Глава 4

Даниил

Нажимаю на дверной звонок. На самом деле я давлю на него, и кажется, что все эти колокольчики, играющие дурацкую мелодию, звучат вечность. Начинаю тихо посмеиваться, засовываю руки сзади за пояс пляжных шорт и запрокидываю голову назад, чтобы рассмотреть потолочное перекрытие на крыльце.

Но да. От этого у меня кружится голова, поэтому прекращаю свое занятие.

Она не открывает дверь, и я переживаю, что она рассердилась из-за моего опоздания. И никто не открывает, я задумываюсь, что в таком большом доме должен быть один служащий или даже пять.

Подхожу ближе и заглядываю в узкое прозрачное окно, расположенное по всей высоте двери, но внутри никакого движения.

Меня охватывает разочарование. Самая прекрасная девушка в мире с шикарнейшей попкой, к которой я даже не прикоснулся, кинула меня?

Ни за что, мать твою. Она была единственным светлым пятном, которое помогло мне пережить паршивый ужин в загородном клубе, на котором ранее я должен был присутствовать вместе с родителями.

Маму пригласила какая-то чванливая сучка, которую она встретила на пляже, и следующее, что я помню, мы все оказались на ужине.

Там была девушка. Моего возраста, с идеальными светлыми волосами, с кожей после автозагара и красивыми голубыми глазами. Дочь новых маминых друзей, рядом с которой я вынужден был сидеть, вести светскую беседу, притворяясь, что мне интересно.

Всё это время я мог думать только о Юои. О хорошенькой, маленькой Юли в бюстгальтере бикини, который едва сдерживает впечатляющие буфера, и с очаровательной улыбкой, почти ослепившей меня. Нахальным, и, тем не менее, милым поведением. Она восхитительна.

Провожу рукой по лицу и упираю руки в бедра, обдумывая следующий шаг. Я в курсе, что чертовски опоздал, тогда как она просила не опаздывать. Юля, наверное, безумно разозлилась, но, черт возьми, я ничего не мог сделать. У меня даже нет номера ее телефона.

Нужно это исправить. Незамедлительно.

Махнув рукой на дверной звонок, начинаю стучать. Другими словами, не сдаюсь. Я назойлив. И немного пьян. Ладно, возможно хорошо навеселе. Я безобиден. Мне нужно было немного пива и пару шотов текилы, чтобы пережить кошмарный ужин. А сейчас я хочу увидеть Юлю.

Безумно хочу ее увидеть и извиниться. Попытаться загладить свою вину перед ней. Всеми возможными способами.

Я могу придумать самые разные варианты, как компенсировать свое опоздание…

Огромная дверь распахивается, и меня приветствует мертвая тишина. Вот Юля стоит, выглядя крошечной в чрезмерно огромном фойе, руки скрещены на груди, подбородок вздернут с толикой раздражения.

Волосы распущены и спадают сзади на плечи длинными блестящими черными волнами. На ней надеты ярко-красная футболка и белые суперкороткие шорты.

На самом деле короткие, демонстрируя пару ляжек, и я представляю, как кладу на них руки, широко раздвигая их…

У тебя в голове одни пошлости, придурок. Сосредоточься!

— Ты опоздал, — разочарованно говорит Юля.

Что гораздо хуже злости. Со злостью я могу справиться. В таких ситуациях меня всегда выручает мое обаяние. Но разочарование?

Да уж, не так-то просто.

— Прости, я был вынужден пойти ужинать вместе с родителями, и он затянулся. — Потираю рукой челюсть, пытаясь продраться сквозь затягивающий меня дурман. Всё из-за пива и пары шотов текилы, выпитых ранее. Глупо.

Очень-очень глупо.
Ее взгляд опускается вниз, по груди, животу, и останавливается на моих бедрах. Мои пляжные шорты закрывают бедра.

— Смотрю, ты собираешься плавать.
— У тебя же есть джакузи, верно? — Улыбаюсь ей своей самой обаятельной улыбкой. Улыбкой, которая обычно помогает мне выбраться из сложных ситуаций, но в этот раз не уверен, что сработает. Я все испортил, прежде чем у меня появился шанс.

— Ага, — начинает она, и я не раздумываю. Не даю ей возможности сказать «нет» и хлопнуть дверью перед моим носом.

Проталкиваюсь внутрь, вынуждая ее с ошарашенным видом отступить назад, и закрываю позади нее дверь, поворачивая замок. Он закрывается с оглушительным щелчком, и, улыбаясь, я поворачиваюсь к ней, провожу ладонью по волосам, озираясь по сторонам.

— Что ж, после проведенного вечера, понежиться в джакузи звучит божественно. — Не говоря уж о симпатичной девушке, которая будет мокнуть рядом со мной.

Но не произношу это. От взгляда, который она бросает на меня, понимаю, что за сказанные слова я скорее потеряю баллы, а не наберу их.

— Ты хочешь пойти в джакузи? — Она переводит взгляд с меня на входную дверь, потом снова на меня. — Ну… я неподходяще одета.

— Тогда надо сходить и переодеться, — ухмыляюсь я. — Если только ты не хочешь купаться голышом.

Её лицо искажается от ужаса.

— Как бы не так.

Облом.

Я начинаю идти через весь дом, направляясь на задний дворик в поисках джакузи. Юля отстает от меня на шаг, шлёпанье её вьетнамок в тишине дома разносится эхом, и я задаюсь вопросом, почему такая девушка, как она, остановилась в таком огромном холодном доме, как этот. Он должен принадлежать её родителям, но где они? Почему она здесь совсем одна? Я шпионил за ней несколько недель и не заметил никаких признаков кого-то еще в этом доме.

— Хочешь что-нибудь выпить? — спрашивает Юля, немного запыхавшись.

Я замедляю шаги. Она настолько ниже меня, что ей, наверное, пришлось практически бежать, чтобы поспевать за мною.

— Не стоит. — Оглядываюсь на нее через плечо. — Ты собираешься переодеться или как?

Как только мы заходим в кухню, Юля посылает мне взгляд.

— Ты немного властный.

Сомневаюсь, что хоть кто-то когда-либо в жизни обвинял меня во властности. Остановившись в центре у большого кухонного островка, поворачиваюсь к ней.

— Эта кухня просто гигантская. Ты готовишь?

— Э-э … — Выражение ее лица становится неуверенным

— Ну, конечно же, сама ты не готовишь. Вероятно, у тебя есть повар. — Оглядываюсь вокруг. В кухне ни единого пятнышка. Бытовая техника из нержавеющей стали, мраморные столешницы, воздух неподвижный и прохладный. — Персонал отпустили на лето?

Она шагает в моем направлении, принося с собой аромат… черт, не могу вспомнить, чего именно, но пахнет она охренительно.

— Давай выйдем на улицу, — предлагает она бодро.

Следую за ней, любуясь, как двигается ее попа под белыми шортиками, она нерешительно оглядывается на меня через плечо. Она горяча. Красива. Сексуальна. Немного стеснительна, хотя обычно я прохожу мимо таких девушек. Мне нравится, когда они смелые, кокетливые, хихикающие и глупенькие. Не слишком умненькие, потому что тогда они сразу поймут, что я идиот, и меня разоблачат.

Не то, что идиот, не совсем. Но умные девушки меня раскусывают. Так они понимают, что я ни к чему серьезно не отношусь. Я не могу не быть таким.

И не могу себе этого позволить.
Юля распахивает двойные французские двери, ведущие на задний двор, и выходит в ночь, на мгновение исчезая в тёмном уголке левой части патио. Только я собираюсь последовать за ней, включается джакузи, пузырящаяся пенистая вода подсвечивается изнутри, гул небольшого насоса почти расслабляет.

— Давай залезай, — предлагает она и срывает свои чёрные бикини с вешалки, стоящей рядом с джакузи. — Я только переоденусь. Я мигом.

Она уносится, прежде чем я успеваю хоть что-то сказать, направляясь во что-то похожее на домик у бассейна, всего в нескольких шагах от самого бассейна, и плотно закрывает за собой двери. Пару секунд смотрю ей вслед, меня шатает из стороны в сторону, в то время как раздумываю, погнаться ли за ней.

Держу пари, она надерет мне зад, если я попытаюсь ворваться и мельком увидеть обнаженное тело.
Забудь про это.

Потянувшись за спину, стягиваю с себя футболку и швыряю на ту же вешалку, с которой Юля только что сняла свой купальник, скидываю шлёпки и опускаю ноги в джакузи, горячая вода бурлит вокруг моих лодыжек и икр.

Проклятие, как же приятно. Я погружаюсь в воду, усаживаясь на сиденье и вытягивая руки по обе стороны от себя, ухватившись за края ванны. Откидываю голову назад и вглядываюсь в небо, замечая, как мерцают звезды.

Дарящие надежду, красивые звезды словно насмехаются надо мной, заставляя меня желать будущего, неподвластного мне. Чему не суждено случиться. Никогда не случится, и не важно, как сильно хочу, чтобы это было неправдой. Я делаю то, что говорит мне отец, нравится мне это или нет. Он делал то, что говорил ему его отец, а мой дед — то, что точно так же говорил ему его отец.

Такова традиция семьи Милохиных.

Огромная куча собачьего дерьма.
Хлопает дверь, и я поднимаю голову, игнорируя опьянение, которое грозит захлестнуть меня. Юля идёт ко мне, держа руки перед собой в каком-то неудобном положении, и мне хотелось бы знать почему. Она стесняется? Девушка, ежедневно выставляющая передо мной это горячее-как-сам-грех тело, словно ничто в этом мире ее не заботит? Что происходит?

Поднимаю руку и машу ей.

— Присоединяйся ко мне, — зову я.
Она улыбается и останавливается с противоположной стороны джакузи, окуная только пальчики ног. Пальчики, покрашенные в ярко-оранжевый цвет. Пальчики, которые я хочу и целовать, и сосать, и лизать …

— Горячо, — говорит Юля, но как-то нечестно останавливать ее. Она погружается в воду, пока та не достигает ее плеч, усаживаясь напротив меня, и хотя это всего пару футов, у меня такое ощущение, что эти пара футов — слишком далеко.

— Как хорошо. — Я не перестаю смотреть на нее, замечаю неуверенное выражение на её лице, когда она тянет один из треугольников черного материала, едва сдерживающий грудь. — Прости, что опоздал. Был на ужине с родителями и их друзьями.

— Все нормально. — Пожимает она плечами, словно ее это больше не беспокоит, что хорошо. Большинство девушек хотят, чтобы перед ними пресмыкались, или чтобы парень загладил свою вину. Обычно сделав дорогой подарок или пригласив на ещё одно свидание. — Как прошёл ужин?

Я гримасничаю.

— Отвратительно. Я не очень-то в ладах со своими родителями.

У нее открывается рот.

— Нет?
— Это тебя удивляет? А у тебя хорошие отношения с родителями?

— Большую часть времени моя мама сводит меня с ума.

— Точно. Меня сводят с ума оба родителя. — Я снова запрокидываю голову, рассматривая звезды. — Моя мама настойчива. Мы ужинали с другой семьей, с которой она только познакомилась. У них дочь чуть младше меня.

— Сколько тебе лет? — интересуется Юля.

— Двадцать один, — говорю в небо. — Короче, моей маме хотелось, чтобы я сошёлся с той девушкой.

— Да? — говорит она безучастно, и я бросаю на нее взгляд такой же, каким она смотрит на меня. Не уверен, что ей нравится то, о чем я ей рассказываю, что хорошо. На самом деле хорошо. Это означает, что ей не все равно. Хоть немного.

— Ага. Поэтому я пытался сделать вид, что она мне понравилась, но это не так. — Я смотрю на Юлю, а она смотрит на меня, раздражение написано на её лице. — Тебе интересно, почему?

— Почему?

— Потому что все, о чем я мог думать на протяжении всего вечера, это… — я дотягиваюсь и хватаюсь за ее ногу, мои пальцы скользят по гладкой голени до тех пор, пока не обхватываю лодыжку и тяну на себя,

— ты.