Глава 5

За следующую рабочую неделю переписка заметно преобразилась. В ней снова нашлось место непринужденному общению: фотографиям еды на перерыве, пересланным посты с забавными новостями, вроде поздравления с «Днем гнома», обсуждениям планов на вечер. В ходе такой болтовни Итан напоминает про существование компьютеров, а в частности игр. С тех пор, как Элио съехал от родителей, он ограничивался только телефоном. Но после сообщений о задротстве явно загорелся желанием залипнуть во что-нибудь на часок-другой. Он пишет об этом не намеком, а открыто: «Пригласишь поиграть вместе?». На что, очевидно, получает согласие. Договора на определенный день пока не было, но карандашиком в списке планов записали.
[14:23, 19.09.2025] Лаймоед: сегодня пятница, а это что значит?
[14:23, 19.09.2025] Лаймоед: свечки!свечки!свечки!
[14:24, 19.09.2025] Лаймоед: я на работе до 6...
[14:25, 19.09.2025] Дружочек: Заеду за тобой.
[14:25, 19.09.2025] Лаймоед: мечта, а не мужчина

Когда рабочий день Элио подходит к концу, а сам он выходит из здания, на парковке уже стоит знакомый автомобиль. Фары мигают, обозначаясь на случай, если Элио забыл, как выглядит машина его без пяти минут личного водителя.
- Это тебе.
Итан протягивает стакан с кофе, остывший за время ожидания, и крафтовый пакет, из которого вовсю доносился запах свежей сладкой выпечки и сытного сэндвича. Последний привлекает внимание в первую очередь. Элио не мог назвать себя сладкоежкой, да и после работы съешь он только сладкую булочку, так и остался бы голодным. Так что сэндвич оказывается кстати на сто процентов. Но прежде, чем уничтожить его, Элио с недоверием косится в сторону друга и уточняет:
- Можно есть прямо в салоне?
- Тебе можно всё.
- Тихо-тихо, мой хороший. Я ведь скромничать не стану. Такие привилегии, как ими не воспользоваться?
- Жуй давай. И смотри не испачкай мне ничего. Иначе заставлю языком вылизывать.
- Речь все еще идет про машину? – Элио бросает на друга взгляд, соответствующий шутке: хитрый прищур и гаденькая улыбочка, которая в моменте сменяется всплеском смеха. Теперь, когда Элио знает, что Итана так легко можно засмущать подобной глупостью, он не упустит возможность. – Мило краснеешь, дружочек. Не знал, что ты так умеешь.
- Допиздишься.
В качестве жирного намека: «Перестань болтать и начни есть конец», Итан включает музыку. Негромко, рассчитывая еще поговорить. Но пока его пассажир был занят, сам он следит за дорогой, задумчиво постукивая пальцами о руль в такт незнакомого трека.
- Я снова человек. – разобравшись с едой в первую очередь, Элио делает последний глоток кофе и убирает пустой стаканчик в пакет с остальным мусором, - Сколько я должен?
- Деньгами не беру.
Ответ заставляет снова засмеяться. Хорошая попытка смутить Элио в ответ, но этого было недостаточно. И пока он думал, как бы в саркастическом тоне дать об этом знать, Итан следующим вопросом меняет тему разговора:
- Ты с кем-то встречаешься сейчас?
- Нет? Так бы я пошел ковыряться с воском с этим «кем-то», не думаешь?
- Почему без отношений?
- А ты?
- Мы говорим о тебе. Не хочешь это обсуждать?
Элио не отвечает мгновенно, вопрос заставляет его задуматься. Он избегал этой темы, не рассказывал о своих попытках построить с кем-то отношения как минимум потому, что они быстро заканчивались. Но, если и приходилось обсуждать, всегда говорил «мой партнер», никогда «моя девушка». Лишних вопросов это не вызывало, шифроваться подобным образом, не позволяя узнать о своих предпочтениях, казалось несложным и между тем необходимым. Расскажи он кому-то, какая была бы реакция? Пришло время проверить.
- Дело не в этом, просто там нечего обсуждать. Есть один парень, который мне давно нравится, но это не взаимно. Вот и все.
- Не взаимно С ТОБОЙ? – это было искреннее удивление вперемешку со смятением, - И что ты в нем нашел? У человека же явно нет вкуса.
- Тебя только это волнует?
- А что еще?
- Я гей.
- И? – звучит довольно отрезвляюще. Именно с той интонацией, что считывалась так, будто в этом не было проблемы. И весь тот замок, состоящий из тревожных картинок, где их дружба подходит к концу и Итан его избегает, испытывая отвращение, рушится как карточный домик. – На самом деле, я догадывался.
- С чего это?
- Не знаю, есть в тебе что-то...
- Что? Гейское? Допиздишься. – в наглую крадет любимое слово Итана, которым он из раза в раз давал понять: «Уже не смешно. Заканчивай». Выходит доходчиво.
- Если без шуток, в школе ты был популярен у девушек, но ни с одной из них так и не встречался.
- Это не повод думать, что они не интересуют меня вовсе. – в этот раз причиной для смешка становится чужое глупенькое умозаключение. И раз уж они все равно попали в пробку, время на то, чтобы обсудить это, было. – На самом деле, я понял, что меня не привлекают девушки, уже после школы. Подростком я не был заинтересован в отношениях, вне зависимости от моей ориентации. Но спасибо за наблюдение.
Самое время было бы подметить, что и Итан не был замечен за построением романтических отношениях с кем-то в школьный период. Закрыв глаза на его недавнее расставание, конечно, потому что иначе шутка не имела бы смысла. Но даже так она не была озвучена. Сейчас интересовало совершенно другое.
- Так значит, тебе все равно? Я имею в виду, тебя ничего не смущает? Все остается, как и прежде?
- Что-то должно поменяться из-за того, кто ты есть?
Может, в моменте Элио и казалось, что он готов наконец обсудить это с другом, на деле это оказалось не так. Реакция была спокойной, в духе Итана, и не имела ничего общего с тем ужасом, который он успел нафантазировать за то время, что держал все в себе. Несмотря на это, к горлу подступает ком, и слова отказываются произноситься. Сказать вслух о своем страхе быть отвергнутым оказывается слишком тяжело.
- Думал, я отвернусь от тебя, когда узнаю, поэтому сделал это первым? Ты поэтому пропал и морозился от предложений встретиться? – сложив пазл воедино, догадаться самому проблемы не составляет. Толком объяснять ничего не приходится, а в качестве ответа было достаточно кивка. – Какой же ты придурок, я не могу. Попробуй в следующий раз поговорить со мной прежде, чем решить все за нас двоих, окей?
- Ты слишком хорошо меня знаешь.
- А ты меня видимо нет, раз сделал подобный вывод. Встречайся с кем хочешь и не загоняйся, что какой-то перец не отвечает тебе взаимностью.
- На самом деле...Я ему даже не признавался.
Ответом на неловкое уточнение служит тяжелый вздох Итана. Он оборачивается в сторону друга и смотрит на него с таким выражением лица, которое говорило само за себя. Максимальное осуждение, ноль понимания.
- Как ты можешь говорить, что твои чувства не взаимны, если он о них даже не в курсе? Сколько ты уже по нему сохнешь?
- Четыре года.
- Блять, лучше бы не спрашивал.
Пока Итан выбирал выражение между «Я шокирован», что выглядело культурно, но не выражало достаточно спектр его эмоций, и «Я в ахуе», что было уже больше похоже на правду, рассчитывать, что Элио прочувствует абсурдность своих решений, озвучивая их вслух, не приходилось. Упомянутый страх отвержения был сильнее, чем желание честно рассказать о своих чувствах.
- Бери телефон, пиши ему. Только прямым текстом, без намеков и метафор. Вдруг он так же не понимает их, как и я.
В этот момент уже было не ясно, с чего конкретно впадать в ступор: с чужой настойчивости влезть в личную жизнь или с этого хождения вокруг да около, где один шаг в сторону, и все сказанное наконец предельно ясно укажет на Итана, как на человека «без вкуса» и «перца», о котором все это время шла речь.
- Сдурел? Не буду я никому писать.
- Пиши. И либо мы с хорошим настроением наконец доедем до мастерской, либо сменим маршрут на, так уж и быть, какой-нибудь бар. Заодно выпьем за потраченные мной два года жизни на бывшую.
- А ты не говорил, что хочешь отпраздновать.
Элио не сдерживает улыбки, в это время копаясь в телефоне в поиске нужного чата. В целом, он никогда и не скрывал свое отношение к этой девушке. Но впервые его колкая шутка нашла отклик и у Итана, заставив улыбнуться.
[19:05, 19.09.2025] Лаймоед: я люблю тебя уже 4 года. придурок.
На экране телефона с включенным навигатором высвечивается сообщение, которое Итан успевает прочитать, не переходя при этом в чат. Реакция все та же: вздох и легкое раздражение в голосе.
- Очень смешно. Не хочешь, не надо.
Элио смеется искренне. Так и не скажешь, что это нервное. Он не думал дольше секунды прежде, чем написал сообщение и отправил его. Без шуток, по-настоящему. И как того просил сам Итан, без намеков, вроде все той же красивой луны, а прямым текстом – и он все равно не понял.
Так держать. Ни шагу вперед!
В конце концов, они оказываются в мастерской, где их уже ждали остальные участники мастер-класса: две парочки, которые по всей видимости пришли сюда на свидания. Если учесть разговор по дороге, а теперь компанию на следующие пару часов – все это складывается в день, после которого Элио придется попить чай с ромашкой. Как минимум.
- Прошу, займите места. У каждого из вас на стуле подготовлен фартук. Наденьте его перед работой, и давайте приступим. Сегодня каждый уйдет отсюда со своей уникальной свечой.
Стоило приступить к работе, напряжение и тревога тут же отходят на второй план. Элио концентрируется на приятных мелочах вроде выбора баночки для будущей свечи, но что было для него важнее – выбор аромата. Главный пунктик, без которого все остальное не имело значения. Взгляд в первую очередь падает на цитрусовые: лайм и мандарин. Очень похоже на Элио. Но хватает пару раз провести флакончиком перед носом, чтобы поймать аромат и вынести ему вердикт - приятный, но уже до жути привычный. А значит поиск подходящего под настроение продолжается. Ваниль банально, лаванда ассоциировалась с кондиционером для белья, карамель слишком сладкая, настолько, что Элио недовольно морщит нос, а сразу после чихает. Вердикт: «Химоза».
- Ты выбрал? – поднимает глаза на Итана, заметив, что тот уже перешел к следующему этапу и начал растапливать воск. – Так быстро...А что?
- Апельсин. И имбирный пряник.
В этот момент Элио готов шлепнуть себя ладонью по лицу, что означало бы только одно – ему даже в голову не пришло, что ароматы можно смешать. Хотя казалось бы, этому ничего не препятствовало. Теперь на то, чтобы определиться, уходит удивительно мало времени, учитывая муки выбора до этого. Пару капель той самой банальной ванили и еще столько же шоколада. Вместе они создавали союз, напоминающий горячий сладкий какао с зефирками, беззаботное детство, теплые разговоры на балконе, укрывшись одеялом, и человека, сидящего по левую руку, старательно делающего свою свечу.
- Ты раньше постоянно занимался чем-то подобным. Сегодня рисуешь, завтра фотографируешь, послезавтра играешь на гитаре. А потом зовешь сделать что-то подобное. Я все еще под впечатлением от посещения гончарной мастерской.
- В хорошем плане?
- Ну, скажем так: интересный опыт.
Усмехается, ограничиваясь таким ответом. Итан не причислял себя к людям творческим, зато так он мог охарактеризовать своего друга. Ему бы не пришло в голову потратить свой выходной на то, чтобы криво-косо сделать керамическую кружку, нарисовать картину или собрать браслет из натуральных камней – эта часть «интересного опыта» была получена, стоило соглашаться на все, что предлагал его неусидчивый друг. Итан еще ни разу не смог отказаться. Может, ему это все и не было близко, зато нравилось ощущение, что среди прочих друзей, Элио первым делом шел с предложением к нему. Быть выбранным и провести вместе время – вот, что было важно. Как имело уже меньшее значение, если речь не заходила про клуб. Хотя и здесь Итан сделал исключение.
- Так что? Работа в офисе убила в тебе творца?
- Вроде того. – Элио равнодушно пожимает плечами. И, предугадывая следующий вопрос, добавляет, - Я много за что хватался, но ничего не умел в совершенстве. Так что мое творчество меня бы не прокормило. А вот работа в офисе – да.
Было ли о чем сожалеть? Пожалуй, да. Ту самую творческую сторону пришлось похоронить несколько лет назад и сделать рациональный выбор в пользу стабильности. Пока нереализованное находило выход в подобных вылазках, в скетчах на обратной стороне уже ненужных рабочих документах, в пении в душе или на кухне, пока готовишь завтрак, а потом красиво фотографируешь для десяти подписчиков, которые увидят это фото в сторис. И этого было достаточно.
Элио охотно болтает, пока Итан преимущественно выступает в качестве молчаливого слушателя – абсолютно обычная, а главное комфортная для них динамика. Темы для разговора находятся одна за другой. Неудивительно, что после перерыва в общении они найдут, что обсудить. Стоило только начать.
Несмотря на то, что Элио долго провозился с выбором отдушки, остальные этапы создания свечи проходят в бодром темпе. Можно подумать, что он каждый день после работы закрывается на своей кухне, практикуя свечеварение. По крайней мере, такая мысль проскальзывает у Итана, столкнувшегося с трудностями, решить которые самостоятельно у него не получилось. А значит выход был один: тяжело вздохнуть и ждать, когда ему предложат помощь. Не иначе. В любом случае, Элио обращает на него внимание сразу же. Двигается ближе, вклиниваясь между другом и столом, теперь вместе в четыре руки стараясь исправить ситуацию, а именно – закрепить фитиль, чтобы тот позорно не потонул в растопленном воске.
Занимаясь миссией по спасению всего результата в целом, они не сразу замечают пристальный взгляд парочки напротив. Те были абсолютно лишены суеты, наслаждаясь обстановкой и процессом. Так что, когда напротив них начинается небольшая паника, инициируемая Элио, оба поднимают глаза, теперь наблюдая за тем, как он активно руководит процессом, пока Итану остается только придерживать баночку с растопленным воском внутри, чтобы та не перевернулась, и смотреть на друга, делающего остальную работу. Вероятно, задержав на нем взгляд дольше, чем нужно, из-за чего со стороны прилетает вопрос, заслуживающий отдельное обсуждение тактичности:
- Ребят, вы встречаетесь?
Вопрос заставляет моментально отвлечься от проблемы с фитилем, к этому моменту уже надежно закрепленным сверху свечи без шанса снова окунуться в воск, поднять глаза и пересечься взглядами с двумя любопытными незнакомцами.
- Вовсе нет. А что, какие-то проблемы? – ответ вылетает неожиданно резко, с интонацией напрочь лишенной дружелюбности. Итан прежде не слышал, чтобы его неконфликтный друг, умеющий легко находить подход к любому человеку, когда-то мог отмахнуться от чужих слов подобным образом. Скорее стоило бы ожидать язвительную шутку в ответ или непринужденное подтверждение догадки с абсолютно очевиднейшим сарказмом, а не агрессию. Но сегодня что-то заставило Элио начать защищаться, хотя никто на него не нападал.
- Ох, простите. Вы просто мило смотритесь вместе, вот я и подумала...Извините, что влезла не в свое дело. – девушка моментально заметно краснеет, начиная спешно оправдываться. Говорила она явно быстрее, чем думала, потому что в следующий момент в дополнение вылетает еще одна сомнительная фраза, - Кажется, мой гей-радар сегодня не сработал.
- Чего?
Элио недовольно морщится. Лицо Итана как обычно не транслирует ни одну распознаваемую эмоцию. И справедливости ради именно сейчас у него действительно в голове разве что хлопала тарелками обезьянка. Причины назревающего конфликта и, в частности, реакции его друга были не ясны и скорее вводили в заблуждение. Щеки незнакомки, создавшей всю эту неловкую ситуацию, уже вовсю горели, по цвету приближаясь к заколке в виде мухомора, прицепленной к одной из прядок рыжих кудрявых волос. Спасать положение и разряжать обстановку принимается ее спутник, уже протягивающий руку через весь стол.
- Ной, приятно познакомиться. Это моя подруга Алекс. Простите нам излишнее любопытство.
- Так вы тоже не пара? - Итан возвращает этот вопрос отправителям, чем вызывает улыбку на лице Ноя и тихий смешок. Ответить он не успевает, его подружка вновь оказывается быстрее.
- Не-а, он гей.
Признание звучит так просто и естественно. В кругу людей, которых они видели в первый и, вероятно, последний раз в жизни. После того, как чуть было не наткнулись на агрессию, приняв двух парней за пару. И тем не менее девушка произносит это так легко, без стеснения, а Ной, о ком и идет речь, не перестает дружелюбно улыбаться. И это так странно отзывается внутри у человека, который сначала потратил время на осознание своих предпочтений, затем на принятие, а после на то, чтобы признаться в этом своему единственному близкому другу. А кому-то этот путь дается так просто? И им ничего не стоит заявить о подобном? Неужели нет ни капли страха, ни капли стеснения? Это нечестно.
- Элио тоже.
- О, так мой радар все же частично работает? - Алекс не скрывает своей радости. Реакция бурная, несдержанная, улыбка широкая и глаза блестят, будто подтверждение ее суперспособности было настолько важно. В этот раз девушка не торопится зажиматься, сгорая от стыда, напротив, обращается к Ною, заявляя ему все с тем же неубиваемым гипер позитивным настроем, - А я говорила!
Происходящее вокруг похоже на абсурд. Хоть Элио привык быть окруженным другими людьми, зачастую такими же активными и шумными, как он сам, привык находиться непосредственно в центре таких компаний, но сейчас он чувствовал себя некомфортно. Настроившись на тихий уютный вечер, наполненный приятными ароматами свечей, процессом создания своей ручной работы, под негромкую музыку и разговоры ни о чем, в моменте смена этих самых планов на взаимодействие с людьми отзывалась дискомфортом. Будто он кот, что нежился под теплым солнцем из окна, которого подняли с нагретого места и теперь пытались запихнуть в ванную, а он уперся в ее бортики лапами и орет, как потерпевший. Не иначе. Социальная батарейка была уже практически на нуле. И разговоры об ориентации разряжали ее только сильнее.

- О, ты, видимо, не афишируешь это? - Ной демонстрирует свои навыки проницательности, но, по мнению Элио, было уже слегка поздно. О чем он явно дает понять недовольным «Браво» в ответ. - Ну, раз уж вышло так, как вышло...Не переживай, мы нормально к этому относимся. Очевидно.
- Мне-то что? Мы с вами видимся в первый и последний раз.
- А вы, ребята, не хотите посидеть где-нибудь, как закончим здесь? Мы такие голодные, если честно. - Алекс вновь вмешивается в разговор, когда решает озвучить предложение о совместном ужине общей компанией. Ной, услышав про планы, о которых он не был осведомлен, согласно кивает, легко поддерживая эту затею. И Элио тоже согласился бы, если бы этот день уже не высосал у него весь запас сил.
- Можно. Но не сегодня.
Отказ звучит вежливо, уже без попытки уколоть словом, демонстрируя свое недовольство. Да, может, начало знакомства не задалось, но крест на этой парочке Элио не ставит. Они, может, случайно и триггернули его своими расспросами, но, если так подумать, за этим столом сейчас сидели единственные люди в его окружении, которые знали, кто он есть. Не считая тех двух бедолаг, которые и правда были парой, пришедшей сюда на свидание и последние пятнадцать минут то и дело косились на хаотично сформировавшуюся шумную компанию. В общем, дать шанс общению стоило. Просто позже.
Обменявшись номерами, разговоры через половину стола утихают. Они снова разбиваются на пары, чтобы доделать то, ради чего все и собрались - свечи. Нужно было лишь дождаться, когда они полностью застынут, но делать это придется уже явно не в студии. Оставшееся отведенное время каждый тратит на то, чтобы упаковать свою работу и забрать с собой, попутно прощаясь с хозяйкой мастерской. В случае Элио и Итана, еще и с ребятами, что проявили к ним повышенный интерес сегодня. Правда пока было непонятно, плюс это или минус.
- Извини за это. - Элио обращается к другу, стоило оказаться в салоне его автомобиля.
- Ты о чем?
- Они назвали нас парой. Я понимаю, что тебе это может быть противно.
- Вовсе нет? - Они встречаются взглядами. И пока в глазах Элио читалась тревога, у Итана - замешательство. Он не понимал, почему друг реагирует подобным образом, почему извиняется и почему так сильно волнуется сейчас. Он и не поймет, пока Элио не найдет нужным объяснить. Но не сейчас.
- Будь другом, подбрось до дома. И спасибо, что составил компанию.
- Всегда пожалуйста.