Глава 090. Монстр 4-4

Линь И открыл дверь кондитерской.

При виде стоящего перед ним человека у него застыла кровь.

Черный плащ и широкий капюшон скрывали все лицо человека, словно непробиваемая броня, противостоящая всем взглядам, желающим заглянуть в ее глубины.

Но Линь И был совсем другим. Если Шуньси был в доспехах, то он был улиткой, сбросившей раковину, и его лицо было видно с первого взгляда.

Его лицо было видно Шуньси.

От неожиданности ноги Линь И словно пригвоздило к месту.

Почему Шуньси появился здесь?

Почему он смотрел на него?

Его лицо уже видели, что теперь?

Линь И увидел, как Шуньси пошевелил руками, и под плащом что-то блеснуло. Хотя Линь И не видел этого, он мог догадаться, что это было, скорее всего, нож, которым были убиты несколько участников.

Сразу же все тело Линь И напряглось, а мозг понесся галопом. Это было «настоящее», и сейчас был день. Еще не было полной уверенности, что он нарушил Правило Смерти. Даже если и так, он не умрет сразу.

У него еще есть время побороться. Самое срочное дело – выбраться отсюда. Единственный, кто должен был пострадать от того, что Шуньси положил на него глаз, был он сам.

Линь И зашагал в сторону. Он чувствовал на себе пристальный взгляд Шуньси. Когда до него оставалось несколько метров, Шуньси сразу же начала следовать за ним.

Линь И использовал периферийное зрение, чтобы следить за ситуацией позади него. Он не смел сбавлять темп и все ускорял шаг, пока не перешел на бег.

Линь И смотрел на улицу перед собой. К счастью, они с Цинь Чжоу уже не раз исследовали Цзяньшэ-роуд, и он знал, какие улицы и переулки являются тупиковыми. Если Шуньси не загонит его в тупик, он сможет использовать встречный поток толпы и рельеф местности, чтобы отбросить Шуньси.

Чтобы ускориться, Линь И больше не следил за Шуньси. Он продолжал проталкиваться сквозь толпу, идущую в противоположном направлении, извиняясь за то, что бежит сквозь нее. После долгих извинений Линь И развернулся и уперся в столб.

Он прошел несколько развилок дороги, пока даже сам Линь И не понял, где он сейчас находится. Даже если бы Шуньси был лучше знаком с местностью вокруг Цзяньшэ, поспеть за ним было бы нелегко.

Линь И спрятал свое тело за телефонным столбом и посмотрел в сторону проходящей мимо толпы. Пока он бежал, небо постепенно темнело. Фонари, висевшие на столбах, зажглись, отбрасывая на землю тени проходящих мимо людей.

Через полчаса Линь И убедился, что Шуньси не последовала за ним.

Но он не смел расслабляться. Уже почти стемнело, а он нарушил Правила Смерти. Даже если бы ему пока удалось отделаться от Шуньси, ночью он все равно нашел бы его.

Линь И поджал губы, в темных глазах мелькнула глубокая задумчивость.

На мгновение он засомневался, стоит ли возвращаться в дом Цэнь Цяня. Не заманит ли он волка в дом?

Забудьте об этом, он не вернется.

Но если он не вернется, Линь И не знал, куда еще пойти. Изначально он хотел провести ночь в кондитерской, но, вернувшись, обнаружил, что она закрыта.

Он также не мог пойти в здание информационного агентства, там были другие участники. Если бы Шуньси пришел к нему, не стал бы он навлекать на себя гнев остальных.

Линь И бесцельно бродил по улице Цзяньшэ. Многие магазины на Цзяньшэ были закрыты, и улица постепенно становилась пустынной.

Уличные фонари растягивали его тень слишком долго.

Линь И не собирался больше гулять, подошвы его ног болели от ходьбы. Даже если Шуньси придет к нему позже за нарушение Правил Смерти, он все равно собирался сражаться, чтобы спастись. Так что лучше поберечь силы, чтобы потом убежать, верно?

Он увидел перед собой скамейку и быстро подошел к ней. Его задница только коснулась скамейки, когда...

– Линь И!

Это был очень тревожный и беспомощный звук.

Линь И обернулся. – Сюэчжан...

Цинь Чжоу быстро подошел и остановился перед ним. Линь И отчетливо видел, как адамово яблоко Цинь Чжоу покачивалось вверх-вниз. Он спросил: – Что случилось?

Голос Цинь Чжоу был очень ровным, он скрывал свое беспокойство за Линь И, поэтому его слова не причиняли Линь И психологического груза из-за того, что другие беспокоятся о нем, а наоборот, давали ему чувство безопасности.

Линь И вдруг почувствовал, что обрел надежную опору. В его голосе прозвучала обида: – Сюэчжан, меня видел Шуньси.

Услышав эти слова, Цинь Чжоу понял, почему Линь И бродил снаружи и не решался вернуться.

Он сел рядом с Линь И и долго не мог успокоиться, прежде чем прокомментировал. – Это шаг назад.

Линь И: – ...А?

– В Мире Правил 7-7 ты знал, что нужно найти товарища по команде, с которым можно работать. Почему ты не сделал этого сейчас? – Цинь Чжоу сказал: – Маленький гений, чем плотнее Шуньси прикрывается, тем больше видно, что его лицо – самое позорное. Что касается ситуации в доме Цэнь Цяня, как ты думаешь, что было бы проще? Чтобы Шуньси увидел наше лицо или чтобы мы работали вместе и одолели его в дневное время? Маленький гений, как ты думаешь, он осмелится прийти?

Цинь Чжоу повернул голову и уставился на Линь И: – Иногда ты очень умный, а иногда очень глупый.

Линь И выдохнул «ха», подумав, что в словах Цинь Чжоу есть какой-то смысл.

Линь И боялся возвращаться назад, чтобы Шуньси не увидел лица Цинь Чжоу и Жэнь Ли, но на самом деле решений было больше, чем проблем. Возможно, Цинь Чжоу мог придумать, как его спасти. Но было уже поздно, и уже стемнело.

Он зря потратил все эти дневные часы.

Линь И почесал голову. – Точно... Похоже, я регрессировал.

Цинь Чжоу достал пачку сигарет и зажег одну. Это был первый раз, когда Цинь Чжоу курил в Мире Правил.

Линь И уже бывал с Цинь Чжоу, но не видел, чтобы тот покупал сигареты. Наверное, Цинь Чжоу купил их, когда искал его.

Чэн Ян тоже курит. Чэн Ян сказал, что когда курильщик сталкивается с каким-то делом, у него возникает желание закурить. Но количество зависит от дела. Если дело хорошее, то курят меньше. Если плохое – больше.

Линь И увидел, что больше половины пачки сигарет пуста.

Через некоторое время не осталось и половины пачки.

Цинь Чжоу докурил последнюю сигарету, смял пачку в шар и по дуге бросил ее в мусорный бак чуть впереди.

Линь И догадался, что Цинь Чжоу был в раздраженном настроении и поэтому выкурил столько сигарет за раз. Он посмотрел на небо и осторожно сказал: – Сюэчжан, ты должен вернуться первым.

Уже стемнело.

Цинь Чжоу открыл рот, он много курил, и его голос был немного грубым. – Чего ты боишься? Когда Чжоу Ци и Цзян Ван погибли, никто из остальных не пострадал.

Линь И: – ...

Ва, такой безжалостный.

Цинь Чжоу промолчал, а Линь И не осмелился ничего сказать. Он чувствовал плохое настроение Цинь Чжоу и не хотел его расстраивать.

Он и так был достаточно жалок. Он мог умереть в любую секунду, а Цинь Чжоу все еще был так безжалостен к нему. Это было уже слишком.

– Не спи сегодня. – Цинь Чжоу сказал глубоким голосом: – Если захочешь спать, поговори со мной.

– Да, конечно, Сюэчжан. – Линь И кивнул.

Цинь Чжоу взглянул на Линь И и пояснил: – Первые несколько человек погибли во время перемотки времени.

Вот почему Цинь Чжоу не давал Линь И спать.

Линь И тоже думал об этом, но он четко помнил, что Цинь Чжоу сказал, что после нарушения Правил Смерти убийство NPC неизбежно.

Ведь за нарушение Правил Смерти можно было убить даже монстров, что уж говорить о простых участниках?

Цинь Чжоу изменил свои слова. – Мы просто попробуем.

Попробуем, удастся ли ему сбежать, нарушив Правила Смерти.

Линь И кивнул. – Хорошо.

Линь И не мог заснуть без звуков MP4-плеера, поэтому заснуть сегодня было невозможно. Но Цинь Чжоу не знал, поэтому, чтобы не дать Линь И заснуть, Цинь Чжоу сказал: – Маленький гений, найди тему, о которой ты хочешь поговорить.

Линь И немного подумал и спросил: – Какой балл получил Сюэчжан на вступительных экзаменах в колледж?

Цинь Чжоу задумался. – Чуть больше 600. После паузы он добавил: – Не так хорошо, как у тебя.

Он имел в виду результаты трех пробных экзаменов Линь И в средней школе.

Линь И выдохнул «ох». Ему было жаль Цинь Чжоу. С 600+ баллами он мог бы поступить в очень хороший университет.

Цинь Чжоу спросил его: – Ты плохо себя чувствовал в день вступительных экзаменов?

Линь И опустил голову, не в силах встретиться с Цинь Чжоу взглядом из-за чувства вины. – Да, я был болен.

Цинь Чжоу заметил его уклончивость, и они молчаливо оставили эту тему. Через некоторое время Цинь Чжоу попросил Линь И найти другую тему. С его точки зрения, Линь И не заснет только в том случае, если его заинтересует эта тема.

Линь И подумал немного и спросил: – Сюэчжан, ты... родился с этим?

... Такой выбор темы немного удивил Цинь Чжоу, но он все равно серьезно ответил: – Не знаю, но я определился со своей сексуальной ориентацией, когда учился в первом классе средней школы.

Линь И наконец-то заинтересовался. – Как ты узнал?

– Военная подготовка, – вспомнил Цинь Чжоу: – В то время было жарко, и некоторые мальчики ходили без рубашек.

Линь И представил себе эту сцену и невольно взглянул на определенную часть тела Цинь Чжоу, а потом вдруг понял: – О!

– Это была не физическая реакция, которая заставила меня убедиться в этом. – Цинь Чжоу заметил взгляд Линь И и после минутного молчания сказал: – Это было что-то странное в моем сердце.

Линь И на мгновение ошеломленно замолчал. – Что-то странное в твоем сердце?

– Да. – Увидев заинтересованное выражение лица Линь И, Цинь Чжоу заговорил с ним еще больше. – Не знаю, может, это гормоны подросткового возраста. После этого я был уверен, что мне нравятся мужчины.

Линь И задумался на некоторое время, а затем нервно спросил. – Сюэчжан, ты сказал, что почувствовал что-то странное, это было что-то вроде щекотки?

Цинь Чжоу бросил на него многозначительный взгляд. – Это была щекотка.

Линь И поразился: – !

Ну конечно! Он тоже весь день испытывал это щекочущее чувство!

Причем щекотало от ушей до глубины сердца. На мгновение Линь И почувствовал себя немного запутанным.

– ...Не то чтобы я чувствовал щекотку, когда я вижу мужчину. – Цинь Чжоу, увидев выражение лица Линь И, не понял его внутренних мыслей и пояснил: – Смотря кого.

Даже если бы его сексуальная ориентация была определена, Цинь Чжоу никогда не испытывал щекотки в сердце. До сих пор он чувствовал это только в присутствии этого человека.

– Сюэчжан. – Линь И задумался и предположил: – Если ты видишь человека, который заставляет твое сердце чувствовать щекотку, что это значит?

– Это значит... – Цинь Чжоу посмотрел на Линь И, его взгляд блуждал по чертам лица Линь И – нежные брови маленького гения, глаза в форме абрикоса, темные зрачки, естественное чувство невинности.

Цинь Чжоу не мог не почувствовать зуд в сердце. Эта щекотка всколыхнула его нервы и вызвала желание прямо-таки прояснить завесу между ними. Его адамово яблоко подпрыгнуло. – Это значит, что тебе нравится этот человек.

Линь И не сдержался, внезапно одержимый Чэн Яном: – ...какого черта.

Цинь Чжоу: – ...

Он глубоко вздохнул, как и ожидалось от Линь И.