Особенный подарок

Утром у Лу скрутило живот от волнения, он не знал, как отреагирует Мариус. Он уже думал о том, что вообще никуда не пойдёт и притворится больным. Однако желание увидеть реакцию брюнета пересиливало все страхи. К тому же Тео сразу раскусил бы его фальшивую болезнь. Взрослый Лу переживал не меньше, но ему тоже до безумия было интересно, как отнёсся Де загер к такому подарку.

– Ты встаёшь, соня? – Джул приоткрыл дверь и заглянул. – Завтрак уже готов.

– Встаю я, встаю, – Сонно пробурчал блондин и поднялся с постели.

– Снова новое бельё с котятами? – Старший брат не смог сдержать смешок.

– Не переживай, кроме тебя и Тео их никто не видел, – Ответил младший.

– Ну, это пока что, – Хитро улыбнулся Джул.

– Да прекрати ты, – Лу смутился. – Кстати... можешь мне помочь?

– С чем? С выбором белья? – Брат еле сдерживал смех.

– Чем тебе котята так не угодили? Хочешь прямо сейчас сниму? – Сказал Лу, не подумав.

– Спасибо, конечно, за предложение, но я в детстве насмотрелся на тебя без трусов.

– Всё, Джул, прекращай, я не это имел в виду, – Его щёки стали пунцовыми. – Помощь мне нужна... с запиской, просто чтобы ты написал её за меня.

– А почему сам не напишешь?

– Нужен другой почерк, – Признаётся он.

– Мой маленький брат вырос и уже любовные записки пишет? – Старший приобнял его за плечо.

– Это... просто другу, хватит уже про любовь, – Лу уже пожалел, что обратился к Джулу.

– Ладно-ладно, прекращаю, но обещай, что позовёшь на свадьбу, – Блондин хотел провалиться сквозь землю от таких слов. – Давай уже свою записку. Что писать-то надо?

Тут Гуссенс задумался, что написать такого, чтобы Мариус не подумал ничего лишнего и не понял от кого браслет?

– Напиши... "Хочу подарить тебе это, не пойми неправильно", – Смущённо пробормотал мальчик.

Джул, улыбнувшись, взял листок и ручку. Его почерк, аккуратный и четкий, был выведен на бумаге. Лу, с облегчением вздохнув, поблагодарил брата и быстро сунул записку в карман, когда на кухню вошла мама. В голове мелькнула мысль: «Мама бы не одобрила». Он никогда не говорил с родителями о своих чувствах, боясь их реакции, и этот страх, кажется, преследовал его и в будущем. Взрослый Лу, наблюдая за собой из прошлого, понимал, что именно эта неуверенность, этот страх быть непонятым, мешал ему разобраться в себе годами.

После завтрака подросток, дрожащими руками, положил браслет в небольшую, но красивую коробочку. Он выбрал её специально, чтобы подарок выглядел более привлекательно. В этот момент старший двойник случайно повернул голову в сторону двери и увидел, как Джул, стоя в коридоре, наблюдает за братом через щель. Сердце парня ёкнуло. Он не был готов к тому, что брат увидит его подготовку к такому важному, такому личному шагу.

Джул, увидев брата, не стал заходить, решив, что уже достаточно смутил его своими шутками про любовь. Он чувствовал, что происходит что-то важное, что-то, что требует деликатного подхода, а не подтрунивания. Он задумался: может, стоит умерить свой пыл и попробовать понять, что на самом деле движет его младшим братом.

Юноша из будущего, невидимый для всех, почувствовал, как его охватывает паника. Он знал, что Джул всё видел. Что, если брат осудит его, узнав, что браслет предназначен не для какой-нибудь девочки, а для Мариуса? Этот страх, знакомый до боли, вновь напомнил о себе, заглушая робкую надежду на то, что в этот раз всё закончится иначе.

Лу спешно удалился в ванную, чтобы собрать воедино сбегающие мысли. Джул, воспользовавшись моментом, проскользнул в комнату брата. Его взгляд сразу упал на коробочку. Он аккуратно приподнял крышку, чтобы рассмотреть содержимое. На дне, утопая в бархатной подкладке, покоился браслет, выполненный в нежных жемчужных тонах, с изящной серебряной подвеской в виде месяца и миниатюрным сердечком.

«Невероятно красиво», – пронеслось в голове Джула. Он сжал губы, внимательно изучая украшение. «Я точно увижу кого-то с таким браслетом в школе, и тогда пойму, кому же Лу так старательно готовит подарок». Убедившись, что всё на месте, он аккуратно закрыл коробочку, вернув её на прежнее место, и тихо вышел из комнаты, направляясь вниз.

Лу, наконец, обретя относительное спокойствие, спустился в коридор. Джул, встретивший его с улыбкой, уже не казался таким насмешливым.

– Пора идти, – Сказал он, и в его голосе прозвучала новая, более серьезная нотка. Лу, не ощущая прежнего давления, кивнул.

Они вышли из дома, направляясь в школу. За ними, как обычно, следовала тень взрослого Лу, невидимая и неслышная, но всегда присутствующая. Джул, идя рядом с братом, старался не расспрашивать, но в его глазах горел огонек любопытства. Он решил, что больше не будет подтрунивать над братом, но план по выяснению тайны уже формировался в его мыслях.

Школьный коридор встретил их привычной суетой. Джул, как обычно, отправился к своему классу, оставив Лу наедине с его волнением. Сердце подростка колотилось в груди, когда он быстрым шагом направился к шкафчикам. Оглядевшись по сторонам, и убедившись, что в коридоре никого нет, Лу дрожащими руками открыл шкафчик Мариуса. Он быстро положил туда коробочку и, стараясь не привлекать внимания, поспешил в свой класс. Едва он успел усесться за парту, как дверь распахнулась, и в класс, сияя, ворвался Тео.

– Лу, ты куда так рванул? – Рыжеволосый подлетел к нему, не давая перевести дух. – Я тебя видел, ты же только что у шкафчика Мариуса копался! Что ты там делал?

Лу замялся. Мысли метались в голове, пытаясь найти хоть какое-то правдоподобное объяснение. Взрослый двойник, стоя рядом, застыл от ужаса. «Только бы не назвал геем, только бы не назвал геем», – билось в его сознании. Страх, что его тайну раскроют, неправильно поймут и встретят осуждением, был почти осязаемым.

– Да так… просто… – Начал Лу, но Тео не собирался отставать.

– Просто что? Признавайся! Ты ему подарок готовил, да?

Гуссенс почувствовал, как краска заливает щёки. Под напором друга он, наконец, выдавил из себя признание:

– Да, я сделал ему браслет.

Тео на секунду замер, а потом подпрыгнул от восторга, хлопая в ладоши.

– Серьёзно? Вот это да! Я так рад за тебя. Интересно, как Мариус отреагирует?

Оба Лу были поражены. Тео, шумный, вечно подкалывающий друг, совершенно не показал никакой негативной реакции. Ни намёка на осуждение, ни гомофобных шуточек, а только искренняя радость за браслет и интерес к реакции Мариуса. Взрослого Лу охватило облегчение, смешанное с недоумением. Возможно, этот страх, который преследовал его столько лет, был лишь иллюзией, навязанной ему собственными сомнениями.

– Да… наверное, – выдавил Лу, чувствуя, как язык заплетается. – Но ты это… никому не говори, ладно? Особенно Мариусу.

– Да ты что, я могила! – Тео приложил руку к груди, изображая торжественную клятву, но глаза его продолжали хитро блестеть. – Но ты хоть скажи, это типа… ну… ты к нему того?

Лу почувствовал, как уши начинают гореть. Он уставился в парту, пытаясь придумать ответ, который не выдал бы его чувств.

– Мы просто одноклассники. Ну, я хочу, чтобы мы лучше общались. Он в последнее время сам не свой, вот я и решил его поддержать, – Выпалил он, сам не веря в эту ложь.

– Ой, да ладно, – Тео толкнул его плечом. – Друзьям такие браслеты не плетут. Я видел, как ты волновался. Но не парься, я всё понимаю.

Лу поднял взгляд, ожидая подвоха, но друг выглядел искренне. Взрослый Гуссенс наблюдал за этой сценой и чувствовал, как внутри него что-то отпускает. Он столько лет боялся, что Тео отвернётся, а тот, оказывается, всё это время был готов принять его таким, какой он есть. Юный Лу, однако, всё ещё не мог поверить в такую лёгкость и продолжал сжимать руки под партой.

– Ну… и что ты понимаешь? – Лу осторожно поднял глаза на друга, пальцы нервно теребили край рукава. – Ты думаешь, я… ну… это… к нему подкатываю?

– А разве нет? – Тео приподнял бровь, но улыбка оставалась тёплой. – Ты браслет плёл, в шкафчик подложил, весь красный как помидор. Я не дурак.

– Ну… я не… я не знаю, – Лу опустил взгляд, чувствуя, как слова путаются в голове. – Я просто… он мне нравится как человек. Мы же в одном классе, и я хочу, чтобы ему стало лучше.

– Так, стоп, – Тео наклонился ближе и понизил голос. – Ты сейчас серьёзно? Ты сам-то понял, что сказал? "Нравится как человек" – это ты про Мариуса, который тебе в прошлом месяце даже "привет" не сказал, когда вы в коридоре столкнулись?

Лу закусил губу. Тео был прав, но признать это вслух казалось невозможным. Он чувствовал, как внутри поднимается волна паники, и попытался перевести разговор в другое русло.

– Просто… если бы кто-то узнал, что я… ну, что я испытываю что-то не то… – Лу замолчал, не в силах подобрать слова.

– "Не то"? – Тео нахмурился. – Слушай, ты можешь нормально сказать? Ты про то, что он парень? Ну и что? Я что, по-твоему, из камня сделан?

– Я не говорю, что я… – Лу запнулся. – Я просто… я не знаю, кто я. И я боюсь, что если я разберусь, то это будет… неправильно.

Тео вздохнул и положил руку на плечо друга.

– Слушай, никто не говорит, что тебе нужно сейчас что-то окончательно решать. Но если тебе нравится Мариус – это не "не то". Это просто то, что есть. И я не отвернусь от тебя из-за этого. Понял?

Лу молча кивнул, не в силах выдавить из себя ни слова. Взрослый двойник, стоявший у стены, почувствовал, как к горлу подступает ком. Он столько лет боролся с этим страхом в одиночку, а Тео, оказывается, был готов принять его с самого начала.

Мариус толкнул дверь школы плечом, привычно игнорируя пару девчонок, которые засмотрелись на него. Он был в том возрасте, когда хочется казаться старше и грубее, чем ты есть на самом деле. Подойдя к шкафчику, он лениво открыл его, бросил рюкзак внутрь и уже хотел захлопнуть дверцу, как вдруг вспомнил, что зажигалка, которую он всегда носил в кармане куртки, куда-то запропастилась. Он полез на верхнюю полку, шаря рукой в поисках старой, запасной. Рука наткнулась на что-то незнакомое – небольшую коробочку. Он нахмурился: он точно не клал её сюда.

Он вытащил коробочку, повертел её в руках. Обычная, но красивая, с бархатной отделкой. «Это что за херня?» – подумал он, но любопытство взяло верх. Он аккуратно приподнял крышку. На дне, переливаясь в тусклом свете коридора, лежал браслет. Нежные жемчужные тона, серебряная подвеска в виде месяца и маленькое сердечко. Мариус замер. Он никогда не получал таких подарков.

Он взял браслет в руки, провёл пальцем по гладкому серебру, и где-то глубоко внутри что-то дрогнуло. Это было красиво. По-настоящему красиво. Неожиданно для самого себя, он заметил записку. Развернув её, он прочитал: "Хочу подарить тебе это, не пойми неправильно". Он перечитал строку три раза, пытаясь понять, кто и зачем мог оставить это здесь. Почерк был аккуратный, чужой. Он не узнавал его. Сердце, которое он привык держать в броне цинизма, предательски ёкнуло.

Мариус усмехнулся, но усмешка вышла натянутой. Он посмотрел на браслет, потом снова на записку. Мысли путались. Кто-то заметил его. Кто-то подумал о нём. Не о том, какой он плохой парень, а о чём-то другом. Он быстро огляделся – коридор был пуст. Он не знал, что ответить, кому ответить, и стоит ли вообще. Но одно он понял точно: он не выбросит это.

Мариус снова посмотрел на браслет, теперь уже внимательнее. Жемчуг мягко поблёскивал, серебро холодило пальцы. Он провёл большим пальцем по подвеске-месяцу и задержался на сердечке. Странно. Обычно подарки от девчонок – это дешёвые парфюмы, плюшевые игрушки или открытки с глупыми стихами. Всё это было без души, будто они просто хотели отметиться. А этот браслет… он чувствовал, что в него вложили что-то настоящее. Кропотливо, аккуратно, с мыслью о нём.

Он перечитал записку в десятый раз: "Хочу подарить тебе это, не пойми неправильно". Что это вообще значит? Кто-то боялся, что он неправильно поймёт? Или что он откажется? Мариус усмехнулся, но усмешка вышла кривой. Он не привык, чтобы кто-то боялся его реакции. Обычно всё наоборот – он боялся, что его самого поймут неправильно. Что подумают, будто он грубый и пустой, хотя внутри всё совсем иначе.

Он спрятал браслет обратно в коробочку и засунул её в шкафчик, подальше от чужих глаз. Надевать его? Если это девушка, то она решит, что он дал ей зелёный свет. А он не хотел давать ложных надежд. Но если он не наденет, то, возможно, обидит того, кто старался. Мариус задумался, и в голове всплыло лицо Лу. Тихого, вечно смущающегося парня. Мариус часто ловил себя на том, что смотрит на него дольше, чем стоило бы, а потом злился на себя за это. Лу достоин кого-то лучше – воспитанного, мягкого, правильного. А он? Он просто маска грубости и цинизма, которую сам же и носит.

Он захлопнул шкафчик и пошёл в класс. Внутри что-то сжалось. Впервые за долгое время ему захотелось, чтобы этот анонимный подарок оказался не от кого-то случайного, а от того, о ком он думает слишком часто. Но это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой.