Эти ублюдки

Прошел год. Или сто лет. В этом городе время не течет, оно киснет, как открытое молоко. Мой день состоял из трех этапов: проснуться от боли в колене, дойти до кухни за первой порцией дешевого пойла и смотреть в окно на серые коробки домов, пока не стемнеет.
Я уже почти научился не думать о Мел. Почти. Только во сне она приходила — молодая, пахнущая книжной пылью и ванилью. А потом я просыпался и видел реальность: облезлые обои и пустую бутылку.
В дверь постучали. Не вежливо, а так, как стучат те, кто знает, что им не рады.
На пороге стоял Лиам. Тот самый щегол, которого мне навязали в учебке за полгода до того ада в горах. Я тогда учил его, как не сдохнуть в первой же засаде, как правильно затягивать жгут и почему устав написан кровью. Сейчас он выглядел старше. Осунулся, в глазах — та же хренотень, что и у меня, только еще с примесью страха.
— Рой, — выдохнул он, даже не дождавшись «привет». — Я искал тебя три месяца.
— Нашел? Молодец. Теперь вали обратно, — я попытался закрыть дверь, но он выставил тяжелый армейский ботинок.
— Рой, послушай. Есть дело. Серьезное. Нашим парням нужна твоя голова. Ты же юрист, ты видишь лазейки, которые мы не замечаем. И ты боец, каких поискать...
Я хрипло рассмеялся. Звук был похож на хруст костей.
— Посмотри на меня, малец. Я — рухлядь. Я не юрист, я алкаш с простреленной ногой. С хуя ли мне вообще вставать с этого кресла? Нахуя мне это всё надо? Какого черта ты притащился в мой личный ад?
Лиам замолчал. Он опустил глаза, а потом посмотрел мне прямо в переносицу. Так смотрят, когда собираются нажать на курок.
— Потому что Мелоди умерла не от болезни, Рой. Точнее... не совсем от неё.
В комнате стало так тихо, что я услышал, как в коридоре капает кран. Весь хмель выветрился в одну секунду. Я почувствовал, как пальцы на здоровой ноге судорожно сжались.
— Что ты несешь, щенок? — я шагнул к нему, схватив за куртку. — У нее был рак. Четвертая стадия. Я видел результаты анализов...
— Анализы были настоящие, — Лиам не отвел взгляд. — Но она могла прожить еще полгода. Или год. Она могла дождаться тебя, Рой. Я нарыл инфу... Один из «клиентов», которых ты зацепил еще когда был на юрфаке, нашел способ отомстить. Врач в онкоцентре получил перевод на офшорный счет. Один укол, Рой. Небольшая «ошибка» в дозировке препарата для химиотерапии. Твоя девочка сгорела за три дня, потому что кто-то решил, что так тебе будет больнее.
Я почувствовал, как внутри меня что-то, что я считал мертвым, начало медленно, со скрипом, разворачиваться. Это была не депрессия. Это была первобытная, чистая ненависть.
— Имена, — прохрипел я, сжимая его воротник так, что костяшки побелели. — Лиам, если ты сейчас врешь, я убью тебя прямо здесь.
— Я не вру, командир. У меня есть файлы. И у меня есть адрес того самого врача.
Я отпустил его и посмотрел на свои руки. Они дрожали. Но уже не от водки. Город за окном по-прежнему был серым и мертвым, но теперь я знал: прежде чем я сдохну в этом месте, я заберу с собой всех, кто приложил руку к тому уколу.