Глава 5. Грязь, что выходит на свободу

Машина Рэйны стала их временным убежищем. Как только двери захлопнулись, отсекая промозглый воздух подъезда и тяжелый взгляд Роберта, Виктория почувствовала, как её накрывает запоздалый тремор. Руки, сжимавшие сумку с уликами, мелко дрожали.

Рэйна, заметив состояние подруги, не стала заводить мотор. Она развернулась в кресле, мягко, но уверенно перехватила холодные ладони Виктории и заставила её посмотреть на себя.

— Эй, дыши. Слышишь? Смотри на меня, — голос актрисы сейчас был лишён всякого пафоса, он был низким и заземляющим. — Мы вышли. Мы в безопасности. Ты сделала всё круто, Вика. Ты — профи, ты просто человек, который столкнулся с чистым злом. Давай, вдох — выдох.

Виктория сделала несколько глубоких вдохов, чувствуя, как пульс в висках постепенно замедляется. Оцепенение уходило, возвращая способность мыслить рационально.

— Спасибо, Рэйна... Я в порядке. Просто этот взгляд... он смотрел так, будто уже всё про нас знает, — Вика поправила очки и выпрямилась.

Рэйна кивнула, но её лицо тут же исказилось от накопившегося недоумения. Она ударила ладонью по рулю, не выдержав:

— Вика, объясни мне, как профессионал... я просто не втыкаю. Какого хрена? Эта семейка приняла этого безумного бывшего, как родного сына, а собственного ребенка вышвырнули на помойку? Как это укладывается в голове у нормальных людей?

Виктория горько усмехнулась, глядя в окно на серую пятиэтажку.

— Скорее всего, Роберт — идеальный психопат-манипулятор. Он не просто отомстил Марку за разрыв, он планомерно уничтожил его социальные связи. Он обыграл ситуацию так, что Марк стал «позором», а он сам — «пострадавшей стороной», я кажется тебе это на кухне говорила, не помню уже...

— А вот Елена мне на кухне такое вывалила... — Рэйна нахмурилась, вспоминая детали. — Она сказала, что сразу после их расставания какой-то там "хакер" слил в сеть всё: интимные фото Марка, их личные переписки. Всю грязь.

— И это ключевой момент, который подтверждает мою теорию — подхватила Виктория, её глаза сузились. — Спасибо, Рэйна, это бесценная информация. Понимаешь, что он сделал? Он пришёл к родителям первым. Со слов Елены, он убедил их, что его «взломал хакер». Он сделал вид, что он такой же пострадавший, что его репутация тоже под ударом.

— И эти идиоты поверили! — взорвалась Рэйна. — Мать — бесхребетная терпила, а отец — баран с бутылкой! Вместо того чтобы сесть и поговорить с сыном, выслушать его, поддержали тупого бывшего против этого хакера...

— Вместо этого Владимир ударил его бутылкой по голове, — тихо закончила Виктория. — В записке Марка была капля крови именно на этой строке. Его избили, унизили и выставили за дверь. Для Марка «слив» интимной информации был концом света, а предательство родителей — концом жизни. Роберт знал, куда бить. Он не просто нажал на курок, он заряжал это ружье месяцами.

Рэйна стиснула зубы так, что на скулах заходили желваки.

— Я теперь ещё больше хочу, чтобы этот «милый и добрый» Роберт гнил в самой вонючей камере.

Виктория глубоко вздохнула и медленно выложила содержимое карманов на приборную панель автомобиля. Рэйна, которая уже собиралась вырулить со двора, замерла, глядя на «улов» подруги округлившимися глазами.

— Господи, Вика... Ты когда успела? — прошептала актриса, глядя на разложенные вещи.

Первым делом Виктория протянула ей записку. Рэйна взяла листок кончиками пальцев, словно боялась обжечься. Пока она читала, её лицо менялось: от недоумения к ужасу и, наконец, к глухому гневу.

— «Отец ударил меня бутылкой...» — вслух прочитала Рэйна, и её голос дрогнул на этом месте от подтверждения слов подруги. Она провела пальцем рядом с бурым пятном. — Это кровь, да? Его собственная кровь на его же прощании... А это что в конце? «Роберт аовлрфн»... Всё размыто.

— Видимо, слёзы, — тихо ответила Виктория. — Он пытался что-то дописать о нём в самом конце, но не смог. Либо рука дрогнула, либо слёзы залили бумагу. Это прямое обвинение.

Виктория выложила следующую улику — старый смартфон. — На нём пароль, шесть цифр. - И я уверена, что внутри всё то, что Роберт пытался выставить как «взлом хакера». На самом деле, это был его личный террор.

Затем настала очередь фотографий. На первой — счастливый, почти праздничный Роберт и поникший Марк. Рэйна брезгливо поморщилась, глядя на лицо Роберта: 

— Смотри, как он в него вцепился на фото. Будто не обнимает, а удерживает как собственность. Противный тип.

Виктория выложила на панель вторую фотографию — ту самую, сделанную украдкой. Парень с пшеничными волосами и спортивной фигурой ярко выделялся на фоне серой комнаты.

— А это кто? Очередной «друг»? — Рэйна с любопытством склонилась над снимком.

— Я думаю, это Кил, — спокойно ответила Виктория.

Рэйна вскинула брови: 

— Кил? Откуда имя?

— Вчера вечером у подъезда я наткнулась на троих местных гопников. Они, конечно, те еще персонажи, но между издевками сболтнули важное. Сказали, что Марк был по уши влюблен в какого-то Кила. Судя по тому, как бережно была спрятана эта фотография, они не соврали.

Рэйна на мгновение потеряла дар речи. Она еще раз посмотрела на снимок, потом на фото с Робертом, и её лицо выразило крайнюю степень шока. 

— То есть... пока этот урод Роберт считал его своей собственностью, Марк тайно сох по этому спортсмену? Вау. Теперь понятно, почему Роберт так взбесился. Для такого типа, как он, это не просто измена, это удар по его хрупкому эго. Или это произошло после "расставания"?

— Именно, — кивнула Виктория. — С Катей я уже пересекалась у могилы Марка, она напугана, но идет на контакт. Теперь мне жизненно необходимо найти Ангелину и этого Кила. Они — недостающие элементы. Номер Кила у меня есть, надо будет позвонить ему.

Рэйна тяжело вздохнула и наконец перевела рычаг передач. Машина плавно тронулась с места. 

— Слушай, Вик, я тебя поддержу, ты же знаешь. Поедем куда скажешь. Но давай договоримся: будь предельно осторожна. Этот Роберт... он не просто ревнивый бывший. Он — настоящий урод с поехавшей кукушкой. После того, что мы увидели в той квартире и как он на тебя посмотрел... я за тебя реально боюсь. Он не остановится, пока не почувствует, что полностью контролирует ситуацию.

Виктория крепче сжала в руках телефон Марка. 

— Я знаю, Рэйна. Но у меня в кармане — его возможный приговор. Я не могу отступить сейчас.

— Ладно, железная леди, — Рэйна слегка улыбнулась, стараясь сбить напряжение. — Давай сначала заберемся в какой-нибудь тихий угол. Нам нужно пробовать этот пароль. Шесть цифр... Есть идеи?

В квартире Марка стояла вязкая, душная тишина, которую нарушал лишь тихий всхлип Елены и звон чайной ложки. Роберт сидел напротив неё, аккуратно придерживая женщину за плечо. На его лице застыла маска глубочайшего сочувствия, уголки губ были скорбно опущены — идеальный образ «убитого горем бывшего».

— Елена Николаевна, вы только держитесь, — мягко, почти шепотом произнес он. — Я загляну в комнату Марка? Хочу... просто побыть там минутку, почувствовать его. Мне кажется, я там что-то важное оставил.

Елена лишь покорно кивнула, вытирая глаза платком. Для неё Роберт был единственным светом в этом мраке, единственным, кто не отвернулся.

Как только дверь в комнату Марка закрылась, лицо Роберта мгновенно преобразилось. Скорбь слетела, как дешевая штукатурка, обнажив холодный, хищный оскал. Он обвел комнату бешеным взглядом.

«Надо было раньше эту ебаную комнату проверить,» — яростно запульсировало у него в голове. — «Сука, откуда я знал, что эта психошлюха притащится сюда со своей недоподругой так быстро? Может, мне их обеих прикончить? Просто стереть с лица земли, чтоб под ногами не мешались...»

Он кинулся к тумбочке и рывком выдвинул ящик. Пусто. Нету фотографий. Он метнулся ко второй, сорвал подушку с кровати — телефона тоже не было. Того самого смартфона, который он видел раньше, но по своей самоуверенности забыл забрать, считая, что родители его никогда не тронут.

— СУКА! — вырвалось у него сквозь зубы. Звук получился громче, чем он рассчитывал.

Дверь приоткрылась. На пороге стояла встревоженная Елена. 

— Милок... Роберт, что случилось? Я что-то услышала...

Роберт замер на долю секунды, его спина напряглась, но когда он повернулся, на его лице уже снова была маска — на этот раз растерянности и боли.

— Всё хорошо, матушка... просто не могу найти нашу фотографию с Марком, — он задрожал всем телом, прикрывая лицо руками. — Ох... бедный Марк! Как вспомню, что у нас с ним случилось, как этот проклятый хакер всё разрушил... сердце болит! Мы должны найти его и отомстить, Елена Николаевна! Ради памяти Марка!

Он начал наигранно, надрывно рыдать, плечи его содрогались. Елена подошла и обняла его, как родного сына.

— Тише, тише, Роберт... Даже если Владимир не принял ваши отношения и то, что вылезло от этого хакера... мы всё равно принимаем тебя. Если бы не ты, не твоя храбрость и это стремление отомстить за Марка, Владимир бы и тебя выгнал. Но ты другой. Ты верный. Жаль, что я его тогда не остановила...

Роберт уткнулся ей в плечо, пряча лицо. Но как только он отвернулся от неё, слезы мгновенно высохли. На его лице расцвела зверская, маниакальная улыбка. Глаза лихорадочно блестели — это был момент абсолютного триумфа. Он слышал именно то, что хотел: признание своей власти. Он провел этих никчемных людей вокруг пальца, превратил их ненависть в преданность и заставил их поклоняться тому, кто фактически убил их сына.

«Бывший» получил свою месть. Но теперь у него появилась новая цель.

«Виктория...» — подумал он, и его пальцы непроизвольно сжались в кулак. — «Ты забрала мой трофей. Значит, ты станешь следующим».

- Та и славные эти девушки были Роберт... - сказала Елена, - Рэйна, актриса, славная девочка, говорила со мной на кухне, а Виктория в дамскую комнату пошла, особо я её не видела, но хорошие они, милок, хорошие...

Роберт резко замер посреди комнаты, его глаза хищно сузились. Он почувствовал, что нащупал идеальную зацепку, чтобы окончательно очернить Викторию в глазах матери.

— Елена Николаевна, постойте... — он сделал паузу, будто его осенило страшное подозрение. — Вы сказали, что с вами на кухне всё это время была вторая девушка? Эта... как её?

— Рэйна, — тихо ответила Елена, вытирая глаза. — Она такая милая, Роберт. Глаза такие добрые, слушала меня, не перебивая. Она меня буквально заворожила своими рассказами о том, что о мёртвых надо вспоминать с улыбкой. Я с ней так заговорилась, что даже про чай забыла...

Роберт горько, почти театрально усмехнулся и с силой сжал кулак.

— Ну конечно! Теперь всё сходится! — он зашагал по комнате, изображая крайнее возмущение. — Вы понимаете, что произошло? Эта ваша «славная» Рэйна специально зубы вам заговаривала! Она же актриса, Елена Николаевна! Она играла роль, чтобы вы ни на секунду не отвлекались и не выходили из кухни!

Елена растерянно моргнула, её лицо начало бледнеть от подступающей догадки. 

— Что ты имеешь в виду?

— А то, что пока эта девица вешала вам лапшу на уши, Виктория втихую шарилась здесь, в комнате Марка! — Роберт обвёл рукой пустые тумбочки, его голос дрожал от притворной ярости. — Вот почему она не заходила на кухню! Вот почему она «задержалась в туалете»! Она не руки там мыла, она грабила память вашего сына! Она забрала нашу фотографию, потому что она всегда была одержима Марком, хотела влезть в его тайны! Она... больная!

Елена прижала руки к груди, её глаза расширились. В её сознании, отравленном горем, слова Роберта начали казаться единственной логичной правдой. 

— О господи... а ведь правда... Рэйна меня так заговорила, я и не заметила, как время пролетело. Я ещё подумала: какая чуткая девочка, как она близко к сердцу всё принимает... А они, получается, в паре работали? Одна отвлекает, другая... ворует?

— Именно! — вкрадчиво прошептал Роберт, подходя к ней вплотную и заглядывая в глаза. — Это была спланированная акция. Они ворвались в ваш дом, воспользовались вашим состоянием, чтобы совершить кражу. Виктория — не психолог, она стервятник в очках! Она копается в чужих вещах и ворует сувениры на память! Наверное ей Марк тоже насолил! О боже мой... о боже мой...

Елена закрыла лицо руками и зарыдала, но теперь в её плаче слышалась не только скорбь, но и жгучая обида преданного человека. 

— Как она могла... в моём доме... после всего, что я ей открыла... я ведь им доверилась!

Роберт обнял её за плечи, а над её головой его лицо исказилось в хищном, триумфальном оскале. Его план сработал идеально: он выставил Викторию и незнакомую ему Рэйну преступницами, а себя — единственным верным защитником.

— Не плачьте, матушка, — прошипел он, едва сдерживая маниакальную радость от своей победы. — Я этого так не оставлю. Я найду этих воровок. Я верну нашу фотографию. Главное — Владимиру пока ни слова, не надо его гневить, он ведь за ружье схватится. Я сам всё решу. По-своему.

Роберт вышел из подъезда, щурясь от дневного света, который казался ему слишком ярким после полумрака квартиры. На его губах все еще играла та самая змеиная улыбка. Он проводил взглядом удаляющийся кроссовер Рэйны и не спеша вытащил из кармана свой смартфон.

— Мне нужно пробить номера одной тачки, — бросил он в трубку, его голос стал сухим и властным. — Серый кроссовер, номера...

В этот самый момент Виктория, сидевшая на пассажирском сиденье, инстинктивно взглянула в боковое зеркало. Сердце пропустило удар: в отражении она увидела черную фигуру Роберта. Он стоял посреди тротуара, прижимая телефон к уху, и смотрел прямо им в след. Его взгляд даже на расстоянии казался осязаемым, как лезвие, приставленное к горлу.

— Рэйна, гони! — резко выкрикнула Виктория, подавшись вперед. — Выезжай отсюда быстрее! Прямо сейчас!

— Что? Что случилось? — Рэйна испуганно вцепилась в руль, мельком глянув в зеркало заднего вида.

— Он всё понял! Он стоит там и диктует кому-то твои номера! — голос Виктории сорвался на хрип. — Из-за меня ты теперь тоже под прицелом. Уходи дворами, не дай ему договорить!

Рэйна не стала переспрашивать. Как актриса, она часто играла в экшн-сценах, но сейчас реальность ударила по нервам сильнее любого сценария. Она резко выкрутила руль, и машина, взвизгнув шинами, рванула вперед, влетала в узкий проулок между домами.

Виктория обернулась. Фигура Роберта быстро уменьшалась, превращаясь в черную точку, но она знала — он не из тех, кто отступает. В её сумке лежал телефон Марка, и теперь это была не просто улика, а детонатор замедленного действия.

— Прости, Рэйна... — прошептала Вика, чувствуя, как холодный пот катится по спине. — Я втянула тебя в это. Если он пробьет твой адрес... Боже...

— Заткнись и держись за ручку! — отрезала Рэйна, прибавляя газ. — Мы еще посмотрим, кто кого пробьет. Сейчас мы оторвемся, засядем в моей студии, и ты вскроешь этот чертов мобильник. Мы должны узнать, что там, раньше, чем он постучит в мою дверь, если успел номера пробить!

Машина неслась по лабиринту дворов, а Виктория лихорадочно соображала: сколько у них есть времени, прежде чем Роберт узнает, кто владелец машины? И какой пароль может скрывать правду, за которую Марк заплатил жизнью?

Виктория лихорадочно взглянула на часы: 14:30. У неё оставалось всего тридцать минут до начала приёма в клинике, но возвращаться туда сейчас казалось безумием. В машине Рэйна приняла волевое решение — никакой студии, там слишком много окон и проходной двор. Они едут к ней домой.

Пока лифт поднимался на нужный этаж, Виктория, прислонившись лбом к холодной зеркальной панели, тихо произнесла: 

— Рэйна, прости меня... Я не должна была втягивать тебя в это. Если Роберт узнает твой адрес, если он придёт сюда... Я не прощу себе, если с тобой что-то случится.

Рэйна фыркнула, в её глазах вспыхнул азартный огонёк. 

— Слушай сюда, психолог. Во-первых, у меня дома Лиам. Во-вторых, я три года на карате отпахала и в кино сама трюки ставила. Так что этого твоего Роберта и всех его дружков я на херу вертела! Поняла? Мы в этой игре вместе до конца. Я у тебя в долгу.

Двери лифта открылись. Как только они переступили порог просторной, залитой светом квартиры, их встретил Лиам.

Виктория замерла на мгновение. Лиам, парень Рэйны и талантливый фотограф, выглядел именно так, как описывают людей с «чистой душой». Высокий, с копной непослушных чёрных волос и мягкими чертами лица, он лучился энергией. На нём была простая домашняя футболка, но взгляд Виктории невольно упал на его штаны с принтом Hello Kitty. Эта деталь моментально сбила пафос их «шпионского» побега и заставила Вику невольно улыбнуться — Лиам казался воплощением безопасности и доброты.

— О, девчонки, вы чего такие взмыленные? — Лиам широко улыбнулся и подошёл, чтобы чмокнуть Рэйну в щеку. — Я как раз поставил чай. Привет, я Лиам! Рэйна много о тебе рассказывала, Виктория.

— Очень приятно, — ответила Вика, чувствуя, как напряжение чуть-чуть отпускает. Лиам пожал ей руку, и его ладонь была тёплой и надёжной. — Прости, что мы вот так ворвались...

Не успели они сделать и пары шагов вглубь гостиной, как в сумке Виктории что-то завибрировало. Это был её телефон.

Виктория замерла. Вибрация была долгой, настойчивой. Она медленно вытащила смартфон и взглянула на экран блокировки. Всплывающее уведомление заставило её похолодеть, а Рэйну — подойти ближе и заглянуть через плечо.

Сообщение от: «неизвестного»

«Я знаю, что ты забрала то, что тебе не принадлежит, Вика. Верни вещь на место, пока я не пришёл за ней лично. Номер машины твоей подруги у меня уже есть. Не делай ситуацию хуже для неё».