Глава 13

— Я не хочу, чтобы между мной и другим человеком возникло подобие семейных отношений. — Я прикусила губу, понимая, что не в состоянии дать хоть сколько-нибудь внятное объяснение собственным чувствам. — С Элли нет и намека на это. Поэтому с ней я ощущаю себя в безопасности.

Доктор Причард по-птичьи склонила голову набок — движение, которое я успела возненавидеть, — и принялась сверлить меня взглядом.

— Вы уверены, что не ошибаетесь? Судя по тому, что вы мне рассказали, Элли относится к вам как к члену своей семьи.

— Значит, вы неверно истолковали мои слова. — Я затрясла головой, пытаясь прогнать знакомую боль в виске. — Не знаю, почему вы вообразили, что я отказываюсь от душевных привязанностей. Я очень привязана к Райан. К Джеймсу. И к Элли тоже. Я уже говорила об этом.

— Так почему вы боитесь привязаться к Брэдену?

— Ничего я не боюсь, — пробормотала я. — Просто я не чувствую к нему ничего, кроме сексуального влечения.

— Очень может быть, это вам только кажется, Джосс, — медленно произнесла доктор Причард. — Невозможно предугадать, какие чувства вы будете испытывать к Брэдену через три месяца. И какие чувства будет испытывать он. Учитывая то, что вы мне рассказали — о страхе, который внушает вам ваше влечение, — я думаю, не стоит делать скороспелых выводов.

— Единственное, что меня в нем пугает, — сила его сексуального воздействия. Да, он меня заводит. Но эту проблему можно решить. Секс — это всего лишь секс, — упрямо повторила я.

В самых глубинах моего сознания вопил внутренний голос, упрятанный в консервную банку. «Глупо прятать голову в песок!» — верещал он.

* * *

— Значит, ты оттрахала Брэдена Кармайкла? — во всеуслышанье спросила Джо, пока я наливала клиенту пинту «Тенета».

Я попыталась испепелить ее взглядом. Клиент скабрезно ухмыльнулся, принимая от меня кружку.

— Почему ты так тихо говоришь, Джо? — прошипела я. — Боюсь, люди, которые сидят в дальнем конце зала, тебя не расслышали.

— Алистер застукал их в комнате для персонала, — подскочил к нам Крег, помахивая бутылкой «Бейлис». — Говорит, дело у них шло полным ходом.

Ох, какое поганое трепло этот Алистер.

Я безучастно пожала плечами, всем своим видом показывая, что меня не интересуют грязные сплетни, и повернулась к очередному клиенту.

— Надо же, обошла меня, — захныкала Джо. — Выходит, зря я положила на него глаз.

Подавив вспышку злобы, я повернулась к ней и процедила с ледяной улыбкой:

— Ты можешь им заняться, когда он мне наскучит.

Глаза бедняги Джо едва не выскочили из орбит.

— Так это правда? Ты с ним спала?

Совершенно верно. Хотя совместное спанье не входило в мои планы. Сукин сын самым нахальным образом вытребовал себе бонус. Я многозначительно вскинула бровь, давая понять, что не собираюсь вдаваться в детали.

Джо изменилась в лице.

— Что, будешь играть в молчанку?

Я кивнула и повернулась к посетителю.

— Э... — пробормотал он, пытаясь совладать с заплетающимся языком. — Плесни стопарь мохитки, сткан Джеки и коки, и это... бутылец Милерочка. Да, Стейси хотит Космо. Космо иметца?

К счастью, за четыре года работы в баре я научилась понимать не только речь с иностранным акцентом, но и невнятное бормотание выпивох.

В переводе: «Мне, пожалуйста, мохито, стакан „Джек и кока", бутылку „Миллера". Да, Стейси хочет „Космо". У вас есть „Космо"?»

Я кивнула и повернулась к холодильнику за «Миллером».

— Ну и как впечатление? — не унималась Джо. — В постели он хорош?

Я утомленно вздохнула и, демонстративно отвернувшись от нее, принялась готовить «Космо».

Но с другой стороны меня атаковал Крег.

— Он полностью тебя удовлетворил? — громко вопросил он. — Или мы по-прежнему можем потрахаться?

— Что означает «по-прежнему»? — усмехнулась я.

— То, что я по-прежнему надеюсь.

— Твои надежды по-прежнему безосновательны.

— Джосс, знаешь, что я слышала? — снова подскочила ко мне Джо. — Что он — просто племенной жеребец! В постели творит чудеса! Или, может, это миф? Скажи откровенно!

— Слушай, может, тебя еще пригласить в качестве зрительницы на наш очередной сеанс траха?

Согласна, ответ не поражает остроумием. Не слишком достоин взрослой женщины с университетским образованием. Но эта чертова кукла Джо вывела меня из себя.

— Не смешно, — надулась Джо.

— А я и не собиралась тебя смешить.

В общем, весь вечер атмосфера за стойкой царила напряженная. Джо погрузилась в обиженное молчание, Крег, похоже, не знал, как со мной теперь держаться, а я пыталась заняться самоанализом, который быстро нагнал на меня уныние.

Воспоминания о том, что произошло прошлой ночью и утром, упорно вертелись в голове. Пытаясь следовать совету доктора Причард и не лгать самой себе, я была вынуждена признать, что с нетерпением предвкушаю новое свидание с Брэденом. Этот факт вызвал у меня приступ досады, смешанной с тревогой. Кончай волноваться о том, к чему приведет ваше соглашение, твердила я себе. Попытайся получать от ситуации максимум удовольствия. Но мой рассудок оказался таким же непокорным, как и тело.

Хорошо еще Элли отнеслась к случившемуся с непоколебимым спокойствием. Честно говоря, я абсолютно не знала, какой реакции от нее ждать, и побаивалась, что она откровенно или завуалированно выразит неодобрение.

Сегодня Элли явилась домой в середине дня, когда я сидела в своей комнате за компьютером. Мы с доктором Причард обсудили задумку романа, основанного на жизненной истории моих родителей, и она сочла, что это хорошая идея. Если не в творческом, то в терапевтическом плане. Тем не менее дело застопорилось в самом начале — стоило мне сесть перед компьютером, страх сковал мысли и пальцы. Предстояло с головой нырнуть в пучину воспоминаний, и я не была уверена, что сумею избежать при этом приступа паники. Однако доктор настаивала, что воспоминания необходимо приручить и обезвредить. По ее мнению, работа над романом — лучший способ их дрессировки.

После ухода Брэдена я наконец сумела написать первую страницу и теперь недоверчиво смотрела на экран, пораженная, что мне все же удалось выдавить из себя несколько связных фраз. Хлопнула входная дверь. Вскоре Элли вошла в мою комнату.

Повернувшись на стуле, чтобы с ней поздороваться, я встретила ее многозначительную усмешку.

— Ну, как самочувствие? — спросила она.

Смутить меня не так просто. Но все же мне было неловко смотреть на Элли, которая, несомненно, знала, что этой ночью я занималась сексом с ее братом.

— Надеюсь, ты не слишком расстроена? — ответила я вопросом на вопрос.

— Чем? Тем, что ты стала девушкой Брэдена? Конечно нет! — Сияющий взгляд Элли подтверждал, что она не кривит душой. — По-моему, это здорово.

Нашла чему радоваться.

Я прочистила горло, слегка замешкавшись. Может, не стоит пускаться в объяснения? Но Брэден сказал, что не хочет обманывать Элли.

— Честно говоря, Элли, сказать, что я стала его девушкой, будет... э... не совсем верно. У нас отношения... чисто физиологического плана.

Элли, похоже, была удивлена.

— Ты хочешь сказать, вы останетесь друзьями... и при этом будете заниматься сексом?

Точнее всего было бы назвать нас просто трахальщиками. Но это слово — не из лексикона Элли.

— Да, что-то в этом роде, — пробормотала я.

Элли скрестила руки на груди и уставилась на меня с нескрываемым любопытством.

— И ты хотела именно этого?

— Да, конечно. Ты же знаешь, я не любительница закручивать романы.

— А Брэден... он тоже хотел, чтобы у вас были отношения чисто физиологического плана?

— Это была его идея. Он сам предложил мне заключить соглашение.

— Ох уж эти мне чертовы соглашения, — вздохнула Элли. — Ну, если это подходит вам обоим, значит все хорошо. Ваши жизненные принципы меня не касаются. Конечно, все это до ужаса неромантично. Но что делать, если вы такие неисправимые прагматики.

— Мне бы не хотелось, чтобы из-за этого между нами пролегла трещина, — с неуверенной улыбкой заметила я.

Элли в ответ улыбнулась широко и открыто:

— Это еще зачем? Мы останемся подругами.

Чтобы доказать, что ни о какой трещине не может быть и речи, мы провели весь день вместе, болтаясь по Принцесс-стрит, наводненной стайками туристов, фотографировавших грандиозный Эдинбургский замок. Он возвышался на скале, точно величественный призрак Средневековья... и создавал дикий хаос, потому что туристы, самозабвенно щелкавшие фотоаппаратами в поисках лучшего ракурса, мешали прохожим и служили причиной уличных заторов. В течение нескольких часов мы посетили все магазины в центре города, пытаясь найти для Элли платье, достойное выдающегося случая. Сегодня вечером она собиралась на свидание. Да, именно на свидание. В «Старбаксе» она познакомилась с молодым человеком по имени Джейсон. Он пригласил ее встретиться вечером, и она ответила согласием. По ее словам, этот Джейсон произвел чертовски приятное впечатление. Но меня не оставляло чувство, что она затеяла все это с одной целью — досадить Адаму.

Я немного волновалась за Элли. После фиаско с Адамом это было ее первое свидание, и она жутко нервничала. Хотя у меня хватало собственных поводов для беспокойства, обслуживая клиентов в баре, я то и дело вспоминала об Элли и думала о том, как она там управляется с этим Джейсоном.

Короче, настроение коллегам в этот вечер я не оживляла. И впервые в жизни с нетерпением ждала, когда смена кончится и я смогу наконец уйти домой и все обдумать в спокойной обстановке.

Бар закрылся в час ночи, а дома я оказалась где-то около двух. Войдя в квартиру, сразу увидела, что из гостиной пробивается свет. Судя по всему, Элли еще не легла. Мне не терпелось узнать, как прошло свидание, поэтому я распахнула дверь и замерла, точно громом пораженная.

Комнату освещала лишь лампа, стоявшая у дивана, на котором в мягком полумраке возлежал, свесив длинные ноги, не кто иной, как Брэден. Глаза его были закрыты, и ресницы, бросавшие длинные тени на щеки, придавали ему удивительно юный вид. Судя по безмятежному, расслабленному выражению лица, он крепко спал. Странно было видеть его таким. Разница в возрасте между нами составляла восемь лет, и я постоянно ее ощущала. Он был более взрослым, чем я, более зрелым, ответственным и решительным. Но сейчас он выглядел совсем мальчишкой. Этот мальчишка не внушал мне ни малейших опасений. Наоборот, казался беззащитным. И мне это нравилось.

На столе лежала черная кожаная папка и какие-то документы, в файлах и без. Пиджак Брэдена висел на ручке кресла, ботинки стояли рядом с кофейным столиком, на котором красовалась пустая кружка.

Он что, решил перенести сюда свой офис?

Изрядно озадаченная, я тихонько вышла из комнаты. Почему-то я была уверена, что в пятницу вечером Брэден непременно отправится развлекаться в обществе Адама.

— Привет.

Я резко обернулась и увидела Элли. На ней было хорошенькое платье персикового цвета, мы его выбрали вместе. Золотистые босоножки, в которых ее ноги казались бесконечными, она уже сняла. Я поманила ее в кухню и прикрыла дверь, чтобы наши голоса не разбудили Брэдена.

— Как твое свидание?

Элли скрестила руки на груди, оперлась на стойку для завтрака и недовольно наморщила точеный носик.

— Весьма паршиво.

— Господи, что случилось?

— Случился Адам.

— Понятно. То есть ничего не понятно. Объясни.

— После того как ты ушла, мне позвонил Брэден и сказал, что сегодня будет работать допоздна, а Адам свободен и не прочь поужинать со мной где-нибудь и после заскочить в кино. Я попросила Брэдена передать Адаму, что у меня свидание.

— И что же дальше?

Щеки Элли вспыхнули, в голубых глазах засверкали сердитые искорки.

— А дальше он принялся мне названивать. Звонил раз пять, не меньше.

Я чуть не прыснула со смеху.

— Кто, Адам?

— Кто же еще. Не знаю, что там Джейсон понял из наших разговоров, только в конце концов у него лопнуло терпение. Он заявил, что не встречается с девушками, которые уже, как он выразился, заняты. Встал и был таков.

— Подожди-ка. — Я вперила в нее подозрительный взгляд. — Ты же видела, что звонит Адам. Зачем ты брала трубку?

Элли снова вспыхнула, на этот раз от смущения.

— Ну, не отвечать на звонки невежливо.

— Не пудри мне мозги! — фыркнула я. — Тебе просто нравилось, что Адам сходит с ума, узнав, что ты встречаешься с другим парнем.

— Этот гад заслужил, чтобы его немного помучили.

— Вот уж не думала, что под этим нежным обличьем скрывается кровожадная садистка, — усмехнулась я. — Нет, Элли, на самом деле ты классно все придумала. Но долго ли ты выдержишь подобную игру, вот в чем вопрос. Она ведь чертовски утомительна. Не проще ли вам обоим спокойно объяснить Брэдену, что вы втрескались друг в друга по уши? Ему останется только с этим смириться.

— Все не так просто, как тебе кажется. — Элли прикусила губу и потупилась. — Это может разрушить дружбу Адама и Брэдена. И Адам не станет рисковать этой дружбой ради меня.

Вид у нее был такой расстроенный, что игла сочувствия пронзила мне сердце насквозь. Да, этому паршивцу Адаму требовался хороший пинок в его трусливую задницу.

— Кстати, о Брэдене. — Элли вскинула голову, и в глазах ее засветилось любопытство. — Когда я вернулась, он сидел в гостиной и возился со своими бумагами. Заявил, что намерен дождаться тебя. Ты не собираешься его разбудить?

Нет, не собираюсь. Я ведь просила его дать мне передышку. И он согласился. А потом все равно поступил по-своему. Так что пусть теперь дрыхнет всю ночь, свесив ноги с короткого дивана.

— Думаю, его лучше не будить, — сказала я. — Вид у него утомленный. Да и я дико устала. Честно говоря, я вообще не понимаю, зачем он приперся.

— Наверное, прошлой ночью он на редкость приятно провел время, — с хитрой улыбкой предположила Элли. — Вот ему и не терпелось увидеть тебя побыстрее.

— Ты и в самом деле хочешь поговорить о том, чем твой брат занимался прошлой ночью? — фыркнула я.

Элли покачала головой:

— Ты права. Что-то я не в ту сторону заехала. А все же обидно, что ты встречаешься с парнем и мы не можем по-женски обсудить его достоинства.

Я тихонько рассмеялась:

— Ну, подобные разговоры не по моей части. И я в любом случае не стала бы ни с кем обсуждать достоинства своего парня. Даже с тобой. Может, это тебя немного утешит. Кстати, выражение «встречаешься с парнем» подразумевает, что у нас роман. А мы с Брэденом просто трахаемся.

Элли снова наморщила нос и жеманно поджала губы:

— Джосс, ты до ужаса неромантичная особа.

Прежде чем выскользнуть из кухни, я подмигнула ей и прошептала:

— Не романтичная, но эротичная.

Элли зашлась тихим смехом, а я направилась в ванную, приняла душ и завалилась в постель. Сон сморил меня, как только голова коснулась подушки.