Глава 6. Кровь на камнях

Мы шли по звёздам три ночи.

Днём прятались в тенях скал, пили воду, которую бережно делили на глотки, и почти не разговаривали. Захир был сосредоточен, я — слишком устала для слов. Но по ночам, когда небо зажигалось тысячами огней, мы доставали карту и сверяли путь.

— Ещё день, — сказал он на третью ночь, опуская карту. — Завтра к вечеру мы должны выйти к перевалу. А за ним — долина. Там, по словам хранителя, нас ждёт рукопись.

Я кивнула, но внутри меня росла тревога. Старик сказал, что на перевале нас будут ждать. Я не знала, кто именно, но чувствовала это — тяжёлое предчувствие, которое сжимало грудь, как тугая верёвка.

— Захир, — позвала я тихо.

Он поднял голову. В свете звёзд его глаза казались почти чёрными.

— Я боюсь, — призналась я. — Не за себя. За тебя. За то, что мы можем не дойти. За то, что всё это было зря.

Он помолчал. Затем подвинулся ближе и взял мою руку в свои.

— Ясмин, — сказал он, и голос его был твёрже, чем я ожидала. — Ты не представляешь, как я боялся, когда увидел тебя в библиотеке. Я боялся, что ты откажешься. Боялся, что ты не поверишь моему отцу. Боялся, что ты испугаешься. Но ты пришла. Ты вышла со мной из подземного хода. Ты шла через пустыню и не жаловалась. Ты сильнее, чем думаешь.

Он сжал мою руку крепче.

— И если нам суждено умереть за это знание, — я хочу умереть рядом с тобой.

Сердце моё забилось быстрее. Я не могла вымолвить ни слова, только смотрела на него, чувствуя, как между нами растёт что-то, чему нет имени. Или есть — но я боялась произнести его вслух.

Он отпустил мою руку и поднялся.

— Спи. Завтра тяжёлый день.

Я легла на песок, прижимая амулет к груди, и долго смотрела на звёзды, пока сон не забрал меня.

---

Перевал встретил нас ветром.

Он был узким — не больше десяти шагов в ширину — с отвесными скалами по обеим сторонам. Камни хрустели под ногами, ветер завывал в расщелинах, и каждый звук казался громче, чем был на самом деле.

— Здесь, — прошептал Захир. — Будь готова к чему угодно.

Мы двинулись вперёд. Я шла за ним, сжимая в руке амулет, чувствуя, как металл нагревается от моего тепла.

Мы прошли уже половину пути, когда я услышала звук. Свист. Рассекаемый воздух.

— Ложись! — закричал Захир.

Я рухнула на землю в тот же миг, когда стрела вонзилась в камень в двух пальцах от моей головы.

Сердце пропустило удар. Я не видела стрелка, но услышала, как по скалам эхом разносится смех.

— Я знал, что вы придёте, — раздался голос. Холодный, насмешливый. — Дети предателей. Думали, что сможете обмануть судьбу?

Из-за камней вышел человек. Высокий, худой, с лицом, изрезанным шрамами, как старое дерево. На поясе у него висел лук, а в руке он сжимал кинжал, отражающий тусклый свет.

— Кто ты? — спросил Захир, вставая и заслоняя меня собой.

— Тот, кто должен остановить вас, — ухмыльнулся мужчина. — Тот, кто знает, что рукопись не должна попасть в руки таких, как вы. Она должна быть уничтожена. Или... — он сделал шаг вперёд. — Или использована теми, кто знает её истинную цену.

Захир не ответил. Вместо этого он выхватил кинжал с пояса и бросился на врага.

Я вскрикнула, но слова застряли в горле. Они схватились в узком проходе, и я видела только мелькающие тени, слышала только звон металла и тяжёлое дыхание.

— Беги, Ясмин! — закричал Захир, отступая под натиском противника. — Беги к долине!

Но я не могла бросить его.

Я стояла, сжимая амулет, и чувствовала, как внутри меня поднимается что-то горячее. Гнев. Страх. Отчаяние. Я не знала, что делаю. Я просто хотела помочь.

Я закрыла глаза и прошептала первые слова, которые пришли в голову — суру, которую читал Захир в мечети. Слова текли сами, без моего ведома, и вдруг амулет в моей руке вспыхнул холодным белым светом.

Свет вырвался из моей ладони и ударил в противника. Он вскрикнул, отпустил Захира, прикрывая лицо руками. Этого мгновения было достаточно. Захир рванул вперёд и нанёс удар.

Кинжал вошёл в плечо врага. Мужчина закричал, упал на колени, и из раны хлынула кровь, окрашивая серые камни в багровый цвет.

Захир стоял над ним, тяжело дыша. Он не добил его. Просто смотрел, и в его взгляде читалась такая же смесь страха и решимости, как у меня.

— Убирайся, — сказал он. — И скажи тем, кто тебя послал — мы не остановимся.

Он отступил и подошёл ко мне. Я всё ещё держала амулет в руке, глядя на человека, который корчился на земле.

— Ясмин, — сказал Захир. — Мы должны идти. Быстро.

Я кивнула. Мы побежали через перевал, оставляя за спиной побеждённого врага и кровь на камнях.

Когда мы выбежали в долину, солнце уже садилось. Перед нами расстилалась зелёная долина, и в её центре, на холме, стояло старое здание. Маленькое, почти разрушенное, но оно было там. Дом, где спит знание.

Мы упали на траву, тяжело дыша. Захир повернулся ко мне и взял мою руку, в которой всё ещё горел амулет.

— Ясмин, — сказал он, и в голосе его звучало изумление. — Что это было? Как ты это сделала?

Я покачала головой.

— Я не знаю. Я просто прочитала суру, которую ты читал. И... свет появился.

Захир смотрел на меня, и его глаза были полны света — отражения амулета или чего-то другого.

— Ты не просто дочь каллиграфа, — прошептал он. — Ты больше.

Он приблизился ко мне. Я видела его лицо так близко, чувствовала его дыхание, и понимала, что мы больше не просто два человека, ищущих ответы.

— Ясмин, — прошептал он. — Я не знаю, что нас ждёт в этом доме. Но я знаю одно. Я не хочу больше прятать того, что чувствую.

Он коснулся моей щеки, и его пальцы были тёплыми и дрожащими.

— Я люблю тебя, — сказал он. — С той самой минуты, как увидел тебя в библиотеке.

Слёзы потекли по моим щекам. Я сжала его ладонь своей.

— Я тоже, — прошептала я. — Я тоже.

Он улыбнулся, и в этой улыбке было всё — боль, радость, страх и надежда. Он притянул меня к себе, и я уткнулась лицом в его плечо, чувствуя его запах, его тепло, его любовь.

— Идём, — сказал он. — Нам пора.

Мы встали и двинулись к дому, стоящему на холме. Внутри нас горел огонь, и мы знали — мы прошли через тьму, чтобы увидеть свет.