Глава 98.

Вскоре после того, как Ю Мянь вернулся в квартиру тем вечером, ему позвонил Хун Шэн.

«Ю Мянь, ты сегодня днем ​​встречался с Пэй Хуайцзи?» Голос Хун Шэна на другом конце провода был не таким встревоженным, как представлял себе Ю Мянь. Он был скорее любопытным.

Согласно требованиям к записи шоу, его личный контакт с Пэй Хуайцзи действительно был близок к пересечению черты.

Итак, Ю Мянь встал за обеденный стол, налил себе чашку горячей воды и пошагово рассказал, что он обсуждал с Пэй Хуайцзи днем. Он объяснил, что это было просто совпадение.

Хун Шэн помолчал несколько секунд: «А? Вы разве не встречаетесь?»

Ю Мянь не знал почему, но он почувствовал нотки сожаления в тоне Хун Шэна.

Хун Шэн, похоже, тоже понял, что с его тоном что-то не так. Он тут же несколько раз кашлянул, прочистил горло и снова сказал: «Один фанат в Интернете выложил вашу совместную фотографию. Популярность вашего КП довольно высока, но это неважно. Просто будьте внимательнее в следующий раз».

Раньше такие фанаты часто встречали двух гостей романтического варьете-шоу на улице. Это в основном приводило к спойлерам.

Однако третий эпизод шоу должен был выйти в эфир в ближайшее время. Все сотрудники шоу были прекрасно осведомлены об отношениях между Ю Мянем и Пэй Хуайцзи. Поэтому их не слишком волновала случайная встреча с фанатами.

Ю Мянь не ожидал, что этот вопрос будет так легко обойден вниманием, поэтому он ответил с мягкой улыбкой: «Хорошо, директор».

Хун Шэн попросил Ю Мяня переслать сообщение на Weibo и повесил трубку, обменявшись еще несколькими словами.

Ю Мянь немедленно отправился на Weibo, чтобы переслать постер для третьего эпизода «Совпадения Сердцебиений». Почти мгновенно его лайки и количество комментариев стремительно возросли.

[Третий эпизод действительно выйдет? Я так рада снова наслаждаться развлекательным шоу!]

[Свежий Мяньмянь. Хочу увидеть селфи.]

[Не упоминайте случайную встречу или свидание. Просто сохраните лицо для брата Мяня.]

[Встреча? Какая встреча? Никто не упомянул встречу, не говоря уже о свиданиях.]

[Никто не упомянул случайную встречу и никто не упомянул @JL.]

[Что здесь делает @JL? Нам не нужен ответ @JL. Брат Стул не отвечает за аккаунт @JL.]

[@JL, спросите президента Пэй, когда он откроет свой личный аккаунт.]

[У господина Пэй есть личный аккаунт.]

[Я не говорю о роботе, который умеет только репостить записи в блогах. Ура-ура.]

Ю Мянь ошеломленно смотрел на эти забавные комментарии, и его взгляд постепенно становился все более и более нежным.

В комментариях кто-то опубликовал фотографию их встречи днем. Ю Мянь нажал на фотографию, чтобы увидеть, что он держит шерстяную шапку в левой руке. Его каштановые волосы были слегка растрепаны на лбу, а глаза были изогнуты в улыбке. В центре стояли фанаты, а справа стоял Пэй Хуайцзи.

Пэй Хуайцзи был слишком высоким, поэтому ему приходилось слегка наклоняться, чтобы оказаться ближе к камере.

Даже если эти острые, темные глаза не смотрели прямо, чувство угнетения, которое они вызывали, все равно было сильным.

Трехмерные и глубокие черты лица были широко открыты, а замкнутые контуры были особенно красивы в зимнем тумане. Его тонкие губы были слегка поджаты, и он, казалось, был в хорошем настроении.

Ю Мянь неосознанно долго смотрел на фотографию. К тому времени, как он снова пришел в себя, он обнаружил, что на экране появились слова «Фотография успешно сохранена».

Ю Мянь: «……»

Он моргнул, быстро взял чашку и сделал глоток воды. Затем он продолжил листать комментарии в панике, как будто он хотел пролистать мимо фотографии только что.

Однако эта фотография не исчезла. Она была включена почти в каждый комментарий.

[Вот скриншот президента Пэй в одиночку [Фото].]

Ю Мянь поднес край чашки к губам. Его правая рука внезапно замерла, прежде чем он небрежно ею пошевелил.

Он долго боролся с собой.

Через несколько секунд в гостиной, где тихо горел торшер, раздался беспомощный смех.

Ю Мянь выключил телефон и беспомощно потер виски. Что он делал?

Через несколько минут Ю Мянь включил свой компьютер. Он зашел на официальный сайт Бюро общественной безопасности города Хуацзян и стал ждать результата своей перерегистрации.

Если бы это было полмесяца назад, Ю Мянь не проявил бы инициативу, чтобы узнать о проблемах, связанных с регистрацией его домохозяйства. Ему нужно было только знать, что он действительно не имеет никаких отношений с семьей Ю.

Но теперь в сердце Ю Мяня забрезжил проблеск надежды.

Появился звук входящего звонка и красная точка на экране компьютера в окне сообщений.

Ю Мянь нажал на официальный ответ во время ответа на звонок.

С другого конца телефона раздался глубокий голос Пэй Хуайцзи: «Ю Мянь, мы нашли ее».

«Все записи о рождении детей, поступивших в приют Ансин 20 лет назад, были сделаны на имя спонсора по имени Мяо Ли».

В тот момент, когда Пэй Хуайцзи закончил говорить, Ю Мянь также ясно увидел страницу своей переоформленной регистрации домохозяйства.

Глава семьи — Мяо Ли.

Рука Ю Мяня, держащая телефон, внезапно напряглась. Его глаза на мгновение потускнели. Оказалось, что такой человек действительно был.

Знала ли эта Мяо Ли, что произошло, когда семья Ю усыновила его?

Знала ли она, как он оказался в детском доме Ансин? Может быть, она знала его родителей.

Теперь все эти вопросы имели нить, которую можно было проследить.

Ю Мянь поднял руку, чтобы прикрыть глаза, и на его лице появилась улыбка.

«Я тоже ее нашел», — хрипло сказал Ю Мянь.

Голос Пэй Хуайцзи исчез на несколько секунд, по-видимому, давая Ю Мяню время успокоиться.

Вскоре Пэй Хуайцзи снова заговорил: «20 лет назад Ансин был всего лишь частным детским домом. В то время они не могли зарегистрировать четырех или пятерых детей, поэтому появился этот заботливый спонсор. Мяо Ли проявила инициативу и предложила, чтобы регистрация домохозяйств этих детей была сделана на ее имя».

Пэй Хуайцзи ясно это объяснил: «В то время регистрация не была такой строгой, как сейчас».

Остальные дети, которые не были усыновлены, по достижении совершеннолетия перешли на собственную регистрацию по месту жительства, так что теперь под именем Мяо Ли значился только Ю Мянь.

Ю Мянь встал, чтобы взять под контроль свои эмоции. Он последовал за голосом Пэй Хуайцзи и сказал: «Так что она, вероятно, свидетельница того, как семья Ю усыновила меня».

"Да."

«Насколько мне известно, она до сих пор ходит в Ансин каждый вторник. Ее финансовая помощь распределяется по дому с ежемесячными интервалами».

Она производила впечатление очень добросердечной старушки.

«Если хочешь ее увидеть, мы можем пойти туда завтра».

Ю Мянь слушал голос Пэй Хуайцзи, доносившийся из телефона возле его уха. На этот раз он больше не колебался. Он решил крепче сжать нить перед собой.

"Хорошо."

Город Хуацзян полностью вошел в зиму. Передние дворы рядов односемейных вилл были покрыты несколькими слоями толстого снега. Иней также висел на ветвях многих красиво подстриженных карликовых деревьев и цветочных клумб. Холод был угнетающим.

Поскольку шел сильный снег, погода сегодня была необычайно солнечной. Мяо Ли завернулась в толстое хлопковое пальто, вышла из дома и взяла метлу, чтобы расчистить снег.

Шелест уборки был особенно заметен в это тихое утро.

Мяо Ли наклонилась и подняла пластиковое ведро, наполненное снегом, продолжая двигаться вперед.

Внезапно издалека подъехал черный «Майбах» и медленно остановился у огороженных ворот переднего двора Мяо Ли.

Седовласая старушка держала метлу и смотрела вверх в замешательстве. Она не узнала номерной знак.

Ю Мянь и Пэй Хуайцзи вышли из машины один за другим. Ю Мянь внезапно остановился, увидев, как Мяо Ли убирает двор.

Мяо Ли отложила метлу и громко спросила: «Привет, кого вы ищете?»

Ю Мянь медленно шел за Пэй Хуайцзи: «Я ищу госпожу Мяо Ли».

Мяо Ли с опаской взглянула на двух незнакомых мужчин перед ней, особенно на Пэй Хуайцзи.

Другой человек был очень высоким и, казалось, мог поднять ее над землей.

Мяо Ли жила одна и всегда умела предотвращать опасные ситуации.

Поэтому, когда Ю Мянь передал ей книгу регистрации домохозяйства, она не пошла к нему, чтобы немедленно ее получить. Вместо этого она осторожно их расспросила. Только когда Ю Мянь произнес слова «детский дом Ансин», бдительность Мяо Ли исчезла.

«Ты тогда был ребенком из детского дома?» Глаза Мяо Ли были не очень хороши. Она сильно прищурилась, чтобы посмотреть на Ю Мяня.

Прошло почти 20 лет с того инцидента. Даже если у Мяо Ли была хорошая память, она почти забыла об этом в своем возрасте.

Ю Мянь кивнул и ответил с мягкой улыбкой: «Да, я был в детском доме Ансин, а позже меня усыновили».

Только тогда подошла Мяо Ли и взяла книгу регистрации домохозяйства, которую ей передал Ю Мянь.

Открыв ее, она вдруг увидела внутри свое имя.

В этот момент словно приливом нахлынули все воспоминания тех лет.

Мяо Ли крепко сжимала в руке книгу регистрации домохозяйства. Она посмотрела на молодого человека перед собой. Конечно же, она нашла что-то знакомое после многих лет в цвете его глаз.

«Это ты». Теплая улыбка появилась на старом морщинистом лице Мяо Ли: «Маленький Ю Мянь».

В тот момент, когда подул холодный ветер, Пэй Хуайцзи шагнул вперед, чтобы заслонить Ю Мяня от ветра, дующего слева.

Увидев это, Мяо Ли тут же сказала: «Зайдите в дом, поболтаем».

Ограда переднего двора виллы была открыта. Ю Мянь взял ведро для снега Мяо Ли, а Пэй Хуайцзи взял метлу у Ю Мяня.

Мяо Ли, шатаясь, прошла перед ними двумя, встала у двери и толкнула ее. Жар в комнате устремился ей в лицо.

Когда Ю Мянь вошел в дом, он увидел тепло оформленную гостиную. На диване были сложены плюшевые одеяла, а рядом с ними свернулись два спящих котенка. Камин здесь не был украшением, внутри горел яркий огонь.

Мяо Ли сняла свое теплое пальто и налила две чашки теплого кофе Ю Мяню и Пэй Хуайцзи.

«Сейчас очень холодно», — сказала Мяо Ли, развернулась и вошла в дом.

Ю Мянь и Пэй Хуайцзи сидели на диване в гостиной и наблюдали, как Мяо Ли достает с книжной полки толстый фотоальбом.

Старушка вернулась и села в кресло-качалку. Она также надела очки для чтения.

«Маленький Ю Мянь, я помню, что тебя в детстве усыновила одна пара». Мяо Ли открыла фотоальбом. Она с улыбкой протянула его Ю Мянб и сказала: «Смотри, это ты».

Это была старая, пятнистая черно-белая фотография.

На стульях сидели двое, а в заднем ряду стояли четверо детей. Старшему на вид было лет восемь, а младшему было всего два или три года. Его держала на руках молодая женщина, сидевшая на стуле.

У молодой женщины были нежные глаза и модные вьющиеся волосы.

Мяо Ли поправила очки для чтения и застенчиво улыбнулась: «Это я».

Ю Мянь увидел себя с кудрявыми волосами, когда Мяо Ли держала его на руках.

Взгляд Пэй Хуайцзи был прикован к телу маленького Ю Мяня, и его глаза мгновенно стали необычайно мягкими.

Мяо Ли была настолько умным человеком, что, увидев Ю Мяня, держащего книгу регистрации домохозяйства снаружи дома, она догадалась, почему эти двое пришли сюда в это время.

Ю Мянь несколько раз потерла фотографию, прежде чем тихо спросить: «Тетя Мяо, можете ли вы рассказать мне, что произошло, когда семья Ю усыновила меня?»

Мяо Ли задумалась: «Тогда Ансин был просто детским домом и не имел квалификации для регистрации в качестве домохозяйства. К тому же, тогда в доме были только эти дети. Я не замужем, поэтому я зарегистрировала этих детей в своем домохозяйстве».

«Но теперь нет необходимости в таких проблемах. Детский дом Ансин является государственным, и вся регистрация детей в семье осуществляется в полицейском участке».

Мяо Ли посмотрела на Ю Мяня и очень тихо сказала: «Твоя ситуация тогда была очень особенной. Семья, которая тебя усыновила, имела своего ребенка и не соответствовала условиям усыновления».

«Но в то время детский дом был на грани закрытия, а их семья была очень богатой. У меня не было выбора, кроме как согласиться на их фактическое усыновление. Кроме того, пара обещала мне, что они официально усыновят тебя, и они это сделали».

Мяо Ли помолчала несколько секунд, прежде чем вздохнуть: «Но вы же видели текущую ситуацию. Три года назад они сообщили мне, что предыдущее соглашение об усыновлении недействительно. Это означает, что, хотя твоя регистрация домохозяйства была на их имя на поверхности более десяти лет, ее вернули мне, когда усыновляющая сторона выдвинула возражение».

Ю Мянь понял коварный план Ю Цзиюаня и Бай Пэйлань, как только услышал это.

Они попросили его взятт личность Бай Линя и действительно разрешили Ю Мяню зарегистрировать дом семьи Ю, но все это было поверхностно.

Прежде чем Бай Линь официально вернулся в Китай, Ю Цзиюань и Бай Пэйлань высказали возражения против сфальсифицированного соглашения об усыновлении и попытались его отозвать.

Когда пришло время, Ю Мянь был выброшен из семьи Ю, так и не получив от них ничего, не говоря уже о доле.

Ю Мянь мог это понять, а Мяо Ли — нет.

Мяо Ли не могла понять, почему семья Ю сделала это. Она думала, что они просто не хотели, чтобы Ю Мянь получил долю их активов.

Обиды богатых семей были сложными. Мяо Ли была переполнена эмоциями, когда она смотрела на Ю Мяня перед собой.

«В детском доме свои правила. Я не могла взять на себя инициативу искать тебя или вмешиваться в твою жизнь». Мяо Ли улыбнулась и похлопала Ю Мяня по тыльной стороне руки: «Тебе пришлось нелегко в эти годы, маленький Ю Мянь?»

Кадык Пэй Хуайцзи внезапно дернулся, и его глаза потемнели.

С другой стороны, Ю Мянь широко улыбнулся и покачал головой.

Мяо Ли только подумала, что Ю Мянь утешает старушку. Ее глаза за очками для чтения были слегка влажными.

«Эта группа детей уже выросла. Теперь и самый младший, маленький Ю Мянь, тоже вырос», — с улыбкой сказала Мяо Ли.

Ю Мянь посмотрел на фотографию. Он указал на молодого человека, сидящего рядом с Мяо Ли, и спросил: «Тетя Мяо, кто этот человек?»

Мяо Ли слегка улыбнулась, прежде чем вздохнуть.

«Его зовут Сун Чжэн, и он первый директор детского дома Ансин. Он держал тебя на руках с тех пор, как я его встретила. Ты был тогда совсем маленьким, тебе было всего четыре или пять месяцев».

Ю Мянь был поражен: «Тогда он мой…»

Мяо Ли знала, что Ю Мянь хотел спросить, и покачала головой: «Нет. Сун Чжэн сказал, что твоя фамилия Ю, а твое имя Ю Мянь. Он воспитал тебя, чтобы выполнить свой долг перед другом».

«Вероятно, он знал твоих биологических родителей».

Пэй Хуайцзи тут же спросил глубоким голосом: «Тогда где этот человек по имени Сун Чжэн??»

Мяо Ли погладила одеяло на коленях: «Разве я не упоминала, что детский дом был на грани закрытия? Это произошло из-за большого пожара в Ансин. Чтобы спасти детей из огня, Сун Чжэн вошел туда и больше не выходил».

«В тот момент, когда Сун Чжэн скончался, финансирование детского дома прекратилось».

Услышав это, Ю Мянь почувствовал себя сбитым с толку и озадаченным.

Может ли быть, что единственный человек, знавший его биологических родителей, ушел таким образом?

Пэй Хуайцзи нахмурился и спросил: «Разве господин Сун не рассказал вам тогда о родителях Ю Мяня?»

Мяо Ли покачала головой: «Он очень стеснялся говорить об этом, но часто обнимал Ю Мяня».

«Маленький Ю Мянь был очень умным. Ты проявил удивительный талант в математике в возрасте двух лет. Ты также показал восприятие цвета, которое выходило за рамки восприятия обычных людей».

Мяо Ли посмотрела на Ю Мяня с нежной улыбкой в ​​глазах: «Ты был тогда совсем маленьким, но тебе всегда нравилось забираться высоко и сидеть на книжном шкафу, чтобы решать математические задачи, такие как сложение, вычитание, умножение и деление».

«Сун Чжэн в тот момент кое-что сказал…»

Глаза Ю Мяня мгновенно сузились: «Что это было?»

Мяо Ли задумалась на некоторое время, прежде чем сказать: «Я помню только, что сказал тогда Сун Чжэн. Это было: «Оказывается, Мяньмянь тоже прирожденный авантюрист»».