Глава 14

Дазай не спешил в агентство. Вместо этого он направился в одно место, о котором предпочитал не вспоминать без особой нужды. Ему требовалось подтверждение. Он не мог полагаться только на догадки, даже если они были достаточно вескими. 

Рампо, конечно, уже все понял. Дазай знал, что детектив догадается, к кому он собирается пойти, но не стал посвящать его в детали заранее. Слишком много неясного, слишком многое могло оказаться просто совпадением. Но если это действительно так, если его теория верна... 

Шаги Дазая гулко отдавались в пустом коридоре. Это место не изменилось, всё такое же стерильное, холодное и насквозь пропитанное секретами. Он остановился у двери, постучал — один раз, два, и, не дожидаясь приглашения, толкнул её. 

За столом, заваленным бумагами, сидел человек с очками и сигаретой, которую он даже не пытался прикурить. Анго выглядел уставшим, но когда поднял голову и увидел Дазая, в его взгляде мелькнуло нечто среднее между раздражением и усталой неизбежностью. 

Анго никогда не был рад видеть Дазая. Их встречи были редкими, но неизменно неприятными. Слишком много было между ними недосказанного, слишком много раз Анго задавался вопросом, правильно ли он поступил тогда, когда их дороги разошлись. Но прошлое – вещь упрямая. Оно не прощает ошибок и не даёт возможности исправить сделанное. 

Когда дверь в его кабинет открылась Анго даже не удивился. Он устало вздохнул, не поднимая глаз от документов. 

— Я бы предложил тебе сесть, но ты всё равно сделаешь это без моего разрешения, — сухо заметил он. 

— О, Анго, ты всегда так проницателен, — с наигранным восхищением протянул Дазай, плюхаясь в кресло напротив. 

Анго отложил бумаги и посмотрел на него. Когда-то этот человек был его другом. Теперь же — скорее напоминание о прошлом, которое лучше бы оставить в тени. 

— Чего тебе? — голос его звучал жёстко. 

— Информация, — Дазай улыбнулся своей вечной ленивой ухмылкой, но в его глазах не было привычного веселья. — Ты ведь знаешь практически всё, что творится в этом городе. 

— И что же тебе понадобилось на этот раз? 

— Есть ли среди эсперов кто-то, кто может перемещать свою душу в другое тело? 

Анго даже не моргнул. Он давно научился контролировать свои реакции, особенно перед Дазаем. 

— Почему ты спрашиваешь? 

— Просто отвечай. 

— Теоретически — возможно. Практически — это крайне редкий дар. Подобные способности малоизучены, и если такой человек действительно существует, он наверняка скрывает свою силу. 

Дазай чуть качнул головой, явно ожидая большего. 

— Значит, не хочешь говорить? 

— А ты не думаешь, что сначала стоит рассказать, зачем тебе это? 

— Думаю, но не хочу. 

Анго устало потёр переносицу. 

— Тогда мне нечего тебе сказать. 

На секунду в комнате повисла тишина. Дазай не сводил с Анго взгляда, но тот продолжал игнорировать его. 

— Ну что ж, тогда скажу тебе одно имя, — Дазай медленно подался вперёд, словно собираясь прошептать секрет. — Ода Сакуноске. 

Анго замер. Его пальцы невольно сжались в кулак, а выражение лица впервые за весь разговор изменилось. 

— Что ты сказал? 

— Ты прекрасно слышал. 

Анго нахмурился. 

— Ода мёртв. 

— Да, — кивнул Дазай. — Но что, если его тело кто-то использует? 

Анго молчал, и Дазай видел, как тот напряжён. Он знал, что Анго не хотел в это верить. Он видел Оду мёртвым, он видел отчёты, он хранил эти доказательства все эти годы. 

— Это невозможно, — наконец сказал Анго, но в его голосе уже не было той уверенности, что раньше. 

— Возможно или нет, но факт остаётся фактом: могила Оды пуста. 

Анго закрыл глаза и тяжело выдохнул. 

— Дазай... ты уверен? 

— Лично проверил. 

Анго провёл рукой по лицу, затем посмотрел прямо на Дазая. 

— Если это правда... 

— То мне нужна вся информация о тех, кто может обладать подобной способностью, — спокойно закончил Дазай. 

Но тут же, лицо Анго поменялось. Он смотрел на Дазая с откровенным раздражением, но даже это не скрывало тени усталости в его взгляде. Он сцепил пальцы в замок и выдохнул, словно старался удержать себя от резких слов. 

— Ты в очередной раз требуешь от меня невозможного, Дазай. Я не верю ни единому твоему слову. А даже если бы и поверил, раздавать подобные данные незаконно. 

Дазай лишь усмехнулся, не пытаясь спорить. Вместо этого он медленно поднялся, лениво расправляя плащ. В его взгляде промелькнула привычная насмешка, но теперь в ней читалась ещё и неуловимая тень чего-то другого — чего-то опасного. 

— Анго, ты ведь знаешь меня, — произнёс он, будто между делом, — и знаешь, что если мне нужна информация, я её получу. Так или иначе. 

Он не стал дожидаться ответа — просто развернулся и направился к выходу. 

Анго молча смотрел ему вслед, сжав кулаки. Он знал, что Дазай не бросает слов на ветер. Если он сказал, что узнает правду, значит, так и будет. И если он не получил информацию честным путём... 

Анго потёр переносицу, пытаясь отогнать тревожные мысли. 

— Чёртов Дазай... — тихо выдохнул он, возвращаясь к своим бумагам. 

Но работать уже не мог.

***

Дазай вошел в агентство с тем самым выражением на лице, будто только что проснулся и все вокруг было настолько скучно, что ему приходилось что-то выдумывать, чтобы не заснуть прямо тут. Его взгляд был рассеянным, но в нем всегда скрывался какой-то скрытый план, и кто-то уже знал, что это не предвещает ничего хорошего. Агентство будто даже не обратило внимания на его приход — сотрудники уже привыкли, что Дазай может появиться в любой момент и с любыми идеями. 

Он лениво подошел к Ацуши, бросив взгляд через плечо на свои коллег, и, не задерживаясь, заговорил: 

— Есть важное задание. 

Ацуши только повернул голову, готовый выслушать очередную странную просьбу.  

— Какое еще задание? 

— Приведи мне Акутагаву. — Дазай сказал это с таким тоном, словно это было самым обычным и простым делом. 

Ацуши, конечно, ожидал чего угодно, но не этого. Он даже не сразу отреагировал, просто смотрел на Дазая, пытаясь понять, шутит ли он. 

— Что? 

— Ты все правильно понял. Пойди и приведи его сюда. — Дазай спокойно продолжил, как будто сказал, что нужно принести чашку чая. 

Ацуши нахмурился. Он понял, что разъяснять тут ничего не стоит, потому что, скорее всего, будет только хуже. 

— Почему я? — наконец спросил он, чувствуя, что задание точно не будет таким легким. 

Дазай, опираясь на спинку кресла, наклонился вперед с таинственной улыбкой: 

— Потому что тебе не трудно. 

Ацуши вздохнул. Он посмотрел на своего напарника, который вел себя так, будто это было величайшее задание в его жизни. 

— Ты же мог просто позвонить. Это быстрее. 

Дазай пожал плечами, словно абсолютно не понимая, в чем проблема. 

— Ну, позвонить — это слишком просто. Неинтересно. Не так ли? 

— Это глупо, — с раздражением сказал Ацуши, начав вертеть головой. 

— Глупо? Да, может быть, — с ироничной улыбкой согласился Дазай. — Но зато мне весело, и тебе тоже должно быть весело. Ты ведь тоже любишь приключения, правда? 

— Задолбал! — разозлился Ацуши, чувствуя, как его терпение начинает иссякать. 

Дазай подал ему свой неизменно ленивый взгляд, который обычно казался полным веселья и легкомысленности. 

— Это не о том, чтобы быть умным, Ацуши. Это о том, чтобы уметь получать удовольствие от процесса. Тебе с этим явно не справиться. Ты ведь всегда так серьезно ко всему подходишь. 

Ацуши вздохнул и начал было идти к двери, но Дазай вдруг быстро выхватил его телефон, не давая сделать звонок. 

— Прогулка — лучший способ все осознать. Думаю, тебе стоит немного размять ноги.  

— Ты ненормальный,— выпалил Ацуши, тяжело вздохнув, и направился к двери. 

— Умница! — прокричал Дазай вслед, с выражением великого учителя. 

— Но ты мне за это должен, — буркнул Ацуши через плечо, уже развернувшись. 

Когда дверь закрылась, Дазай откинулся на спинку кресла и с удовольствием потянулся. 

«Вот и все. Дело сдвинулось с места». 

Он знал, что Ацуши вернется с Акутагавой. И как только это произойдет, всё начнется. Но пока он сидел в тени своих собственных мыслей, зная, что у него в запасе есть еще пара сюрпризов для всех, кто считал его привычки несерьезными.

Ацуши шел, все еще переваривая все, что произошло. В голове крутились мысли, не дающие покоя. Акутагава... Он всегда был таким. Холодным, жестким, будто никогда не позволял себе быть уязвимым. Ацуши не мог понять, что двигало им, что заставляло его постоянно быть таким. В какой-то момент даже казалось, что Акутагава спас его не по долгу, а скорее по какой-то странной прихоти, но что на самом деле стояло за его поступками? Почему каждый раз, когда ему нужно было идти на край, он был рядом, но ни разу не сказал ни слова, которое бы изменило их отношения?

Ацуши сжал кулаки, вспоминая их последний разговор, его взгляд, полон равнодушия. Но в глазах Акутагавы что-то было — слабость, уязвимость, которую он скрывал под маской. Это раздражало и заставляло его чувствовать себя... неуютно. Почему он, несмотря на все, продолжал спасать его, даже если это не входило в его планы?

В голове пронеслись мысли о Дазае. Может, ему стоит послать его нахуй? Пусть сам идет, если все так сложно. Почему он должен таскаться за ним, всегда выполнять грязную работу? Но, несмотря на это, шаги все равно вели его в том направлении. Что-то в нем заставляло продолжать идти, не смотреть назад, хотя и хотелось это сделать. Может, это какая-то странная ответственность? Или то, что Дазай всегда умудряется запутать его в своей игре, и он сам не замечает, как становится частью этой игры.

Ацуши чувствовал, как его сердце бьется быстрее, когда думал об Акутагаве. Почему-то не мог выбросить его из головы. Он был тем, кто стоял за ним, но одновременно тем, кого он так не мог понять. Всё было слишком запутано.

Ацуши шел, не думая о времени. Мысли о Акутагаве, Дазае и всей этой запутанной ситуации не давали ему покоя, но вдруг он осознал, что не знал, где именно находится Акутагава. Шаги замедлились, а в голове пронеслась мысль: «Куда я иду?» Его ноги будто замерли на месте, и он сам почувствовал, как странное ощущение растерянности охватывает его.

Он попытался вспомнить, где может быть Акутагава. Но тут Ацуши понял: он понятия не имел, где живет Акутагава. Резко в голове всплыла мысль, что, возможно, тот вообще не называл своего адреса. Всё, что он знал, это то, что Акутагава был невероятно замкнутым и, возможно, не желал делиться такими личными вещами.

Он медленно перевел взгляд вокруг. Улица была пустой, и время еще было ранним. Было слишком рано, чтобы кто-то мог где-то сидеть или гулять. Значит, Акутагава, вероятно, был дома. Но... где именно?

Ацуши почувствовал легкое раздражение. Как он мог быть таким глупым, чтобы не знать, где находится тот, кого он должен был найти? Всё-таки они не так часто общались, а тем более с такой интенсивностью. Он не знал деталей жизни Акутагавы, только его публичный образ, его работу.

Но что теперь? Он стоял на улице, словно застыл, не зная, что делать дальше. Его привычная уверенность испарилась, и он почувствовал, как становится немного неловким. Ацуши фыркнул, ругая себя за беспокойство, но понимал, что сейчас не время проявлять слабости.

Ацуши направился к ближайшему кафе, решив немного перекусить и дать себе время, чтобы подумать о следующих шагах. Он не мог позволить себе сдаваться.

Парень сидел в кафе, не спеша пил свой кофе, пытаясь заставить мысли сосредоточиться на чем-то конкретном. В голове всё перемешивалось — разговор с Дазаем, неясности вокруг Акутагавы, да и сам факт того, что ему пришлось искать человека, чье местоположение оставалось для него загадкой. Он нервно покрутил ложку в чашке, поглядывая на соседей за столами, но вскоре взгляд упал на телевизор, висевший на стене.

Новости, как всегда, были насыщены информацией о преступных группировках, о насилии, о терроризме, но вдруг мелькнула новость, которая привлекла его внимание. Заголовок был достаточно громким: «Портовая мафия продолжает наращивать свою силу, увеличивая влияние в Токио». Тема, казалось бы, знакомая, но сейчас она оставалась особо важной для него.

На экране показали короткие кадры с портов, где люди в костюмах и с оружием переговаривались друг с другом. Комментарий ведущего в этот момент был однозначным: «Мы получаем информацию о том, что ситуация с мафией в порту становится всё более напряженной. Недавние столкновения с другой группировкой могут привести к новым конфликтам, которые затронут и законных людей. Мы будем следить за развитием событий.»

Ацуши почувствовал, как внутри что-то ёкнуло. Портовая мафия... В какой-то момент мысль прошла у него в голове, что, возможно, он мог бы выяснить что-то о Акутагаве через эту мафию.

Он быстро допил кофе, встал и расплатился. Действовать нужно было немедленно.

Ацуши задумчиво вышел из кафе, чувствуя, как тревога растет внутри. Ступая по тротуару, он не мог избавиться от мысли, что ему предстоит сделать шаг в неизвестность. Войти в штаб мафии было невозможно для большинства людей. Даже если кто-то и осмеливался пытаться пройти дальше первого этажа, то обычно навсегда оставался в списках исчезнувших. Вся структура этого места была как фортификация, почти непробиваемая для тех, кто не был принят или не имел нужной связи.

Он подумал о Чуе. Да, у него был статус, у него был доступ к секретам, у него была власть в этих стенах. Может быть, именно Чуя — единственный, кто может помочь ему проникнуть дальше, чем ему позволят его собственные ресурсы.

Но вот что беспокоило его — как вообще Дазаю удавалось столько раз попадать в штаб? Тот словно был знаком с каждым коридором и кабинетом. Он всегда был в нужном месте в нужное время, как будто у него была карта этого лабиринта. Ацуши даже не сомневался, что его коллега использовал какие-то свои хитрые связи или же даже заурядное манипулирование людьми. В конце концов, Дазай мог бы уговорить кого угодно.

Ацуши же, в отличие от Дазая, не обладал такой гибкостью, хотя в определенные моменты у него тоже было своё обаяние. Но пока это не поможет — он был обычным детективом, без связей, без авторитета. Он не мог пойти и попросить Чую о помощи, как делает Дазай, — это выглядело бы странно. Он не мог просто зайти и говорить с Чуей как с другом, потому что таковой связи между ними не существовало. И всё же, он был решительно настроен.

Ацуши подошел к зданию, его шаги стали чуть быстрее. Он знал, что здесь не будет легко. Нужно будет выкрутиться, искать подход, что-то, что могло бы сделать его уязвимым и, в то же время, полезным для Чуи. А если Чуя откажется помочь — значит, ему придется действовать по-своему.

Ацуши стоял у двери штаба мафии, чувствуя, как сердце бьется быстрее, чем обычно. Несмотря на всю решимость, внутреннее напряжение сковывало его, и он едва ли не сжимал пальцы в кулаки, стараясь контролировать дыхание. Не знал, что именно ему предстоит — и если честно, не был уверен, что всё пойдет по плану. Но другого пути у него не было.

Он подошел к воротам, где стоял охранник. Мужчина был солидного телосложения, с каменным выражением лица, явно не ожидая, что кто-то из «внешних» решит просто зайти. На момент их встречи в воздухе ощущался какой-то густой холод, как будто сама атмосфера вокруг штаба предупреждала: "Здесь не место для слабых". Ацуши сделал шаг вперед и, несмотря на тревогу, спокойно подошел.

— Что тебе нужно? — спросил охранник, его голос был глубоким и немного угрожающим, как и всё здесь.

Ацуши стоял перед охраной, чувствуя, как напряжение нарастает. Он собрался с мыслями и спокойно сказал:

— Я из детективного агентства. У меня есть важное дело, и я должен поговорить с Чуей.

Охранник пристально взглянул на него, затем кивнул, не задавая лишних вопросов. Было очевидно, что его задача — просто пропустить, если Чуя так сказал. Вскоре Ацуши оказался внутри, проходя по длинному коридору, где царила тишина, только редкие звуки шагов эхом отдавались от стен.

Когда они наконец подошли к двери кабинета, охранник постучал и открыл. Ацуши вошел, и дверь закрылась за ним с приглушённым звуком.

Чуя сидел за столом, выглядел сосредоточенно, как всегда, и даже не поднял головы, пока не услышал, как Ацуши шагнул к столу. Услышав его шаги, Чуя, наконец, взглянул на него с недовольным выражением лица.

— Что-то срочное? Или ты просто решил меня потревожить без повода? — его голос был характерно саркастичным.

Ацуши в ответ выпрямился, внезапно ощутив, как важность ситуации сразу накатывает.

Ацуши стоял перед Чуей, его слова повисли в воздухе.

— Дазай отправил меня за Акутагавой,

— сказал он, немного нервно ощущая напряжение между ними.

Чуя мгновенно вздрогнул и, кажется, даже слегка побледнел. Он откинулся назад в кресле, а на его лице появилось выражение, которое можно было бы описать как смесь раздражения и чего-то неясно тревожного.

— Что? — пробормотал он, не веря своим ушам. — Этот придурок... — Он выдохнул, как будто вся эта ситуация его до глубины души раздражала. Но как только имя Дазая снова прозвучало, Чуя почувствовал странное ощущение в груди, а по спине пробежали мурашки.

В памяти всплыл тот случай на днях — встреча в ресторане, когда всё пошло не так, как обычно. Акутагава, бесспорно, был раздражён, но что-то в той ночи было невыразимо странным. Когда Дазай провоцировал его, а Чуя, будто сломавшись, ударил его и поцеловал... Момент, который до сих пор оставался неясным и тревожным.

Чуя стиснул зубы и поспешил отогнать эти мысли. Нет, он не хотел об этом думать.

— Чёрт, — пробормотал он, закурив сигарету. — а ты пошёл бы к Акутагаве, сюда зачем пришел

Но Чуя всё-таки не мог скрыть легкую нервозность. Ацуши, с его естественной искренностью и наивностью, никак не мог понять, что на самом деле кроется за всем этим, и как сильно Дазай его раздражал.

Чуя отпил немного воды, стараясь взять себя в руки, но в глубине души был уверен, что всё это — ещё одна идиотская затея Дазая, которая приведет к неприятным последствиям.

Ацуши посмотрел на Чую с лёгким сомнением, всё ещё не зная, что делать с ситуацией. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же остановился, взглянув на его нахмуренное лицо.

— Честно говоря, я бы уже давно ушёл, — сказал Ацуши, откидываясь на спинку стула, — но я понятия не имею, где Акутагава. У меня нет ни малейшего представления, как его найти. А Дазай...

Чуя, закурив сигарету и пару секунд помолчав, взглянул на него как на полного идиота. Он тихо выдохнул, явно раздражённый всем происходящим.

— Идиоты, — произнёс он сквозь зубы, откинув голову назад. — Всё через жопу. Ты хочешь найти Акутагаву? Он будет здесь только через два часа, если что. И вообще, зачем ты вообще пришёл сюда? — Чуя потер виски и раздражённо глянул на Ацуши.

Ацуши немного растерялся, не зная, как правильно реагировать на столь резкую реакцию, но всё-таки выдохнул и расслабился, понимая, что на Чую вряд ли можно обижаться. Он слушал его дальше.

— Ладно, — продолжил Чуя, убрав сигарету и доставая бумажку с адресом. — Вот, адрес. Акутагава не любит, когда его беспокоят

Он протянул Ацуши бумажку, с явно раздражённым выражением лица, но, несмотря на это, решив не раздувать скандал по поводу всей ситуации. Не хотелось уже больше говорить об этом. Чуя знал, что Ацуши всё равно не поймёт, что на самом деле за этим стоит.

Ацуши взял бумажку, внимательно глядя на адрес, и кивнул.

— Спасибо, Чуя. Надеюсь, что Акутагава там будет.

— Он будет, но не жди, что он тебя будет радушно встречать, — сказал Чуя, не скрывая усталости в голосе.

Ацуши, почувствовав тяжесть этих слов, постарался не вникать в них, сосредоточившись на своей задаче. Он понял, что если теперь уйдёт, то все вопросы, которые возникли, останутся без ответов.

Ацуши, собираясь покинуть кабинет, вдруг замер, задумавшись. Вспомнил тот разговор с Дазаем. Его слова всё еще звучали в голове, как невыносимый эхо: «Ты с Акутагавой, как я с Чуей». Это утверждение застало его врасплох тогда, и сейчас оно вертелось в его мыслях, словно бесконечный вопрос.

"Что, об этом думает Чуя? Разве мы с Акутагавой действительно похожи на них?" — мысли не давали покоя. И тогда, не долго думая, Ацуши повернулся к Чуе, решив спросить его.

— Чуя... — начал он, осторожно выбирая слова. — Ты когда-нибудь думал, что ты и Дазай... ну, что-то вроде... пары?

Чуя в ответ лишь мрачно на него взглянул, взгляд холодный, как лед. Однако, внутренний гнев начал расползаться по его телу. Он уже несколько раз пытался забыть тот случай в ресторане, но теперь эти мысли снова возвращались, и они вызывали у него ярость.

— Да пошёл ты с этим, Ацуши! — он хотел было отмахнуться, но внезапно остановился, глядя на него. Его зубы стиснулись, и он, наконец, выдохнул с усилием. — Мы с ним... не пара, не союзники и, черт возьми, не партнёры!

Его лицо покраснело от гнева, и взгляд становился всё более интенсивным, когда он продолжал:

— Он всё время вертит всеми вокруг пальца, включая тебя! Но ты не видишь этого, и я... я просто не могу вечно быть его пешкой.

Ацуши немного отступил, явно не ожидав такой реакции от Чуи. Слова Чуи, его гнев и боль, казались такими искренними, что Ацуши на мгновение задумался. Слова Дазая звучали как просто сплетни, но вот реакция Чуи — эта была реальной.

— Я не знаю, что там у тебя с Дазаем, — сказал Ацуши, — но ты же сам не можешь отрицать, что... что ты как-то привязан к нему, хотя бы немного.

Чуя сжал кулаки, но не ответил. Он понимал, что на этом разговор не завершится, что Ацуши не остановится, пока не добьется от него ответа.

— Ладно, забудь, — наконец сказал Чуя, поворачиваясь к столу. — Я тебе всё сказал.

Ацуши хотел что-то добавить, но понял, что сейчас не время для того, чтобы продолжать этот разговор. Чуя явно был не в настроении, и было видно, что тема о Дазае сильно задевает его.

Он кивнул и шагнул к двери, не в силах больше оставаться здесь. Слишком много незавершенных вопросов, слишком много неизведанных путей.

— Чуя, ты ведь, наверное, неправильно понял... Дазай как-то сказал, что я с Акутагавой напоминаем ему вас, когда вы с ним работали вместе.

Эти слова сразу привели Чую в замешательство. Он побледнел, его взгляд стал острым, и он чуть ли не моментально заткнулся, пытаясь осознать, что именно ему только что сказал Ацуши.

Ацуши, несмотря на мрак, который сгущался вокруг, не мог не думать о словах Дазая. Эти мысли терзали его. Он не знал, что думать об этом сравнении с Акутагавой, но каким-то образом оно зацепило его. Почему Дазай так сказал? Что хотел этим подчеркнуть? Но все это пришлось отложить, когда он вспомнил, куда он направляется.

Дорога к дому Акутагавы была долгой и тихой. Он шел по узким улочкам, стараясь не думать о встрече, которая была впереди. Его нервы были натянуты как струны, и каждый шаг казался слишком громким в ночной тишине. Он несколько раз замирал, как будто интуитивно ощущал, что в любой момент кто-то может появиться и нарушить эту тишину.

Ацуши остановился перед домом Акутагавы, осматривая его. На удивление, здание выглядело совсем не так, как он ожидал. Это был обычный, ничем не примечательный дом — не мрачная крепость, а скорее уютное, скромное жилище. Внешний вид дома был достаточно строгим, с простыми фасадами, без излишних украшений. Никакой грандиозности, только аккуратность и порядок. Ацуши замер на мгновение, пытаясь осознать, что именно в этом доме живет человек, который всегда казался таким жестким и холодным. Он ещё не вошел внутрь, но странное чувство уже начало зарождаться в нем.

Ацуши стоял на пороге дома Акутагавы, готовясь постучать, когда вдруг дверь резко распахнулась. Из-за порога выглянула молодая девушка, с длинными темными волосами и тонкими чертами лица. Она была не очень высокой, но её изысканная внешность сразу привлекала внимание. Большие голубые глаза, с лёгким оттенком настороженности, и лёгкая румянка на щеках говорили о том, что она слегка смущена.

"Ой!" — вырвалось у нее, когда она поняла, что встретила незнакомца.

Девушка быстро закрыла дверь, оставив Ацуши в недоумении. Он стоял, не зная, что думать. Что это было? — мелькнуло в голове. У Акутагавы... девушка?

Ацуши даже слегка покраснел, не зная, как реагировать. Он стоял несколько секунд в тишине, пытаясь прийти в себя. Что же мне делать? — думал он, решая, что будет лучше, если он постучит снова. Но что если он ошибся?

Перед тем как решить, что делать дальше, он вновь повернулся в сторону двери и сказал немного громче:

— Э... Простите, я... Я Ацуши из детективного агентства, мне нужно поговорить с Акутагавой.

Через несколько секунд дверь снова открылась, и на этот раз на пороге стоял сам Акутагава. Его лицо было таким же холодным и невозмутимым, как всегда, и в его взгляде не было ни малейших признаков удивления от того, что Ацуши снова стоял перед ним.

— Что ты здесь делаешь? — коротко спросил он, его голос не выражал ни злости, ни интереса, лишь спокойное любопытство.

Ацуши растерялся от неожиданности. Он открыл рот, но не знал, что именно должен сказать. Мысли путались, а чувства были слишком странными, чтобы сформулировать нормальный вопрос. В этот момент в голове промелькнула мысль о том, как он должен был бы спросить о деле, но вместо этого он, не подумав, спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

Вопрос был неуместным, слишком личным и странным. Ацуши осознал это почти сразу, но было уже поздно.

Акутагава, который только что открывал дверь с ледяным выражением лица, моментально потемнел взглядом. Его лицо мгновенно приобрело тот самый привычный, опасный холод, когда он злился, и, не говоря больше ни слова, он захлопнул дверь прямо перед носом Ацуши.

Звук удара был резким, как удар молота по железу, и оставил Ацуши стоять в недоумении, с ощущением, что всё снова пошло не так, как он планировал. Он застыл на месте, его руки на мгновение почувствовали легкое дрожание, а внутри всё клокотало от неловкости. Он ожидал чего угодно — реакции, слов, какой-то эмоции, но, видимо, что-то он снова не так понял.

Ацуши пару секунд постоял, не зная, что делать дальше. Он опять принялся теребить руки, ощущая, как все напряжение в нем накапливается.

"И что это было?" — он уже был готов стучать еще раз, когда его взгляд скользнул на дверь.

Наконец, через несколько долгих секунд, Ацуши решился произнести:

— Я... я от Даза... — он не договорил, потому что в этот момент дверь резко распахнулась.

Акутагава стоял перед ним, с тем самым холодным выражением лица, которое Ацуши так хорошо знал. Он прищурил глаза, с недовольством посмотрел на Ацуши, но, к счастью для него, не захлопнул дверь в лицо.

— Ну, что тебе нужно? — произнес Акутагава, явно раздраженный, что его прервали.

Ацуши с облегчением выдохнул, но быстро решил взять себя в руки.

— Дазай послал меня... — Ацуши немного замялся, чувствуя, что каждое слово дает ему больше причин нервничать, чем нужно. — У нас дело. Он сказал, ты должен прийти.

Акутагава по-прежнему смотрел на него с тем же ледяным выражением, но внутри Ацуши почувствовал, что напряжение в его взгляде чуть уменьшилось. Он не был уверен, что его слова убедили Акутагаву, но тот, похоже, все же был готов выслушать.

— Хорошо. Заходи, — сказал Акутагава, отходя в сторону и давая ему пройти.

Ацуши не теряя времени, вошел, стараясь не показывать, как его нервирует каждая секунда в этом доме.

Ацуши нерешительно переступил порог, чувствуя себя так, будто зашел в волчье логово. Впрочем, учитывая, кто перед ним стоит, сравнение с волчьей берлогой было бы уместнее. 

Внутри оказалось неожиданно... уютно? Нет, конечно, мрачноватая атмосфера все равно присутствовала — темные стены, минимум декора, четкий порядок. Но при этом здесь было чисто, пахло чем-то травяным, возможно, чаем, а в углу на небольшой тумбе стоял аккуратно сложенный шарф. Ацуши невольно подумал, что ожидал чего-то... страшнее. Готического замка с гробами в подвале и свечами вместо света, например. 

Акутагава, который до сих пор молча сверлил его взглядом, наконец прервал неловкую тишину: 

— Так, — голос Акутагавы вырвал его из раздумий. Тот стоял, скрестив руки, и явно не горел желанием вести светские беседы. — Ты уже достаточно насмотрелся? Или мне сделать чай, угостить печеньем?

Ацуши фыркнул, отвлекаясь от полок.

— Да, извини... просто не ожидал.

— Чего? Что у меня не гроб вместо кровати?

— Вроде того, — честно признался Ацуши, заставляя Акутагаву раздражённо выдохнуть.

— Прекрасно. Ты закончил? Тогда можешь сказать, зачем ты здесь.

— Дазай прислал меня за тобой.

Акутагава нахмурился.

— Зачем?

— Не знаю.

— Ты. Не. Знаешь, — отчеканил он, прищурившись. — Ты пришёл ко мне среди утра, постучался в мою дверь, потревожил Гин, и даже не удосужился выяснить, с какой целью?

Ацуши неловко почесал затылок.

— Ну, Дазай сказал, что это важно.

— Охренеть. Гениальное объяснение, — Акутагава покачал головой, явно стараясь сдержаться. — Значит, ты просто взял и попёрся сюда, не имея ни малейшего представления, зачем?

— Ну... да?

— Идиот, — без особых эмоций заключил Акутагава.

— Слушай, мне не нравится это не больше твоего, но Дазай настоял! А спорить с ним — бессмысленно, ты же знаешь!

Акутагава несколько секунд сверлил его взглядом, а потом, видимо, решив, что всё это слишком абсурдно, устало провёл рукой по лицу.

— Ты не просто идиот, а жалкий прислужник этого... этого мерзавца! 

— Ну, извините, что у него есть хотя бы один верный ученик, — огрызнулся Ацуши, чувствуя, как эта встреча постепенно разрушает его нервную систему. 

Акутагава лишь сузил глаза, смерив его ледяным взглядом. 

— Убирайся. 

— Нет. 

— Убирайся. 

— Нет. 

— Убирайся. 

Ацуши открыл рот, чтобы ответить, но Акутагава уже повернулся и пошёл в другую комнату.

— Куда ты?

— Одеваюсь, — бросил тот через плечо. — Раз уж ты не оставишь меня в покое, я хотя бы выясню, какого хрена хочет этот твой Дазай.

Ацуши облегчённо выдохнул. По крайней мере, он не зря проделал весь этот путь.