Глава 3. О пользе дружбы с врачём

В нос ударил едкий запах нашатыря. Грудь наполнилась воздухом, парень ощутил тяжесть своего тела, внезапно стало очень холодно. С трудом он открыл слипшиеся глаза. Перед ним на коленях стоял Олег, крутящий перед его носом ватку с нашатырём, другой рукой нащупывая пульс на сонной артерии. Пришло осознание. Живой. Он живой. Он чувствует всё вокруг себя, он чувствует своё тело.

- Родной, живой! Слава богу, - радостно вскрикнул темноволосый парень, после чего расслабленно выдохнул и сел на пол, убирая растрёпанные волосы назад. Иронично, что тот далеко не верующий, но в такие моменты ничего не оставалось, кроме того, что молиться.

«Воскресший» Никита протяжно прокряхтел, обратно закрывая глаза.

- Эу, ты давай обратно не отетывайся, - Олег сразу оживился, обратно прикладывая пропитанную нашатырём ватку к лицу друга.

Колющий запах заставил прокашляться. От резких вздрагиваний руку резко свело болью, от чего он приглушённо завопил. За то время, проведённое на той стороне, он совсем забыл, что такое чувствовать боль. Совсем забыл, от чего умер.

Олег трепетно поднял израненную руку друга, укладывая её на полотенце. Убедившись в том, что Никита пришёл в себя, он едва дотронулся до пореза, от чего тот зашипел.

- Ты тупой чтоли, больно же, - невнятно пробормотал Никита, которому казалось, что он повторно умирает.

Олег заканчивал 3 курс медицинского. Если кому-то Никита мог доверить свою жизнь, так это ему.

- Тихо, родной, потерпи, жить будешь, - сразу начал мельтешить Олег, параллельно ища в аптечке что-нибудь для обработки раны.

- Да я же себе вену полоснул, какой жить буду? - речь становилась всё невнятнее.

- Ты вену едва задел, сознание от боли потерял. Если бы и умер, так только от того, что ты бошкой об кафель приложился, - объяснял Олег, дизенфицируя рану первым попавшимся под руку антисептиком.

- Я того... - слова Никиты внезапно прерывались, - Я же реально умер. Я там был. На нашем месте.

- На той крыше чтоли? Вай ба, сколько мы там не были, - Олег крутил худощавую руку пострадавшего, вытирая с неё кровь.

С горем пополам Олегу удалось посадить Никиту, облокотив его на ванну, предварительно накинув на его плечи свою кофту, ибо тот трясся как осиновый лист. Никита всё ещё бредил, сознание не прояснялось.

- Дай ещё раз, - он смято показал здоровой рукой на нашатырь.

Олег, смирно сидевший рядом, спохватился и на несколько секунд прислонил баночку к лицу. Противный запах пробрал мозг, разливаясь по телу мурашками. В секунду он «отрезвел». Туман ушёл с сознания, устоканивая мысли. Зрение не прояснилось, слетевшие перед смертью с лица очки лежали где-то рядом. Чуть поёрзав здоровой рукой рядом с собой, он нащупал оправу. Олег сразу подхватил их, вытер об домашнюю футболку и заботливо одел их на лицо Никиты. Размытые силуэты стали чёткими. Рядом - Олег, перевязывающий Никите запястье. Те же пушистые кудряво-лохматые волосы, практически каре, тёмные, заботливые глаза, руки измазаны в крови. Лицо непривычно испуганное. Он уже как год проходил практику в больнице, миллион раз проходил первую медицинскую помощь. Но когда в таком положении оказался его близкий человек - вся зазубренная теория в миг забылась. Никита запрокинул голову назад, сразу пожалев об этом, когда глаза закололо от яркого света. Затылок пробрала режущая боль, правильно Олег сказал, то, что он влетел головой об пол, не пройдёт для него незаметно.

Он отпустил голову вниз, осмелившись посмотреть на травму. Бинты на порезе окрасились в алый, на кисти руки оставались кровяные разводы. Домашняя рубашка так же была испачкана. На кафеле практически высохла лужа крови. Олег последний раз прокрутил бинт вокруг руки Никиты, фиксируя его крепче.

- В принципе всё... - Силы есть встать или хотя бы сидеть? Ты скажи, до кровати донесу.

Никита качнул головой. Он не слабак, чтобы его кто-то нёс до кровати. Даже если этот кто-то - его лучший друг. Он подмял под себя ноги, пытаясь подняться на ноги, покачиваясь. Голова неумолимо кружилась. Первая попытка уловить равновесие закончилась полётом, которое вовремя остановил Олег, поймав его.

- Так не, родной, так не пойдёт. Пойдём-ка со мной, - Олег перекинул руку Никиты себе через плечо, помогая встать.

Так через несколько минут они доковыляли до кухни. Никита сразу же приземлился на стул, укладывая кипящую от мыслей голову на стол. Олег пододвинул к нему стакан воды.

- Кофе завари, пожалуйста, - не поднимая голову, попросил Никита.

- Не-не-не, я только тебя с того света вытащил. Не для того я это делал, чтобы ты себя кофеином убивал, - сложив руки на груди, отчитывал воскресшего Олег.

Никита жалобно проныл, но всё же отхлебнул воду.

- Есть будешь?

- У меня холодильник пустой.

- Найдём что-нибудь. Так будешь?

Никита помотал головой. Есть не хотелось вообще. Олег сел напротив, молча смотря на друга.

На улице всё ещё царила темень. Когда он с истерикой завалился в ванну, ещё было «вчера» - 30 мая. «Сегодня» всё-таки наступило для него, от этой мысли появилась улыбка на лице. Завтра наступит лето для миллиардов людей, но для него оно будет особенным, как будто оно придёт специально для него. И всё же, сколько он провёл там? Когда его нашёл Олег, в какой момент его размышлений?

- Олег, - сначала просто позвал его Никита, пока формулировал вопрос, - когда ты меня нашёл? Ну, типа, сколько я там лежал?

Олег вздрогнул, когда Никита оторвал его от размышлений.

- Недолго. Ты заорал, я сначала не понял, что происходит, - спал. Потом что-то грохнулось, что-то разбилось, я вскочил и туда побежал. Я захожу, а там... - Олег не договорил, взгляд замешкался, но, проглотив ком в горле, он продолжил: - А там ты лежишь. В крови. Не дышишь.

Никита в первый раз видел его таким... Напуганным. Глаза хаотично осматривали помещение, руки дрожали.

Чувство вины опять накрыло. Урод. Подумал только о себе, о том, что ему плохо. Самонадеянно подумал, что всем будет всё равно на его уход. Да, будет. Всё равно будет всем, кроме Олега. Всё же это не его первый и не его последний друг, он - единственный и настоящий друг.

Внезапно вспомнил про свои мысли о том, что если бы ему дали второй шанс, он обязательно бы всё исправил. Вот судьба в первый раз оказалась к нему благосклонна, дала возможность переписать свою историю.

Но с чего начать?

Пока он был на той крыше, он воссоздавал нереальный сюжет того, как воскреснет. Представлял это как угодно, но не так. В его представлении он придёт в сознание и сразу всё прояснится - что делать дальше и как вообще жить. Ну вот он проснулся, очнулся, воскрес в конце концов, а ответ на излюбленный вопрос "что делать" так и не нашёлся.

Ладно, придумает потом, сейчас слишком сильно болит голова. Но Олег всё же заварил кофе.

«Эхо, эхо издалека меня зовёт
Голос родной, солнце в окно
А я спасаюсь от него
Ни мёртвый, ни живой.
Может по тому, что всё на яву
Со мною могло, должно быть иначе»