Глава четвертая.

Тишина квартиры казалась оглушающей. Вильгельм сидел на каменной кладке балкона, держал в руке измятую записку. Разглядывал выведенные цифры, чернилами ручки, они будто дразнили его, обещанной информацией но и горстью новых проблем. Он провел пальцем по линии текста, будто проверяя его на ощупь. Оглянувшись, он устремил взгляд на утренний Париж, все такой же сумбурный и кричащий город. Слышался шум проезжающих машин по кольцевой дороге, где то смех, где то — крик. Все это выглядело таким обычным, но Вильгельм знал, что за этим скрывается гниль. Склонив голову, он наблюдал как тлеет сигарета и остатки пепла уносит ветер. Приподняв записку над своими глазами, он прислонил к ней красный кончик сигареты. Уголек сразу же поджег бумагу. Медленно растворяя ее и образуя дыру. Имя — Бени Риверс сгорело, оставив лишь номер, его мобильного.
Заведя руку за поясницу, он нащупал оружие. Пистолет. Привычка. Или предчувствие. Каждый раз, когда дело касалось людей, вроде Мореля. Все заканчивалось грязью и кровью. Вильгельм хорошо знал это чувство. Оно не ошибалось. Такое привычное и родное, будто бы с рождения было ему свойственно. Но нет. Приобретенное. Не сладкой жизнью в бегах, скрытых тайнах и желанием найти спокойствие. Горсть жизнь, которая была б слаще.
Бумага потемнела вокруг дыры. Злощавый запах пали, отдавал в нос с резкостью, раздражая слизистую оболочку. Вильгельм потер кончик носа, шмыгнул, прищурил глаза и вглядывался в проженную часть бумаги. Пальцы сжались сильнее, а кончик листка замялся. Сигарета в зубах дрогнула под напором губ, те скатались в глупую ухмылку. Преобразуя вытянутую дугу. Вильгельм знал, что проблемы не обойдут его стороной, но интерес разрывал его.
Вильгельм затушил окурок о край пепельницы и поднялся с балкона. Ветер Парижа дразнил его в лицо, пронизывал насквозь каждую клеточку. Но сдуть пришедшие мысли, он не мог. В руках была лишь измятая записка с прожженной серединой. Он нащупал мобильник в заднем кармане, набрал цифры и прислонил трубку к уху. Мелодия гудков давила на ушные перепонки. Повернувшись, он повис в долгом ожидании, рука скользнула на бортик каменного балкона. Пальцы судорожно сжимали мобильник. Гудки прекратились. Послышался голос по ту сторону.
— Я заждался твоего звонка. — На фоне явно была суматоха.
Бросая взгляд на наручные часы, он понял, что сейчас учебное время. Вторник, час дня.
— Будет разговор. — Коротко ответил Вильгельм, сжал переносицу носа обдумывая свои мысли. Ему не спешили отвечать по ту сторону, явно давали время подумать. — Вернее, не с тобой желательно.
— А с кем же? Хочешь, чтобы я посодействовал в твоих планах? — Послышалось шуршание, а звуки на фоне не прекращались. Перерыв видимо еще длился.
— Да. Но зависит есть ли у тебя желание. — Вильгельм вздохнул с явной тяжестью. — Устрой мне встречу с Луи.
Голос был решителен, а от выданного Риверс закашлялся, а затем явно расплылся в улыбке. Голос выдавал.
— Я ведь говорил, что ты интересный тип. — Пауза в речи Бени, давалась напряженно. — Хорошо я все устрою. Но заметь одну вещицу Вильгельм, он не будет с тобой встречаться тет на тет.
Вильгельм кивнул, будто бы Бени Риверс был здесь, а не по ту сторону трубки. Ветер ударил в лицо с новой волной, он не спешил прикрыться или отвернуться. Он вздохнул его, вобрал сколько смог, заполнил легкие до предела и выдохнул. Первый камень с его плеч дрогнул.
— Ладно, подойдешь к бару «Красный бык». Вообщем в прошлый, где выпивали.. — Шум не прекращался. Бени что то шикнул в ответ, но Вильгельм не смог разобрать. — В пять?
— Да, хорошо. Давай. — В ответ ничего не послышалось. Звонок сбросился.
Облегченно вздыхая, он положил локти на борт балкона, свесил кисти рук вниз и опустил голову. Язык приятно обожгло. Предчувствие сыграло свое дело. Вильгельм, обвел языком десну зубов и ухмыльнулся прикрывая веки. Взгляд был пуст, рассеян, но улыбка. Он был удовлетворен. Нутро приятно ныло в предвкушении. Мысли, тяжелой хваткой схватили его. Кисть руки дрогнула, он вжался в перекладь сильнее. Костяшки побледнели.
В глубине сознания мелькнула тень. Пронизывающая его со спины. Холодком подступающая к горлу.
— « Что если, Луи окажется не таким, как ожидалось?» — Стискивая зубы, Вильгельм доверял своим решениям. Себе. Но не мог с точностью довериться человеку, которого знал из бумаг. Луи Морель — Сильно отличался от бумажной волокиты и реальности. Будто бы два сорта. Он дернул головой в сторону и улыбнулся. Все тело пронизала пожирающая мысль. Рвавшая каждую клетку на атомы. Губы стянулись в тонкую нить, а взгляд упал на наручные часы.
— « Время — иллюзия. Я лишь часть ее механизма.» — Это его жизнь, в тени решений мира. Заданий. Нескончаемой борьбы с самим собой и грязью, что создал свет человечества. Вильгельм был деталью механизма. Он решал беды, крушил людей которые портили настоящее время. Его настоящее время. Хотя и места в нем ему не было. Он ничего не оставит после себя. Лишь улучшит то что имеется.
Руки вовсе расслабились. Дыхание стало ровным, казалось прибывшее чувство жажды его покинуло. Голова чиста. Вильгельм дернул ручку балкона и захлопнул ее за собой ногой. Прошел в гостиную и увалился на кожаный диван с характерным звуком. Времени было предостаточно, но дорога отнимет немало времени, чтобы добраться. Но взгляд так и цеплялся на оставленные бумаги на кофейном столе. Играющий телевизор воспроизводил новости, где по накатанной рассказывали о пострадавших. Умерших. Тело оцепенело от увиденного.
На экране старенького телевизора мелькнуло фото. Фото человека который принимал наркотики и то, кем он стал. До и после. Нельзя было и поверить, что так сильно наркотик влиял на человека. Даже исходя из множества дури, что было понамешано, мозг выдавал другую картинку. Взгляд приковался сильнее к коробочному ТВ.
Назвать его человеком было слишком натянуто — Он еле походил на него. Это был почти мертвец с одной лишь функцией которая до последнего действовала — Найти новую дозу.
Разлагающийся труп. Кожа тонкая, почти прозрачная, местами серовато - зеленого оттенка, с глубокими язвами и некрозами, словно они разложили всю ткань. На щеках запавшие ямы, сквозь которые проступает силуэт костей. Явный пример анатомии человека. Руки иссохли настолько, что напоминали обтянутые палки. Вены виднелись и выглядывали местами черными бугорками. Глаза два огромных красных углубления, окруженными черными синяками. Зрачок то расширяется до беспредельно больших размеров, то просто до точек. Мечутся из стороны в сторону. Взгляд не то что потерян, он иссохший. Безжизненный. Белки глаз залиты красным месивом, будто бы сосуды попросту разорвались, заливая всю белую поверхность. В уголках глаз гной и засохшие капли крови.
Тошнота заиграла в горле. Утреннее кофе, наровилось выйти с желчью желудка. Прикрывая ладонью рот он всматривался в опухшие десна мужчины и осыпавшиеся зубы как песок.
На теле виднелись следы пыток, которые наносил себе человек. Сам наносил. Не кто то ему, а он сам в потерянном сознании вредил себе. Вырванные ногти, царапины, разбитые губы, ожоги. Под оставшимися ногтями грязь и засохшая кровь с клочьями кожи. Вдоль шеи тянулись следы. Он содрал себе кожу во время ломок. Психика полностью разрушена — Паразит. Если б фото могло передавать голос, то он бы не выдержал. Рвота вырывалась. В мыслях стоял отчетливое представление того, как человек кричит. Орет в безмолвном отчаянии и бешенстве. Человек стал — Пораженным животным в муках. Молодая девушка рассказывала какое поведение следовало от мужчины. Ее кисти рук плотно были сжаты. Но голос стоял ровно, профессионально. Но глаза и руки, выдавали. Она нервничала.
Желудок свело узлом, Вильгельм почувствовал как горечь накапливается в горле. Во рту скапливается слюна. Вот вот и вырвет. Его сердце пропустило удар, а затем глухо стукнуло в груди отдаваясь эхом в ушные перепонки. Кулаки непроизвольно сжались, а ногти впились в ладонь с такой мощью, что оставили красные полосы. Кожа вокруг побледнела. Только это удерживало его в сознании реальности.
— Сколько жизней ты погубишь в будущем. — Губы дрогнули. Скатились в вытянутую дугу образовывая улыбку. Все тело напряглось до иголочки, что вены выступили. Отведя взгляд, он встал, увидел себя в отражении зеркала. Вильгельм желал зацепиться за мелочи. За блеклое отражение себя в зеркале, за многочисленные шрамы на своем теле. То что его б терзало. Его самого по себе, а не за кого то.
В голове мелькали фрагменты фантазии. Как он, Пьер Мореля разрывает на кусочки, его детещем. Свет Пандоры — Его погубит.
Пальцы расслабились. Тяжелый вздох сорвался с его губ. Так странно, скомкано пульсировало в животе. Привкус горечи не утихал с мыслью. Но медлить нельзя. Подбирая сумку почтальонку с пола гостиной, он окинул еще раз взглядом картину на телевидении. Экран потух. Смотреть на месиво, а не человека, вызывало откровенное отвращение. Обойдя квартиру большими шагами, он позакрывал все окна. Проверил несколько раз дверь балкона, заперта ли она. Проверил содержимое сумки, блокнот, ручка, бумажник и мобильный при нем. Пистолет тоже. Так, что выходя из квартиры, на его лице, не было ни одной эмоции. Но в голове, все так же стояло застывшее лицо мужчины.
Парижский ветер бил по лицу, размахивал край пальто в стороны. Весна выдалась прохладной, синоптики указывали на ближайшее потепление. Но Парижский ветер продолжал буянить в маленьких переулках. Витрины булочных, тянулись вдоль белых зданий. Когда нибудь, он пройдет здесь не как агент организации CPD, а как человек. Увидит то что изменил, а возможно разочаруется. Разочаруется в том, что не сумел исправить и то как Пьер Морель, продолжает пихать население Светом Пандоры. Возможно он погубит еще города и не одно.
По прежнему нерабочий светофор, от чего пришлось искать проем между едущими машинами. Сидящий, пожилой мужчина с бородой у входа в метрополитен. Многочисленные таблички, скопления людей и множество путей на разные стороны. Сырой запах под землей, шум вагонов с колыханием. Резкий скрежет во время торможения, толпа которая норовит выйти побыстрее, пихая всех в стороны.
Вильгельм покосился в одну из сторон, придержал сумку за лямку. Мысли утихли, но образ увиденного оставался цел. Прошел полностью в разум Вильгельма.
— « Меня бы вырвало, увидев это в живую? » — Сам себя спросил Вильгельм. Возможно его б и правда вырвало. Не смог бы удержать в себе и подавить это чувство.
Вагоны резко затормозили под голос диктора. Удерживаясь за верхний поручень, он дождался торможения. Вышел с толкающей толпой. По памяти уже прошел в нужный из проходов. Покосился на яркие надписи на табличках, двинулся в другой. Свежий воздух и гудки машин ударили по сознанию. Сразу очистили его. Унесли все, что так тормозило его. Закатив рукав пальто, глянул на наручные часы. Времени предостаточно еще, поэтому зайдя в кафе он подошел к стойке заказов.
— Большой латте. — Достав наличку, вывалил ту в стеклянную подставку и присел за столик.
Кафе находилось недалеко от универа, поэтому можно было наблюдать за идущими студентами. Дождавшись заказа, Вильгельм забрал кофе в гофрированном стакане и вышел. Украшения над дверью звякнули.
Все такой же путь до бара «Красный бык». Вдоль узких улочек Латинского квартала, светофор с ужасным пиликаньем. Угол за которым он скрывался, чтобы проследить за компанией. Сам бар, возле которого терлись охранники, недалеко стояли мусорные баки. Обрисованные, кирпичные стены граффити. Небольшие толпы у пепельниц и неважно, что над их головами висел знак «Курение запрещено».
Глянув на мужчин крупноготелосложения, он протянул удостоверение, прошел внутрь. Украшения звякнули, тихая классическая музыка создавала, хорошее общее настроение. Людей находилось не так уж и много, поэтому проблем с размещением, не было у барной стойки. Вильгельм присел на одно из свободных стульев и положил локти на стол. Бармен, заметив того ухмыльнулся и достав зеленую бутылку, налил травянистый напиток. Вильгельм не спешил пить, просто крутил стакан в руке. Разглядывал темный, глубокий цвет жидкости. То как она переливается от света ламп над стойкой. Уголки губ поднялись.
— Удивлен вас здесь видеть. — Проговорил бармен натирая стакан.
— С чего это? — Покосясь на того, Вильгельм прислонил бортик стакана к губам.
— В плане того.. — Щелкая пальцем, бармен сощурился. — Щщ.. Компашка. Луи не любитель чужаков, а вы явились сюда повторно, вот это и удивляет.
— Видимо сумел заинтересовать. — Собираясь уже опрокинуть в себе алкоголь, он отвлекся на перебивающего его бармена. Его руки упали перед ним на стол.
— Шанс этого имеется, но не нарывайтесь на неприятности. Конечно, если не желаете проверить, что с вами произойдет в случае чего. — Поджимая губы, бармен закрыл глаза, а затем отошел к подошедшему клиенту.
— « Намекаешь на опасность? » — Уголки губ приподнялись.
Вильгельм наконец то опрокинул в себя травянистый напиток. Тепло растеклось жаром, сначала по горлу, затем опустилось в нутро желудка теплом. Он не волновался, не нервничал. Был спокоен и даже немного заинтригован, ведь если слова бармена правда, то Луи тоже следует остерегаться. Вильгельм для Луи куда большая загадка, чем реальный и написанный сынуля профессора. Рейнхарт наблюдал за тем, как тот обслуживает клиента. Наливает новые напитки, ставит на поднос, как посетитель уносит это за столик. В полуобороте он заметил, что дверь приоткрылась, но украшения над ней зазвенели куда тише. На пороге стоял Айрон Локсвут, а за спиной резко возвелся Бени. Тот схватил его за плечи, потянул немного назад, но не дал полностью опрокинуться со стула. Вильгельм сразу не увидел кто его схватил. Инициативно дернулся рукой к пояснице. К оружию.
— Заждался? Рюк, налей ка мне какой то дряни. — Переходя взглядом на бармена, Бени нагнулся к плечу Вильгельма. — Мм..
— Мог бы не красться. — Опуская взгляд на опустошенный стакан, он тяжело вздохнул.
— Не говори только, что испугался. — Бени ткнул пальцем в поясницу Вильгельма. Почувствовав, что под слоем одежды явно не кожа, а что то тверже. Он улыбнулся. — Оу, Вильгельм, ты прям начинаешь мне больше нравиться. — Бени сощурился, перевел одну руку тому на шею. — Откуда пушка?
Вильгельм не знал как на подобное реагировать. На положенную руку, дернул головой в сторону. Постучал ногтями по стакану, сжимая того ладонями.
— А как ты думаешь? — Убирая руку того со своей шеи, Вильгельм обернулся и облокотился локтями о стойку. — Подарок.
— Поделишься знакомыми которые такие подарки делают? — Рука Бени не спускалась с плеча Вильгельма.
— Если будет повод, то да. — Вильгельм указал пальцем на стоящего у двери Айрона. Тот явно был недоволен лишней болтовней. — Не думаю, что он одобрит такой подарок. Нас заждались.
Коктейль Бени был готов и бармен, поставил его за спиной Вильгельма. Риверс, нагнулся на Вильгельма и забрал выпивку, отступил назад. Подобное поведение явно не одобрял Вильгельм, но тихо сжимал кулак. Вставая и поправляя пальто он двинул вперед Бени. Поздоровался у входа с Айроном, который молча указал на Луи. Тот стоял у входа, мучался с зажигалкой.
— Мы здесь подождем. — Айрон заправил руки в карманы и перехватив Бени по пути, уселся на столик. Недалеко от выхода.
Вильгельм кивнул и вышел. Луи продолжал мучаться с зажигалкой, которая выдавала лишь искры. Достав из пачки зажигалку с сигаретой, он поджег сначала парню, а затем себе.
— Возможно, ты уже понял, что я не люблю лишний треп. Мне интересно узнать, почему я должен говорить с тобой? — Морель двинулся за мусорные баки, где стояли пепельницы. Клубки дыма запускал в небо.
— Потому что, я уверен ты догадываешься, что я не просто чужак. Потому что я могу разрушить все, что ты строишь или оставить в покое. — Вильгельм сильно затянулся, наполнил до упора легкие никотином. Слегка приподнял уголки губ смотря на того исподлобья.
— Звучит как угроза. Но ты ведь не угрожать сюда пришел? — Глаза Луи прищурились.
— Нет. Конечно нет. — После еще одной затяжки, он не отводил взгляд от Луи. — Я пришел понять, стоишь ли ты того времени, которое я на тебя потрачу.
Из рта Луи вырвался смех. Он немного замешкал, стряхивая пепел с сигареты.
— Может я просто жду, чтобы посмотреть, кто до меня дойдет первый.
— Хочешь ощутить на себе прицел? — Вильгельм заправил одну руку в передний карман брюк.
— Я его уже ощутил. Не впервые и ты Вильгельм, один из тех, кто следил за мной. — Голос Луи спустился до тишины. Но такой же с характерным французским выделением буквы Р, хрипотой. — Ты следил за мной и это ясное дело. Не сложно заметить кого то идущего за тобой и тем более, кричащего в трубку что то. Говори конкретнее.
— Вон как, мне нравится твоя наблюдательность.
— А мне твоя нет. Ты наблюдаешь, но совсем не участвуешь, но признаю. Ты интригуешь. — Новая порция пепла слетела с сигареты Луи. — Но вот незадача, ты не похож на чуваков моего отца, которые следили бы за мной.
— Потому что я не от твоего отца. — Вильгельм улыбнулся немного, отвел взгляд. — Я знаю, что твоя жизнь не сладка. Виной тому отец, так что говорю прямо.
Тяжелый вздох оглушил двоих, скатился тяжестью в горло. Не давал произнести ни слова. Щас будет провал или удача.
— Помоги мне. Твой отец нужен мне.
— Ого, да ты прям замахнулся. С чего такие желания? А я тебе отвечу на твою просьбу так. Что мне с этого волонтерства будет? — Луи стал пристально сверлить Вильгельма. Не сводил взгляд, не моргал.
— Ощутишь вкус независимости. Свободу. — Вильгельм сжал зубы с сигаретой.
Вильгельм заметил, как уголки губ Луи приподнялись. Почти незаметно.
Окурок Луи полетел в пепельницу. Опустив голову он замолчал. Зрачки то и дело не стояли на месте. — Возможно мне и правда следует узнать, что ты скрываешь. Но знай — я играю не хуже тебя. — Он сделал шаг вперед после того как замер на секунду. — Остальные заждались
Вильгельм обернулся в сторону парня и смотрел тому в спину. От кончиков пальцев доносилась приятная дрожь.
— « Это был шаг в правильном направлении. Луи пока не отверг предложение, но и не согласился. В его игре главное — оставаться интересным. Пока ты интригуешь, ты жив. » — Поджимая губы, Вильгельм сделал последнюю затяжку и затушил бычок о пепельницу. Глубоко вдохнул и выдохнул. Он вернулся в ясное сознание.
Риск это — работа Вильгельма. Без риска, не будет желаемого, хоть и надо иметь меру. Не раскрыть себя, кто такой и что не просто человек. Но вверх пирамиды, можно открыть если Луи подкупает лишь интерес.
Холодный ветер Парижа, продувал даже в переулке. Бил в спину, обволакивал полностью затылок. Казалось он стал в разы холоднее и сильнее. Заправив руки в карман пальто, Вильгельм опустил голову. Поджал губы с легкой ухмылкой.
— « Я знаю, как тебя подкупить. » — Вильгельм знал, что главная проблема Луи — его отец. Пьер Морель. Так что найти цепь интереса легко.
В баре было тихо. Разговоры за соседними столиками звучали приглушенно, словно сквозь невидимую завесу. Луи сидел напротив Вильгельма, не отрывая взгляда, словно изучал каждую линию на его лице. Бени казалось не мог сидеть спокойно, барабанил пальцами по столу, то крутил в руке незажженную сигарету. Айрон молчал, но его присутствие ощущалось физически — массивная фигура, полускрытая в тени, придавала обстановке еще больше напряжения.
Луи оторвал от губ сигарету и выдохнул тонкую струйку дыма в лицо Вильгельма.
— Ты странный человек, Вильгельм. — Наконец то сказал он. Его голос был ровный с легкой горстью насмешки. — Появляешься из ниоткуда, говоришь загадками, что то требуешь и думаешь, что мы примем тебя в серьез.
Вильгельм не отрывал взгляд от стакана. Крутил того в руках. На его лице застыла почти пренебрежительная ухмылка.
— Я привык к сомнениям. Удобная позиция для наблюдения. — Произнес он тихо и оторвал взгляд с бокана.
— И чем ты хочешь меня убедить? — Прислонил к губе сигарету. — Доверять тебе я не собираюсь или ты хочешь сказать, что ты не один из тех, кто готов оторвать от моего старика кусок?
— Твой отец не мой враг. — Сказал он после короткой паузы. — Он проблема, которую я могу решить. Но задачка вот в чем, хочешь ли ты участвовать. — Вильгельм облокотился локтем об стол.
Луи усмехнулся но его взгляд, оставался все таким же насторожительным. Повисла тишина. Только шум льющегося из крана пива в другом конце зала казался оглушающим.
Бени наконец то не выдержал.
— Та ладно вам, парни. Это же бар, а не чертов шахматный клуб. Луи хватит вилять. Тут ответ да — нет.
Луи бросил на Бени холодный взгляд, затем перевел взгляд на Вильгельма.
— Ты прав. — Тихо произнес Луи. — Я не хочу оставаться с этим дерьмом в одиночку. Но если ты врешь мне..
— То ты избавишься от меня. Знаю. — Перебил его Вильгельм. Его голос был спокойным, почти бесстрастным.
Луи молча кивнул, а Бени опрокинул остатки своего коктейля в себя.
— Ну за вас умники. — Пробормотал он.
Айрон оставался неподвижно, но его взгляд смягчился. Плечи расслабились и он выдохнул.
Создавалось впечатление, что и диалога не было, все оставалось ровно так же как и вчера. Бессмысленные вопросы под выпивку, огромный счет в баре. Дорога домой, где половину пути на этот раз, он проехал с компашкой Луи. Вильгельм задержал взгляд на фигуре Луи у выхода из вагона. Его мысли смешались в вихрь, но одно было ясно. Вильгельму придется поддерживать этот интерес. Питать Мореля, чтобы не облажаться. Но все так же развеялось когда Бени ткнул того в плечо, помахал и тройня вышли из вагона.
Вильгельм сидел неподвижно, сжимал лямку сумки. Отдался колыханию вагонов, скрежету рельсов и голосу диктора. Его паника отступила от него, сменилась новыми мыслями о следующих шагах. У Рейнхарта нет права облажаться, есть только один выход из этого — Справиться.
Метро замедлилось и вагон опустел. Он остался один, погруженный в тишину которую нарушал шум метро. Сквозь окно виднелся темный тоннель, а все вокруг словно замерло, предоставив ему на мгновение просто остановиться и быть.