Границы уязвимости

Сближение не было легким. Когда встречаются два травмированных человека, они постоянно ждут удара. Руслан привык к фальши, к девушкам, которые хотели сделать с ним селфи или хвастались подругам. Кристина ждала, что артист наиграется в «спасителя бледной художницы» и вернется к своей звездной жизни.
В один из дней Руслан позвал её к себе в студию. Это было его святилище — подвальное помещение с шумоизоляцией, заставленное дорогой аппаратурой. Там пахло энергетиками и застоявшимся дымом.
— Послушай, — сказал он, включая новый трек.
Это была агрессивная, жесткая демка, полная злости и грязи. Кристина слушала, замерев на диване. Руслан внимательно наблюдал за её реакцией, его челюсть была сжата. Он подсознательно проверял её: испугается ли она его темноты? Оттолкнет ли её эта сторона его личности?
Когда музыка стихла, Кристина долго молчала. Руслан уже внутренне выругался и потянулся к мышке, чтобы закрыть проект.
— Это не злость, — тихо произнесла она.
— Что? — Руслан обернулся.
— Этот трек. Ты там не злой. Ты там кричишь от боли, потому что тебя никто не слышит. Зачем ты прячешь слезы за таким тяжелым басом?
Руслан замер. Его как будто раздели догола под ледяным ветром. Никто и никогда не проникал так глубоко под его тексты. Он почувствовал глухую ярость — защитную реакцию на то, что его прочитали как открытую книгу.
— Ты ничего об этом не знаешь, — резко бросил он, вставая с кресла. — Это коммерческий звук, это то, что продается. Не строй из себя психолога.
Кристина побледнела. Она медленно поднялась, взяла свою сумку.
— Извини. Я, наверное, пойду.
Она ушла, тихо прикрыв за собой тяжелую дверь. Руслан остался один. Он со злостью ударил кулаком по столу, так что зазвенели мониторы. Но через пять минут ярость сменилась удушающим стыдом. Он понял, что только что собственными руками вышвырнул единственного человека, который посмотрел ему прямо в душу.