Глава 11
За эти полтора месяца, что пролетели с того дня, как Тео начал догадываться о чувствах Мирослава, очень многое изменилось. Сначала он с интересом стал наблюдать за ним и обнаружил, что мнение, которое он о нем составил раньше, в действительности имело мало общего с ним. Он считал Мирослава холодным, но правда была в том, что он просто отлично умел владеть своими эмоциями. Считал необщительным, но оказалось с ним можно говорить долгими часами, напрочь забывая о времени. Он думал Мирослав заботился о нем из жалости, но и тут он ошибался.
Они каждую субботу теперь гуляли подолгу. Иногда катались на велосипедах. Тео узнав как-то, что Мирослав любит вечерами прокатиться на велике, достал свой из кладовки, на котором не ездил года три. Он обожал слушать, как Мир неторопливо, в деталях, о чем-то рассказывал, будь то фильм, книга, да что угодно. Его восхищало, как он четко и ясно выражал свою мысль и как порой, казалось, со стороны смотрел на какие-то вещи, видя всю суть. Тео же всегда нелегко давалось выразить словами то, о чем он думал.
Он жадно впитывал все, что Мирослав ему рассказывал. Рядом с ним он менялся и сам себе нравился больше. Он наслаждался его безмятежным спокойствием, то чем сам он был обделен и казалось, рядом с Мирославом даже его беспокойный ум приходил в порядок.
Его больше не пугали ночи, которые раньше приносили с собой тревоги и ненужные мысли. Он по-прежнему часто засыпал под утро, но теперь он брал наушники и выходил на пробежку по набережной, освещенной лишь тусклым светом фонарей. Пробежав в первую ночь кое-как метров пятьсот, через пару недель он уже спокойно бегал по пять-шесть километров. И ночь стала его любимым временем суток. На тихих улицах, слушая любимую музыку и глубоко вдыхая свежий ночной воздух, он порой чувствовал что-то близкое счастью.
Мирослав внезапно появился в его жизни и незаметно окружил его своим присутствием, вниманием и заботой. Всем, в чем он так отчаянно нуждался и, в конце концов, Тео стал каждый раз ждать встречи с ним, ждать сообщений по утрам и вечерам, он стал зависим от их разговоров и стал зависим от него.
Он искренне не понимал, что такого человека, как Мирослав могло привлечь в нем, но он уже решил не оставлять ему и шанса на отступление.
Где-то на тумбочке завибрировал телефон. Тео нехотя нащупал его, разлепил сонные глаза и взглянул на экран. Сообщение было от его вчерашнего гостя.
«Ты уже проснулся?», интересовался Мир.
Тео с минуту пытался сообразить в чём суть вопроса и почему так сильно гудит голова, пока к нему не начала возвращаться память, а вспомнить было что. Конечно уцелели не все воспоминания, но вполне достаточно, чтобы немедленно ощутить волну стыда и смущения. Удивительное дело, никогда он не был таким, каким он был с Мирославом и по мере того, как его чувства становились для него всё более очевидными, эти отличия были всё разительнее.
«Вроде да», — ответил он неуверенно, думая о том, что можно было все-таки обойтись и без рома вчера.
«Я зайду минут через 5?»
Тео, получив последнее сообщение, вскочил с кровати и в два счета преодолел расстояние до ванной. Лицо в отражении выглядело довольно помято после вчерашнего, не мудрено конечно. Оставалось ещё минуты четыре, чтобы попытаться как-то исправить это плачевное состояние. Принимать душ уже было как-то поздновато, поэтому он быстро умылся и уже с зубной щеткой во рту, нажал на домофоне кнопку «открыть».
Наспех пригладив взъерошенные волосы, он распахнул входную дверь и вскоре из лифта показался Мирослав. Он выглядел, казалось, как обычно, невозмутимо, гладковыбрит, аккуратно причесан, разве что вместо привычной рубашки, тонкий джемпер с воротником.
Что за человек вообще, неужели нельзя было войти в положение и не выглядеть вот так вот идеально.
Мир остановился в дверях, держа в руках кофе и что-то в бумажной обертке, но в квартиру почему-то заходить не торопился.
— Я пришел за машиной и заодно решил занести тебе завтрак. Наверняка у тебя кроме алкоголя ничего нет.
— Спасибо, — ответил Тео хриплым голосом и неловко улыбнулся.
— Ты в порядке?... — неуверенно спросил Мир. Он поставил кофе со свертком на высокий комод у двери и бросил короткий взгляд на Тео, пытаясь безуспешно уловить, помнит ли этот парень хоть что-нибудь из вчерашнего вечера.
— Да, я в норме, — тем же хриплым голосом ответил Тео. — Как ты? — Он тоже пытался выглядеть невозмутимо, насколько это было возможно, стоя перед своим гостем в одних лёгких шортах, ровно в том виде, в каком он уснул вчера распластавшись звездой на кровати.
— Я ведь не мешал вчера ром с шампанским, так что вполне себе... — улыбнулся Мир.
— Обязательно надо напомнить, — цокнул возмущённо Тео.
— Прости, не удержался, — рассмеялся Мир. — Просто ты был вчера...
— Каким? — тут же словил его Тео.
— Не таким, как всегда...
— Вот как... надеюсь в хорошем смысле?
— Мне понравилось.
— Почему же ты не проходишь?
— А ты этого хочешь? — теперь уже голос Мирослава едва заметно дрогнул.
— А чего хочешь ты? — Тео улыбнулся и облокотился на стену, убрав руки за спину, с интересом наблюдая за своим гостем, который так и стоял на пороге, не решаясь зайти.
Мир тут же сделал шаг навстречу, прикрыв за собой дверь. Он подошёл к нему совсем близко и коснулся кончиками пальцев его щеки, а Тео, как и тогда в ванной, снова нежно прижался к его руке и закрыл глаза. Он словно говорил ему, видишь, я уже твой, тебе не нужно больше сомневаться, просто прикоснись ко мне.
— Это же очевидно... тебя, — шепотом произнёс Мир, — и ты давно обо всём догадался, — он обхватил его лицо обеими руками и коснулся его губ. Этот поцелуй был совсем другим. При свете дня, он стёр без следа все вопросы и окончательно утвердил, то что было между ними, унося в сторону от привычной жизни, в новый, неизведанный прежде мир.
— Значит можем больше не притворяться друзьями? — спросил Тео, уткнувшись в его плечо, когда они наконец отстранились друг от друга.
— Похоже на то, — ответил Мир, не скрывая улыбку. — Но тебе было бы не лишним надеть футболку, — добавил он. Затем аккуратно поправил его растрепанные волосы и снова крепко прижал к себе. Они так и стояли долго в коридоре, не выпуская друг друга из объятий. Мир не стал проходить в квартиру, боясь наброситься на этого босоногого полуголого парня, но зацеловал его всего на прощание, прежде чем уехать на работу.
Они теперь переписывались днями напролет, Мирослав, открывая сообщения от любимого человека, с трудом мог скрыть счастливую улыбку на лице от коллег. Они перешептывались и даже интересовались между прочим, но ответа от него, конечно, так и не получили. Что бы они сказали, если бы узнали, кто заставляет его сердце биться чаще? Но они не должны были никогда этого узнать...
Мир приезжал к Тео среди недели. Они гуляли вдвоём по вечернему городу. Говорили о разном, шептали друг другу что-то важное, позволяя себе лишь поцелуи, незаметно в машине. Мир не хотел его торопить и не собирался оставаться с ним в квартире, понимая, чем всё закончится, как только он окажется с ним один на один. Он хотел его, хотел до чёртиков, но готов был подождать ещё, чтобы всё случилось тогда, когда они точно оба будут к этому готовы. По сравнению с тем, сколько он ждал без надежды на большее, это ожидание казалось сладким предвкушением.
Они договорились встретиться в пятницу вечером. У Тео в этот день проходила очередная съемка для одного довольно известного бренда одежды и в целом у него прилично прибавилось работы в последнее время, то были и съемки для публикаций в журналах, домов мод и той самой рекламы, которая должна была скоро появиться на экранах.
Мир забрал Тео около недавно отреставрированного здания старого промышленного завода, которое теперь вовсю использовалось, как площадка для всевозможных офисов креативных индустрий, где и проходила фотосессия.
— Как ты? Не сильно устал? — спросил Мир, аккуратно поправляя капюшон его толстовки, когда Тео устроился на пассажирском сиденьи.
— Совсем нет. Если бы все дни были как этот, я бы наверно и не думал бросать это дело, — ответил он бодро. — Как прошёл твой день?
— Хорошо в целом. Насыщенный день был, полдня печатал чертежи для заказчика, ездил вместе с директором обсуждать новую концепцию, скучал по тебе...
— Я тоже...
Мир притянул к себе Тео за подбородок и оставил на его губах лёгкий поцелуй.
— Так... чем займемся? — Тео старался спросить непринуждённо, но нервный смешок выдал направлен е его мыслей.
— Ты голоден? Можем заехать куда-нибудь, — всё еще пытался соблюсти нормы приличия Мир, хотя никому из них они не сдались.
— Да не очень, честно говоря, — задумчиво ответил Тео. Он откинул голову назад и внимательно посмотрел на Мирослава, тот бросил короткий взгляд по сторонам и не обнаружив никакой опасности, осторожно провел пальцами по его коленке. Тео слегка покраснел, но не отвел глаза, в глубине которых, он смог безошибочно прочитать, чего же он хотел на самом деле.
— Скажи тогда, куда мне ехать... — ответил Мир и его ладонь накрыла ладонь Тео, пальцами проходя сквозь его тонкие пальцы, сжимая их крепко, отвоевывая его себе еще немного.
— Я знаешь о чём подумал... я ведь ещё ни разу не был у тебя дома, ты никогда не приглашал меня. Может ты вообще от меня что-то скрываешь?
— Может быть... хочешь это проверить?
— Хочу.
— Тогда поехали ко мне, — ответил Мир не долго думая.
— Оказывается это было так просто, — улыбнулся Тео.
В это время дороги уже были полупустые и они быстро добрались до дома Тео, проехав его, минут через десять они уже парковались возле семнадцатиэтажного жилого дома, относительно свежей постройки.
— Приехали, — ответил Мир, поворачивая ключ зажигания.
Тео тут же приободрился и первым вышел из машины, разглядывая незнакомую ему местность, сплошь застроенную новостройками довольно приличного вида.
— Симпатично у тебя тут, никогда не был в этих краях...
— Теперь будешь часто бывать.
— Даже немного волнительно...
Мир машинально потянул руку к Тео, но осекся, вспомнив, что они стоят буквально у его дома. Дверь подъезда открылась и на улицу выскочила молодая девушка с яркими розовыми волосами, в больших белых наушниках, а следом женщина средних лет с короткой стрижкой, которая мимоходом кивнула Мирославу, признав в нём своего соседа. Было бы весьма не кстати, если бы они сейчас держались за руки с Тео.
— Пойдём, — указал Мир на дверь подъезда, сменив тон на более официальный.