Глава 5. Тень сомнений и душевный покой

​После ухода Сирены и Кристофера в кабинете Рафаэля установилась гулкая, тягостная тишина. На массивном дубовом столе перед детективом лежала внушительная стопка неразобранных документов: полугодовые отчеты, жалобы горожан на пропавшие из загонов туши скота, мелкие рапорты констеблей. Обычно Рафаэль справлялся с этой рутиной быстро и скрупулезно, но сегодня бумажная работа абсолютно не клеилась.
​Он несколько раз перечитывал одну и ту же строчку в отчете, не вникая в смысл написанного. В его голове, словно навязчивое эхо, снова и снова звучали слова Сирены: «Находясь в смятении, человек способен нести любой бред. Но сейчас, спустя время, он мог оправиться и обрести способность рассуждать здраво...»
​Детективная чуйка Рафаэля, не подводившая его ни разу за годы службы, буквально кричала о том, что официальная версия - лишь трусливая попытка загладить панику среди населения. Дикий зверь? Медведь или сошедшая с ума стая волков? Нет. Звери не вырывают сердца с хирургической аккуратностью, оставляя остальную добычу нетронутой. Звери не выбирают в качестве жертв исключительно взрослых мужчин, хранящих свои мрачные секреты. Здесь кроется нечто более сложное, темное и изощренное.
​Не выдержав нарастающего внутреннего напряжения, Рафаэль решительно отложил перьевую ручку, поднялся со своего места и снял с вешалки легкое пальто. Сосредоточиться на бумагах всё равно не удастся - пока он лично не проверит свои догадки, покой к нему не вернется.
​Выйдя из участка, детектив направился по умощенной брусчаткой улице в восточную часть Миствуда, где располагался скромный, но ухоженный дом мистера Оливера.
​Подойдя к нужному крыльцу, Рафаэль несколько раз стукнул дверным молотком по массивной дубовой двери. Спустя пару минут за дверью послышались торопливые шаги, засов скрипнул, и на пороге появилась хозяйка дома - миссис Элис. Ее лицо, хранящее следы многодневных тревог, просветлело при виде гостя.
​- Здравствуйте, миссис Элис, - вежливо приподнял шляпу Рафаэль. - Я не помешаю вам?
​- Что вы, мистер Рафаэль! Какая помеха? Проходите, пожалуйста, - женщина отступила в сторону, зазывая его в теплый прихожий коридор.
​- Спасибо. Как чувствует себя мистер Оливер? - спросил Рафаэль, снимая шляпу и аккуратно повесив пальто на деревянный крючок.
​- Значительно лучше, слава Богу! - с искренним облегчением выдохнула миссис Элис. - Страшные приступы и ночные кошмары наконец отступили. Проходите прямо в гостиную, муж как раз там отдыхает. А я пока поставлю чайник и заварю нам горячего отвара.
​Рафаэль благодарно кивнул и прошел по узкому коридору в гостиную. Комната встретила его мягким теплом от камина и запахом сушеных трав. На широком диване, обтянутом плотной тканью, действительно восседал мистер Оливер. В руках он держал старинную книгу в твердом переплете, а на его носу покоились очки в тонкой металлической оправе. Послышались шаги, и мужчина поднял взгляд.
​- Здравствуйте, мистер Оливер. Как ваши дела? - мягко поинтересовался детектив.
​- Здравствуй, Рафаэль! - лицо мистера Оливера озарилось доброжелательной улыбкой. Он отложил книгу, снял очки и тяжело, но уверенно поднялся с дивана, протягивая шерифу сильную, по-рабочему огрубевшую руку. - Всё в порядке, спасибо. А ты сам как поживаешь? Проходи, присаживайся.
​Мужчины обменялись крепким рукопожатием, после чего Рафаэль опустился на диван.
​- У меня тоже всё в порядке, работа кипит, - ответил детектив.
​В этот момент в гостиную вошла миссис Элис с подносом, на котором дымился пузатый фарфоровый чайник и стояли три аккуратные чашки.
​- Ой, совсем голова дырявая! - спохватилась женщина, оглядев стол. - К чаю-то у нас ничего и нет, все сдобные сухари и сладости закончились! Вы пока сидите, беседуйте, а я быстро в ларёк на углу сбегаю, куплю чего-нибудь свежего к столу.
​Не успели мужчины проронить и слова возражения, как миссис Элис накинула шаль и шустро вильнула за дверь, которая тихо хлопнула в прихожей.
​- Ох уж эти женщины... Ни минуты на месте усидеть не могут, - с легкой, доброй ухмылкой качнул головой мистер Оливер, провожая жену взглядом. Затем он повернулся к Рафаэлю, и его выражение лица мгновенно стало серьезным и собранным. - Рафаэль... Ты ведь пришел ко мне не просто с визитом вежливости, верно? Ты хочешь снова поговорить о том кошмаре в лесу?
​Рафаэль помедлил пару секунд, подбирая правильные слова, после чего прямо встретил взгляд собеседника:
​- Вы правы, мистер Оливер. Я действительно хотел бы узнать всё, что произошло в ту злополучную ночь. Мне важно понять, что именно вас так сильно напугало. Я знаю вас как человека рассудительного, смелого и не склонного к суеверным страхам. Простой испуг не смог бы подкосить вас настолько сильно.
​Мистер Оливер тяжело вздохнул, взял пузатый чайник и принялся неспешно разливать горячий, парящий напиток по чашкам.
​- Что ж... Я расскажу тебе всё от первой до последней минуты. Без утайки. Только выслушай меня внимательно, Рафаэль. А вот верить сказанному или счесть это бредом умалишенного - решать тебе. Выпей чаю, разговор предстоит не из легких, - с этими словами мистер Оливер протянул чашку детективу.
​Рафаэль принял фарфоровую чашку, над которой кружился легкий пар. Поднеся её к губам, он сделал небольшой глоток и замер. Вкус напитка оказался удивительно мягким, с выраженным пряным оттенком, а аромат напоминал запах глубокой лесной чащи после дождя - смесь чабреца, мяты и какого-то незнакомого, глубокого терпкого корня.
​- Ого... У этого чая весьма необычный запах и странный вкус. Но, надо признать, невероятно приятный и успокаивающий, - заметил Рафаэль, чувствуя, как приятное тепло разливается по животу.
​- Да, этот отвар жена начала заваривать буквально пару дней назад, - улыбнулся мистер Оливер, отпивая из своей чашки. - Говорит, в город приехала новая жительница и поделилась с ней целебным сбором. Сказала, что эти травы возвращают душевный покой и проясняют разум. И знаешь, Рафаэль... Это правда. Впервые за долгий месяц у меня в голове прояснилось, а сердце перестало бешено колотиться при каждом шорохе.
​- Да, я знаю эту девушку, - кивнул Рафаэль. - Ее зовут Сирена, и с сегодняшнего дня она официально принята в наш участок. Но вернемся к той ночи, мистер Оливер. Я весь в внимании.
​Хозяин дома глубоко вздохнул, откинулся на спинку кресла и уставился на огонь в камине, погружаясь в воспоминания:
​- Ну, слушай... В тот вечер я действительно задержался на работе до глубокой темноты - сводил годовые отчеты по мануфактуре и выверял сметы. Когда я покидал контору, городские часы уже давно пробили полночь. На улицах не было ни души - оно и понятно, в такой час все добропорядочные жители Миствуда давно спят в своих постелях. Наш город в это время превращается в тихий склеп.
​Мистер Оливер на мгновение умолк, сделал еще глоток чая и продолжил:
​- Я спокойно шел по мостовой, собираясь свернуть в переулок, который ведет прямо к моему дому. И вдруг на главной улице я заметил силуэт. Это был юный парнишка - совсем еще молодой человек, лет двадцати или двадцати двух. И шел он быстрым, неверным шагом прямо в сторону лесной опушки. Я забеспокоился. Подумал: мало ли что могло случиться у парня в такой поздний час? На прогулку это совсем не походило. Я прибавил шаг, догнал его, окликнул и спросил, куда он направляется в темноте, да еще и к лесу, ведь вокруг и без того ходят пугающие слухи...
​- И что же парнишка? - подался вперед Рафаэль, затаив дыхание.
​- А ничего... Он даже не оборачивался, - тихо произнес мистер Оливер, и в его голосе проскользнула едва уловимая дрожь. - Его взгляд был абсолютно пустым, стеклянным... Словно он находился под действием сильнейшего гипноза или опасного яда. Он вообще не замечал меня! Я схватил его за плечи, начал трясти, пытался привести в чувство, кричал ему в лицо... И тут он медленно повернул ко мне голову, посмотрел своими неживыми глазами и пробормотал лишь одну фразу: «Там она... Мне нужно к ней...» После чего вырвался из моих рук с нечеловеческой силой и рванул в лесную чащу.
​Рафаэль внимательно слушал, не перебивая и подмечая каждую деталь: четкую хронологию, отсутствие сумбура в речи и уверенный тон собеседника.
​- Я стоял там, на грани леса, абсолютно ошеломленный, - продолжал рассказ мистер Оливер. - Думал: что за бесовщина с ним творится? Но бросить юношу одного в ночной чаще не позволяла совесть - побежал следом за ним. В лесу царила непроглядная тьма, ветки царапали лицо. Я звал его, метался между деревьями, пока не вышел к лесной речке. И тут мой взгляд зацепился за шевеление возле большого валуна...
​Мистер Оливер на мгновение зажмурился, словно снова переживал тот кошмар, а затем открыл глаза - в них больше не было безумного страха, лишь глубокая печаль и осознание увиденного:
​- В холодном лунном свете на траве лежал тот самый парень... А сверху на нем восседала девушка. Но это не была обычная женщина, Рафаэль! На ее голове сквозь рыжие волосы пробивались звериные уши, похожие на лисьи или кошачьи. На руках вместо человеческих ногтей длинным острием блестели изогнутые когти. Ее лицо, губы и руки были перемазаны свежей кровью, а в кулаке она сжимала... человеческое сердце.
​Рафаэль почувствовал, как по его спине пробежал морозный холодок.
​- От увиденного ужаса у меня перехватило дыхание, я не мог сделать даже шага - оцепенел, - сдавленным голосом произнес мистер Оливер. - И в этот момент тварь повернула голову в мою сторону. Ее глаза... Боже мой, Рафаэль, ее глаза вспыхнули в темноте зловещим, алым огнем! Оцепенение спало, и я побежал. Бежал без оглядки, не разбирая дороги, ломая кусты. Мне казалось, что погони нет, но вдруг... Она просто возникла передо мной! Словно соткалась из тумана. Я споткнулся, упал на спину, а она нависла надо мной. В тот миг я был уверен, что живым из леса уже не вернусь. А дальше... дальше в глазах потемнело, и наступила звенящая пустота.
​- Я нашёл вас той же ночью неподалеку от той самой речки, - тихо произнес Рафаэль. - Вы лежали без сознания, в глубоком шоковом состоянии, но физически были невредимы. А уже утром мы с вашей женой отправились в больницу, куда вас поместили доктора... Мистер Оливер, скажите честно: вы уверены, что вам всё это не привиделось от усталости и ночных теней?
​Мистер Оливер посмотрел прямо в глаза молодому детективу. В его взгляде не было ни капли сомнения, метаний или безумия. Сказанные слова выходили ровно, осознанно и твердо:
​- Я не знаю, Рафаэль... Я прекрасно понимаю, как дико, глупо и безумно всё это звучит для городского шерифа. Я знаю, что весь Миствуд этот месяц считал меня помешанным стариком, выжившим из ума. Но я рассказал тебе абсолютно всё так, как видел собственными глазами. Я не прошу тебя слепо верить в чертовщину. Но я заклинаю тебя: будь осторожен. В нашем лесу затаилось нечто куда более опасное, чем простые дикие звери.
​Рафаэль промолчал, задумчиво разглядывая остатки чая на дне чашки. Рациональный ум детектива, привыкший опираться лишь на материальные улики, вещественные доказательства и сухие законы физики, отказывался принимать существование мифических монстров. Но глубоко внутри что-то надломилось. Отсутствие сомнений у мистера Оливера, странный гипнотический транс погибшего юноши, хирургически вырванные сердца... Все кусочки этого мозаичного пазла начинали складываться воедино.
​- Спасибо за ваш искренний рассказ, мистер Оливер, - Рафаэль поднялся с дивана и поставил чашку на стол. - Вы оказали огромную помощь нашему следствию. И за чудесный чай отдельное спасибо - он действительно имеет удивительное действие. Я, пожалуй, пойду - дел в участке не ждут. А вы берегите себя и больше не ходите к лесу после заката.
​- Удачи тебе, Рафаэль, - напутствовал его мистер Оливер, провожая до дверей. - И спасибо, что выслушал меня без насмешки.
​Выйдя на улицу, Рафаэль погрузился в свои мысли. На город неторопливо опускались сумерки. Багровое солнце медленно скрывалось за темными силуэтами лесных деревьев, окрашивая туманное небо Миствуда в тревожные кроваво-красные тона.
​Разговор с мистером Оливером занял куда больше времени, чем предполагал детектив. Часы пролетели незаметно, и теперь уличное освещение едва пробивалось сквозь густеющий ночной туман.
​Рафаэль несколько часов бродил по тихим, пустынным переулкам Миствуда, отказываясь возвращаться домой. Он пытливо прокручивал в голове каждую деталь услышанного: стеклянные глаза жертвы, нежный манящий голос, рыжие волосы, когти и алые глаза... Какая часть из этого могла быть галлюцинацией от ядовитых спор лесных грибов или трав? А что, если всё сказанное - чистая правда?
​Только к полуночи детектив вернулся в свою холодную квартиру. Он зажег масляную лампу, опустился за рабочий стол и снова разложил карты леса и подшивки нераскрытых дел. Сон не пришел к нему ни через час, ни через два. Рафаэль до самого рассвета сидел над бумагами, сопоставляя даты убийств, фазы луны и показания свидетелей, и лишь когда за окном начали пробиваться первые робкие лучи утреннего солнца, усталость взяла свое, и он на пару часов забылся тяжелым, тревожным сном.