14

Замечая приближающегося Тэхена Чон с явным вопросом смотрел в его глаза, а после окинул взглядом и промокшую блузку юноши. Тот лишь отрицательно качнул головой, давая ясно понять, что задание не завершено и убийство не состоялось. Чон раздражённо прикрыл веки. Он понимал, что киллер осторожничает, но не понимал, зачем так сильно. Можно ведь прямо тут на глазах у всех зарезать его, а после и других свидетелей за компанию, но уж решил взвалить все на плечи Тэхена, то придется сжать зубы и ждать.

— Скорее бы этот придурок отправился на дно морское, — прошипел про себя Чонгук, когда Тэ подошёл совсем близко. Мокрая ткань так и не ускользала от его взгляда, когда блондин лишь прикрывал пятна руками, иногда оглядывая и проверяя не возвращается ли итальянец.
Ещё из той информации, что ему принес Хосок, Тэ узнал о том, что пару лет назад Чонгук и Винсенте были отличными партнёрами. Обменивались оружием, наркотиками, людьми, пока в один прекрасный момент Винсенте, получив очередную партию элитной наркоты не пропал с радаров. Он не выходил на связь, словно с концами исчез и объявился только месяц назад. Итальянец отлично разжился за счёт продажи не своего товара, а того, что как раз и украл в последнюю передачку от Чона. Безумию, разумеется это совершенно не пришлось по вкусу. Украл товар, пропал, а после вылез из дыры в золоте и шоколаде. Как только посмел на эту вечеринку явиться, другом Чонгука называть, неужто совесть сыграла. А теперь ещё и слюни пускает на то, что принадлежит не ему.

— Что принести тебе в качестве трофея? — вдруг поинтересовался Тэхен, даже не глядя в сторону юноши. Он опирался поясницей на бортик яхты и смотрел все так же в воду, считая про себя минуты.

— Глаза, — ни секунды не колеблясь ответил Чон, чем сразу привлек к себе внимание Тэ, — Принеси мне их, мой милый Тэхен и я заплачу тебе ещё больше.

Тэ согласно кивнул. Обычно заказчики просили что-то более скромное. Например кольцо или палец на худой конец, что-то, с чем жертва ни за что бы не рассталась при жизни, а тут придется вырезать глаза. Не удивительно зная то, какой жестокостью был переполнен психопат.

Он ещё долго стоял у бортика, разглядывая воду. Чон же решил оставить парня наедине, создавая идеальную ловушку для Винсенте. Тот наверняка не решится подойти снова, буть псих рядом, зато когда его нет и Тэ так очаровательно скучает в одиночестве нет ни единой причины оставлять его наедине с собой. Это сработало.

— Кажется звёзды так и тянут мою душу к тебе, Тэхен, — совсем банальный флирт, на который пришлось отреагировать сразу же. Он поднял глаза, встречаясь с голубыми напротив и расплылся в совершено очаровательной улыбке, притворяясь тем, кто слегка переборщил с шампанским.

— Звёзды в твоих глазах светят куда ярче, — сразу отозвался Тэ, поворачиваясь к своему спутнику, что преследовал его, а затем мельком кинул взгляд в толпу. Чонгука нет, наверняка забалтывает кому-то зубы в стороне. Впрочем, не только Чонгука. Практически все гости скрылись во внутреннем зале яхты, отчего стало так тихо, просторно. Убей Тэ этого иностранца прямо здесь — никто не заметит, но действовать настолько открыто слишком опасно.

— Кажется шампанского на сегодня достаточно, — замечая "пьяный" взгляд Тэхена, произнес Винсенте и забрал из его рук бокал. Юноша поддался, а после на секунду выпрямился и вздрогнул, словно от холода, — Ночью на воде прохладно, вот, прошу.

Сняв со своих плеч пиджак, итальянец мягко накинул его на плечи Тэхена и тот довольно заулыбался, кутаясь в него. Стало теплее, даже слишком, а приятный аромат чужих духов так мягко окутывал. Он был другим, не таким резким, как у Чона, более успокаивающим. Тогда Тэ решил сделать шаг ближе к Винсенте, а тот едва оторопел от такого действия юноши.

— Я тебе нравлюсь? — в лоб поинтересовался Тэхен, глядя прямо в голубые глаза напротив, а для пущего эффекта аккуратно закинул свои руки на чужие плечи. Его пальцы тут же впутались в волнистые волосы итальянца, что нетерпеливо поддался вперёд за поцелуем. Вот только Тэ сразу отпрянул, — Не здесь. Лишние глаза мне ни к чему, раз хочешь поцеловать, то отведи туда, где нас никто не найдет.

Услышав такое предложение на губах юноши появилась довольная улыбка. Конечно на яхте было такое место, тайное, спрятанное абсолютно от всех глаз. Винсенте мягко обхватил ладонь Тэхена своей и повел за собой, пока тот, продолжая играть пьяного слегка покачивающейся походкой, шел следом, на миг обернувшись.
Чон наблюдал, все видел, возможно даже слышал, но отчего то выглядел совершенно взбещенным. А блондину все равно, он просто выполнит свою работу и заберёт свои честные деньги.

Как Винсенте и обещал, место действительно было скрытым. Оно находилось в самом низу яхты и пол был слегка мокрым от того, что вода заходила на него. Это было последнее на что иностранец обращал сейчас внимание. В его руках такое сокровище, прекрасный Тэхен, которого не терпелось опробовать на вкус и только он потянулся к его губам, как тут же получил острым лезвием прямо в сердце. Алая кровь стала быстро расползаться по его светлому костюму пока в глазах так и застыл ужас от случившегося. Тогда Тэхен достал нож и воткнул снова, а затем снова, следя за тем, чтобы ни одна капля не упала на его одежду.

— Ничего личного, Винсенте Моро, но меня от таких как ты тошнит, — перестал резко притворяться Тэ, когда опустился на колени рядом с мертвым телом и потянул того за волосы, пока ножом четко выводил по глазам. Он разрезал его одежду, вырвал лоскутами, а после завернул в кусочек ткани глазные яблоки, что пожелал получить в подарок Чонгук. Осталось дело за малым.
Тэ умело замел все следы своего убийства, изрезал лицо парня до неузнаваемости, срезал отпечатки его пальцев, волосы, затем толкнул ногой мертвое тело в воду. Он ничего не чувствовал, когда следил за тем, как из трупа выходит пузырями воздух, а после на то, как оно скрывается под водой. В этой районе как раз водятся зубастые рыбки. Они могут с удовольствием наслаждаться свежей человечиной. И тут же по его телу прошлась дрож.

— Я все сделал, — повернув голову в сторону произнес Тэхен, следя за Чоном, что опирался на ограждение, — На такой глубине и на таком расстоянии от берега никто не станет искать тело, все будет выглядеть как самоубийство, — юноша кивнул в сторону, где стояла обувь итальянца. Не говоря больше ни слова юноша раскрыл ладонь, затем ткань, демонстрируя вырезанные глазные яблоки, — Этого ты хотел?

— Отличная работа, мой милый Тэ, — с улыбкой произнес Чонгук, а после подошёл ближе и крепко обхватил пальцами тонкое запястье, что держало те самые глаза, — Этот придурок посмел смотреть на тебя ими, раздевать, я видел страсть в его глазах.

— Больше не посмотрит, — усмехнулся Тэхен, вот только Чон радости с ним не разделил. Он действительно был раздражён этим, а одна мысль о том, что парень мог коснуться его прекрасной игрушки тут же раздавила.
Чонгук голыми пальцами обхватил оба глазных яблока и хорошенько замахнувшись выкинул из в открытое море. Это ребячество немного повеселили Тэ, но улыбка тут же сошла с его губ, когда он словил на себе пристальный взгляд черных глаз.
Запястье парня все ещё было в чужой руке, поэтому Чон не медлил, резко потянул парня к себе.

— Это тебе не нужно, — с таким презрением он скинул с плеч Тэхена чужой пиджак и потянул за собой к остальным гостям. Противиться было просто невозможно. Казалось из-за гнева Чонгук стал ещё сильнее, ещё опаснее, но ведь Тэ сделал все так, как тот и хотел. Сам попросил соблазнить, а теперь тянет за собой так больно, что юноша едва успевает ноги волочить.

Вечеринка подошла к своему завершению. План с подстроенным самоубийством удался. Гости перешептывались, узнавали, что случилось, а после дружно пришли к выводу, что виной бесконечные долги. Оказывается жизнь итальянца была не такой радужной, какой он ее показывал. Чонгук был не единственным желающим отомстить за свой товар, а потому многие гости смолчали обо всем, желая отвести от себя лишние подозрения. Кажется миссия получилась на ура.

— Где нож, которым ты зарезал его? — поинтересовался Чонгук, стоило им сойти на берег и отойти от уезжающих гостей. Тэ тут же присел, вынимая окровавленное оружие, но не успел и слова сказать, как Чонгук тут же выхватил его из рук блондина и хорошенько замахнувшись выбросил в воду.

— Ты что делаешь? — воскликнул Тэхен, дёргая в сторону куда полетело оружие, но цепкие руки не давали ему и с места сдвинуться. Он ведь смог бы почистить его, вернуть в коллекцию и перерезать им не одно горло, вот только этот придурок Чонгук делает все, что ему только захочется.

— Избавляюсь от улик, — как ни в чем не бывало ответил юноша, потащив упирающегося Тэхена за собой к автомобилю, — Поехали домой, меня тошнит от того, что этим придурком пропахла твоя одежда.

Это действительно раздражало его. Чужой аромат на Тэхене, на его милом, прекрасном Тэ. Было невыносимо настолько, что хотелось прямо тут сорвать с него эту ненавистную одежду, а после и кожу. Убрать абсолютно все, что только можно, лишь бы избавиться от напоминаний о том, что кто-то другой касался того, что принадлежит ему.

— Он целовал тебя? — тихо поинтересовался Чонгук, даже не глядя в сторону Тэхена. От такого холода в голосе юноша сразу вздрогнул, глядя совершенно невинными глазами на Чона.

— Нет, он не успел этого сделать, — ответил Тэхен, но тут же поджал губы и даже забыл как дышать, встретившись с таким ледяным взглядом. Перед ним было Безумие. Ужасно опасное, жестокое, самый настоящий зверь.

— Вот как, — усмехнулся Чонгук и по спине Тэ тут же прошёлся лёд, — Ты бы принял его, да? Наверняка ведь ждал, так стелился перед ним.

У Тэхена резко дыхание перехватило. Да как только этот психопат может так говорить. Он сделал все идеально, как того сам требовал от него, а теперь обвиняет в том, чего не было. Чтобы Тэ думал и надеялся на чужой поцелуй? Да уж лучше он придушит себя собственными руками, чем только мысль такую допустит.

— Ждал ведь? — уже громче спрашивал Чонгук, отчего Тэхен и вовсе сжался. Ему было страшно, так сильно, что руки тряслись, а он все пытался унять это, держа себя за пальцы. Что не скажи, но перед ним сейчас не тот Чонгук, совершенно. Этот психопат не станет слушать, он разорвет в клочья, стоит только оказаться с ним наедине.
Про себя Тэхен молил о том, чтобы дорога до дома тянулась вечно. Пусть он лучше потеряет сознание от испуга, чем будет убегать от дикого зверя будучи совершенно безоружным. Но его молитвы не были услышаны.

Шины автомобиля зашумели по мелким камням и стоило только остановиться, как Тэ нерешительно перевел взгляд на Чонгука. Тот был готов разодрать его горло зубами, кинуться в любой момент, но вместо этого вышел из автомобиля первым и протянул Тэхену руку. Тот медлил, не решаясь вложить свою ладонь, отчего Чон становился только свирепее.
Он сам потянулся за юношей и ухватив того пальцами за запястье так сильно сжал его, дёрнув на себя. Тэ едва не на колени вывалился из автомобиля чуть поспевая за Чонгуком. Он дороги не разбирал, лишь молча следовал за ним, пока не оказался в своей комнате. Отлично, пусть он его запрет, но только не трогает.

Вот только у Безумия были свои планы. Толкая дверь в ванную он с силой втолкнул туда Тэхена и пока юноша пытался отдышаться, все же упав на колено, Чон стягивал с себя пиджак с галстуком, которые оставил на кресле в его комнате. Тэ опасался, пятился назад насколько возможно и уже понадеялся на то, что наступила свобода, вот только все словно хрустальный домик разбилось вдребезги, стоило Чону переступить порог ванной комнаты.

— Пахнешь как тот мерзавец, — сквозь зубы процедил Чонгук, а после снял с подставки лейку душа и направив на сжавщегося парня включил воду.
Дико холодная она тут же ударила по коже сквозь одежду, что стала мерзко липнуть. От такой температуры даже зубы свело и Тэ не выдержал, судорожно вскрикивая и втягивая воздух чтобы хоть как-то согреть себя. Пытался растереть ладонями ледяную кожу, но это совершенно не помогало.

— Прекрати, прошу, — произнес юноша, но вода не переставала лить, безумно ледяная она продолжала обжигать до невыносимой боли, Тэ едва не скулил, — Холодно, очень холодно.

— Раздевайся, — тут же последовал твердый голос от которого Тэхену поплохело. Он дрожал, пытаясь закрыть себя ладонями, а теперь этот безумец ещё и раздеться просит, — Не испытывай мое терпение, Тэхен, от тебя разит этим идиотом, так что поторопись.

Тэ неуверенно потянулся пальцами в своей рубашке, стянув которую откинул в сторону, после сделал тоже с брюками и забился в угол ещё больше, стуча зубами от дрожи.
Поток воды тут же остановился, а лейка душа с громким ударом упала прямо на пол, отчего блондин тут же вздрогнул. Он уже хотел поднять свои глаза, но Чон опасно приближался. В пару шагов он оказался так близко, а затем присел рядом на корточки, заглядывая в покрасневшие глаза Тэхена.

— Я не хотел его целовать, клянусь тебе, — одними губами шептал Тэ, пока зуб на зуб не попадал. Это вызвало у Чонгука довольную улыбку.

— Ты отлично потрудился, мой дорогой, я бы сам лучше не сделал, — и снова этот добренький тон. То с какой скоростью Чон становился агрессивным просто пугало, а после пугало то, как резко он становился вот таким спокойным, — Ты ведь устал наверняка, пойдем спать?

— Чонгук, — снова одними губами, но юноша напротив лишь поднес к губам указательный палец, приказывая молчать и первым поднялся на ноги, подавая рука снова. Теперь Тэ точно растерялся. Ещё раз Чонгук дернет и точно вырвет ему руку с корнем, а этого он не хочет. С другой стороны его агрессия прошла стоило только снять одежду пропитанную чужими духами, а значит пока опасаться нечего.
Тэхен неуверенно подал ему ладонь и поднялся на ноги, что так же дрожали. Этот душ его буквально до костей пробрал, даже шага не сделать. Не нужно, Чон с лёгкостью подхватил Тэ на руки, отчего тот невольно схватился двумя руками за его шею и уже скоро замерзший едва не до смерти, дрожащий, сдавшийся в клубок он оказался в постели под теплым одеялом.

— Голову теряю, когда вижу рядом с тобой кого-то, — шепот раздался так близко, отчего Тэхен дернулся, но тут же понял, что Чонгук лежит рядом, — Не предавай меня, мой прекрасный Тэ, иначе я убью тебя. Ты либо мой, либо ничей.

От этих слов в горле встал ком. Тэхен не знал что сказать да и вряд ли Чонгук жда ответа на свои слова. Он лишь обнял юношу за талию и потянул к себе, прижимая словно мягкую игрушку его спину к своей груди, а Тэ даже двинуться не смел, глотая про себя горькие слезы, из всех сил стараясь не выдает ни единого звука, зажимая собственные губы ладонью.