Часть 8. Последняя тишина

Ночь перед возможной войной была странно спокойной.

Ни криков, ни огня.

Только ветер, который ходил между стенами Иерусалима, как призрак всех прошлых битв.

Балиан стоял на башне один.

Где-то далеко горели костры лагеря крестоносцев. С другой стороны — огни восточных отрядов.

Город снова оказался между двумя мирами.

И снова никто не хотел уступать.

⸻

Последний разговор

К нему поднялась Сибилла.

Она постарела, но в её взгляде всё ещё было то самое — смесь силы и усталости.

— Ты снова здесь, — сказала она.

— Я никогда по-настоящему не уходил, — ответил Балиан.

Она подошла ближе.

— Если начнётся война... ты останешься?

Балиан посмотрел на город.

— Я останусь, пока есть люди, которых можно спасти.

Сибилла долго молчала.

— Ты всё ещё веришь, что их можно спасти всех?

Он слегка усмехнулся.

— Нет. Я просто перестал верить, что можно жить, если даже не пытаться.

⸻

Рассвет

На рассвете прозвучал первый сигнал тревоги.

Корабли крестоносцев подошли ближе.

Лошади били копытами.

Лучники занимали позиции.

Город снова превращался в крепость.

Балиан поднял меч.

И в этот момент он уже не был ни кузнецом, ни рыцарем, ни изгнанником.

Только человеком, который снова оказался на границе истории.