Глава 3. Под землёй и над звёздами

Я не спала той ночью.

Вернувшись в наш дом, я зажгла свечу и села на пол в своей комнате, глядя на стопку книг, которую собрала за полчаса. Дрожащими руками я перебирала вещи: старый платок матери, который отец хранил как зеницу ока; калам, подаренный мне в день совершеннолетия; несколько листов чистой бумаги и чернила.

Всё остальное я оставляла здесь. Дом, который пах отцом. Двор, где я выросла. Соседей, которые знали меня с пелёнок.

Когда в доме всё стихло, я выскользнула во двор. Луна уже клонилась к горизонту, и первые серые полосы рассвета начали прорезать небо на востоке. Я шла по пустым улочкам Хамадана, прижимая к груди узелок с вещами, и каждый шаг отдавался в груди гулким эхом.

У старых ворот меня уже ждали.

Захир стоял у массивной деревянной двери, покрытой резьбой, которую я видела сотни раз, но никогда не обращала внимания. В руках у него был небольшой мешок, а на поясе висел кинжал. Увидев меня, он облегчённо выдохнул.

— Я боялся, что ты не придёшь, — сказал он тихо.

— Я боялась, что ты не придёшь, — ответила я с лёгкой улыбкой.

Он кивнул в сторону ворот.

— Подземный ход начинается прямо здесь. Смотри.

Он провёл рукой по резьбе, и я заметила, что один из узоров — не просто узор. Это была замочная скважина, искусно замаскированная в вязи листьев и цветов. Захир достал из-за пазухи маленький ключ — старый, бронзовый, с выгравированным на нём полумесяцем — и вставил его в скважину.

С глухим щелчком часть стены отошла назад, открывая тёмный проём. Оттуда пахнуло сыростью и древностью.

— Я пойду первым, — сказал Захир. — Держись за мою руку. Там темно и местами узко.

Я шагнула за ним в темноту, и проход закрылся за нами с таким же глухим щелчком.

---

Стены подземного хода были влажными и холодными. Кое-где с потолка капала вода, и звук капель разносился по коридору, создавая странную, почти мистическую музыку. Захир шёл впереди, крепко держа мою руку, и в темноте я видела только его силуэт.

Мы шли долго. Мне казалось, что прошла целая вечность, но на самом деле, наверное, не больше получаса. Вдруг Захир остановился, и я чуть не врезалась в него.

— Слышишь? — прошептал он.

Я затаила дыхание. Сначала ничего — только капли и тишина. А потом я услышала. Шаги. Сзади. Кто-то шёл за нами.

— Нам нужно быстрее, — выдохнул Захир, и я услышала в его голосе металлические нотки. — Мы почти у выхода.

Он потянул меня за собой, и мы почти побежали, спотыкаясь в темноте о камни. Я чувствовала, как сердце колотится где-то в горле, как руки дрожат, а ноги ватные. И этот звук шагов сзади — он становился всё ближе.

Внезапно впереди появился слабый свет — серый, утренний. Выход.

Захир рванул вперёд, толкнул какую-то дверь, и мы вывалились наружу, ослеплённые первыми лучами солнца. Я упала на колени, вдыхая чистый утренний воздух, такой сладкий после сырости подземелья.

— Быстро! — закричал Захир. — Нам нужно укрыться!

Я поднялась на ноги и огляделась. Мы были за городской стеной, на холме, поросшем диким кустарником. Внизу текла река, и на её берегу стояла маленькая старая мечеть, уже полуразрушенная.

— Туда! — показал Захир.

Мы побежали вниз по холму, не оглядываясь. За спиной я слышала, как дверь подземного хода со скрипом распахнулась, и чей-то голос выкрикнул что-то неразборчивое. Но мы уже скрылись за развалинами мечети, прижимаясь спинами к холодным камням.

Тяжело дыша, я прислушалась. Шаги затихли.

— Они не пошли за нами, — прошептал Захир. — Или потеряли след.

Я хотела что-то ответить, но вдруг внутри меня что-то сжалось. Я прислонилась к стене и закрыла глаза. Слёзы — не от страха, а от облегчения — потекли по моим щекам.

Захир подошёл ближе и осторожно взял мою руку. Его ладонь была тёплой, несмотря на прохладное утро.

— Мы справились, — сказал он мягко. — Мы вышли. Теперь осталась самая малость — найти карту.

Я открыла глаза и посмотрела на него. Первые солнечные лучи падали на его лицо, и я увидела, как усталость и тревога сменяются в его глазах чем-то новым. Надеждой.

— Карта, — повторила я, вытирая слёзы. — Ты знаешь, где её искать?

Захир кивнул.

— В свитках была подсказка. Я запомнил её, когда читал. Там написано: "Там, где вода встречается с камнем, и солнце встаёт из-за трёх пальм". Это недалеко. Я знаю это место. Это старое русло реки, где когда-то была караванная тропа.

Он помолчал.

— Ясмин, это будет не просто прогулка. Нам придётся идти пешком, через пустыню, почти без воды. Ты готова к этому?

Я посмотрела на его лицо, на тени, которые лежали под его глазами, на кинжал на поясе. Посмотрела на свои руки — тонкие, привыкшие к каламу и бумаге, а не к дороге. И вдруг я поняла, что боюсь не пустыни. Боюсь, что если я откажусь, то никогда не узнаю, кто я на самом деле.

— Готова, — сказала я. — Просто веди меня.

Захир улыбнулся — той же тёплой, мягкой улыбкой, что и в беседке. И я снова почувствовала, как внутри меня загорается тот самый огонь.

Он поднялся, помог мне встать, и мы двинулись вперёд — по холмам, в сторону старого русла реки, туда, где нас ждала карта, написанная руками мёртвых, и тайна, которая могла изменить всё.

А позади, в развалинах мечети, чья-то тень смотрела на наши уходящие фигуры. И в руках у тени была такая же бирюзовая бусина.