♡6♡

Now I'm finding knives under the sheets

Crumbled photographs of me

Это, конечно, было совершенно некультурно, просто неприемлемо, но удержаться от соблазна не удавалось. Узкая щёлочка в проеме двери показывала ей кусочек кухни. Яркий свет кидал полоску на бледную щеку и грозил выдать девушку в любую секунду, но Кумико заставляла себя не бояться. Задерживала дыхание и прикрывала рот рукой, чтоб не издавать лишних звуков и вслушивалась в чужой разговор.

– Надо было раньше думать,-строгий голос Рэйджи-сана, со спокойным видом стоящего у барной стойки.

– Да ладно, а то тебе не жалко..?- мурлычущие отголоски младшего из тройняшек мгновенно вызвали у девушки тошноту. Отвратительные воспоминания вырывались наружу и она едва сдерживалась, чтоб не убежать.

Видеть этих двоих рядом было очень необычно. Рэйджи-сан большинство своего времени проводил в лаборатории или за книжкой в библиотеке, а вот Извращенец... чем он обычно занимается девушке не хотелось знать. Да и в целом все братья редко проводили время вместе – им было друг с другом слишком тошно. Как сказал однажды Канато: "я люблю их настолько, что меня от них тошнит."

Рэйджи-сан тихо вздохнул:

– Не делай поспешных выводов.

Но рыжий идиот уже уловил старшего на крючок:

– Поспешных?.. Да ну-у~ Она же у нас тут... сама пунктуальность,- он мечтательно охнул,- разве ты не в восторге?

– Нам всего лишь повезло с воспитанной невесткой, что не нарушает правила дома, и не более. Не пытайся ввязать сюда личные додумки.

– Эх... Ну все равно это нечестно..! Только девчонку зазря перевели, черт!- голос рыжего казался расстроенным.

– Почему зазря?

Собеседник истерично хохотнул:

– А то ты не знаешь, что с ней будет, а..?

Кумико застыла в ужасе. О чем это они говорят, черт возьми?! Девчонка... это ведь она, Кумико! О чем речь?

– Ну, как видишь, пока что горничные оттирают с ковров кровь первых встречных.

– Вот именно что "пока что"- Райто передразнил старшего,- как бы не пришлось потом отдирать с потолка мозги этой красотки, знаешь ли,- стул под парнем пронзительно скрипнул и он направился к выходу.

Быстро сообразив, что с ней будет, если её поймают с поличным, Оосава спряталась за первой попавшейся портьерой, затаив дыхание. Дверь открылась, бросив широкий луч света в коридор, из кухни вышел Райто. Он хихикнул, сказал тихое "привет, сучечка~" и скрылся за поворотом.

Из кухни прозвучал спокойный голос Рэйджи-сана:

– Зайди сюда.

У Оосавы затряслись поджилки. Заметили, они оба её заметили и девушку сейчас ждет выговор... или что-то похуже.

Негнущимися ногами она забрела в комнату и села за барный стул, уперевшись взглядом в стойку, боясь поднять на вампира глаза.

– В-вы что-то хотели, Рэйджи-сан?

– Подслушивать нехорошо, Кумико-тян, хоть сейчас это было и в ваших интересах.

Девушка решилась поднять взгляд на парня. Тот укорнизненно смотрел на неё, но его лицо не выражало ни злости, ни гнева, ничего. И Оосава решила не терять такой шанс:

– Вы.. разговаривали обо мне, да? Почему он сказал, что меня зазря перевели?.. И что мои мозги будут отдирать с потолка?..

Рэйджи-сан вздохнул, прикрыв усталые веки. Молчание между ними длилось всего минуту, но казалось, что прошла вечность, прежде чем он ответил:

– Спроси как-нибудь у Канато про Корделию. Я уверен, что тогда ты найдёшь ответы на свои вопросы.

Кумико уже раскрыла рот чтоб возразить, задать ещё вопрос, но Рэйджи лишь махнул на неё рукой и сказал:

– Можешь быть свободна.

Его голос был строгим а тон безапелляционным, и Оосаве ничего не оставалось, кроме как встать со стула и, попрощавшись, выйти из комнаты.

*************

Девушка совсем не медлила: сразу после инцидента с Рэйджи-саном она направилась прямиком в спальню Канато, однако последнего там не было. Комната была совершенно пустой, и немного запыленной, словно пару дней тут никого не было. Одернув пыльные занавески Оосава увидела незастеленную кровать; ровно так же она бросила одеяло, когда уходила из спальни вампира двое суток назад. Окна плотно закрывали тёмные бархатные шторы, всюду вокруг лежали длинные мотки дорогих тканей. В углу стоял белый женский манекен, а на захламленном рабочем столе помимо ниток с иголками лежали всяческие выкройки и зарисовки, повсюду валялись карандаши и точилки а на стене возле стола было налеплено кучу стикеров с напоминаниями, написанными едвачитаемым почерком. На этих Кумико с трудом могла различить названия материалов, которые, очевидно, вампиру нужно было купить. Некоторые стикеры были заполнены какими-то списками. Поизучав их (старательно щурясь, ведь почерк у Канато был тот ещё) Кумико заметила странную последовательность: на жёлтых стикерах были в ряд написаны группы крови в хаотичном порядке. На зеленых – чьи-то мерки. На синих были разные цвета, практически вся радуга. И был единственный, большой, ни на что не похожий розовый стикер в виде кексика; на нем были имена. Разные женские имена и фамилии, зачеркнутые красной ручкой. Подняв глаза выше, девушка остолбенела.

Самым первым в списке имен было её собственное, незачеркнутое и обведенное розовым фломастером.

– Ты что тут забыла?

Кумико от страха чуть не выпрыгнула из собственного тела, оставшись лишь безплотной оболочкой. За её спиной стоял, несомненно, Канато собственной персоной. И наверняка ещё нахально улыбался, словив девушку на горячем.

Брюнетка решила взять все в свои руки, и не медля ни секунды, выпалила как на духу:

– Канато-кун, кто такая Корделия?

Пространство вокруг замерло. Даже стоя спиной к вампиру, она ощутила его напряжение. Кумико медленно обернулась, ожидая увидеть удивление на лице парня. Но его лицо не выражало ровным счётом ничего. Ничего хорошего.

– Что... откуда ты знаешь про мамочку?!- ему понадобилась всего секунда чтоб возникнуть перед Кумико и заорать ей в лицо.

– Р-рэйджи-сан сказал...

– Так вот оно что, да..? Якшаешься с этим.. с ним?

– Нет, что ты! Я всего лишь..!

Договорить ей не дали; в горло впилась чужая рука, крепко сжала нежную плоть, не позволяя вдохнуть. Канато плакал крокодильими слезами, но это больше не вызывало у Кумико жалости; только животный страх перед совершенно неконтролируемым психом.

Спустя пару попыток отбиться, девушку окончательно покинули силы. В глазах темнело и она была готова вот-вот провалиться в бездну, но боль в плече словно воскресила её. Резкий выброс адреналина в кровь оживил мозг и картинка прояснилась; Канато кусал её. Не пил крови, просто оставлял укус за укусом на плечах и руках девушки, шепча себе под нос гневные речи.

Когда, спустя десяток укусов, адреналин перестал помогать и от удушья снова резко поплохело, он откинул девушку на пол. Свежий воздух толчками проникал в легкие, даруя Кумико ещё пару минут созания. Она раскрыла усталые глаза и подняла взгляд на Канато, ожидая новой подставы. Раны кровили, руки были липкими от крови, и от этой картины в глазах вампира горел недобрый огонёк. Парень заговорил:

– Корделия – наша с Аято и Райто мать, моя мамочка... Мы убили её. А её прах теперь всегда со мной,- он кивком головы указал на Тэдди,- Теперь ты всё знаешь, да? Сладких снов.

И как под чьим-то велением, девушка провалилась в долгожданный обморок.

************

Обнаружив себя в собственной спальне, она не удивилась; Канато, конечно, не стал бы её относить в комнату после той сцены, но прислуга-то не оставила бы Кумико на произвол судьбы, верно?

Привычные болевые признаки сегодня словно в пару-тройку раз усилились: по телу словно катком с шипами проехались, а по голове били наковальней. Вокруг шеи неприятно тянуло, а при касании вспышками мучила боль. Наверняка там был след от пятерни Канато.

Вся верхняя часть её тела была заклеена узкими цветастыми детскими пластырями, те пластыри, котрые были квадратными и широкими, были просто разукрашены фломастерами. Всякие цветочки-солнышки, обрамлённые её кровью.

Девушка со надеждой внутри повернула голову к прикроватной тумбочке; обычно там был сок, принесенный вампиром. Сегодня девушку там ожидал приятный сюрприз: яблоки, сок, орехи и даже пару конфет. И записка.

С трепетом взяв в руки исписанный клочок бумаги, она заставила усталый мозг прочитать написанное: всего пара слов. "Довольна? Поправляйся." И пририсованный мишка.

Нежное настроение улетучилось: девушка вспомнила, что вчера было. Черт.

Словно наконец-то, спустя полтора месяца жизни тут, она очнулась от глубокого сна.  Как будто другая, адекватно мыслящяя Кумико проснулась и начала бить кулаками по задворкам разума, пытаясь привести себя в порядок и крича: Очнись! 

И да, очнулась. А вокруг неё – Ад разверзается.

Она такая дура! Дура-дура-дура! Поддалась, попалась на хитрые силки. Думала, что она тут самая умная. "Притворюсь, что приняла их правила, а сама буду искать пути для побега." А сама привыкла! Прижилась, сделала судьбоносный проклятый выбор. Выбрала убийцу собственной матери, инфантильного невротика-психопата. Повелась на оболочку, а теперь терпит чужие истерики. Да и мало того... влюбилась! По уши, блин, втрескалась в этого вампира проклятого!

Как вдруг.. наступило озарение. Частички паззла сошлись: дорожки крови, слова Райто, списки на стене и запыленная комната. Это осознание было отвратительным, но сомнений не оставалось; Канато на досуге убивает первых встречных девушек. И Кумико либо каким-то чудом избежала этой судьбы, либо она верхушка его собственной горы трупов. Будущая. И черт его знает, что хуже.

Но оставалась ещё одна нерешённая загадка: зачем ему тащить их в дом?.. потёки явно вели в его комнату. Но вчера Кумико там была – ни крови, ни трупов. Может, она не до конца изучила комнату? Логично, ведь Оосава могда рассмотреть лишь ту часть комнаты, что едва-едва освещалась скрытым шторами солнцем. Значит, разгадка этой тайны хранится именно в комнате Канато...

Нет! Никаких больше расследований! Никакого изучения чужих комнат! Никакого шпионажа!

Она больше не хочет. Страшно, и очень противно. Кто знает, какие ещё грязные тайны хранит эта семейка. Кумико просто будет продолжать исполнять роль красивенькой молчаливой невестки, мило улыбающейся злобным вампирам.

Ровно до тех пор, пока не найдет возможность сбежать.

*********

Как бы мне в детектив не съехать (( не мой жанр.

В общем, Кумико понимает, что дело пахнет смаленым, но принимает решение плыть по течению, ожидая исхода. И автор её в этом поддерживает (понятия не имею, что делала бы в такой ситуации)

Логично это или нет, судить вам.

Мари.