Глава LXVI: Ночной кошмар

   В ночной тьме, не разбавляемой даже светом луны, по коридору квартиры аккуратно прошли шаги. Не слишком тихо, но достаточно, чтобы не быть услышанными спящими жителями этого места. Лунный свет, освещавший одну лишь кухню через окно, в одно мгновение отбросил на стену чёрную тень человеческого силуэта. Ещё несколько шагов, и верхний ящик стола был полностью выдвинут. Блеснуло на свету белое золотое кольцо, и из различных столовых приборов был вынут кухонный нож большого размера. Серебристое лезвие тут же отразило яркую луну в окне, а ручка была крепче сжата в руке. Острый конец был направлен к человеку, держащему его.

   Ада в момент открыла глаза, разжав рукоятку ножа, от чего он тут же упал на пол. Она быстро посмотрела по сторонам, стараясь понять ситуацию.
— Что я здесь делаю? — ещё раз оглядев всё, Ада увидела открытый ящик стола, а затем нож на полу, который она сразу подняла и осмотрела. — Я что, пришла сюда во сне, чтобы приготовить поесть? А иначе зачем нож? И с каких вообще пор я хожу во сне? До этого никогда подобного не было. Кажется...

   Выбросив эти мысли, девушка положила столовый прибор обратно в ящик, закрыла тот и ушла с кухни. Интуиция сразу начала предсказывать что-то нехорошее и яростно твердить об этом. Казалось, что засыпать сейчас вообще не лучшая идея. На секунду Ада задумалась над этим, но приняла лишь за обычную паранойю и уверенно пошла спать.

   Эту ночь девушка провела ужасно. Заснуть никак не получалось: за секунду до полного погружения в сон всё тело тут же вздрагивало, от чего Ада тут же просыпалась. Сердце начинало биться быстрее, становясь слышимым без каких-либо усилий, а дыхание учащалось. После пары таких попыток уснуть желание спать полностью отпало, и оставшуюся ночь Ада проводила за просмотром сериала, стараясь полноценно отвлечься на него. Смысл многих фраз и ситуаций не доходили до неё и оставались скрытыми за занавесом, но со своей задачей справлялись, помогая скоротать время до утра.

                                  ***

   Как только встало солнце и стало достаточно светло, Ада пришла на кухню, где заварила себе кофе и пыталась хоть как-то взбодриться. Сон так и не пришёл, а уже ближе к четырём утра напала сонливость и ужасная слабость. Единственное, что хотелось делать, — лежать, смотря в одну точку. Но в таком положении новой волной накатывали мысли о родном доме, о её семье, и от того становилось до ужаса неприятно.
— Ты ещё не ложилась или уже проснулась? — спросила зашедшая на кухню Вета.
— И тебе доброе утро. Не смогла уснуть. Точнее, проснулась ночью и больше не смогла.
— Тогда советую сегодня лечь пораньше. Тебе нужно выспаться перед новым рабочим днём. Ты ведь помнишь о том, что завтра на работу? Я и так месяц за тебя проработала.
— Да помню я, помню... — ответила немного раздражённо Ада. 

   Мысли о работе, на которой она ни разу не была, совершенно не нравились ей. Да и вечные напоминания об этом тоже. Вета всё-таки пощадила Аду и отработала месяц за неё, поэтому вторая должна была справедливости ради тоже отработать два месяца. Из-за двух годов проживания в России и вечных попытках свести концы с концами любая работа начала ассоциироваться у Ады с чем-то ужасным и страшным, к тому же, если это работа обслуживающим персоналом. Многие относятся к людям из этой сферы с огромным неуважением и оттого ведут себя неподобающе, а учитывая взрывной характер Ады, её самоуважение и принципиальность, любая подобная выходка в её сторону может окончиться полицией или больницей. И это только если вспомнить уже прошедшее, а сколько ещё может произойти впервые? 

— Ладно, не переживай, работа не особо сложная, если не учитывать людей там... И уже завтра возвращается Стеф, а она в это кафе часто ходит, так что в свободное время будешь с ней общаться. О, да и Марио тоже персона там не редкая, особенно в твои смены, так что всё не так плохо. 
— Наверное... — негромко произнесла Ада, болтая кофе внутри кружки. От этого разговора становилось тошно.
— Слушай, а пошли прогуляемся. Ранним утром воздух приятный, и ты взбодришься и отвлечёшься, а то я и правда на тебя грусти навела с этой работой. Ну что, идём? 
— Ну... Ладно, пошли.

   Уже на улице Ада вдохнула немного прохладный утренний воздух. Находиться здесь было и правда довольно приятно. Прохожих не так много, приятная свежесть и прохлада... Такая прогулка была отличным поводом отойти от так и не удавшегося сна и мыслей о завтрашнем тяжёлом дне. Ощущение, будто снова попала в свой мир: без семьи, но с работой и полной самостоятельностью. Грустно и одиноко, особенно в самый разгар осенних деньков, когда намного меньше солнца, больше туч и дождей. Не то чтобы Ада не любила осень, она даже казалась девушке в некотором роде красивой, но в такие одинокие дни осень лишь отягощала и делала ситуацию хуже, мрачнее. 
— Честно, я не понимаю причину твоего плохого настроения, — начала Вета. — Уже как полмесяца ты ходишь грустная. Неужели на тебя так влияет уезд Стефани?
— Да нет. Просто мысли разные накатили, ничего серьёзного.
— Ну ладно, — ответила Вета, больше не став выпытывать никакую информацию. 

   Совсем скоро Ада услышала шуршание со стороны Веты и сразу же повернулась в её сторону.
— А мне? — спросила она, когда увидела конфету в руках подруги.
— Это моя, — возразила Вета.
— Так, мы в одном доме живём? Живём. Подруги? Подруги. У нас не должно быть «моё» и «твоё». Должно быть только «наше».
— А ничего, что я эти конфеты на свои деньги купила?
— Наши, — поправила Ада.
— Я на них два месяца работала!

   Ада в ту же секунду перегнала Вету и встала перед ней.
— Так, либо ты сейчас делишься добровольно, либо по-другому.
— Отвали от меня, уже из принципа делиться не буду.

                                  ***

— Всё равно собиралась меньше сладкого есть... — негромко сказала Вета, пока Ада с удовольствием ела конфеты.
— А чего их у тебя так мало? Это точно все конфеты, которые у тебя есть?
— Да все-все!.. Одну-то хотя бы верни. — Ада спорить не стала и отдала одну назад. После того как Вета съела её, без раздумий выбросила фантик на землю. Первая тут же остановилась, а за ней и вторая.
— Вет, подбери. Мусорить плохо.
— Да ладно, от одного фантика ничего не будет.
— За всю свою жизнь ты явно не один фантик бросишь. Подбери, хуже не станет. 
— И кто тебя только научил этому?..
— Да так, человек один.

   Как бы иронично это ни звучало, но научила её этому именно Вета. В каком-то смысле она заменила ей родителей и всегда была рядом, подсказывая, как себя вести в различных ситуациях, заботиться о природе и о бездомных животных. Наблюдая за своей подругой и её поступками, Ада быстро подхватывала что нужно делать, а о чём лучше даже не думать, и стала тем, кем стала: сильной и независимой, но доброй к близким и сочувствующей к окружающим. Именно поэтому Вета была очень близка для Ады, кем-то большим, чем просто подругой. С самого детства она заменяла ей семью и родителей. Потому смерть Веты в будущем ощутилась огромной потерей и стала самым страшным событием за жизнь. 

   Настроение успело на секунду упасть от воспоминаний о своей подруге, но Ада быстро вернулась в реальность, когда столкнулась с кем-то по дороге. Обернувшись, она тут же встретилась взглядом с худеньким мужчиной возрастом около тридцати лет.
— Девушка! Глаза откройте! Не видите, куда идёте?
— Да Вы!.. Ну... — Ада внезапно растерялась и не смогла ничего ответить. В голове крутилось много фраз и оскорблений, но отчего-то никак не могли выйти наружу. Впервые она не могла ничего сказать, впав в какой-то ступор, пока руки мелко, почти незаметно начали дрожать. 
— Перевалить вину проще, да? Сам-то куда смотрел? — в этот момент уверенность Ады наконец вернулась, и она без задней мысли высказала всё, что было у неё на уме.

   Ада была очень озадачена этим. Она всегда находила что ответить и даже в моменты, когда лучше держать язык за зубами, не могла сдержать себя и не сказать хотя бы одного оскорбительного слова, а в этот раз, наоборот, как бы того не хотела, не смогла ничего ответить. Это было слишком странно и даже удивительно. Но девушка решила не заморачиваться по этому поводу, ведь в конечном итоге она всё-таки ответила, а произошедший единичный случай можно забыть.

   После часа прогулки девушки вернулись домой. Настроение у обоих, а особенно у Ады, было замечательным. Благодаря такому простому проведению времени она смогла быстро забыть о предстоящем тяжёлом дне и о своей бессонной ночи, что не давала покоя и издевалась над девушкой своими последствиями в виде сильной сонливости и слабости. Казалось, что оставшийся день пройдёт легко и спокойно, не доставляя никаких трудностей Аде.

  Но, к сожалению, всё оказалось далеко не так, как ожидала того Ада. Через пару часов, что были и в правду мирными, не вызывая у Ады никаких проблем, произошло кое-что неприятное и в каком-то плане раздражающее — незваный гость. Когда в доме неожиданно объявился Голден, атмосфера для девушки стала до ужаса неприятной. Конечно, она очень обрадовалась, когда, заглянув в шкаф, увидела посиневший кончик кристалла, но в то же время сразу увидела тёмную сторону: любовь такого человека, как Голден, ни к чему хорошему не приведёт и будет докучать Аде, ведь её нужно как-то отвергать и при этом не дать ей остыть. 

   Уже через какие-то несколько минут после своего прихода Голден начал приставать к девушке, показывая всё своё хорошее отношение к ней. В своей манере. 
— После этого я героично спас того котёнка. Впрочем, я всегда готов на такие поступки, — хвастливо рассказывал Голден, сидя в гостиной перед двумя девушками. Ада лишь закатила глаза. Эти рассказы были противны ей, а Голдена в этот момент она искренне ненавидела, даже не понимая из-за чего. Только одни его движения, жестикуляции и мимика ужасно раздражали её. Сидела она, кстати, здесь далеко не по своей воле.
— Мог бы не тратить время, блохастый всё равно подох бы рано или поздно, — сказала Вета и тут же растерялась, когда на неё обрушилось сразу два суровых взгляда.
— Когда, говоришь, это было? — уточнила Ада.
— Я делаю подобное почти каждый день, но именно этот случай произошёл буквально два дня назад.
— Какой ты способный! Мне как раз два дня назад Стеф рассказывала, как ты ей пьяный в хлам написывал. — Голден тут же изменился в лице, не зная что ответить. — Не каждый в этом состоянии способен на такие подвиги. Герой!
— Да я... Не очень помню, может, это было три дня назад или вчера... Мало ли когда.
— Ну-ну. Ещё что-нибудь интересное придумаешь — зови.

   Ада вышла из комнаты и направилась в свою. Когда она только встретилась с Голденом из этой Вселенной, в первую очередь ассоциировала его с Кошмарионом: ей казалось, что они очень схожи своими интересами, манерой речи и темпераментом, но сейчас, увидев его характер с другой стороны, поняла, что он точная копия Кошмара. Оба, испытывая любовный интерес к Аде, начинали восхвалять себя и пытаться подняться в её глазах самыми разными вещами, будь то достижения или какие-то истории из жизни. Намного эффективней и успешней было бы, разумеется, узнать о том, что нравится Аде и какие нравственные качества в других увлекают её больше всего, а затем уже на основе этого пытаться добиться её, но никто до этого так и не смог догадаться, отчего любые попытки оказывались тщетными. 

   Ближе к ночи, когда солнце давно село, и улицы полностью стемнели, Ада собиралась ложиться спать. Из-за прошлой бессонной ночи желание без промедлений провалиться в сон не заставило себя долго ждать, и в усталом, предсонном состоянии неприятных мыслей, к счастью, было довольно мало, а те, что и пролезали в измученную голову, не вызывали практически никаких эмоций. Перед тем как полностью уснуть, в голове Ады на секунду промелькнули последние мысли. Мысли о том, как было бы хорошо прямо сейчас закончить всё, от чего так устала девушка здесь.

                                  ***

   Через, казалось бы, крепкий сон, который ничем и никем не прерывался, ощутилась боль. Острая, сильная боль, будто сверлящая голову снаружи и изнутри. Сразу несколько видов смешались, объединяясь в одно невыносимое месиво. Оттого Ада резко проснулась, тут же приняв сидячее положение. Голова болела с такой силой, будто вот-вот разорвётся на множество частей. Что-то подобное было после того, как в заброшенной пиццерии Аду ударили несколько раз об стену, однако, несмотря на некоторую схожесть, теперь боль была намного сильнее и несколько другой. 

   Непроизвольно взявшись рукой за голову, Ада сразу нащупала то, что ввело её в заблуждение. Больное место было перебинтовано. Девушка начала перебирать множество вариантов что могло случиться. Первым, что пришёл сразу же, оказался вариант, что Ада до сих пор спит или оказалась совершенно в другом месте, но происходящее казалось вполне реальным. Вторым вариантом оказался тот, что, возможно, кто-то вырубил девушку ночью ударом по голове, и поэтому больное место перебинтовано и нет никаких воспоминаний на этот счёт. А третий вариант так и не пришёл к ней, какие усилия к этому ни прикладывала бы Ада. Да и неутихающая боль не давала как следует сосредоточиться на мыслях.

   Девушка вздрогнула всем телом, когда дверь в её комнату резко открылась. Ей не удалось даже услышать подходящие к комнате шаги, что уж там говорить о каком-то там размышлении. На пороге стояла Вета, и Аде никак не удавалось понять что означает её взгляд, было понятно лишь то, что ничего хорошего он не означал.
— Скажи честно, ночью меня кто-то отпиздил, да?
— Очень смешно. Зачем ты это делала?
— Что делала? 
— Прекращай уже притворяться невинной! Ты настолько сильно не хотела на работу, что даже решилась на это, да?
— Да на что «это»!? Я ничего не помню, кроме того, как спокойно ложилась спать!
— Ты что, серьёзно? Ночью я проснулась от странного стука в твоей комнате. Сначала вообще не хотела обращать на это внимание, но интуиция подсказала, что лучше проверить. Зашла к тебе в комнату, а ты стоишь и буквально бьёшься головой об стену! Причём так, что уже весь лоб был в крови! Ты ни на что не реагировала, и мне пришлось силой укладывать обратно на кровать, а затем бинтовать. А после ты как ни в чём не бывало уснула, зато я больше глаз не сомкнула!
— Да ну?.. Да нет, не могла я этого делать, ты врёшь!

   Вета подняла бровь, а затем, без промедлений, указала на стену рядом с дверью. В одном месте слабо виднелся след от тёмно-красного пятна. 
— И это я ещё знатно постаралась, чтобы оттереть всё. Серьёзно, зачем? Ты суицидник или настолько не хочешь на работу?
— Вет, честное слово, я не помню этого... И голова болит просто ужасно, зачем мне наносить себе такую боль? — перед глазами тут же пронёсся случай прошлой ночи. Неужели тот нож был взят для других целей, нежели подумала Ада? — Может, я лунатик?
— Лунатики часто просыпаются даже от простых звуков, а ты... В общем, с работы я тебя, конечно, освободила. Позвонила Марио, объяснила ситуацию и...
— Что? Нет... Только не говори, что ты ему действительно всё рассказала!
— Ну... На самом деле да...
— Это значит, что...
— Ада! — воскликнул Марио, ворвавшись в комнату и сразу сев перед кроватью пострадавшей. Вета же от такого внезапного появления вскрикнула.
— Ты как без ключа вошёл!?
— Ада! С тобой всё в порядке!? У тебя какие-то проблемы в жизни, да? Но это же не повод, Ада! — Марио схватил её за плечи и слегка потряс. Хотя Аде и стало почему-то приятно от вида Марио, но даже так девушка быстро убрала его руки и поспешила встать с кровати.
— Со мной всё в порядке! Не стоит беспокоиться.
— Но ведь!..
— Всё нормально! Жива, больше подобного не повторится! — сказала Ада и поспешила уйти в туалет, не желая объяснять ничего Марио, пусть его забота и сильное переживание нашли тёплый отклик в глубине её души. 

   Через час, а то и больше, Ада сидела в своей комнате на подоконнике и размышляла. Она пытается убить себя во сне. Но зачем? Она никогда не задумывалась об этом до сегодняшнего дня, а в данной ситуации в этом не было никакого смысла. Пусть и медленно, но прогресс шёл, и в итоге Ада должна была вернуться домой. Голова так и продолжала болеть, собственно, как и лоб, несмотря на то, что девушка уже выпила обезболивающее. 
— Ада, тебе сделать чай? — негромко спросил Марио, заглянув в комнату.
— Отстань ты уже от меня! — ответила девушка, и первый скрылся. 

   Он так и не ушёл никуда, решив остаться в этой квартире до тех пор, пока Аде не станет лучше, и параллельно доставал её своими предложениями и излишней заботой. Сейчас она хотела побыть одна, поэтому эти заходы от Марио начинали раздражать её. Когда дверь комнаты снова открылась, Ада глубоко вздохнула, чтобы не сорваться.
— Может, хочешь тортика?
— Блять, Марио! Ещё раз ты зайдёшь в комнату по таким пустякам, и я тебя самолично убью, понял меня!? — тот быстро покивал головой и вышел из комнаты.

   Ада думала о том, что, возможно, и даже, скорее всего, всё дело в её присутствии в чужой Вселенной. Но возникал и другой вопрос: как это связано? Точно было ясно одно — суицидальные приступы происходят сами по себе, и контролировать их, видимо, невозможно. Любой сон мог стать для девушки последним, и, конечно, это очень пугало её. Что, если Веты не окажется рядом или новая попытка убить себя окажется бесшумной? Кажется, стоило ещё раз перечитать книгу, вдруг Ада что-то пропустила? Из мыслей её вывела вновь открывшаяся дверь и известный негромкий мужской голос:
— Ада...