Глава первая.

Едкий дым табака пронизал его легкие. Горечь от вкуса казалось не выносимой, но тот с каждой затяжкой продолжал в этом убеждаться. В голове мелькнули обыденные мысли. "Скоро брошу", так себе каждый раз повторял Виктор с неутолимым желаниям затянуться. Докуренное изделие полетело мигом в мусорный бак, стоящий недалеко и тот прошел к входу здания. Высокого здания, можно было даже сказать огромного, но его шаги не умедлились, а скорее на оборот. На входе по ту сторону стены стояли люди с бейджами, в черных отглаженных костюмах, лакированных туфлях и туго завязанными галстуками. Виктор прошел сквозь крутящиеся стеклянные двери, с парой других людей и попал во внутрь. Голова могла пойти кругом от высокого потолка, который в свою очередь сливался с белоснежными стенами, конечно если наблюдать эту картину в первые, так бы и могло случиться. Но не с этим мужчиной, Виктор Рейнхарт - агент, работающий уже свыше десятка лет на организацию CPD, привык к этому зданию и наблюдал его постройку, и то как менялись люди с самого начала работы. Как возводили эти огромные стены, готовые подавить в себе сотни, а то и тысячи людей. С каждым годом количество людей в организации увеличивалось, что и без монотонного шума оно было не тем. Муравейник, так называл его Виктор каждый раз, когда проникал в это здание с очередным визитом на задание. Которое в свою очередь, выдавала ему Луис Хаом - женщина, больше всего приблизившаяся к тем кто создал организацию, и носила с огромной гордостью бейдж на которым золотыми буквами, было выгравировано ее должность "Главный директор", а снизу шрифтом поменьше с заглавной, заковырчатой буквы и имя с фамилией. Рейнхарт до ужаса не любил эту женщину, которая по годам не далеко от него ушла, она была скверной, дотошной и до ужаса любила подкалывать Виктора, что тот когда то осмелился утратить возможность на вышестоящую должность. Но он не жалел, были свои причины на отказ, которые не хотелось вспоминать по сей день. Но отношения с ней были не плохи, скорее на оборот хороши, капля доверия все же у них имелась.

- Здравствуй Виктор. - Мимолетно сказала сотрудница одного из отделов зачистки. Он ее видел не в первые, но никак не мог запомнить имя и тем более ее саму на долгое время. Казалось память с годами подводит его, поэтому он мельком кивнул той в ответ заходя в лифт, не желая ковыряться в отголосках памяти, что б вспомнить кто все же она. Стеклянный, панорамный лифт двинулся наверх. Потолок не желал заканчиваться, его конец был прям над крышей, потому придел этажа можно было понять лишь по лестницам, идущим в даль стен, то место где заканчивались этажи лестниц, стояли огромные стеклянные двери, а за ними уже все работали как обычно. Самые обычные помещения выкрашенные в белый цвет и вылизанные так, что тошно становилось от обилия этого оттенка. Виктор стоял у панорамы и разглядывал каждого сотрудника снизу опираясь руками об держатель по бокам лифта. С каждой секундой он взмывал все выше и выше с остальными, кто находился в столь тесном пространстве. Лампа над дверьми сменяла цифры одного этажа на следующий, все кто был с ним вышли еще не доезжая до седьмого этажа, потому он смог развернуться лицом к выходу и наблюдал за цифрами. Вот и приехал, девятнадцатый этаж, последний, лампа назойливо издала противный звон и тот вышел засовывая руки в карманы брюк. Оглянувшись по бокам он увидел пару охранников у кабинета директора и не постучавшись дернул ручку двери.

- Мог бы все же постучать. - Ответила Хаом на его приветливый жест и привставая со стола подала тому стопку бумаг, которая сразу же оказалась у того в руках.

-Можно подумать, ты бы не впустила меня без стука. - Присаживаясь в кожаное кресло с характерным звуком он скрестил ноги разглядывая бумажки, которые на конце были скреплены степлером. Одну за одной он перелистывал страницы разглядывая буквы и затем отложил их в бок на кофейный стол.

- Так, что в этот раз? Куда отправишь меня. - Незамысловато спросил Виктор переведя взгляд на знакомую, которая присела обратно в свое кресло за рабочим столом.

- Франция, Париж, 2006 год. - Коротко ответила женщина упираясь взглядом в экран ноутбука. Свет от дисплея падал на ее руки и совсем немного на подбородок и нос, раздался звук клавиш. Она усердно вбивала что то в поисковой строке, Виктор лишь недовольно постукал по подлокотнику кончиками пальцев и снова обратился к ней.

- Подробнее, не тяни время. Оно у меня не железное Луис. - Имя начальницы он недовольно протянул, выделяя последнюю букву ее имени, на что та сняла очки и сжала переносицу носа, прикрывая глаза. Вильгельм посмотрел на наручные часы.

-Ты не выносим Рейнхарт. - Процедила та, поворачивая к мужчине экран ноутбука чуть нагибаясь над столом. Ее взгляд устремился на знакомого, а сама Хаом тыкнула в экран дисплея. Там была фотография мужчины средних лет.

-Пьер Морель, является профессором химиком. Преподает в разных университетах Парижа.

- Мне от профессора надо избавиться? - Спросил Вильгельм, хмуря брови.

- Не от него, а от того, что он создает. Париж погряз в наркотическом веществе которое он создает у себя в лабораториях. Использует нежелательные вещества для организма человека. Вскоре и сам увидишь, что случается с теми кто его принимает. - Взгляд Хаом стал серьезнее, но ее выражение лица не изменилось. Она продолжила, наблюдая как мужчина поменял скрещенные ноги местами.

- В две тысячи шестом году, он только начнет его создавать, и срубит баснословное количество деньжат, одуряя людей этой дрянью.

- Что дальше? Какая есть еще информация? - Следующий вопрос прозвучал от Вильгельма, холодно и без какого либо интереса.

- Почти никакой. У него есть сын Луи Морель. - Женщина присела на свое рабочие место.

- Жена Крис, проживают недалеко от центра, но особой информации о них нет, он скрывается не разглашает почти ничего о себе и семье. Найди выход, приблизиться к этому мужчине и любыми способами избавься от Света Пандоры. - Женщина не сводила взгляд с сидящего Вильгельм.

- Он распространен среди богатеньких, именно в таких университетах он преподает. Но немалое количество за столько лет вышло и к обычным людям, которые не могут найди нужную сумму на повторную дозу.

- В результате чего гибнут. - Утвердительно добавил он скрестив руки в замок на коленях.

- К сожалению. - Прошипев как змея, Хаом повернула к себе экран ноутбука и помахала рукой. Вильгельм встал поправляя удавку узла галстука, а затем нагнулся над бумагами которые недавно держал в руках, массивные двери захлопнулись.

Стоящие охранники возле входа, кивнули ему в ответ и отвели руки за спину, Вильгельм кивая в ответ не оглядываясь, прошел к лифту и стоя в ожидании, оперся руками об перила. Которые разделяли последний этаж и пропасть на первый, высота была огромной, разбиться не составило б труда если упасть, но таких смельчаков следовало б поискать. Кнопка этажа издала звон, оповещая, что лифт на месте, Вильгельм не дожидаясь пока двери полностью разъедутся в стороны, прошел в саму щель. Сразу переместив вес на каблук туфлей, он на развороте повернулся лицом к дверям и двери закрылись. Этажи сменялись цифрами, на горящей лампе под потолком лифта, он не отводил взгляд и усердно всматривался в них ожидая когда же на заветной табличке, появится цифра первого этажа. Спускаться с вершины на низ было так же долго, как и то дело которое ему поручили. На него уйдет, достаточно времени.

Вильгельм не представлял как же можно приблизиться к профессору, который так тщательно скрывает свою жизнь, от чужих глаз. Не намеривая никого в нее посвящать, он уже планировал как ему придется сменить свой внешний вид, на какого то мужчину средних лет и втираться в доверие. Но Хаом не зря упоминала, других членов семьи, самая легчайшая жертва к которой втереться в доверие, не составит труда, это сын Пьера Мореля - Луи Морель. На крайний случай, его жена Крис, она то точно должна быть уведомлена в делах мужа, или иметь хотя бы отношение ко всему этому. Ведь задавшись вопросом, от куда у него столько денег, он бы точно не сумел отмазаться тем что несчастный профессор, хоть и преподаёт в престижных университетах. Конечно, если б он получил какую то нобелевскую премию, то все возможно. Но такое бы он точно не стал скрывать, от публики. Все ведь норовят похвастаться достижениями.

Потому для первой цели, он решил узнать написанную информацию о деле, которое ему поручили, и за основу в начале взять Луи. Приблизиться к нему точно не составит труда, даже если они не подружатся и не выйдет через сыночка, попасть к драгоценному отцу наркобарону, он сумеет сблизиться с его матерью, Крис. А там гляди и до постели с ней недолго будет в ихним доме. Два варианта, и два разных человека разыграют это шоу, если в одном из них не повезет. Конечно можно было б играть в сценарий сразу с двумя, но это займет слишком много времени и моральных сил. Был бы Вильгельм моложе, он бы сделал так, но не тот возраст уже. Двери распахнулись и тот принялся покидать, стены здания. На последок он кинул взгляд на него, которое с наружи было отделано толи стеклом, толи зеркалами в синих оттенках.

Поджигая сигарету, Рейнхарт принялся покидать место которое давно ему наскучило, но оберегало его. Снова в голове мелькнула мысль "Скоро брошу". Погружая свои легкие в табачный дым, он не сбавлял ход, перебирая ногами двигался все быстрее, не взглядывая даже на дорогу, и то куда движется. Он знал окрестности уже своим телом, потому даже мог не задумываться, оно само его вело, потому разум он мог отключить хотя бы на какую то мимолетную минуту - две. Дойдя до парковочной зоны, которая находилась на территории организации, но все же в противоположном месте от здания, он начал шагами мерять парковочные места. Ему довелось сделать сорок семь шагов до того, как он дошел до своей машины. Парковка была переполнена, если б не это, он бы поставил свою машину куда ближе. Сигарета издавала жженый запах, подгорал фильтр, наспех он затушил ее об шину колеса, приоткрыл двери машины заваливаясь во внутрь. Тело смогло наконец то расслабиться, но Вильгельм не спешил закрывать дверь машины, он ждал когда в нее попадет достаточно кислорода, для дальнейшей поездки.

Какое то время посидев, раздался хлопок двери, а затем и то как завелся мотор машины, с рывком он выехал из парковочной зоны выезжая на дорогу, а потом и вовсе за территорию организации CPD. Легкие умирали от едкого дыма, который он недавно вдыхал с обещанием самому себе, он опустил окно машины, позволяя воздуху биться об его руку, которая была высунута за приделы автомобиля.

Одной рукой с легкостью он управлял рулем, поворачивая его то в право, то в лево, держал прямо и давил на газ, обгоняя соседние машины, которые затормаживали движение. Проскочив на светофоре в последнею секунду, перед тем как загорелся красный свет, перед Вильгельмом хлынули обыденные места в которых он бывал чаще, чем на работе. Дыхание возобновилось в обыденном ритме и тот свернул резко на право, вписываясь в дурацкий поворот. Припарковавшая машина, осталась недалеко от бара "Приветствует Выпивунчик" в который из-за дня в день заглядывал Вильгельм, для того что б поиграть в бильярд со своим знакомым, по совместительству бывшим сотрудником CPD, залиться немного выпивкой и попросту развеяться. Можно было подумать, что он спился за столько лет, алкогольный запах приелся к его телу и рту, резкие духи еле скрывали это. Вильгельм пил в меру, но часто, открывая дверь, украшения над ней громко зазвенели, оповещая работников, а новом посетителе. Не теряя времени, он прошел к бару где взобрался на барный стул, его уже поджидали.

- Дружище Хэнон, давай как обычно. - Расплываясь в расслабленной улыбке, процедил тот. 

- Да конечно. - Беря в руки бутылку Jägermeister, кивнул мужчина чуть младше своего друга. - Ты как всегда вовремя, в тебе часы видимо устроены. - Чуть улыбнувшись промолвил он, встряхивая напиток и затем открывая того наполнил стакан. Рейнхарт все время, приезжал к другу на работу в одно и тоже время, ровно в семь часов вечера, он заходил в это здание и начинал беседу с тем. Чаще всего она была не о чем, просто разговаривали коротая время за напитками. Не стесняясь, Вильгельм оставлял хорошие чаевые другу за работу, как бы благодаря, что побыл с тем. Ведь он был одиноким, не было огромного количества друзей, а лишь те кто вечно на заданиях, только Хэнон ушел из компании и обосновался здесь. Это упрощало их встречи.

- Как сегодня дела обстоят? - Покрутившись на стуле, он окинул двухэтажное помещение взглядом и повернулся назад беря напиток в руки. - Погляжу народу не мало.

- Не волнуйся, чаевые достойные. - Убрав бутылку алкоголя в холодильник, тот стал натирать бокалы для вин. - Через сколько уедешь? - Брю был уведомлен, что сегодня Рейнхарт наведывался на работу, а это значило лишь одно, новое путешествие во временном пространстве.

- Захотел отдохнуть от разговоров со мной? - Преподнеся стакан с алкоголем ко рту, он отпил совсем немного, мимолетное тепло растеклось по его горлу, сначала с горечью, а затем приятным жжением. - Завтра. - Коротко ответил Вильгельм, отпивая новую порцию напитка.

- Вон как.. И куда? Стой, стой, дай угадаю. - Начал Нэнсон довольно жмуря глаза.

-Думаю это Польша, там какой то чувак был, не особо приятная фигура. Мэри рассказывала мимолетно. - Потерев пальцем нос, Нэнсон уставился на друга, ожидая ответ.

- Далеко нет. Мэри сама туда отправилась по итогу. - Допив напиток, с грохотом опустил его на барную стойку. - Франция, Париж.

- Какой год? Надеюсь не средневековье, хотя в том времени творить нечего. Но все же, не могу тебя представить в каком то огромном парике и панталонах. - Не отвлекаясь от дел за стойкой, Брю продолжал поддерживать беседу, тихо издавая смешки.

- Ха-ха, очень смешно, Нэнсон Брю. - Рейнхарт недовольно съёжился на барном стуле, указав на свой стакан, как бы намекая на добавку. Тот сразу же это уловил, достал зеленую бутылку из холодильника, который находился сбоку от стойки, и с хлестом вылил жидкость. Мужчина подхватил наполненный стакан и отпил, оставляя отпечаток губ на краю стекла.

- Так, что за год, или это организационная тайна? - Подшутил он, пряча бутылку алкоголя, обратно в холодильник. По всей видимости ненадолго, он недалеко отошел от него, не желая метаться туда сюда. Хэнон знал, что нельзя разглашать более подробные тайны дела.

- Две тысячи шестой. - Ответил мужчина коротко, не желая рассказывать детали. Основная часть была понята и рассказана ему в кабинете, но более глубокая таилась в тех бумагах оставленных в машине. Стопка была скудная, около пяти листов, скрепленных между собой и то, два листа, уделялись нарезке фотографий семьи. По договору организации, разглашение информации и любых деталей, каралось жестокими наказаниями, в свою очередь Вильгельм наблюдал таких случаев не мало, потому даже Нэнсон не расспрашивал его глубоко, о том, что же там творится. Но Мэри, умудрялась сама рассказывать, и не попадаться на разглашённой информации. Возможно потому как Нэнсон ,был бывшим сотрудником и мог выслушать, но не взболтнуть лишнего, но Вильгельм такого остерегался. Он кивнул, предлагая пойти и сыграть в бильярд, пока не особо пьяным посетителям, не норовит рваться к бару.

Встав, подхватывая обновленный напиток, они оба двинулись в игральную зону. Находилась она прям напротив бара, потому заметить желающих посетителей выпить, было легко. В любой момент Брю, мог уйти выполнять свою работу и вернуться в игру, через какое то время. Два стола для бильярда были свободны, выбрав тот что был ближе к рабочему месту Нэнсона, они подхватили кии лежащие в стойке возле стола, а затем и перчатки для лучшего скольжения инструмента. Снимая пиджак, который стискивал движения Вильгельма, тот кинул его на рядом стоящую вешалку и принялся ждать, когда Брю закончит устанавливать пирамиду, мужчина оперся об кию, как об трость.

- Не порть инструмент. - Прошипел недовольно Брю, сняв пирамиду и шары остались в том положении которое им задали. - Начнешь? - Нэнсон сам подхватил свою игральную палку со стола и прокрутил ту в руках.

- А как же, хочешь быть вторым? Хорошо. - Подойдя ближе к столу, Рейнхарт нагнулся над тем, чуть оперившись грудью об бильярдный стол. Он улыбнулся, закрыл один глаз, а затем резким ударом, разбил ровно сложенную пирамиду шаров. Раскат раздался громким треском. Он даже не целился, но три шара из шестнадцати, закатились в свои лунки, довольно подымаясь из стойки, тот ухмыльнулся, оголяя клыкообразные зубы. - Так же сделаешь? - Радуясь закатанным шарам, он уступил свое место отойдя в сторону от друга.

- Без проблем, раз тебе повезло то и мне повезет. - Утвердительно и воодушевленно ответил Нэнсон нагибаясь над столом. Он целился прикрывая один глаз, около пятнадцати секунд, а затем он дернулся разбив три шара, которые скопились в кучку. Те отбились в другие и все оставшиеся шары, поменяли свои места раскатом по полю, четыре из которых сумели закатиться. Довольные возгласы и улыбка осветила лицо друга, чему Вильгельм лишь порадовался подходя к тому и беря за плечо.

-Понял, я тут крут, а не ты. Обломись Вильгельм - Довольно процедил тот и чуть сгорбился от положенной руки на плечи. На, что услышал ответ "Да-Да, ты крут Брю". Вильгельма смешили, эти мимолетные, глупые и вовсе не смешные фразы, которые выдавал его друг на радостях. Игра продолжилась в обычном ритме, менялись они каждые пару минут, и по счету выходила ничья. Звуки разбития шаров и довольные голоса, заполняли не только игральную зону, но и зал для выпивания. Но посетителям это вовсе не мешало, а некоторые даже сбежались посмотреть, но в основном детишки, которых привели родители с собой, они были только и рады сбагрить тех, что б расслабиться в свое удовольствие. Нэнсон пару раз отходил к бару, налить посетителям алкоголь и тут же ж возвращался. Продолжалось все не так долго, как могло казаться у тех к голове, забитым шарам уже радовались дети, пытаясь чуть ли не взобраться на стол, на что Вильгельм недовольно сверлил их взглядом. Как же он жалел, что Нэнсон не сообразил оградить зону для бильярда, хотя бы дверьми. Нет две стены имелись, отделяя игральную зону и обычную, с кучей столов, но они имели арки, потому все было видно другим и каждый мог сюда зайти посмотреть или сыграть. Кукушка из часов издала звук, оглашая, что на часах уже девять часов вечера. Район был тихий, большая часть посетителей, которые не планировали напиваться в стельку, стала расходиться, а их сменили другие, оставляя оплату на деревянных столиках, Нэнсону и паре других ребят, которые работали в зале пришлось лишь пройтись по залу, для сбора оплаты.

 Вильгельм не желая отвлекать работников, присел за барный стол укладывая на колени свой пиджак. Он допивал последний свой стакан на этот вечер, и как только к нему подошел Хэнон, тот вытащил портмоне из заднего кармана и положил зеленые купюры тому в ладонь. Брю их сжал переводя взгляд на ладонь, то на Вильгельма, и обратно. Он был удивлен оставленной суме, ведь даже для хороших чаевых, тут было слишком много.

- Не корчь такую гримасу. Я ведь уезжаю, поэтому не смогу заходить какое то время. - Рейнхарт встал из стойки, встряхнул пиджак и накинул его на свои плечи, не продев в рукава руки. Тот похлопал Брю по плечу, не дожидаясь ответа, вечер был закончен, ненавистная дорога домой его ждала и не торопясь покинул помещение. Рейнхарт достал ключи машины из кармана, нажал на кнопку и фары блеснули белым светом, но перед этим он закурил.

Укладывая чуть замершие пальцы на руль автомобиля, он вжался в него сильнее, костяшки на руках побелели. Дыхания не хватало, заполненные легкие никотином душили его, стук сердца отдавался эхом в голове, а взгляд становился рассеяннее, загудел мотор машины и та дернулась. Дорога до дома волочилась почти на другой конец города, пробки прибавляли ожидание и как только появлялась в ней дыра, он резко выруливал и ехал дальше. Не желая задерживаться еще дольше. Районы сменялись как перчатки, и не успевая оглядываться он проезжал все большее расстояние, приближаясь к нужному адресу. Как только с поездкой было покончено, он опустил голову на прохладный руль. Легкий морозный воздух пробивался внутрь машины, через открытое окно, чуть посидев он закрыл его и вышел из автомобиля окинув того взглядом. Черная машина, марки Tesla красовалась и отблескивала бликами от света фонаря. Рейнхарт сунул руки в карманы в поиске ключей, двинулся к пятиэтажному зданию и отворил подъездную дверь. Лифта в доме не было, строители не решили его включать в постройку маленького здания хрущевки, подъездная лестница была окрашена в два цвета, бетон по середине, который решили не окрашивать и зеленый по бокам, медленно затрагивающий половину стену. Однокомнатная квартира мужчины, находилась на верхнем этаже здания, подъем не составлял труда и вот он уже засовывал поржавевший ключ в замочную скважину. Дверь растворилась с характерным скрипом и не включая свет, он прошел в темноту, закрыл дверь и только потом включил свет выждав пару минут. Возможно Вильгельм был параноиком, остерегался и всяческий раз боялся того, что за ним следят люди отца. Ведь вступая в организацию CPD, нужно было откинуть себя, свое прошлое, семью и все, что могло его связывать с нынешним временем, что бы без происшествий путешествовать во временном пространстве для зачистки.

Укладывая ключи на деревянную тумбу, он вошел на кухню и выглянул в окно. Приглядевшись к фигуре стоящей возле подъехавшей машины, у которой были выключены фары, он мигом задёрнул шторы и ушел в следующую комнату. Он не издавал ни шума, ни шороха, не включал свет в остальных комнатах, единственный источник света, исходил слабым проблеском из двери коридора. Обыскав шкаф, полки висящие на стене, места под кроватью, свой рабочий стол и стационарный телефон, пару безделушек оглянул, и вот он приступил к ванне и кухне. Заглянул даже в туалетный бочонок, и на верхний кухонный гарнитур взобрался. Вильгельм искал прослушку, камеру, та все что угодно, главное следы того, что в его квартиру заходили и могли оставить не желательные вещи. Переживая, что возможно за ним все еще могут наблюдать, он обошел всю квартиру еще раз, но так ничего и не нашел. Параноик, поехавший крышей из-за отца тирана и матери гульбени, он бежал от них, как только ему исполнилось восемнадцать.

Отец Вильгельма был не простым человеком, в обществе криминального мира. Киллер - принимавший заказы за бешенные деньги, пристреливал людей с первой попытки и всегда оставался не замеченный. Меткие глаза, как точный прицел винтовки, вот это ценилось в его отце, подобное зрение передалось и его сыну, глаза способные безошибочно попасть в цель, не целившись в нее.

Рейнхарт выкрутил на всю кипяток душа, встал под него, как только скинул с себя одежду. Вода к тому времени уже издавала пар и его тело обожглось. Истошный крик раздался из квартиры мужчины, последующие рывки голоса он сдерживал, прикусив нижнюю губу. Он не двигался, стоял ровно склонив голову на которую лилась обожженная вода, пять минут прошли как вечность, как долгое путешествие в другое время. Тело горело, и недавно выпитый алкоголь, дал о себе знать одуряя голову от жары. Заходя в спальню его встретило настенное зеркало, во всю длину стены, отражение смотрело на него. В пройме двери стоял высокий мужчина, с ростом под метр девяносто, с короткой стрижкой под ежик, тату на левой руке в районе локтя, но с внутренней стороны, просто какие то закарлючки сделанные Нэнсоном, затронули и его шею. Там уже виднелось тату поменьше, ожог тянувшийся от ребер на спину до лопаток, многочисленное количество родинок на шее и плечах с которых стекала не до конца, вытершая вода. Синяки под глазами и достаточно острые черты лица. Казалось между бровей появилась маленькая морщинка, от вечно хмурых бровей. Вильгельм смотрел в свое отражение, какое же хорошее и подтянутое тело он имел, но в тоже время уродливое. Он не любил все эти пометены, оставленные на своем теле, и отголоски юности на своих кистях. Хмуря брови, он еще раз посмотрел не на себя, а в свои зеленые глаза и ушел в сторону кровати.

Он прислушивался к каждому шуму, стены были картонные и своим телом он разрушал ровно постеленное белье, съёжившись, поджимая к голове руки, он пытался забыть о том человеке с низу. Кто же это мог быть? Не ужели его отец снова посылает людей, что б тому докладывали, куда передвигается он и чем занят. Рейнхарт услышал как подъехавшая машина уехала, дышать стало легче и он закрыл глаза, тяжелыми веками.