Реакция на то что, Т/И курит

Егор Меленин «Мэл»

Он узнал случайно.

Вы сидели у него во дворе, болтали ни о чём — про одноклассников, про скучную физру и про то, как Хэнк опять нагрубил учителю. Всё было спокойно, пока ты не вытащила пачку сигарет.

— Эй, — он моргнул, будто не верил глазам. — Ты... серьёзно?

Ты сделала вид, что не слышишь, чиркнула зажигалкой. Мэл вырвал сигарету прямо из твоих пальцев и, нахмурившись, погасил её о стену.

— С ума сошла? — он раздражённо шепнул. — Зачем тебе это вообще?

Ты вздохнула, опустив глаза:

— Просто... нервы. Мать задолбала, школа, люди... легче становится.

Он долго молчал, глядя на тебя. Потом выдохнул и сел рядом.

— Если тебе хреново — звони, ладно? Не надо эту дрянь в рот тянуть. Я тебя и без дыма перенесу, — усмехнулся, пытаясь смягчить момент.

С того дня стал чаще писать тебе первым, проверять, не куришь ли снова. Иногда ворчал, но больше переживал, чем злился.

Борис Хенкин «Хэнк»

Он узнал об этом, когда пришёл к тебе после тренировок. Вся кухня была в лёгком запахе табака. Он прищурился, закинул сумку на стул и посмотрел прямо на тебя.

— Это что за аромат «пепельного счастья»? — язвительно спросил.

Ты не стала юлить, достала сигарету.

— Не начинай, Борь. Просто нервы.

Он отнял сигарету, затушил.

— Нервы? У тебя нервы — у меня инфаркт! — рявкнул, но почти сразу смягчился. — Если тебя что-то тревожит, скажи. Я не психотерапевт, но могу хотя бы рядом быть.

Ты хмыкнула:

— Ты рядом и без этого слишком часто.

— Ага, вот поэтому ещё и жить хочешь, — ухмыльнулся он, целуя тебя в висок. — Бросай, пока я не устроил тебе никотиновый рейд.

После этого он частенько подшучивал над тобой, но больше не ругался — просто следил, чтобы ты не сорвалась.

Гена Зуев

Он заметил всё в машине.

Ты сидела рядом, открыв окно, и думала, что он не обратит внимания, пока ты не достанешь сигарету. Но он, как всегда, внимателен.

— И давно? — спросил он спокойно, глядя на дорогу.

Ты замерла, потом ответила коротко:

— Месяц.

— Причина? — сухо.

— Спокойнее. Голова меньше гудит.

Он кивнул. Никаких сцен, криков, драмы — только холодная тишина и его рука, лёгшая тебе на колено.

— Я не буду отговаривать. Просто... не уничтожай себя по мелочи. Мир и так сделает это за тебя, если дашь повод.

Ты улыбнулась сквозь лёгкий стыд. Он сказал всё без лишних слов, но тебе этого хватило. С того дня курить рядом с ним ты больше не могла — будто стыдно стало.

Иван Кислов «Киса»

Он спалил тебя прямо во дворе, ночью.

Ты вышла покурить, думая, что он спит у тебя на диване. Но нет — этот засранец вышел следом, с бутылкой пива в руке.

— Ну-ка, а это что за движ? — усмехнулся он, подходя ближе.

— Иди спать, Ваня.

— Щас, — он выхватил у тебя сигарету, сделал затяжку и поморщился. — Фу, да это ж дерьмо. Чего ты вообще это куришь?

— Нервы. Всё раздражает.

Он посмотрел на тебя с прищуром.

— Нервы лечат не дымом, а мордобоем, — буркнул, присаживаясь рядом. — Или хотя бы обними кого, если совсем крышу сносит.

Ты усмехнулась:

— Так это предложение?

— Считай, да, — он притянул тебя ближе. — Лучше я тебя задышать заставлю, чем эта дрянь.

На следующий день он весь день подкалывал тебя: «Ну что, моя курящая дама, тяга не мучает?» — но при этом держал тебя за руку чуть крепче, чем раньше.