11 глава

Когда я не обнаружил её, меня это встревожило. Она не могла просто взять и уйти.

— Аврора тут или ушла? — спросил я Блейна, обычно они всегда вместе.

— Она тут, но твоя кареглазка ушла. Сказала, что какие-то дела возникли.

— Дела? ладно, — выдохнул я.

— Ты не пойдёшь с нами отмечать? — спросил Блейн.

— Нет, у меня есть дела, не сегодня.

— Понял, иди ищи свою кареглазку, — подмигнул мне Блейн и ушёл.

Я уже не чувствовал радости от своей победы. Всё произошло слишком быстро, и я так и не успел осознать, что только что произошло. Вместо того чтобы праздновать вместе со всеми, я решил написать ей и предложить встретиться. Ответила она довольно холодно, но всё же согласилась.

Я сел в машину и выехал. Подъезжая к площадке, я заметил знакомый силуэт. Это была она. Она сидела на скамейке, укутавшись в свою куртку.

Выйдя из машины, я подошёл к ней, она посмотрела на меня со своими большими карими глазами, кончик её носа и щёки покраснели от холода.

— Не замёрзла?

— Нет, — сухо ответила она.

— Почему ты сегодня такая колючая? — спросил я, садясь рядом, но сохраняя дистанцию.

— Какой я ещё должна быть?

— Не знаю, что-то  случилось?

— Нет.

— Врёшь.

— Джеймс... — она выдохнула, посмотрев на меня и сказала то, чего я совсем не ожидал. — Будь честен. Я тебе нравлюсь?

— Что? — я просто сидел в ступоре и не понимал, что ответить.

— Ты не обязан отвечать мне «да» или «нет», но если да, и как бы это не звучало самоуверенно, я говорю тебе заранее, у нас ничего не получится. Мы совершенно из разных миров. Мы росли в разных семьях, но это всё ладно, отложим на второй план.
Моя религия. Она всегда была и будет у меня на первом месте. Моя религия — мой главный приоритет, я живу ею и не собираюсь отказываться от неё ради временной любви.

— Но разве это мешает быть вместе? Мешает любить друг друга?

— Джеймс, ты не понимаешь. Мне двадцать лет, я не какой то подросток, который смотрит на мир в розовых очках. В моей религии запрещены отношения между мужчиной и женщиной, не просто так. Не думай, что это просто очередной бессмысленный запрет, в каждом запрете есть своя мудрость. О каком-то мы знаем, а какую-то Бог скрыл от нас. И в таких отношениях нет блага для нас. Я мусульманка, а ты — нет. И никто не может дать мне гарантию, что мы всегда будем вместе. Мне нужны серьёзные отношения. Мне нужен мужчина, которому я смогу доверять, зная, что завтра не бросит меня одну. Мужчина, с которым я смогу в будущем построить крепкую семью, мужчина, который будет хорошим отцом для наших детей, и мы вместе сможем передавать им религиозные знания. Я не хочу отношений, построенных только на временной симпатии. Потому что однажды мы можем разлюбить друг друга, и тогда всё время, которое мы провели вместе, окажется потрачено впустую.

Я был поражён её словами и ещё долго размышлял над ними. Она была права. Я не мог вмешиваться в её убеждения, в её огромный внутренний мир. На первом месте для неё всегда была и будет религия, и я уважал её за это — за её стойкость и намерение жить в соответствии со своими убеждениями.

Меня удивляло, насколько серьёзно она смотрела на жизнь. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что восхищаюсь тем, насколько глубоко она мыслит.

Я не знал, что ей ответить, и поэтому сказал первое, что пришло мне в голову:

— А если я приму ислам?

Я сам не понимал, зачем это сказал. Никогда прежде я даже всерьёз не задумывался о подобном. Да, я интересовался разными религиями, пытался что-то понять, задавал вопросы, но часто в ответ слышал лишь: «Просто верь, так нужно, и не задавай вопросов». В какой-то момент мне это надоело, и я просто перестал искать ответы.

— Ислам ты должен принимать не ради меня или своих личных целей, а искренне, ради Аллаha. Иначе твоё свидетельство не будет принято.

Я ненадолго замолчал.

— Я понимаю, что ты говоришь и глубоко уважаю твой выбор, — наконец произнёс я.

Я посмотрел на неё и слегка усмехнулся.

— Но я не могу делать вид, что мне всё равно на тебя. Ты стала для меня человеком, которого  не хочется просто взять и вычеркнуть из своей жизни.

Она немного опустила взгляд.

— Мы можем остаться просто хорошими знакомыми.

Я кивнул, хотя внутри мне совсем не хотелось соглашаться.

— Хорошо. Если для тебя это единственный вариант, я его приму.

Мы просто несколько секунд молчали, не зная, что ещё сказать. В голове было слишком много мыслей.
Она тоже молчала. Кажется, этот разговор оказался для неё не менее тяжёлым.

— Наверное, мне лучше пойти, — тихо произнесла она.

Я кивнул.

Мне хотелось что-нибудь сказать, остановить её, продолжить разговор, но я понимал, что сейчас это не подходящий момент. Нам обоим нужно было время, чтобы всё обдумать.

— Хорошо.

Она поднялась со скамейки и поправила куртку.

— Спасибо, что выслушал меня.

Она посмотрела на меня несколько секунд, будто хотела что-то добавить, но в итоге лишь слегка улыбнулась.

— Тогда... до встречи?

— До встречи, кареглазка.

Она развернулась и пошла прочь.
Я смотрел ей вслед, пока её силуэт постепенно не исчез за хлопьями снега.
Её слова не выходили у меня из головы.

Я поднялся со скамейки и пошёл к машине.

Снег продолжал падать, скрывая следы на асфальте.

А в моей голове впервые за долгое время появилось слишком много вопросов, на которые я не знал ответов.

Хади:

Покидая его, мне было грустно. Моя обида давно угасла, я не хотела оставлять его одного на скамейке в такой холодный день, но я ничего не могла сделать. Он должен понять меня сам, иногда человеку нужно остаться наедине со своими мыслями, чтобы действительно услышать себя. И я просто доверила свои дела Всевышнему, как и делала всегда, надеясь, на лучший исход из этой ситуации.