Глава 37. Чувство опытности

Движения Чжоу Ляня были двойственными, он активно поднимал голову вверх и одновременно бессознательно хмурился.

Эта активная и одновременно робкая поза была очень соблазнительной, стимулируя нервы Шэнь Хуайцзиня и побуждая его хотеть, чтобы он больше раскрыл свою прекрасную внешность.

К сожалению, этот момент произошел в неподходящем месте.

Шэнь Хуайцзинь рассмеялся про себя, если бы он был достаточно благоразумен, они бы ни за что не дошли до их нынешних отношений.

Он отступил, просто прикоснувшись к губам Чжоу Лянь.

Поняв, что все закончилось, Чжоу Лянь открыл глаза и снова моргнул, прежде чем испустить долгий вздох облегчения.

"Пронесло", - сказал он Шэнь Хуайцзиню, - "каждый раз, когда ты целуешься слишком долго, мне не хватает кислорода".

Он огляделся, быстро опустив голову при виде посторонних глаз. После пары секунд колебаний он дернул за угол рубашки Шэнь Хуайцзиня и резко дернул его вперед.

Шэнь Хуайцзинь последовал за ним из той зоны и напомнил ему: "Не волнуйся, на нас уже никто не смотрит".

Чжоу Лянь отпустил его руку, но не поднял взгляд, и под углом Шэнь Хуайцзинь мог видеть очертания его уже покрасневших ушей.

"Я не целую тебя в нос, так зачем задерживать дыхание, - нарочито поддразнил его Шэнь Хуайцзинь, - просто немного расслабься".

"Я не знаю", - пробормотал Чжоу Лянь. - "Я просто забываю".

Шэнь Хуайцзинь проделал еще несколько шагов и предложил: "Если ты не знаешь, как дышать через нос, то в следующий раз можешь попробовать открыть рот".

Чжоу Лянь замедлил шаг и в замешательстве обернулся.

Шэнь Хуайцзинь знал, о чем он думает, и добавил: "Будет легче дышать через рот".

Сказав это, не дожидаясь, пока Чжоу Лянь предложит опровержение, он попытался сменить тему: "Ты уверен, что идешь в правильном направлении?"

Чжоу Лянь кивнул, но его мысли не сбились с путти: "Я не настолько глуп, открыть рот - это просто другой вид поцелуя".

"Это правда, - прикинулся дурачком Шэнь Хуайцзинь, - откуда Лянь-Лянь так много знает?"

Чжоу Лянь смущенно сказал ему, что из-за поисков на тему "как дышать при поцелуе" он был вынужден проделать много расширенного чтения и теперь обладает чрезвычайно богатыми теоретическими знаниями.

"Хочешь попробовать?" - спросил Шэнь Хуайцзинь, и когда он увидел, что Шэнь Хуайцзинь повернул голову, чтобы посмотреть на него, он покачал головой:

"Не здесь!"

Шэнь Хуайцзинь плавно спросил: "Тогда когда можно?"

"По крайней мере, когда рядом никого нет", - Чжоу Лянь склонил голову. - "Я видел исследование, в котором говорится, что обмен слюной во время поцелуя может иметь много преимуществ для здоровья".

Шэнь Хуайцзинь удивился и развеселился: "Значит, тебе не терпится попробовать?"

Чжоу Лянь покачал головой: "... просто подумал, что хотя ощущения немного странные, это не должно быть плохо".

Он сделал паузу, а затем подчеркнул: "Если ты так сильно хочешь целоваться, просто скажи мне заранее, я сначала почищу зубы".

"Обычно люди не делают этого перед поцелуем", - сказал Шэнь Хуайцзинь.

Чжоу Лянь все еще качал головой: "Я знаю, но ... мне все равно нужно сначала почистить зубы".

"Хорошо", - согласился Шэнь Хуайцзинь, сдерживая улыбку, и спросил. - "Значит это станет правилом?"

"Неважно, просто хочу так сделать", - сказал Чжоу Лянь.

"А, понятно, - кивнул Шэнь Хуайцзинь, словно в оцепенении, - Лянь-Лянь надеется, что он будет на вкус ароматный и вкусный, верно?"

Он думал, что Чжоу Лянь сразу же станет отрицать это, но он некоторое время молчал, прежде чем мягко ответить:

"Да. Я не сделал достаточно во многих областях, так что надеюсь, что смогу заставить тебя чувствовать себя немного лучше".

Шэнь Хуайцзинь, который изначально намеревался подразнить его, на мгновение потерял дар речи.

Сделав еще несколько шагов вперед, он схватил руку Чжоу Ляня, которая висела сбоку, и крепко сжал ее в своей руке.

"Лянь-Лянь изначально был ароматным", - уверенно заявил он.

Чжоу Лянь не посмотрел на него и упрямо покачал головой: "Я хочу почистить зубы".

Наконец они добрались до Морского Мира, дорога была усыпана магазинами, продающими все виды декоративных рыб.

Чжоу Лянь с большим энтузиазмом обошел все и купил несколько цветных мирных рыбок.

Он вернулся к машине с наполненным водой мешком и некоторое время спокойно любовался им, но почему-то его настроение упало.

"Ты снова бежишь вперёд паровоза, не так ли?" - спросил Шэнь Хуайцзинь.

"Я немного боюсь, что не смогу сохранить их, - сказал Чжоу Лянь, - и вспомнил твои слова в прошлый раз, что рано или поздно мне придется с ними попрощаться. Это считается "забеганием вперёд"?"

"Да, конечно", - сказал Шэнь Хуайцзинь. - "Раз уж ты решил забрать их домой, приоритетом должно стать обдумывание того, как хорошо о них позаботиться и лелеять время, проведенное вместе".

"Я сделаю это", - Чжоу Лянь был уверен в себе. - "Я сделал соответствующие приготовления".

"Это хорошо", - сказал Шэнь Хуайцзинь и сделал паузу, колеблясь несколько секунд, прежде чем сказать ему: "На самом деле ... в твоем возрасте это большая удача, что ты еще не пережил значительного расставания в своей жизни. Но этот день рано или поздно наступит".

Чжоу Лянь поднес пакет к солнечному свету и внимательно наблюдал за прекрасной золотой рыбкой, плавающей внутри, и сказал: "Я испытал это".

"Ты имеешь в виду переезд из своего дома?" - спросил Шэнь Хуайцзинь.

Чжоу Лянь покачал головой.

Солнечный свет, проникающий через пакет, отбрасывая маленькие волны света на его лицо, отчего его внешность выглядела ещё более чистой и безупречной.

"Ты забываешь, - заговорил Чжоу Лянь, пока его глаза следовали за золотой рыбкой, - что моя мать не хотела меня, когда я был совсем маленьким."

Его выражение лица и тон были спокойными, не было видно ни малейшей пульсации, как будто он просто излагал очень обычный и пустяковый вопрос.

Шэнь Хуайцзинь на мгновение остолбенел, поняв, что лишился языка.

Чжоу Ляня бросил на него косой взгляд и улыбнулся: "Это не похоже на полноценный опыт, потому что в нем нет ничего реального, я даже не очень-то ее помню".

"Это брат сказал что-то не то", - Шэнь Хуайцзинь поджал губы.

"Но сейчас я чувствую, что она сделала правильный выбор", - сказал Чжоу Лянь, опуская пакет в руке. - "Если бы она забрала меня, я бы не встретил тебя, так что все было к лучшему".

Шэнь Хуайцзинь освободил руку и нежно похлопал его по ноге.

Чжоу Лянь посмотрел вниз и дважды ткнул пальцем в объёмный пакет: "Но ... я иногда немного скучаю по ней и задумываюсь, как у неё сейчас дела".

Шэнь Хуайцзиню было трудно утешить его.

Мать Чжоу Ляня решительно ушла в первые годы жизни сына, и о ней ничего не было слышно в течение многих лет, она никогда не возвращалась, чтобы навестить его. Время от времени Чжоу Шучэну приходилось упоминать ее, и его слова были довольно обидными, он обвинял ее в чрезмерной бессердечности и жесткости, как женщину, которая была матерью, но не имела любви к собственному сыну.

Шэнь Хуайцзинь никогда не встречался с ней и мог только сделать вывод из его слов о том, что произошло.

Он видел, через что Чжоу Лянь проходил дома все эти годы, и, естественно, он не мог пожелать матери Чжоу Ляня счастливой жизни, раз она бросила ребенка.

Чжоу Лянь внимательно наблюдал за его выражением лица и ответил: "Я не грущу".

Шэнь Хуайцзинь улыбнулся ему.

"И я не виню ее", - добавил Чжоу Лянь.

Шэнь Хуайцзинь знал, что в его словах не было субъективного обмана. Как будто он тоже думал, что ему безразлично отношение его семьи, безразличны эксцентричность отца и враждебность мачехи.

Чжоу Лянь был ребенком, который очень хорошо владел самовнушением, а годы жизни дома сделали его привычным к игнорированию своих негативных эмоций.

Шэнь Хуайцзинь тоже не хотел углубляться в это, и убеждать его признать обиду в своем сердце действительно излишне.

"Ты хочешь дать им имена?" Он взял инициативу на себя, чтобы уйти от темы.

"Для рыбы?" Чжоу Лянь смутился: "Разве люди обычно держат рыбок с именами?"

"Лянь-Лянь - не обычный человек", - сказал Шэнь Хуайцзинь.

Чжоу Лянь нахмурился: "Это не похоже на то, что ты делаешь мне комплимент".

Пока он не опустил рыбок в давно ожидающий аквариум, Чжоу Лянь даже не думал о том, как назвать шестерых питомцев. Их было слишком много, и называть их как-то вроде "Номер один", "Номер два" и "Номер три" казалось слишком обыденным, и не было возможности подумать об огромном объеме работы, связанной с этим.

Когда Чжоу Лянь лежал перед аквариумом, наблюдая, как золотые рыбки плавают туда-сюда по заранее подготовленному ландшафту, он думал о котенке, который все еще не вышел из кризиса.

Шаша назвала его Сяо Цзинь, имя, которое, несомненно, имело для нее символическое значение.

Чжоу Лянь вдруг немного расстроилась, как будто что-то, что должно было принадлежать ему, было насильно отобрано без спроса.

"Выглядишь таким серьезным, все еще думаешь над именем?" - спросил Шэнь Хуайцзинь, стоя позади него.

Чжоу Лянь указал на одну из красно-белых рыбок: "Я тоже назову его Сяо Цзинь".

"......"

Чжоу Лянь указал на голову другой рыбки и сказал: "А это Дацзинь". После этого двинул пальцем в сторону серебристо-белой рыбки: "Он будет называться ...... Жунцзинь".

"Эм..." - воскликнул Шэнь Хуайцзинь и рассмеялся: "Довольно странно, если честно".

Чжоу Лянь был настойчив: "Их так зовут, я не хочу это менять".

"Хорошо, - беспомощно кивнул Шэнь Хуайцзинь, - тогда оставшихся троих зовут Далянь, Чжунлянь и Сяо Лянь?"

Чжоу Лянь покачал головой и сказал, указывая на него: "Их зовут Цзинь-Цзинь, А-Цзинь и Сяо-Сяо Цзинь".

"Это хорошая идея", - Шэнь Хуайцзинь потер лицо, - "но тогда я не смогу сравнять счет".

Чжоу Лянь бросил на него тяжелый взгляд, и ему пришлось уступить: "Тогда давай подумаем об этом еще раз".

"Сяо Цзинь и Сяо Лянь составляют идеальную пару, не так ли?" - спросил Шэнь Хуайцзинь.

Чжоу Лянь, который собирался предложить "Большой Сяо Хуай", колебался несколько секунд, прежде чем кивнуть: "Отлично".

Шэнь Хуайцзинь протяжно вздохнул с облегчением и протянул руку, обхватив Чжоу Ляня сзади. Тело Чжоу Ляня мгновенно напряглось.

"В этом нет ничего особенного, но не стоит ли нам наконец отпраздновать успешное завершение миссии?" - спросил Шэнь Хуайцзинь, наклонившись к его уху.

"Как отпраздновать?" - спросил Чжоу Лянь.

Шэнь Хуайцзинь направил его, чтобы он повернулся: "Ты помнишь встречу на рынке цветов и птиц только что?"

Щеки Чжоу Ляня быстро покраснели, и он сказал: "Я, я собираюсь почистить зубы".

"Нет", - Шэнь Хуайцзинь обвила руками его талию, прижимая его ближе к себе, - "Лянь-Лянь сейчас благоухает".

Чжоу Лянь покачал головой, его губы были плотно сжаты.

Шэнь Хуайцзинь улыбнулся и придвинулся ближе: "Будь хорошим, открой свой рот".

Чжоу Лянь всем телом уклонился назад и закрыл рот, не решаясь ничего сказать, боясь, что ее подло подставят.

Шэнь Хуайцзинь мягко чмокнул его в губы: "Поторопись".

Чжоу Лянь все еще сопротивлялся, его рука покоилась между ними, глаза смотрели в направлении ванной комнаты.

Улыбка Шэнь Хуайцзиня усилилась, когда он мягко пригрозил: "Я укушу тебя, если ты не откроешь рот".

Когда он закончил, он увидел, что Чжоу Лянь откидывает шею назад, поэтому он открыл рот и прикусил губы Чжоу Ляня.

Мягкое хныканье вырвалось из горла Чжоу Ляня, прозвучав приглушенно, маняще и прекрасно.

"Все в порядке, ты можешь продолжать сопротивляться, - сказал ему Шэнь Хуайцзинь против его губ, - Лянь-Лянь хочет, чтобы у меня был лучший опыт, верно? Сейчас я чувствую себя просто отлично, я доволен".

Чжоу Лянь наконец не смог сдержаться и открыл рот, чтобы пожаловаться: "Ты..."

Слова, которые последовали за этим, были по праву смяты, и сведены к бессмысленному, прерывистому стону.

___

Так держать, учитель Шэнь!