Глава 18: Ритм контроля

Жар спал к следующему вечеру, оставив после себя лишь приятную слабость. Т/И открыла глаза и обнаружила Пейтона на том же месте — он сидел в кресле у кровати, работая с планшетом. На тумбочке лежали её девайсы: чокер и браслеты. Они были тщательно очищены и аккуратно сложены, словно ждали своего часа.
— Ты проснулась, — Пейтон отложил планшет. Его взгляд был сканирующим, оценивающим её состояние. — Твой пульс пришел в норму, но ты всё ещё слаба.
— Я готова продолжать, — Т/И приподнялась на локтях. — Мы не можем терять время. Марк может уйти.
Пейтон медленно взял со стола металлические зажимы с тонкими проводами, соединенные с небольшим блоком.
— Эмоции — это то, что вызвало твой срыв, Т/И. Твой организм не выдержал накала. Чтобы дойти до конца, тебе нужно научиться отделять физическую реакцию от ментальной.
Он сел на край кровати.
— Сегодня мы будем использовать метод биологической обратной связи. Эти зажимы будут закреплены на твоих мочках ушей. Они будут подавать микротоки в ритме твоего сердца. Если ты начнешь волноваться или злиться — ритм ускорится, создавая дискомфорт. Если останешься спокойной — ты ничего не почувствуешь.
Он осторожно закрепил зажимы. Т/И почувствовала легкое покалывание, пульсирующее в такт её сердцебиению.
— Это урок холодного рассудка, — Пейтон включил экран с картой порта. — Рассказывай мне план Марка так, будто ты читаешь отчет о погоде. Никакого страха, никакой ненависти. Только факты.
Т/И начала говорить, но как только она дошла до момента с похищением детей для испытания чипов, её голос дрогнул. Ритм тока в ушах мгновенно участился, становясь назойливым и неприятным.
— Спокойнее, — Пейтон коснулся её руки, но не для того, чтобы поддержать, а чтобы проверить её реакцию. — Марк — это просто переменная в уравнении. Не давай ему власти над твоим пульсом.
Т/И закрыла глаза, концентрируясь на темноте и голосе Пейтона. Она начала воспринимать покалывание в ушах как метроном. Постепенно дискомфорт исчез. Она выложила всю стратегию Марка ровным, безэмоциональным тоном.
— Прекрасно, — Пейтон снял зажимы. — Ты научилась контролировать самое сложное — собственный гнев.
Он наклонился к ней, и в его глазах блеснуло что-то похожее на гордость.
— Теперь ты готова увидеть правду. В сейфе под столом лежит дневник, который я забрал из твоего старого офиса. Я хочу, чтобы ты прочла его. Но не как журналист, а как человек, который теперь знает правила игры.
Он вышел, оставив её одну. Т/И достала старую тетрадь. Это был не её дневник — это были записи её предшественницы, девушки, которая исчезла за год до появления Т/И. Листая страницы, Т/И почувствовала, как по спине пробежал холодок. Каждое слово там подтверждало: Пейтон не просто «воспитывал» её. Он готовил её к роли, которую никто другой не смог бы сыграть. И эта роль была гораздо масштабнее, чем просто борьба с Марком. Она была ключом к самому Пейтону.