Глава 24. Хранить секреты

Чжоу Лянь не возражал, что Цяо Цишань знает об их отношениях, но было неизбежно неловко, когда тебя застали обнимающимся так внезапно.

Прежде чем Шэнь Хуайцзинь вернулся в класс, он тайком спросил:

"Ты рассказал о нас брату Цишаню?"

Шэнь Хуайцзинь покачал головой и сказал ему с улыбкой:

"Разве это не нормально, что я обнимаю и утешаю Лянь-Ляня, когда он в плохом настроении?"

Чжоу Лянь поправил: "Это я тебя немного утешаю".

"Ну, это все нормально", - сказал Шэнь Хуайцзинь. - "Это просто мелочь, не принимай близко к сердцу".

Когда Чжоу Лянь вернулся наверх, он вдруг понял, что, судя по тому, что сказал Шэнь Хуайцзинь, он не собирался открываться Цяо Цишаню.

Было очевидно, что отношения были хорошими, и он сказал в прошлый раз, что это то, чем он хочет поделиться, так почему?

В сердце Чжоу Ляня возникло странное чувство.

Но если подумать, у Шэнь Хуайцзиня всегда были свои причины для совершения поступков. Вместо того чтобы заботиться об этом, ему следует подумать о более важных вещах.

Например, о его сестре.

Извинится Цай Хуэйшань или нет, ему до мозга костей все равно. По этой же причине он был готов не поднимать этот вопрос, пока этого не сделает кто-то другой.

С самого раннего возраста он понимал, что Цай Хуэйшань совсем не воспринимает его как семью, и поэтому в своем сознании он относился к Цай Хуэйшань как к кому-то постороннему.

Но Чжоу Цзыи была другой; Чжоу Цзыи в конечном итоге была его сестрой.

Не только из-за полукровного родства, но и потому, что Чжоу Цзыи от всего сердца считала его своим братом.

Эти дни вдали от дома он и Шэнь Хуайцзинь проводили время вместе, и хотя было много моментов смущения и неловкости из-за изменений в их отношениях, он, несомненно, был намного счастливее, чем дома.

Чжоу Цзыи, которой пришлось остаться дома, не так повезло.

Мысль о том, что маленькая девочка грустит уже столько дней, заставила сердобольного Чжоу Ляня почувствовать себя очень плохо.

Когда Шэнь Хуайцзинь вышел из класса и увидел его в подавленном настроении, он быстро понял причину.

"Беспокоишься о своей маленькой принцессе?" - спросил он.

Чжоу Лянь кивнул: "Ну, она, наверное, тоже была пострадавшей стороной. И ..."

"И что?" - спросил Шэнь Хуайцзинь.

"Я действительно забыл о ее дне рождения", - сказал Чжоу Лянь. - "Я не очень хороший брат, ты бы не забыл о моем празднике".

"Это потому, что мой брат симпатичнее", - сказал Шэнь Хуайцзинь. - "Не думай об этом слишком много, сейчас ты ничего не можешь сделать, давай сначала поедим".

Чжоу Лянь кивнул.

Как только они оба уселись за стол, он добавил: "В маленькой Земляничке тоже есть что-то очень милое, то, как она поклоняется мне, заставляет меня почувствовать себя могущественным".

Шэнь Хуайцзинь кивнул с пониманием: "Переживаешь в любом случае?"

Чжоу Лянь взял в руки чашу и мягко ответил: "Мм".

"Разве у тебя нет ее контактной информации?" - спросил Шэнь Хуайцзинь.

"Я с ней дружу, но обычно она не выходит в интернет, видимо, потому что тетя ей не разрешает, - сказал Чжоу Лянь, - она не получает хороших оценок, поэтому тетя внимательно следит за ее онлайн-играми и прочим. Очевидно же, это были летние каникулы, и я одолжил ей свой планшет, а моя тётя узнала об этом, разозлилась и не разрешила ей играть".

"Неудивительно, - покачал головой Шэнь Хуайцзинь, - строгость была чрезмерной, оценки не поднимались, и ребенок был доведен до бунтарства."

"Должно быть, она чувствует себя особенно беспомощной сейчас, когда у нее нет друга", - тихо сетовал Чжоу Лянь. - "Я отчасти понимаю это чувство".

Он сказал и посмотрел на Шэнь Хуайцзиня: "Я не могу не думать о том, кем бы я стал, если бы не встретил тебя тогда. Когда я думаю об этом, я не могу игнорировать ее".

Шэнь Хуайцзинь положил руку ему на плечо и нежно похлопал по нему:

"У вас разные ситуации".

"Что ж, - улыбнулся про себя Чжоу Лянь, - несмотря ни на что, по крайней мере, родители ее очень любят."

Шэнь Хуайцзинь не мог не нахмуриться: "Лянь-Лянь ...".

"Я не завидую, - сказал Чжоу Лянь, - не похоже, что то, что есть у меня, меньше, чем у нее. И я живу более счастливой жизнью, чем она".

"Сможешь ли ты все еще веселиться завтра, если ты так зациклен?" - спросил Шэнь Хуайцзинь.

Чжоу Лянь проснулся как ото сна:

"Да, завтра мы идем в океанариум!"

Увидев, что Шэнь Хуайцзинь забыл об этом, он принял беспомощный вид и сказал:

"Вот что я тебе скажу. Я позже свяжусь с твоим отцом и узнаю, есть ли возможность вам встретиться, хорошо?"

Чжоу Лянь дважды моргнул: "Что ты хочешь сказать?"

Шэнь Хуайцзинь размышлял, когда на его телефон пришло сообщение. Он взглянул вниз и улыбнулся: "Какое совпадение, это от твоего отца".

"Что он сказал?" - спросил Чжоу Лянь.

"Он хочет тебе что-то сказать и хочет, чтобы ты его разблокировал", - сказал Шэнь Хуайцзинь.

Чжоу Лянь не издал ни звука, ни движения после его слов, молча глядя на Шэнь Хуайцзиня, с таким видом, словно ждал следующих указаний Шэнь Хуайцзиня.

Шэнь Хуайцзинь взглянул на сообщение на своем телефоне и после минутного раздумья сказал:

"Как насчет того, чтобы ... попробовать узнать, сможем ли мы забрать ее из дома завтра? Мы возьмем ее с собой в аквариум и будем считать, что проведем с ней ее день рождения, хорошо?"

Глаза Чжоу Ляня мгновенно загорелись: "Да-да!"

Предложение было подтверждено, но улыбка на лице Шэнь Хуайцзиня была слегка натянутой.

Чжоу Лянь, очевидно, так долго ждал этого свидания, но в данный момент он совсем не возражал против того, что оно перестало быть романтичным.

Шэнь Хуайцзинь поднял телефон и переключился на интерфейс набора номера, напомнив Чжоу Ляню:

"Я собираюсь позвонить твоему отцу, так что не издавай ни звука в эту сторону".

Хотя Чжоу Лянь не знал, что делать, он послушно поджал губы.

После нажатия кнопки вызов был принят в течение короткого времени.

"Дядя, это я", - Шэнь Хуайцзинь оставался вежливым, как будто между ними сегодня не было конфликта. - "Вы уже дома?"

"Да, - Чжоу Шучэн не собирался обмениваться с ним любезностями, - Ты видел сообщение, которое я отправил? Мне нужно кое-что сказать ему".

Было ясно, что он очень не хотел, чтобы Шэнь Хуайцзинь приходил и выступал в роли их связующего звена, и хотел общаться только напрямую с Чжоу Лянем.

"Я еще не говорил ему об этом, - сказал Шэнь Хуайцзинь и понизил голос, - он все еще зол, я делаю этот звонок тайно за его спиной."

Глаза Чжоу Ляня расширились, когда он сел рядом, но Шэнь Хуайцзинь улыбнулся ему и сделал жест "тссс".

"Что?" Чжоу Шучэн недоверчиво спросил: "Что ты хочешь сказать?"

"Видя вас такими, ребята, я довольно сильно волнуюсь", - Шэнь Хуайцзинь был искренен. - "Дядя, я буду честен вами, вы знаете, насколько мы с Чжоу Лянем близки уже столько лет, мы ничем не отличаемся от братьев, конечно, я буду защищать его, если что-то случится. Но сейчас он не ладит со своей семьей и весь день находится в плохом настроении. Вы правы, так дальше нельзя, в конце концов, вы семья, должно быть решение".

"Тогда зачем ты сегодня раздувал пламя".

Чжоу Шучэн был возмущен.

Шэнь Хуайцзинь испустил долгий вздох: "Дядя, вы должны хорошо его знать, он не может никого слушать, когда злится, я не могу его переубедить. Почему бы нам не подождать, пока он будет в лучшем настроении, и тогда я смогу поговорить с ним как следует. Иначе, если он подумает, что мы с вами на одной стороне, и уйдет от меня скитаться, это будет хлопотно".

Чжоу Шучэн немного послушал и издал тихое "хм".

Чжоу Лянь, с другой стороны, имел другое мнение. Он жестом указал на Шэнь Хуайцзиня, показывая, что будет слушать его, даже если тот будет сердиться.

Шэнь Хуайцзинь чуть не рассмеялся, потянулся и погладил его голову, прикрыл рот ладонью и продолжил говорить на другой конец телефона: "Кстати, дядя, вы хотите, чтобы он позвонил, что-то случилось?"

Вся верхняя часть тела Чжоу Ляня отступила назад, и он покачал головой, как щенок.

"Разве он не хотел чтобы Хуэйшань извинилась?"

Чжоу Шучэн вздохнул: "Мы обсудили это и я попросил Хуэйшань поболтать с ним по телефону, и если его гнев утихнет, он поможет убедить сестру прекратить бойкот".

Об этом было прекрасно думать.

"Звучит неплохо, но... есть проблема", - сказал Шэнь Хуайцзинь. - "Тетушка может извиниться, но это не значит, что он примет извинения".

Чжоу Лянь кивнул в знак согласия со стороны.

Он не думал, что Цай Хуэйшань способна извиниться от чистого сердца, поэтому мысль о примирении не приходила ему в голову.

"Что ты имеешь в виду? Разве это не он хотел извинений? Что еще ему нужно?" - Чжоу Шучэн начал бушевать.

"Дядя, не волнуйтесь, у меня есть более простое решение, и тетушке нет нужды заставлять себя, - успокаивал Шэнь Хуайцзинь. - Лянь-Лянь все еще переживает о своей сестре. Позже я уговорю его разблокировать вас, просто скажите ему, что его сестра хочет его видеть, и спросите его, может ли он погулять с ней один день и отпраздновать день рождения маленькой девочки".

"А?" Чжоу Шучэн не мог уследить за ходом мысли: "Пусть он возьмет маленькую Земляничку развлечься?"

"Маленькая Земляничка бунтует, поэтому стоит попробовать Чжоу Ляню уговорить ее, - сказал Шэнь Хуайцзинь, - я приеду с ним завтра, помогу ему уговорить ее. Я очень хорошо умею уговаривать детей этого возраста. Видите, как хорошо я тогда уговорил Чжоу Ляня?"

Чжоу Лянь рассмеялся, фыркнув, затем поспешно прикрыл рот.

Чжоу Шучэн засомневался: "Ты имеешь в виду, позволить маленькой Земляничке последовать за вами завтра в город?"

"Завтра ее день рождения, давайте сначала поднимем ей настроение. Если она будет в хорошем настроении, то будет легче разрешить конфликт между вами, - сказал Шэнь Хуайцзинь. - Кроме того, Лянь-Лянь может не принять устные извинения тетушки. Но если она готова позволить маленькой Земляничке играть с Лянь-Лянем, это значит, что она все еще доверяет ему, верно?"

Шэнь Хуайцзинь находился в состоянии ожидания.

"Тетя ведь не будет подозревать его теперь, когда все выяснилось?"

Шэнь Хуайцзинь звучал очень удивленно: "Это ведь слишком, вы должны знать, что за ребенок Лянь-Лянь, вы же его отец, верно?"

Его тон был тяжелым от сильного недовольства.

"Я ... обсужу это с Хуэйшань", - сердце Чжоу Шучэна было слабым, и его отношение смягчилось, - "но сначала ты должен попросить Чжоу Ляня отменить блок".

"Хорошо, я буду очень стараться", - тон Шэнь Хуайцзиня был неохотным. - "Надеюсь, он меня послушает".

После разговора Чжоу Лянь тут же воскликнул: "Ты так хорошо притворяешься!"

Шэнь Хуайцзинь беспомощно улыбнулся.

Единственная причина, по которой он смог убедить Чжоу Шучена, заключалась в том, что большая часть этого шла от его сердца. Он не хотел, чтобы Чжоу Лянь снова беспокоили отношения с его семьей, но он предпочел бы, чтобы Чжоу Лянь полностью от них отвязался и перестал с ними взаимодействовать, чем нехотя восстанавливать отношения.

Но для Чжоу Ляня это было не так просто.

"Поторопись и поешь, уже остывает", - позвал его Шэнь Хуайцзинь.

"Значит, я теперь разблокирую отца?" - спросил Чжоу Лянь.

"Нет, позже, - покачал головой Шэнь Хуайцзинь, - через час или около того, притворись,что мне было очень трудно убедить тебя."

"О, - понял Чжоу Лянь, - ты имеешь в виду, что они скажут после этого "да"?"

"Я думаю, они согласятся, - сказал Шэнь Хуайцзинь, - но если нет, мы сделали все, что могли, так что не думай об этом слишком много, хорошо?"

Чжоу Лянь кивнул: "Хорошо".

Он был в гораздо лучшем настроении и взял в рот сразу много риса, поедая его с большим удовольствием.

Долгожданное свидание почти сорвалось, но он совсем не жалел, он был просто счастлив увидеть свою сестру.

Шэнь Хуайцзинь не хотел портить настроение Чжоу Ляню, поэтому он намеренно не стал тыкать пальцем в этот вопрос.

Он много раз говорил себе: "Еще будет возможность", но время от времени задумывался, не слишком ли мягким было его отношение и есть ли смысл так медлить.

Так называемые "отношения" между ними казались туманом в красивой упаковке.