ГЛАВА 18

Лицо его так перекосилось от ярости, что стало просто неузнаваемым. Я попыталась отступить, но путь мне преградил стол. Широкий удобный стол, на котором Брэден обещал мне рай сексуальных наслаждений.

— Плевать, знала ты или нет, — рявкнул он. — Ты с ним кокетничала!

Никогда раньше он на меня не кричал. Я тряслась, как овечий хвост, одновременно испуганная и доведенная до крайней степени злости. Пытаясь дать этой злости выход, я несколько раз ударила его в грудь, крепкую, как кирпичная стена.

— Так, значит, я перед тобой провинилась? — язвительно процедила я. — Интересно, чем? Может, тем, что притащилась сюда по твоей просьбе и весь вечер любовалась, как ты щиплешь за задницы своих бывших подружек, любовниц, сексуальных партнерш или кто там у тебя?

Обида, захлестнувшая меня, победила злость, голос мой дрогнул.

— Ты думаешь, мне приятно было на это смотреть, Брэден?

Яростные огни в его глазах потухли, руки обвились вокруг моих бедер. Я ощутила прикосновение его напряженного члена, и у меня, как всегда, перехватило дыхание. Элсктрический разряд сексуального притяжения, пробежавший между нами, на этот раз высекся из злобы и раздражения, полностью их нейтрализовав.

— Детка, я не хотел тебя обидеть, — промурлыкал он низким хрипловатым голосом и коснулся лбом моего лба. — Все, что я хотел, — устроить грандиозную вечеринку. А все эти девицы обожают тусить по клубам. И у них куча друзей, таких же тусовщиков.

— А зачем надо было флиртовать с ними?

— Я не думал, что это так тебя заденет.

Я усмехнулась, решив, что необходимо спасти остатки собственного достоинства.

— Ты ни капельки меня не задел. И не обидел. Кто ты такой, чтобы я на тебя обижалась?

Губы Брэдена сжались в жесткую линию, в глазах снова вспыхнула злоба. В следующее мгновение я ощутила спиной твердую поверхность стола. Брэден властно раздвинул мои бедра, задрал платье и заставил поднять ноги. Стол холодил голую кожу, и я невольно поморщилась.

— Не смей врать мне, Джоселин, — выдохнул Брэден.

Я попыталась его оттолкнуть, но, разумеется, не достигла успеха. Одной рукой он не давал мне сдвинуть ноги, другой принялся расстегивать брюки.

— Я не вру, — завопила я.

Горячий напряженный член коснулся моего тела, дыхание Брэдена щекотало мне ухо.

— Врешь, — прошептал он и поцеловал меня в шею.

Потом, к великому моему удивлению, он перевел дыхание и пробормотал:

— Прости, если я тебя обидел.

Я молча кивнула, понимая, что дальнейшее выяснение отношений бесполезно.

— Детка.

Брэден подался назад, в глазах его мелькнуло какое-то непонятное мне чувство.

— Я его ударил, — хрипло прошептал он. — Готов был забить его насмерть.

Я поняла, что во взгляде его светится растерянность. Словно он сам не верил случившемуся.

— Когда я увидел его с тобой... увидел, как он тебя лапает... я был готов его убить.

Он нарушил свой зарок из-за меня. Я погладила его по щеке, и страх без остатка растворился в нежности.

— Он это заслужил, — шепнула я, почти касаясь губами его губ. — Так ему и надо.

Он впился губами в мои губы и сорвал с меня трусики. Жадный язык проник мне в рот, не менее жадный член одновременно проник в предназначенное для него отверстие. Я едва не задохнулась при этом двойном вторжении. Спина моя выгнулась дугой, а он, вцепившись руками мне в бедра, входил все глубже и глубже, заставляя меня стонать от наслаждения. Он тоже стонал, уткнувшись мне в шею.

— Джоселин, ляг на спину, — скомандовал он.

Я безропотно повиновалась. Брэден поднял мои ноги выше, и это позволило ему войти еще глубже. Я извивалась на столе, полностью подчинившись сладостному плену. Это была настоящая пытка, изысканная, утонченная пытка, и оргазм наступил в рекордно короткий срок.

Для меня, но не для Брэдена. Подхваченная обжигающей волной, я наблюдала, как он распластался на мне, подгоняя свой оргазм. На смену одной горячей волне поднималась другая. Брэден запрокинул голову так, что натянулись жилы на шее, и, скрипя зубами, продолжал движения бедрами. Ощущение полного слияния двух тел было таким упоительным, что мне казалось, я вот-вот расплавлюсь от наслаждения. С губ моих срывались дикие вопли, плоть пульсировала, обнимая его член.

— Боже мой, — пробормотал Брэден.

Во взгляде его по-прежнему светилось неутолимое желание.

Наконец мышцы мои расслабились, я закрыла глаза и перевела дыхание.

Все еще оставаясь внутри меня, он тихо прошептал:

— Сегодня я вел себя как последний хам.

— Да, — выдохнула я.

— Но ты меня простила, правда? — спросил он, сжав мое бедро.

Я открыла глаза и улыбнулась:

— Обеспечив мне два оргазма подряд, ты искупил свою вину.

К моему удивлению, Брэден не рассмеялся. Член его проник еще глубже, так, что едва не касался матки.

— Ты моя, — прошептал он.

Я заморгала, не уверенная, что правильно расслышала.

— Идем, — вздохнул Брэден, осторожно выходя из меня.

Он застегнул брюки, помог мне слезть со стола и, забавно поморщившись, поднял с пола мои разорванные трусики.

— Погляди, что ты наделал, неандерталец несчастный! — усмехнулась я. — Теперь мне придется разгуливать по твоему клубу в платье с голой спиной и без трусов.

— Настоящая сексуальная диверсия, — прикрыв глаза, пробормотал Брэден.