2011 - XI (ноябрь)

Сейчас только конец ноября, а чувство такое, что Новый год уже здесь.

Ни с того, ни с сего выпал снег. Люди протаптывают белые дорожки, прячут лица от ветра, несут пакеты. Все вокруг стало похоже на старый советский фильм.

Мы тоже ходим за пакетами. На выходных ездим по магазинам, закупаем новогодние украшения, подарки.

В списке радостей на ноябрь было подчеркнуто "Обновить гардероб". Помня про покупку домашних шорт, я была осторожна все эти годы. С тех самых пор Алик со мной по магазинам ходил, а я с ним нет.

В этот раз гардероб обновлять планировали оба, и я предложила разделиться. Алик воспротивился: "Не дури!" Начали торговаться, согласилась просчитать маршрут.

Нашим шагом должны были уложиться в два с половиной часа - вполне приемлемо. Мне хватило сорок минут, Алику чуть больше. За четыре часа справились. Делали перерыв на обед, так что в этот раз я не впала в кому. Зато теперь мы как с иголочки, чистенькие, причесанные, в практически одинаковых черных зимних курточках. Совсем как те парочки, над которыми мы всегда смеялись.

И все-таки самые счастливые люди — это сытые люди. Неукоснительно выполняя месячный план по чревоугодию, мы превратились в добрую, ленивую чету. Прошлой зимой в такую погоду мы рыскали по зимнему лесу в попытках сфотографироваться без оскала. Теперь вместо этого после работы идем в "приятное место, где нас покормят". Ближе к ночи выкатываемся оттуда и взявшись под руку тихонько бредем в кроватку.

Поводов для споров все меньше, а для любви все больше. Сладкая, размеренная, практически кошачья жизнь. Еще бы кто на работу вместо нас сходил.

Хотя это касается только меня, Алик работает дома и периодически ездит на встречи к клиентам. Я и раньше дергалась от железобетонных с девяти до шести. А сейчас, смотрю на него и понимаю, что надолго меня не хватит.

Давно хотела написать. В последнее месяцы часто жаловалась на Алика, но на самом деле большую часть времени я его или люблю, или обожаю, одно из двух. Просто говорить об этом как-то непривычно. Но не хочу, чтобы у тебя осталось плохое впечатление от моих рассказов, — это все только эмоции. Они быстро проходят, а настоящее остается.

Люблю в нем так много, что можно перечислять вечность.

Люблю издалека узнавать его походку в любой толпе, в темноте, в тумане, во сне, где угодно. Он всегда идет быстрее всех, почти бежит. Люблю наше совпадение в этой скорости. Мы даже гуляем так, что только ветер в ушах свистит. По очереди приостанавливаем друг друга, а через минуту снова несемся.

Люблю во все времена года выгоревшие, золотые волосы на его руках. Люблю те два родимых пятнышка, которые знаю. И если найду еще, их тоже полюблю.

Люблю то, что, когда трудно или плохо, он скажет: "Та ну его в сраку!" и врубит музыку на всю. Поорем, попляшем - что угодно пройдет.

Люблю, что для нас нет тем, о которых говорить скучно, тупо, странно или еще как-то не так. Люблю то, что с ним можно, когда припрет, быть говном - злым, завистливым, злорадствующим.

Люблю перед сном складываться с ним ложечками или заплетаться в морской узел. И каждый раз удивляться тому, насколько идеально природа подогнала наши тела друг под друга.

Люблю то, как он меня любит, как говорит об этом и как смотрит, когда говорит.

Так много всего, хоть целый день пиши. Какие-то мелочи люблю так же сильно, как и то, что назвали бы более важным.

Важным. Большую часть времени я думаю о работе, о планах на будущее, о том, чем я занимаюсь в этом будущем. О местах, куда хочется поехать, о музыке, которую хочется научиться играть. О тысяче других вещей. Об Алике я редко думаю. Как о своей руке или о ноге, например. Но менее важными они от этого не становятся.

Я просто знаю, что нам повезло в двадцать лет найти то, что многим людям не удается найти за целую жизнь. Скорее всего, что-то из того, о чем я думаю днями напролет, никогда не сбудется. Но это не отменит того, что самое главное в моей жизни уже есть. Все остальное не важно.

Ваше письмо успешно отправлено