IX

Чонгук молча держал руль в руках, сосредоточенно ведя машину в направлении больницы. В его глазах читалась тревога и беспокойство, а на лице застыла маска отстраненности. Сколько бы обиды ни накопилось у него на мать за долгие годы, он не мог прямо сейчас оставить ее одну, в таком тяжелом состоянии.

Тэхен и Чимин прекрасно понимали состояние Чонгука, чувствуя его внутреннее напряжение и терзающие его душу противоречивые эмоции. Поэтому они не пытались шутить, не задавали вопросов и старались не нарушать его молчание. Сейчас Чонгуку просто нужна была тишина и возможность побыть наедине со своими мыслями.

Приехав в больницу, Чонгук припарковал машину и, прежде чем выйти, бросил взгляд на Чимина и Тэхена, сидящих на заднем сиденье.

— Все будет нормально? — с тревогой спросил Чонгук, нервно перебирая пальцами рук и избегая смотреть им в глаза.

— Конечно, Чон, — ободряюще ответил Чимин, переглянувшись с Тэхеном. Вдвоем они нагнулись вперед и крепко обняли Чонгука, стараясь передать ему свою поддержку и уверенность в том, что все будет хорошо.

Губы Чонгука дрогнули в слабой улыбке, и он прикрыл глаза, чувствуя тепло и искренность друзей.

— Как же я рад, что у меня есть такие близкие люди, — прошептал он. — Спасибо вам, — в его голосе звучала благодарность.

Чонгук отстранился от них и, глубоко вздохнув, вышел из машины, направляясь к больнице. Ему предстояло встретиться с матерью, и он не знал, чего ожидать от этого разговора. Собравшись с духом, мужчина вошел в палату, оглядываясь по сторонам. Его взгляд упал на белую койку, стоявшую у окна, где и лежала его мать — Ванесса.

— Мама! — Чонгук подбежал к койке, беря мать за руку. — Мама... Мама, боже мой. Что с тобой случилось? Почему ты здесь? — от нервов мужчина быстро тараторил, смотря на свою мать с тревогой и беспокойством.

— Чон... Я так рада видеть тебя, — женщина слабо улыбнулась, накрыв руку сына своей и с благодарностью глядя на него.

Чонгук смотрел на Ванессу с большим беспокойством, казалось, все обиды и злость, которые он испытывал к ней раньше, вмиг исчезли, уступив место сочувствию и любви.

— Инсульт, — произнесла женщина, будто это ничего не значило. — Со мной все будет в порядке, не переживай, но я очень хотела извиниться перед тобой и увидеть тебя, — в ее голосе чувствовалась слабость и раскаяние.

Чонгук молча смотрел на мать, сдерживая слезы, которые вот-вот должны были хлынуть из глаз.

— Когда ты сбежал, я сначала не думала об этом, была зла на тебя, — призналась женщина, — но через время меня начала съедать совесть. Я плакала, много. Боже, мне было так стыдно за свои действия, ведь ты не был виноват абсолютно ни в чем, — женщина нежно погладила Чонгука по руке, продолжая говорить. — Я хотела бы, чтобы ты меня простил. Я понимаю, что, скорее всего, это невозможно, но... — она замолчала, не договорив.

Чонгук прервал мать, говоря твердым голосом:

— Я тебя прощаю, — Чонгук внимательно посмотрел на Ванессу, вновь повторив: — Я тебя прощаю, мама.

Женщина облегченно улыбнулась и обняла сына, крепко прижав его к себе и поцеловав в макушку.

— Может, ты нашел себе девушку уже? — с улыбкой спросила она, и Чонгук неловко потер затылок.

— Об этом я и хотел поговорить, я сейчас вернусь, — Чонгук вышел в коридор, оставляя мать в замешательстве.

— Красивый? — он посмотрел на Тэхена, который оживленно общался с Чимином. — Пойдем со мной, познакомлю с мамой, — позвал Чонгук.

Тэхен сразу занервничал, глянув на Чимина с испугом.

— Все будет хорошо, Тэ, — ободряюще улыбнулся Чимин Тэхену, придавая ему уверенности.

Младший поднялся со стула и, глубоко вздохнув, зашел вместе с Чонгуком в палату, робко подходя к матери Чона. Мужчина нежно взял Тэхена за руку, поглаживая костяшки его пальцев большим пальчиком.

— Это, конечно, не представитель женского пола, но люблю я его больше своих шуток, — с улыбкой сказал Чонгук, глянув на Тэхена с любовью.

— Я Тэхен, парень вашего сына, — смущенно улыбнулся он. — Рад познакомиться с вами, — добавил он, стараясь быть как можно более вежливым и учтивым.

Женщина сначала была удивлена таким поворотом событий, но затем ее лицо озарила теплая улыбка.

— Тэхен, значит? — произнесла она. — Я Ванесса, — и протянула руку для рукопожатия.

Тэхен аккуратно пожал ей руку, улыбнувшись в ответ еще шире.

— Я надеюсь, Чонгук тебя не обижает? — с заботой спросила Ванесса.

— Ну мама! — Чонгук закатил глаза, смущенный таким вниманием к своей личной жизни.

Тэхен издал тихий смешок, глянув на Чона.

— Не мамкай, — притворно возмутилась Ванесса. — Иди в коридор, мы с Тэхеном поговорим наедине, — выпроводила она сына из палаты.

Чонгук лишь закатил глаза и, подчинившись воле матери, ушел в коридор, садясь рядом с Чимином.

— Представляешь, она теперь Тэхена любит больше меня! — с обидой в голосе сказал Чонгук.

— Был бы я твоей матерью, я бы тоже любил Тэхена больше, — Чимин посмеялся над другом.

— Я сейчас твоей маме наберу! — в шутку пригрозил Чонгук, доставая телефон и начиная искать контакт матери Чимина.

— Чонгук! — Чимин в панике попытался вырвать телефон из его рук. — Откуда у тебя вообще номер моей матери? — возмутился он.

— Познакомиться хотел, — Чонгук усмехнулся, находя нужный контакт. — Вот сейчас позвоню и расскажу, какой ты неблагодарный сын, — дразнил он друга.

— Ты меня сейчас опозоришь не только перед матерью, но и перед всей больницей! — Чимин недовольно закатил глаза.

— Я просто злопамятный Сальери, — Чонгук спрятал телефон в своем кармане, ожидая возвращения Тэхена.

Вскоре Тэхен вышел из палаты, счастливо улыбаясь.

— Мне столько всего твоя мать про тебя рассказала, — ехидно усмехнулся Тэхен, подкалывая Чонгука.

— О боже, только не начинай! Я же со стыда сейчас сгорю! — Чонгук начал сползать на пол, пряча лицо в ладонях.

— Тебе действительно нравятся носочки с бегемотиками? — Чимин и Тэхен залились громким смехом, переглядываясь друг с другом и вспоминая слова матери Чона.

Чонгук недовольно закатил глаза, чувствуя, как краска стыда заливает его щеки, и решительно направился на выход из больницы. Мужчина торопливо сел в машину и заблокировал двери изнутри, не желая слушать дальнейшие подколки друзей.

Тэхен и Чимин, продолжая смеяться, поспешили следом за Чонгуком, пытаясь открыть дверь, но она не поддавалась.

— Гуки, ну ты что, обиделся? — с улыбкой спросил Тэхен, аккуратно постучав в окно.

— Нет, просто здесь нужен определенный дресс-код: носки с бегемотиками, и тогда можно сюда попасть, — с сарказмом ответил Чонгук, отворачиваясь от них.

— Открывай давай! — настаивал Тэхен, продолжая стучать в окно.

Через пару минут Чонгук, не выдержав натиска друзей, все же разблокировал двери и завел машину. Он даже не смотрел на Тэхена и Чимина, устремив взгляд только на дорогу.

Тэхен, видя, что Чонгук все еще дуется на них, взял его руку и положил на свое бедро, намекая, что хочет, чтобы его погладили. Мужчина фыркнул, но руку не убрал, начиная нежно поглаживать бедро Тэхена, немного сжимая его. Тэхен, в свою очередь, положил свою руку поверх руки Чона, показывая ему свою любовь и привязанность.

***

Приехав домой, Тэхен достал телефон и увидел сообщение от неизвестного номера. Сердце у него екнуло, предчувствуя неладное.

— Я догоню, — сказал Тэхен, глядя на уходящих в дом друзей. Он решил задержаться на пару минут, чтобы прочитать сообщение.

Младший открыл сообщения и просто застыл, смотря на экран телефона. Сообщения содержали фотографии, на которых был Тэхен, Чонгук и Чимин. Все фотографии были сделаны в течение последних двух недель, в разных местах и в разные дни. На некоторых фото они были вместе, смеялись и обнимались, а на других — каждый по отдельности, занимаясь своими делами. Тэхен сглотнул ком в горле и, чувствуя, как по спине пробегают мурашки, поплелся домой, стараясь не показывать своего страха.

— Эй, что стряслось? — спросил Чонгук, попутно поглощая бутерброд, — Что ты такой бледный?

Тэхен молча протянул Чонгуку руку со своим телефоном, показывая эти фотографии.

Чонгук аж подавился куском бутерброда, начиная кашлять и хватаясь за горло.

— Постучи мне по спине, придурок! — Чонгук прохрипел, глянув на Чимина.

Вскоре Чонгук, наконец, откашлялся, присел на диванчик и, тяжело дыша, посмотрел на экран телефона.

— Я чуть не сдох, — пробормотал он, — Это что за фотографии? — Чонгук глянул на Тэхена, поднимая бровь и ожидая объяснений.

— Я не знаю! — в панике ответил Тэхен, начиная ходить туда-сюда по комнате. — Но я говорил, что это неспроста было! Говорил, что нас кто-то преследует!

— Тише-тише, Тэ, — попытался успокоить его Чонгук, — Успокойся, прошу тебя.

Чимин принес стакан воды с успокоительным и, не говоря ни слова, протянул его Тэхену.

— Пей, — строго сказал Чимин, как заботливая мама.

Тэхен помедлил, но все же принял стакан и залпом выпил успокоительное, надеясь, что оно поможет ему справиться с тревогой.

— А теперь дуйте с Чонгуком отсюда, я буду разбираться, — Чимин решительно забрал телефон Тэхена и подтолкнул парня к Чону, давая понять, что сейчас лучше оставить его одного.

Мужчина, с лукавой усмешкой тронувшей уголки его губ, неожиданно подхватил младшего на руки. Тэхен, не ожидавший такого напора, невольно вскрикнул от внезапности.

— Дурак! — в шутку возмутился Тэхен, легонько стукнув кулаком по плечу мужчины, словно пытаясь вернуть себе равновесие и скрыть смущение.

Они вошли в спальню, где царил полумрак, обещая уединение и покой. Чонгук повернул ключ в замке, закрываясь от остального мира, и затем опустился на кровать, пружины которой мягко отозвались на его вес.

— Иди сюда, — промурлыкал Чонгук, с нежностью похлопывая по своим коленям, приглашая Тэхена занять самое удобное место.

Тэхен, послушно откликаясь на этот жест, проворно запрыгнул на кровать, а затем, словно котенок, грациозно уселся на колени своего мужчины, обвив его шею руками в уютном объятии.

Чонгук, наслаждаясь близостью, начал осыпать лицо Тэхена легкими, мимолетными поцелуями, словно собирая капли утренней росы. Тэхен, прикрыв глаза, блаженно принимал каждый поцелуй, позволяя нежным прикосновениям растопить остатки напряжения. Затем, поддавшись внезапному порыву, он вытянул губы навстречу, молчаливо прося большего. Чонгук, будто повинуясь тайному сигналу, сначала оставил на его губах несколько быстрых, дразнящих поцелуев, но затем, не в силах больше сдерживаться, прижался к губам Тэхена в полноценном поцелуе, целуя трепетно и нежно, словно драгоценный цветок. Именно такие поцелуи, наполненные заботой и пониманием, успокаивали Тэхена, возвращая ему ощущение безопасности и защищенности.

Чонгук, казалось, давно запомнил каждую мелочь, каждую реакцию, которую так любил в Тэхене, и теперь умело пользовался этими знаниями, чтобы дарить ему минуты истинного счастья.

Завершив поцелуй, Чонгук бережно уложил Тэхена на кровать, заботливо накрывая его теплым одеялом.

— А теперь тебе пора спать, — произнес Чонгук с мягкой улыбкой, любуясь умиротворенным лицом Тэхена.

Он подошел к окну и плотно задернул шторы, погружая комнату в приятный полумрак, способствующий расслаблению.

— Не уходи. Мне страшно быть одному, — прошептал Тэхен, с тревогой вцепившись в руку мужчины, словно боясь, что тот исчезнет. В его голосе звучала детская уязвимость, которую Чонгук не мог игнорировать.

Чонгук, не раздумывая, лег рядом со своим мальчиком, обнимая его крепко, но нежно, давая понять, что он здесь, рядом, и никуда не собирается уходить.

— Не ухожу. Ты в безопасности, — прошептал он в ответ, успокаивая Тэхена своим присутствием.

Тэхен, чувствуя тепло и защиту рядом, прижался поближе к Чонгуку, постепенно расслабляясь и начиная погружаться в безмятежный сон.

***

Через час, когда дыхание Тэхена стало ровным и глубоким, свидетельствуя о крепком сне, Чонгук аккуратно, стараясь не разбудить спящего, встал с кровати и тихо покинул комнату. Он направился к Чимину, осторожно прикрыв за собой дверь.

— Узнал что-то? — спросил Чонгук вполголоса, с тревогой вглядываясь в лицо Чимина. — Он спит, поэтому давай потише.

Чимин, понимая деликатность ситуации, кивнул в знак согласия и, понизив голос до шепота, ответил:

— Присаживайся и слушай.