4

Лиам притормозил у обшарпанной пятиэтажки, где во дворе воняло мусором и дешевым азартом. Я вывалился из машины, едва не рухнув на асфальт — нога проклятым штырем отозвалась на каждое движение.
— Ты уверен, Рой? — Лиам с сомнением посмотрел на темные окна третьего этажа. — Она тебя ненавидит. После того, как ты пропал на год, она прислала мне письмо, в котором предлагала сжечь твои вещи.
— Она — единственный человек, который знает правду и не побежит в полицию, — бросил я, закуривая. — И она чертовски хороший медик, пусть и недоучка.
Мы поднялись. Дверь открыла Карен. На ней была растянутая футболка и короткие шорты, в руках — учебник по анатомии. Увидев меня, она не вскрикнула. Она просто медленно, с наслаждением, выдохнула мне в лицо:
— О, глядите-ка. Главный неудачник года восстал из мертвых. Пришел занять денег на очередную бутылку?
— Карен, завали, — я отстранил её плечом и вошел в квартиру. — У нас мало времени. Мне нужно, чтобы ты посмотрела мою ногу. Она кровит.
Она захлопнула дверь с таким грохотом, что посыпалась штукатурка.
— Я тебе не ветеринар, Кастер! Ты бросил Мелоди, ты сбежал в свой запой, а теперь приполз, когда припекло?
Я развернулся к ней так быстро, как только позволяло колено.
— Я не сбегал. Я сдыхал. А теперь я узнал, почему Мел умерла так быстро. Штерн. Тебе это имя о чем-то говорит?
Карен замерла. Её лицо, до этого злое и живое, вдруг стало маской из белого мрамора. Книга выпала из её рук.
— Маркус Штерн? Врач из онкоцентра?
— Он убил её, Карен. За пятьдесят кусков. Пока я гнил в горах, он вводил ей дерьмо вместо лекарств. Лиам нашел доказательства.
Карен тяжело опустилась на табурет. Ярость в её глазах сменилась чем-то другим. Холодным. Темным. Тем, что объединяет нас всех в этом проклятом городе.
— Садись на стол, — коротко бросила она, вставая за аптечкой. — Снимай эти чертовы штаны.
Я повиновался. Когда она содрала присохший бинт, я взвыл и выдал такую тираду матов, что Лиам в коридоре, кажется, покраснел.
— Сука! Карен, можно аккуратнее?! Ты мне полкожи сняла!
— Аккуратнее будешь просить у квалифицированного врача в платной клинике, — огрызнулась она, вонзая иглу с антисептиком прямо в открытый шов. — А я, сука, парамедик! Терпи, если решил корчить из себя мстителя. Твоя нога — это каша, Рой. Еще пара дней, и пошло бы заражение.
Она затягивала бинт с такой силой, будто пыталась меня задушить через колено.
— Слушай сюда, — она подняла на меня взгляд, и я увидел в нем ту же пустоту, что была у меня. — Я еду с вами. Ты — хромой идиот, который не видит дальше своего носа. Лиам — щегол, который верит в справедливость. Вам нужен кто-то, кто будет вкалывать тебе блокаду, чтобы ты не свалился в самый ответственный момент. И я хочу лично посмотреть в глаза Штерну, прежде чем ты прострелишь ему голову.
Я посмотрел на Лиама. Тот пожал плечами.
— Нам нужен медик, Рой. Без неё мы — пушечное мясо.
Я снова перевел взгляд на Карен. Она стояла, скрестив руки на груди, и в её позе было больше стали, чем в моем армейском ноже.
— Ладно, — выдохнул я. — Собирай манатки. Но если начнешь ныть, когда полетят пули — оставлю на обочине.
— Поверь, Рой, — она горько усмехнулась, закидывая медицинскую сумку на плечо. — После того, как я видела смерть Мел, твои пули — это просто хлопушки. Погнали.