Тень Мираделя

Час, отпущенный Кристофером, пронёсся для Авроры в лихорадочном, паническом тумане. Вернувшись в свои закрытые покои восточного крыла, она без сил прислонилась спиной к закрытой двери, пытаясь унять сумасшедший, рваный ритм сердца. Внутренности всё ещё горели от того волнующего, первобытного жара, которым её окатило на арене, а ладони до сих пор помнили пушистый, невероятно мягкий мех его барса. Он спас её. Рискуя раскрыть истинный облик перед людской стражей, Кристофер де Валуа бросился под её падение, подставив собственную спину.

Маска покорной, смиренной куклы, которую она так усердно выстраивала последние дни по напутствию матери, была безжалостно разорвана в клочья. Кристофер знал. Этот хладнокровный стратег с первого дня видел её насквозь.

- Быстрее, - глухо выдохнула Аврора служанкам, которые уже суетились вокруг неё, помогая сбросить пропитанную песком тренировочную рубашку.

Она не стала надевать тяжёлые придворные кринолины. Вместо этого принцесса выбрала лёгкое, закрытое платье из тонкого шалфейно-зелёного шёлка, которое мягко очерчивало изящные изгибы её фигуры, напоминающие песочные часы. Каштановые кудри, отливающие на солнце жидким золотом, служанки наспех закололи на затылке шпильками, оставив несколько непослушных прядей обрамлять лицо. Потайной карман на бедре по-прежнему надёжно хранил карту Севера, а под складками подола таился проклятый кинжал - Осколок Полночи. Оружие казалось Авроре неподъёмным, выжигая кожу своим невидимым присутствием. Ей нужно было срочно придумать новую легенду, новую линию защиты перед тем, как засов на смежной стене откроется.

― ❅ ❅ ❅ ―

В это же время за смежной стеной, в купальне королевского крыла, Кристофер де Валуа находился в предельном, звенящем напряжении. Он сидел в огромной каменной бадейке, полностью погрузившись по грудь в прохладную воду, но даже она не могла остудить тот дикий пожар, что бушевал под его кожей.

Внутренний барс был абсолютно неспокоен. Первозданный зверь метался, рвал когтями душу и глухо, яростно рычал, отказываясь подчиняться разуму. Кристофер крепко сжимал челюсти, и его пальцы с такой силой впивались в края ванны, что старинный мрамор покрывался сетью мелких ледяных трещин, а вода вокруг него стремительно замерзала, подёргиваясь тонкой ледяной коркой. Ледяная магия Севера безумствовала, вырываясь наружу рваными струйками морозного пара.

Аврора не выходила у него из головы. Ни на секунду. Крис закрывал глаза, но перед его мысленным взором с пугающей чёткостью вспыхивали её растрёпанные каштановые кудри, пунцовый румянец на щеках и дикий, неистовый блеск изумрудных глаз, когда она заносила над ним меч. Она сидела на нём, прижатая к его обнажённой груди, и это осязаемое воспоминание заставляло его пульс биться в бешеном темпе пограничной бойни. Кристофер понимал, что эта девчонка - опасная ловушка. Её смирение было фальшивкой, красивой маской, за которой скрывался стальной клинок. Но её бунтарская, строптивая натура манила его зверя с такой первобытной силой, против которой его хладнокровный расчёт воина оказывался бессилен.

- Тихо, - процедил Кристофер сквозь зубы, силой воли заталкивая взбесившегося барса обратно в глубь подсознания.

Он резко поднялся из воды, швырнув на пол кусок морозного мыла, и принялся растирать сильное тело жёстким полотенцем. Ему нужно было взять себя в руки. Через час маски будут сброшены окончательно. Принц-барс быстро переоделся в парадный тёмный камзол с серебряным тиснением, идеально подчёркивающий мощный разворот широких плеч. Графитовые волосы - его маллет - оставались слегка влажными, мягкими прядями падая на лоб. На его безупречном лице снова застыла хладнокровная уверенность правителя. Он подошёл к смежной двери, повернул тяжёлый засов и шагнул на половину своей невесты.

― ❅ ❅ ❅ ―

Они ушли далеко вглубь Южных садов Валлидора, туда, где извилистые тропинки лабиринта были надёжно скрыты от ушей королевской стражи и бдительных взглядов Лорана. Воздух здесь был плотным, сладким, пропитанным ароматами цветущих роз и нагретой полуденным солнцем лаванды. Контраст между этим южным теплом и леденящей прохладой, исходившей от шагающего рядом Кристофера, кружил Авроре голову.

Крис шёл размеренным, плавным шагом, бережно придерживая её за локоть. Он долго молчал, глядя на колышущиеся от ветра кусты роз, словно подбирал правильные слова, а затем его низкий, сочный и рокочущий бархатный голос разорвал тишину.

- Знаешь, на моей родине нет таких цветов, - негромко, почти задумчиво произнёс Кристофер, и его льдисто-голубые глаза на секунду потеплели, теряя хищный вертикальный зрачок. - В Мираделе, за северными хребтами, розы замерзают задолго до того, как успевают раскрыть бутоны. Наш замок высечен из цельной ледяной скалы и тёмного гранита. Там вечная зима, Аврора. Туманы, застилающие ущелья, и белый, первозданный снег, который укрывает вершины до самого лета. Там сурово. Людям Юга наш дом часто кажется безжизненным склепом, но для моего народа - замок Мирадель это величайшая крепость на континенте.

Аврора удивлённо повернула к нему голову, ловя каждое движение его резких скул. Она ожидала обвинений в шпионаже, жёстких расспросов или наглых требований, но Кристофер открывал перед ней свой мир.

- Мой отец, король Оливье, держит страну в железных тисках, потому что у нас нет права на слабость, - хладнокровно, со зрелым пониманием долга продолжил Крис, плавно увлекая её дальше по тропинке. - Мои младшие братья, Дамиан и Марсель... они унаследовали от мачехи Изабель мягкую, податливую золотую магию. Она слабее, покорнее. Марсель вечно лезет на рожон, пытаясь доказать, что он не хуже, а Дамиан зарывается в пергаменты Совета Старейшин, заменяя силу расчётом. Но мой барс... - Кристофер на секунду остановился, поворачиваясь к ней лицом и заглядывая в её изумрудные глаза с пугающим, обнажённым откровением. - Первозданный белый ирбис и чистая ледяная магия Севера достались мне от покойной матери.

Аврора затаила дыхание. Её пухлые губы приоткрылись в немом вздохе.

- Она погибла в родах, когда я появился на свет, - тихо, со щемящей, глубокой мужской тоской прошептал Кристофер, и его прохладные пальцы едва заметно сжали её ладонь. - Я не помню её лица, только её тепло, которое запечаталось в моей крови. Старейшины говорят, она была истинной дочерью Севера, верной древней магии предков. Отец заключил новый союз с Изабель ради государства, ради выживания нашего королевства. Моя мачеха - чужая для меня женщина, её повадки и её золото всегда были мне противны. Я рос один среди Совета и тренировочных площадей, зная, что обязан быть самым сильным, чтобы защитить память о матери и уберечь братьев от ошибок. И мой зверь никогда... никогда ни перед кем не преклонял колени. До вчерашнего вечера.

Кристофер замолчал, глядя на неё в упор - проницательно, хладнокровно, но с таким безграничным, взрослым доверием, от которого у Авроры подкосились ноги.

Внутри неё всё перевернулось, взрываясь дикой, удушающей волной вины. Она пришла сюда как агент своего отца. В её потайном кармане лежала карта его замка, а под шёлком платья таился Осколок Полночи - кинжал, омытый кровью прародителя Кристофера, созданный для того, чтобы уничтожить Сердце Севера и навсегда превратить этого сильного, доверившегося ей мужчину в слабого, смертного человека. Слушать его горькие воспоминания о погибшей матери, видеть его шрамы воина и понимать, какое великое доверие он оказывает ей прямо сейчас, было невыносимо. Её человеческое сердце сжималось от острой, пронзительной боли. Маска шпионки трещала по швам, уступая место настоящим, пугающим чувствам к ледяному принцу.

- Кристофер... - её голос сорвался на едва различимый шёпот, а к щекам снова прилил густой пунцовый румянец. Она судорожно вздохнула, не зная, как смотреть ему в глаза после такой исповеди. - Зачем ты рассказываешь мне это? Я ведь чужачка для твоего дома.

Кристофер медленно поднял руку, и подушечки его прохладных пальцев едва заметно коснулись её пылающей щеки, убирая непослушную каштановую прядь за ухо.

- Потому что на арене ты не побоялась скрестить со мной сталь, Аврора, - негромко, глубоким сочным рокотом ответил он, и на его лице проступили те самые порочные, чертовски привлекательные ямочки, лишая его облик всякой суровости. - Ты сбросила свою фальшивую маску кроткой куклы. Мой барс признал в тебе силу, способную выдержать мой холод. И раз уж нам суждено уехать в замок Мирадель вместе, я хочу, чтобы ты знала: за этой стеной Кристофер де Валуа будет защищать тебя до самого конца. Даже от Совета Старейшин и моей мачехи. Пойдём дальше. Мне ещё многое нужно рассказать тебе о нашем будущем доме.

Он аккуратно перехватил её пальцы, увлекая её дальше по тенистому лабиринту роз, а Аврора шла следом, сгорая от внутреннего ада. Она понимала, что эта неделя в Валлидоре превращается для неё в смертельную ловушку, где главным её врагом станет её собственное, предательски оживающее сердце...

Они продолжали идти вдоль плотных, пахнущих полуденным зноем кустов, но тишина, повисшая после откровения Кристофера, больше не давила на плечи. Она стала другой - плотной, интимной, словно они только что разделили один общий, смертельно опасный секрет. Аврора смотрела на свои пальцы, всё ещё лежащие в его прохладной ладони, и чувствовала, как под шёлком платья, прямо у её бедра, фамильный кинжал Осколок Полночи словно наливается свиновым холодом. Кровь предков Кристофера, запечатанная в этой стали триста лет назад, будто требовала мести, вступая в глухой резонанс с его первозданной ледяной магией.

- Наш отъезд назначен через четыре дня, - Кристофер заговорил вновь, нарушая затянувшуюся паузу. Его сочный, рокочущий голос вернул Аврору из лабиринта её собственных, удушающих мыслей. - Твой отец настаивает на скромном, закрытом венчании в главном зале Валори, без лишней южной показухи. И я с ним согласен. Нам нужно пересечь границу до того, как Хаким соберёт своих наёмников на пограничных трактах Востока. Он затаил глухую обиду. Оскорблённый чернокнижник - это крыса, которая будет бить в спину из темноты.

Аврора заставила себя выпрямить спину, возвращая на лицо привычную, сдержанную маску. Она должна была шпионить. Должна была собирать информацию о его доме, пока Крис открыт перед ней.

- Ты сказал, что твоя мачеха, королева Изабель, обладает золотой магией, - Аврора осторожно, прощупывая почву, задала первый шпионский вопрос. Её изумрудные глаза внимательно следили за реакцией его скул. - Почему ты так сильно не доверяешь ей? Если она замужем за твоим отцом уже столько лет...

Кристофер хладнокровно хмыкнул, и на его щеках на миг проступили едва заметные, жёсткие ямочки. Он остановился у старого мраморного фонтана, где лениво журчала прозрачная южная вода, и повернулся к ней всем телом. Его мощная фигура в тёмном камзоле полностью заслонила от неё солнце.

- Потому что Изабель привезла с собой из дальних провинций не просто покорную магию тепла, Аврора. Она привезла интриги, - Крис опустил ладонь на край каменной чаши фонтана, и вода под его пальцами мгновенно подёрнулась тонкой, хрустальной ледяной коркой, останавливая своё течение. - Совет Старейшин Мираделя наполовину куплен её золотом. Мой отец Оливье стареет. Его шрамированный барс слабеет с каждым годом, и Изабель делает всё, чтобы продвинуть на трон Дамиана. Ей нужен послушный, расчётливый король, которым она сможет управлять из-за шёлковых занавесей. Моё появление с первозданной кровью и диким белым ирбисом матери путает ей все карты. Я для неё - кость в горле. Единственное препятствие перед абсолютной властью над Севером.

Он сделал шаг ближе к Авроре. От него снова осязаемо веяло морозной свежестью и озоном, от которых её сердце предательски пропустило удар.

- И теперь, когда я возвращаюсь в замок Мирадель с южной принцессой, которая на глазах у всех умеет держать удар и владеет сталью, Изабель начнёт копать под нас двоих с утроенной силой. Она будет искать любую твою ошибку, любой ложный шаг, чтобы обвинить тебя в шпионаже перед отцом и Советом. Ты понимаешь, во что ввязываешься, упрямица? Замок Мирадель станет для тебя не просто новым домом. Это поле боя, где у нас не будет права на промах.

Аврора почувствовала, как липкий, холодный страх сковал грудь. Кристофер предупреждал её об опасности со стороны мачехи, искренне желая защитить свою фиктивную жену. Он строил планы на их совместное выживание в замке магов. А она... она действительно была той самой шпионкой, которую искала Изабель. Она действительно ехала туда, чтобы уничтожить Сердце Севера и лишить его сил.

Чувство вины хлынуло в её душу с новой, сокрушительной силой, выжигая остатки девичьей гордости. Ей хотелось закричать, вырвать свою руку из его ладони и признаться во всём, но перед глазами измученное лицо её собственного отца и суровый взгляд Лорана, который нёс ответственность за голодающий Валлидор. Она была заперта в этом капкане лжи меж двух огней.

- Я выдержу, Кристофер, - тихо, но с леденящей, взрослой решимостью в голосе ответила Аврора. Она упрямо вскинула подбородок, глядя в его пронзительные лазурные глаза хищника. - Я дочь Валлидора. И я умею выживать там, где другие ломаются. Мои маски надёжны, не беспокойся обо мне.

Кристофер долго, внимательно всматривался в её лицо, словно пытался разглядеть за шёлковой зеленью платья и изумрудным блеском её глаз ту самую тайну, что она скрывала. Но его барс внутри довольно, собственнически заурчал, принимая её гордый вызов. Крис едва заметно улыбнулся, и его сочный бархатный рокот заставил всё внутри неё затрепетать:

- Рад это слышать, Аврора. В таком случае, четыре дня пролетят быстро. Возвращаемся в замок. Тебе нужно отдохнуть после нашего... поединка, а мне нужно обсудить с Лораном маршрут наших карет через Великие Леса. Нам предстоит долгая дорога домой.

Он бережно развернул её, и они медленно пошли обратно по тенистым лабиринтам роз, возвращаясь к белым стенам замка Валори. Солнце медленно катилось к закату, заливая лавандовые поля багровым сиянием, а Аврора шла шаг за шагом рядом со своим ледяным принцем, отчётливо понимая: эта неделя в родном доме - последние мирные мгновения её жизни за секунду до начала настоящей бури.