35 Глава

Внезапно тяжелые дубовые двери особняка со скрипом распахнулись, нарушая тишину уютного вечера. В просторный холл один за другим зашли Нико, Арас и... Роберт, Амелия, Кайзель и Мирон.
Адвокаты Россвелов совершили невозможное, развалив обвинение прокурора еще до главного слушания, и вся семья Маретти наконец была на свободе.
Арас, сделав шаг вперед, устало, но победно улыбнулся своими карими глазами:
- Сюрприз! - громко сказал он.
Мия на секунду замерла, не веря собственным глазам. На пороге стояла её семья! Абсолютно не обращая внимания на адскую, пронизывающую боль в перебинтованной голени, она резко вскочила с дивана. Забыв про осторожность, хромая и оступаясь в огромной кофте Кайзеля, девушка со всех ног бросилась к ним.
- Папа! Мама! Мирон! - со слезами на глазах закричала она.
В следующую секунду холл особняка заполнился криками, плачем и счастливым смехом. Мирон буквально выхватил свою сестру-близнеца из воздуха, крепко прижимая к себе.
- Мелкая! Живая! - Мирон целовал её в макушку, бережно удерживая на весу, чтобы она не наступала на больную ногу. - Арас мне всё рассказал! Я убью любого, кто посмел тебя тронуть!
- Всё позади, Мирон, всё позади... - рыдала Мия, переходя из рук близнеца в крепкие, надежные объятия отца Роберта и плачущей мамы Амелии.
Кайзель подошел следом, сурово похлопав Каю по плечу, а затем крепко обнял Мию:
- Прости, что нас не было рядом, мелкая. Ты держалась как настоящая Маретти. Кстати... почему ты в моей любимой кофте?
- Твоя кофта - это меньшее, о чём тебе стоит сейчас думать, братец, - сквозь слезы хмыкнула Мия, загадочно переглянувшись с Каей и Арасом.
Вся большая, шумная толпа, бурно обсуждая детали своего освобождения и дерзкий провал прокурора, медленно двинулась в сторону просторной кухни, чтобы наконец-то нормально поесть после тюремной еды. Роберт вел Амелию под руку, Мирон аккуратно придерживал Мию за талию, а Кая и Нико шли чуть позади, загадочно перемигиваясь.
Но стоило им всем переступить порог кухни, как разговоры, смех и звон голосов мгновенно оборвались. В комнате воцарилась звенящая, гробовая тишина.
У большого кухонного стола, застыв от неожиданности, стояла Лика. На её руках, уставившись своими большими карими глазками на вошедшую толпу, сидела маленькая кудрявая Шималь, лениво посасывая край своего розового одеяльца.
Роберт нахмурился, переводя тяжелый взгляд с Лики на младенца. Амелия ошарашенно прикрыла рот ладонью. Но сильнее всех изменился в лице Кайзель. Старший брат Маретти мгновенно побледнел, его широкие плечи окаменели, а кулаки судорожно сжались. Он смотрел на Лику, которую не видел два года, а затем его взгляд медленно, со страхом и надеждой, опустился на маленькие темные кудряшки девочки, точь-в-точь повторяющие его собственные.
- Лика?.. - хриплым, неузнаваемым от шока голосом произнес Кайзель, делая нерешительный шаг вперед. - Это... что здесь происходит?