протяжении трёх парсек — столь долгий инерционный путь мог возникнуть лишь при колоссальной скорости.

— Сильватика, сколько времени займёт прыжок на семидесятипроцентном изломе пространства?

— Гипотетически, если брать в расчёт размеры их юнитов — сутки-полторы, — штурман завозилась с программой расчёта. — Так и есть, двадцать семь часов, но перегрузка при этом будет чудовищной.

Прикинув так и эдак, Рид решил, что Акирэрэ и его напарник вполне могли преодолеть полтора миллиона световых лет за каких-то двадцать семь часов — во-первых, живущие в чёрных дырах эзо привычны к перегрузкам. Во-вторых, имея доступ к технологиям «МВТ», эзойские инженеры наверняка могли придумать что-нибудь мощное и компактное.

— Ангарирование разрешаю, — отрезал Рид и закрыл канал, переключившись на вещание по ангарной палубе. — Приготовьтесь встречать гостей: две малых единицы неизвестного класса, код семь. Очистить седьмой ангар.

— Капитан? — Гото вынырнул из лифта, как чёрт из табакерки. — Что-то случилось?

— Вы как раз вовремя, коммандер. Принять палубу, — Рид сбросил авторизацию и двинулся к лифту, доставая табельное.

— Есть.

Явившись в ангар, Рид снял табельное с предохранителя и завёл руки за спину. Так называемые «Бьякхи» как раз опускались на палубу, и капитан обмерил их корпуса взглядом бывалого лётчика. Ага, что тут у нас? Про себя Рид отметил весьма нестандартный фюзеляж, похожий на земской гоночный болид с чрезмерно длинной носовой частью; на концах жёстких, загнутых вниз крыльев располагались несоразмерно массивные несущие движки. Фонарь кабины расположен ближе к сдвинутому вперёд оперению хвоста — вместо него конечную часть фюзеляжа занял дополнительный маршевый движок.

«Бьякхи» плавно приземлились на палубу, и Рид подошёл ближе, чтобы детальнее рассмотреть конструкцию. И заметил, что манёвренные сопла у этой причудливой махины находятся не за крылом, как в классических схемах, а перед ним, у самого носа. Необычно, очень необычно. Про себя Рид уже сделал вывод, что эта махина способна на невероятные фортеля на бешеной досветовой скорости, но вместе с этим требует от пилота исключительных навыков, внимания и чуткости и не прощает ошибок. И к создателю сего «шедевра» возникает много вопросов.

Фонарь одного из «Бьякхи» с шипением открылся. Из него показались голова и плечи пилота, который, казалось, застрял, но спустя минуту возни выбрался. В его очертаниях Рид узнал давнюю знакомую.

— Всем опустить оружие! — скомандовал капитан. С «Бьякхи», перебирая длинными лапами, спускалась «Ева». — Рад снова видеть вас, мисс Маиар-как-вас-там...

— Капитан Рид, — она сняла шлем с головы. — Я тоже несказанно рада.

— Пожалуй, нам следует перейти сразу к делу, — вмешался Акирэрэ. Рид и не заметил, как он выбрался из второго «Бьякхи». — Вы говорили, что встретили Ннаэ на орбите Урруоса, не так ли?

— Верно. Часть от него всё ещё валяется у нас в трюме, можете ознакомиться.

— В таком случае есть шанс дать ему жёсткий отпор.

— Дать ИМ жёсткий отпор, — поправила эзойца «Ева». — Я ощущаю присутствие ещё одного Ннаэ на планете.

— Да нахер? — уже взъелся Рид. — Какого хрена его не обнаружили раньше?

— Вряд ли земские системы обнаружения засекут приземлившегося Ннаэ, — успокоила его «Ева». — Он прячется под магнитным полем планеты, я сама едва его чувствую.

— Магнитный экран также не даёт ему засечь нас на борту. Он, должно быть, уже знает о трёх кораблях на орбите, но не может ничего предпринять, — предположил Акирэрэ.

У Рида внезапно задёргалось веко, а внутримозговой интерфейс выдал уведомление о завышенном уровне адреналина и кортизола.

— Мне срочно нужно выпить, — пробубнил он, пытаясь унять расшалившиеся нервишки. — А вам следует спуститься на инженерную палубу, с вашими энергопилонами какая-то беда.

— Мы с «Евой» займёмся ими немедленно, после — составим план дальнейших действий. — Но наши корабли следует законсервировать, системы обнаружили повреждение энергопилона и утечку изотопов из оболочки ССТ-ядра.

— Проведите наших гостей на инженерную палубу, как только они управятся со своими «птичками», — приказал Рид рядовым безопасности. — И известите главинжа об их прибытии.

Вернувшись на мостик и приняв командование, Рид первым делом сделал несколько записей в бортжурнал — об экстренном отключении эзо-энергопилонов, проведении «продвинутой диагностики систем» корабельным ИИ, прибытии «Евы» и командира Акирэрэ на борт. О нахождении капитана «Маледикти» Рид решил умолчать — об этом он доложит адмиралу Джэйсу лично или засекреченным докладом.

А между делом кибермозг снова стал пошаливать: перед глазами заплясали разноцветные огоньки, понемногу накатывала слабость, а привычный фоновый шум превратился в тихий, но назойливый звонкий гул, который постепенно усиливался.

— Капитан! Сигнал усиливается!

Но Рид уже не слышал Новака — в его голове вовсю звучал этот гул, напоминающий флейту с необычно низкой тональностью. С каждой секундой этот гул набирал всё большую и большую различимость, чёткость и самобытность. Эта дьявольская мелодия, казалось, усыпляла сознание, и Риду пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить рассудок.

В один миг он провалился в темноту, которая тут же вспыхнула ярким светло-бирюзовым светом. Перед Ридом предстала картина морских глубин — километры коралловых рифов, расстилающихся под ногами, причудливые разноцветные рыбы, снующие прямо перед самым носом... Где-то вдали маячил силуэт не менее гигантской медузы-цианеи. Риду казалось, что он сам рыба — гигантская, вроде земского кита.

Силуэт циклопической медузы всё приближался и приближался.

Ещё одна внезапная вспышка — и Рид обнаружил себя в совершенно новом месте и окружении, но его зрение стало стремительно меркнуть. Прежде чем ослепнуть окончательно, он постарался запомнить как можно больше деталей.

В один миг по телу Рида прошёлся разряд тока, и видение исчезло, как и странная заунывная музыка.

— Вы затеяли опасную игру, капитан. Ннаэ ничего не стоило заметить вас в своём сознании и подчинить ваш разум, — услышал Рид из-за спины. — Учтите, пока Ренджи рядом нет, вы уязвимы как никогда.

— «Ева»? То есть — «уязвим»?

— Я пришла к вам, едва почувствовала ваш электромагнитный отклик. Вы позволили себе плыть по течению, не так ли? Надеюсь, полученные данные того стоили, — нантилль подошла ближе к капитанскому помосту. — У меня хорошие новости. Один из энергопилонв откликнулся, и Акирэрэ запустил новую процедуру диагностики. Также я исследовала образцы Ннаэ и на их основе воссоздала алгоритм электромагнитной защиты. Имеющегося материала в избытке, я даже удивлена, что «Акишину» удалось раздобыть его в столь крупном объёме.

— Редкая удача, — пожал плечами Рид. — Пожалуй, пора собрать первый брифинг.

... Азул как раз дочитывал роман, взятый с полки, когда в кают-компанию вошёл коммандер.

— Гото-сан?

— Капитан хочет видеть вас. Немедленно, — Гото кивнул рядовым охраны, и те беспрекословно оторвали задницы с барных стульев.

— Что ж, раз так... — Азул поднялся с кресла и вернул пад с романом на полку.

Гото повёл его на нижние палубы — Азул заподозрил, что Рид решил казнить незваного гостя и навязать бой и без того потрёпанным маледиктийским судам, но старпом завернул к инженерным отсекам, в святая святых корабля. Насколько Азул знал, ещё никому не приходило в голову казнить пленных там.

Его завели в небольшое техническое помещение, заставленное ящиками, где уже собрались несколько, как сам Азул понял, ключевых особ, включая капитана. Сам Рид сидел на одном из ящиков, рядом с ним — какой-то патлатый хмырь в очках и белом халате поверх судотехнического комбеза. У входа, сложив руки на груди, стоял некто в стеклянной маске и странном металлическом скафандре, в дальнем углу расположилось странное существо, напоминающее йорогумо из древних японских мифов. Среди них был и смутно знакомый самому Азулу низкорослый гин-янец.

— Присаживайтесь, Асано-сан, — Гото пододвинул ногой один из ящиков и расположился на коробках у стены. Послушно приземлившись на предложенный ящик, Асано мысленно приготовился к худшему.

— У нас несколько новостей, — начал Рид. — Мы получили новые разведданные с Шаньи. Станция «Медуза» находится на планете, и по большей своей части затоплена, но на ней есть выжившие.

— Мой дядя среди них? — Азул едва не подскочил сместа.

— Азиат, волосы чёрные, на правой руке не хватает пальца, вся правая рука татуирована от плеча до кисти. Узнаёте?

— На рисунке Будда и рыбки кои?

— Не уверен, что запомнил рисунок, но... — Рид достал из стоящей рядом коробки датапад и уставился в пустой экран. На миг по белках его глаз появились яркие зелёноватые прожилки, а серые радужки окрасились в насыщенный тёмно-зелёный. Пад включился сам по себе, и капитан протянул его Азулу.

На экране была фотография. Нечёткая, но... Лицо дяди Сато нетрудно было узнать, пусть он и оброс как обезьяна.

— Да, это он, — Азул с плохо скрываемым трепетом уставился на Рида, словно бы перед ним сидел не флотский капитан, а сам, мать его, Будда.

— Постой-ка! — патлатый хмырь подорвался с места и бесцеремонно выхватил пад из рук Азула. — Я знаю этого рыжего!

— Вот теперь, кэп, вы меня пугаете, — гин-янец заёрзал на месте, подбирая ноги под себя. Хмырь солидарно закивал.

— Хорошая новость, мистер Асано, — подытожил Рид. — Ваш дядя всё ещё жив. А теперь перейдём к плохим.