АКТ 1: ЛЁД ПОД НОГАМИ Глава 1. Вилла Сен-Мишель

Декабрь, 1922. Франция. Окрестности Лиона.

Я приехал раньше, чем ожидали.

Гийом встретил меня с вежливой усталостью, как встречают дальнего родственника, о существовании которого вспоминают только по случаю. Слуга понёс мой чемодан наверх, я остался в холле — среди зеркал, камина и запаха старой древесины. Дом был богатым, но не роскошным. Таким, каким становятся поместья, когда в них больше не живут, а пересиживают.

— Вы друг моего брата? — спросила она.

Я повернулся.
Первое, что я увидел, — не лицо, не глаза, не платье, — а спокойствие. Спокойствие, которое не принадлежало дому.
Она стояла у окна в белом пальто, волосы собраны небрежно, взгляд — в сад, где начинал падать первый снег.

— Нет, — ответил я. — Я просто знаю, когда начинается зима.

Она чуть повернула голову.
— Кара, — сказала она, не протягивая руки. — Иногда остаюсь здесь. Иногда уезжаю.

— Арно, — ответил я. — Иногда разговариваю с незнакомками. Иногда молчу.

Она усмехнулась. Сухо. Почти бесцветно.

Позже, за ужином, я понял: Кара была здесь не гостьей.
Она не была никем. И в этом — её власть.

- Ты слышал о ней? - шепнула мне Эльза, младшая сестра Гийома. - Она жила в Берлине. Потом исчезла. Потом снова появилась. У неё акцент, но никто не знает, откуда. Мне кажется — русская.

- Или венецианка, - вставил Гийом, не поднимая глаз от бокала. - Они такие. Неуловимые.

Кара молчала. Как будто всё это говорилось о ком-то другом.
Она сидела с идеально прямой спиной, обводя пальцем край бокала.

- В этом доме уже давно не было зимующих, - добавила она спокойно. - Вы спасли его от тишины.

- Или тишину от нас, - бросил я.
Она взглянула на меня впервые по-настоящему.

Глаза у неё были не синие, не зелёные - цвета вина, пролитого на мокрое дерево.

Позже той ночью я курил у окна в своей комнате. Сад был пуст. Ветер гнал снег вдоль дорожек, разметая его, как ненужные письма. Вдруг - движение. Кара вышла на террасу. Без пальто, в тёмном платье. Стала босыми ногами в снег. Просто стояла. Молча. Долго.

Я не знал, что подумать.
Но впервые в жизни - очень захотел остаться.